Стань светом в темном море. Том 4

Глава 264. То, что не горит. Часть 2

– Сейчас тебе так не кажется, но однажды ты и сам поймешь, что лучше спасать только тех, кто тебе действительно дорог. И что порой легче начать заново. Тогда ты поймешь и нас, тех, кто нуждается в спасителе, – сказал Чжэхи, глядя на меня спокойным, почти неживым взглядом. – Я все понимаю: ты от чистого сердца хочешь спасти других. Просто по доброте душевной. Но есть люди, которые не стоят того, чтобы их спасали. Поможешь им, а они даже не запомнят. А когда помощь понадобится уже тебе, просто отвернутся и сбегут, спасая собственные шкуры. Сейчас ты им сочувствуешь, но потом… потом будешь испытывать только раздражение. И жалеть о потраченном времени и упущенных возможностях.

Я открыл рот, и Чжэхи наклонился ко мне чуть ближе, будто боялся пропустить хоть полслова.

– Может, ты и прав. Я обычный человек, и, если мне снова и снова придется переживать одно и то же, я и сам не знаю, какой выбор в итоге сделаю. Может, однажды я и правда поступлю так, как ты говоришь, и спасу только нескольких. Но сегодня давай поступим иначе. Давай спасем всех. Выйди за рамки привычного сценария хотя бы на один день.

Син Хэрян посмотрел на нас обоих и сказал:

– Отдохнули, и хватит. Встаем.

Чжэхи тяжело вздохнул и рывком поднялся на ноги. Мы просидели совсем немного, и мне совсем не хотелось вставать. Вот бы остаться на этом диване навечно…

Почему жить так утомительно? Почему тело просит покоя, а сознание упорно мешает? Впрочем, сознание – это же просто вспышки синапсов в мозге, не больше. Я хотел было посидеть еще пять секундочек, однако мои спутники, которым объективно немного хуже, чем мне, уже стояли на ногах.

Молодежь нынче уж больно прыткая. С таким рвением нигде не пропадет.

Син Хэрян стоял, опираясь рукой о спинку дивана, с таким лицом, будто сейчас кого-нибудь прикончит. Я осторожно спросил:

– Вы можете идти? Давайте помогу.

– Думаю, справлюсь.

– А ты как, Чжэхи?

Чжэхи повис на мне, словно только и ждал этого вопроса.

– У меня пальцы на ногах совсем без сил. В ушах гудит – уи-и-и-и-и, уи-и-и-и-и. И кажется, меня сейчас стошнит. Перед глазами все плывет, и уши будто ватой забиты – я пропустил половину из того, что ты говорил. Зато отчетливо услышал, как ты обещал, что спасешь меня.

– В пальцах ног, кажется, в принципе сил не бывает. И вообще, ничего такого я не обещал.

Я закинул руку Чжэхи себе на плечо, потащил вперед и только через несколько шагов заметил, что с Син Хэряном что-то не так. Он шел впереди, и шел странно. Раньше он двигался как по линейке, каждое движение – четкое, точное, ни одного лишнего шага. Сейчас же он шел почти зигзагом: медленно уходил вправо, будто его туда заносило, потом – влево, потом снова вправо. Со стороны казалось, будто он намеренно выбирает самый длинный путь, какой только можно придумать.

Состояние у него, мягко говоря, было не очень. Видно же, что хочет идти прямо, а тело не слушается.

Син Хэрян велел мне отвести Чжэхи в порт, и я потащил его почти волоком. Почему он такой тяжелый? С виду же – кожа да кости. Полдороги я почти бежал, и к тому времени, как мы добрались, у меня уже сбилось дыхание.

Прямо перед входом в порт лежал человек, которого застрелили в упор. Я опустил Чжэхи на пол на почтительном расстоянии от лужи крови. Впрочем, опустил – это слишком хорошо сказано. Скорее, уронил. Чжэхи распластался на холодном полу и с обиженным видом пробормотал:

– Спаситель, ты со мной слишком груб…

Ну, язык у него еще работает.

– Фух… Просто… полежи здесь… никуда не уходи. Я сейчас… за Хэряном схожу.

Из-за двоения в глазу я увидел сразу трех Син Хэрянов, и все они уходили в противоположную сторону. Я прикрыл один глаз, чтобы они слились в одного, и рванул к нему. Подхватил под руку, пока он не ушел в очередной вираж. Из-за разницы в росте создалось ощущение, будто он опирается на меня, как на трость, но, по крайней мере, я мог помешать ему идти зигзагом.

– Нам туда, – велел Син Хэрян.

Мы обошли комнату отдыха, и за ней оказалось еще одно помещение, запертое на кодовый замок. Я ввел код, который продиктовал Син Хэрян, и дверь открылась. Внутри стояли ряды баллонов с воздухом, кислородом, гелием, азотом – газами, которыми заправляют субмарины. Стены были увешаны табличками со всеми возможными предупреждениями.

Син Хэрян, пошатываясь, вошел внутрь. Он даже не подумал закрыть за собой дверь, и я шагнул следом. Огляделся и спросил:

– Здесь же красть нечего. Зачем запирать дверь?

– Из-за невнимательности любая мелочь может обернуться несчастным случаем. Но главная причина в другом. Тут есть азот и гелий, и руководство опасается, что кто-нибудь из сотрудников решит использовать их, чтобы покончить с собой.

Син Хэрян едва заметно шевельнул рукой (из рукава выскользнул нож Эён) и направился к панели с измерительными приборами, которые, судя по всему, были связаны с подачей газа. Потом принялся тянуть за провода и нажимать на кнопки, поочередно отключая какие-то датчики и системы. Закончив, подошел к секции с баллонами – с кислородом, азотом, гелием, углекислым газом – и начал по одному откручивать вентили. Некоторые совсем чуть-чуть, другие – до конца. Я уставился на баллон с озоном: а он-то здесь зачем?

Похоже, у каждого газа был свой цвет – трубы и вентили пестрели всеми цветами радуги.

– А мне что делать? Чем помочь?

Син Хэрян сощурился, будто перед глазами плыл туман, и всадил нож в несколько особенно толстых шлангов. Схватил один из них и уточнил:

– Это от кислородного баллона?

– Э-э-э… вроде да. – Я похолодел и тут же полез проверять, к чему подсоединен этот шланг.

Син Хэрян усмехнулся:

– Шучу. Здесь ничем особо не поможешь.

Да они меня с ума свести решили! Что он, что Чжэхи. Вот правда, взять бы и бросить их тут…

Пока я придерживал Син Хэряна за пояс, взгляд зацепился за огромную табличку с надписью WARNING, где были перечислены правила безопасности при работе с газом. Я пробежался по правилам и понял, что Син Хэрян сейчас нарушал буквально все пункты из списка.

– Вам очень плохо?

– Не настолько, чтобы я не мог двигаться, – ответил он. Лицо у него при этом было белым как простыня.

Насколько знаю Син Хэряна, «не могу двигаться» в его понимании должно означать трупное окоченение.

Мы основательно разнесли технический склад с газовыми баллонами, после чего ушли. Мне начинало казаться, что мы перегнули палку. Такое ощущение, будто мы собираемся не пожар устроить, а взорвать весь порт. Услышав мои опасения, Син Хэрян сказал:

– Нет. Пожар будет несильным. Но этого должно быть достаточно, чтобы поднять панику.

– Где вы вообще научились таким вещам?

– Выберемся живыми – расскажу.

Чжэхи лежал там же, где я его оставил. Завидев нас, он лениво помахал рукой и растянул губы в ухмылке. Син Хэрян спрятал нож, оперся на мое плечо и, прихрамывая, сказал:

– Мы были под давлением двадцати одной атмосферы максимум минуту-две. Если бы задержались дольше, нас просто разорвало бы.

Я вспомнил слова Чжэхи. Значит, та рана на лбу возникла у него не потому, что он во что-то врезался, а потому, что из-за перепада давления разошелся старый шрам. Похоже, мы и правда слишком быстро поднялись на Вторую базу.

– Всего пару минут под высоким давлением, и мы как после реанимации… – Я глянул на Син Хэряна. – Чжэхи просил, чтобы я его спас. А вам помощь не нужна?

– Своим спасением я займусь сам.

Чжэхи продолжал махать нам рукой, пока мы шаг за шагом отдалялись от технического склада и приближались к нему. Когда Чжэхи оказался настолько близко, что можно было рассмотреть каждую черточку на его лице, Син Хэрян порылся в кармане и вытащил старенькую зажигалку Zippo. Выглядела она как настоящий реликт, но такой, на который не позарится даже скупщик старья, – вся в царапинах и вмятинах, корпус отполирован до блеска, будто его годами не выпускали из рук. На нем была выгравирована надпись на корейском: «Мстить проще, чем прощать». Я ни разу не видел, чтобы Син Хэрян пользовался зажигалкой, и, хотя догадывался, кому она на самом деле принадлежала, все же спросил:

– Чья это зажигалка?

Син Хэрян посмотрел в сторону технического склада. Ответ прозвучал так тихо, что я едва смог разобрать слова:

– Чжихёка. Он отдал ее мне перед тем, как сел в капсулу.

Значит, и Со Чжихёк, и Пэк Эён не просто дали своему командиру пять на прощание. Эён передала нож, а Чжихёк – зажигалку.

Син Хэрян подошел к убитому, схватил его за лодыжку и повернул так, чтобы тело лежало перпендикулярно техническому складу. Потом коротко сказал:

– Ложитесь. Глаза закройте, рот откройте, уши зажмите руками.

Син Хэрян говорил так тихо, что половину я не расслышал, но потом он кивком указал на Чжэхи. Я понял и без слов рухнул рядом, принимая такое же положение.

О состоянии пола я даже не подумал.

Вместо того чтобы закрыть уши себе, Чжэхи вдруг накрыл ладонями мои и уставился на меня широко раскрытыми глазами. Не успел я осознать, что делаю, как тоже поднял руки и прикрыл ему глаза.

Син Хэрян тем временем щелкнул крышкой старой, разваливающейся Zippo. Несмотря на ее потрепанность, пламя вспыхнуло с первого раза. Син Хэрян отвел руку назад, замахнулся и со всей силы метнул зажигалку в сторону технического склада. Пока она описывала в воздухе дугу, Син Хэрян молниеносно рухнул на пол, укрывшись за окровавленным трупом, и я приготовился: сейчас рванет.

Но… ничего. Прошло несколько секунд. Потом еще. Тишина.

Минуту мы лежали без движения. Потом вторую.

Я повернулся к Син Хэряну и прошептал:

– Эм… сколько нам еще так лежать?

БУМ!

Взрыв сотряс все вокруг – воздух, пол, меня самого. Продолжая закрывать глаза Чжэхи, я обернулся на источник звука. Из отсека вырывались столбы огня и дыма.

Вот ведь… «Пожар будет несильным», говоришь?

Похоже, сюда уже бежали люди – пол под нами начал вибрировать. Через несколько секунд двери в порт распахнулись, и внутрь влетело сразу четверо человек.

Руки Чжэхи, зажимающие мне уши, скользнули чуть выше и закрыли мне глаза.

Глава 265. То, что не горит. Часть 3

Я лежал неподвижно, с закрытыми глазам, как и хотел Чжэхи, – и люди, которые только что ворвались в порт, пробежали мимо нас. Я почувствовал на себе чей-то взгляд – кожа под ним будто вспыхивала, зудела, колола. Захотелось приоткрыть глаза и посмотреть, кто это, но я затаил дыхание и заставил себя лежать смирно.

Похоже, последователи Церкви Бесконечности приняли нас, лежащих в луже крови рядом с мертвецом, за покойников. Решили, что мы – одни из тех, кого они сами же убили. Кажется, мысль о том, что главные виновники поджога останутся на месте преступления, даже не приходила им в голову.

Кроме того, у них не было времени проверять каждый труп на полу: пожар уже жрал внутренности порта, черный дым валил к потолку, пожарная сигнализация издавала оглушительный шум. Было не до нас. Никто не стал перепроверять, кто тут живой, а кто нет. Вскоре взгляд, остановившийся на моей голове, исчез, и щекочущее ощущение исчезло вместе с ним.

Я осторожно выдохнул. У лежащего рядом Чжэхи вырвался смешок – тихий, как шипение воздуха из проколотого шарика.

Чего ты смеешься, идиот?

Где-то вдалеке послышались мужские голоса – говорили по-английски. Блин. Вот что значит плохой слух – вообще непонятно, близко они или на другом конце порта. К тому же пожарная сирена вопила так, что заглушала все вокруг.

– Почему начался пожар?

– Что это за помещение? Нам теперь что делать? Может, попробовать потушить все огнетушителем?

Растерянные мужские голоса не смолкали, и вдруг снова прогремели взрывы, похожие на хлопки петард. Послышались крики, пол задрожал, как будто кто-то упал.

Судя по звукам, один за другим взрывались баллоны с кислородом или водородом.

Меня разрывало от желания открыть глаза, но я терпел – вдруг кто-то посмотрит в мою сторону.

– Какого хрена спринклеры не срабатывают?! – закричал какой-то мужчина сквозь шум взрывов.

Хороший вопрос. Разве при таком пожаре спринклеры не должны включиться автоматически?

Раз этот мужчина, как и я, не разбирается в устройстве порта, значит, он не инженер.

Послышался еще один голос – молодой, почти мальчишеский:

– Это склад, в котором хранятся баллоны с водородом и кислородом! А рядом – станция зарядки конденсаторов, поэтому водой тушить нельзя!

А вот этот парень точно инженер. Значит, тот большой ангар в углу и есть зарядная станция? А я и не понял.

Если так подумать, и пилотируемым, и беспилотным подлодкам нужен источник энергии, топливо, что угодно, иначе они не сдвинутся с места. Логично, что заряжают их прямо в порту.

– Так возьмите огнетушитель и потушите, в чем проблема? Огонь ведь водой гасится, не? – спросил спокойный, почти ленивый голос, как будто речь шла о какой-то ерунде.

Инженер ответил с явным раздражением:

– Нельзя тушить водой! В зарядной станции все из свинца, никеля, лития, кадмия, серной кислоты, гидроксида калия… Если плеснуть туда воды, взрывы, которые уже прогремели, покажутся цветочками!

– «Покажутся цветочками»? Ка-а-ак страшно, – передразнил кто-то из мужчин.

Послышался дружный смех.

Что тут смешного? Я лежал с закрытыми глазами, прикидываясь трупом, и только гадал, что происходит. Знал бы, что так будет, – изобразил бы труп с полуоткрытыми глазами. Ах да, это ведь Чжэхи мне глаза прикрыл.

Раздался неуверенный голос:

– Ну, я тоже слышал, что химические пожары тушат по-другому. Мы же проходили когда-то инструктаж, нам обучающий ролик крутили…

– И что там говорили?

– Ну, надо типа… накрыть огонь одеялом или чем-то таким.

– И как ты собираешься накрыть одеялом весь порт? У тебя вообще мозги есть? Открой пожарный шкаф и притащи шланг.

– Я же сказал – водой нельзя! – взвился инженер. – Порт нужно изолировать! Плевать на огонь – все вокруг уже в токсичных парах! Нужно убираться отсюда!

Но, судя по всему, несколько человек все-таки решили попробовать потушить пожар. Слышно было, как кто-то носится по помещению и возится с огнетушителем.

– Дебилы конченые! – рявкнул инженер, выругался длинной и изобретательной цепочкой оскорблений, поставил под сомнение интеллект всех присутствующих и рванул к выходу. Я почувствовал, как под щекой содрогнулся пол, – он выбежал из порта.

– Че с ним не так?

– Вот паршивец!

– Найду этого труса – так рожу ему расквашу, что больше не вякнет. Эй, тащи сюда огнетушитель!

Закончив поливать ругательствами сбежавшего инженера, они включили рацию.

– В порту на Второй базе небольшое возгорание. Устраним в течение тридцати минут. Ничего серьезного.

Лежать на полу в роли ничего не понимающего обывателя было жутко страшно. «Небольшое возгорание»? По моим ощущениям, полыхало будь здоров, за полчаса такое не потушишь. Будь моя воля, я бы вскочил и бросился следом за инженером, который только что дал деру.

У этих людей вообще инстинкт самосохранения есть? Они же сделают только хуже! Кто-нибудь должен их остановить. Может, встать и заорать, чтоб сваливали? Ведь сгореть может не только порт, но и вся Вторая подводная база.

Пока в голове появлялись сценарии один страшнее другого, я сам не заметил, как дернулся. Чжэхи, который все это время лежал без единого звука, будто настоящий труп, вдруг придвинулся вплотную и прошептал прямо мне в шею:

– Не двигайся.

Я почувствовал его дыхание на коже, и у меня внутри все перевернулось. Я чуть не вскочил и не зарядил ему в лицо. К счастью, тело среагировало медленнее, чем мозг, и все ограничилось легкой дрожью. Я заставил себя медленно выдохнуть и обмякнуть, как если бы был под наркозом. Но тут в нос ударил едкий запах гари.

Неужели вентиляция вышла из строя?

Я терпеливо вдыхал гарь, а мозг тем временем начал перебирать все токсины, какие только знал: диоксины, фураны, кадмий, свинец, ртуть, бензол, хлороформ, формальдегид, толуол, мелкодисперсная пыль… Все, что может отравить воздух. Жар чувствовался и раньше, однако запаха почти не было, не то что теперь.

Вой пожарной сигнализации, крики мужчин, топот, шипение огнетушителей и прочие звуки доносились откуда-то издалека, будто сквозь толщу воды. И вдруг к этой какофонии добавились короткие, резкие щелчки. Мне они казались негромкими, но подозреваю, что на самом деле шум стоял оглушительный.

Мужчины, которые только что пытались потушить пожар, вдруг завизжали, как дети, которых силком тащат к стоматологу, и с воплями бросились прочь – в нашу сторону, мимо нас и, не останавливаясь, пулей вылетели из порта. В следующую секунду я почувствовал, как Чжэхи зашевелился. Я распахнул глаза и увидел, как перепачканный кровью Син Хэрян поднимает его на ноги.

– Вы ранены?

– Это не моя кровь.

Похоже, все это время Син Хэрян лежал прямо в луже крови.

Я наконец посмотрел в сторону технического склада, куда так хотел взглянуть, пока лежал с закрытыми глазами, изображая труп. Пламя не только пожирало склад, но и перекинулось на стоящую поодаль зарядную станцию, на лабораторию, где хранились образцы морских организмов, собранные с подлодок, и даже на комнату отдыха, которая, казалось, находится вообще далеко. Куда ни глянь, везде полыхало пламя и клубился густой черный дым.

Что же они натворили? Стоило подняться, как запах гари стал еще сильнее. Пожарная сирена ревела так, что уши закладывало.

Чжэхи в полном оцепенении смотрел на происходящее. Благодаря своей ярко-красной шевелюре он казался частью пожара – декоративный элемент, включенный в общую композицию. Син Хэрян тем временем подошел к дверям, первым вышел из порта и жестом велел нам следовать за ним. Чжэхи стоял как вкопанный. Я схватил его за руку и потащил за собой.

Как только мы выбрались, Син Хэрян на ходу снял с моей шеи полотенце и быстро стер с лица и груди чужую кровь. Через несколько метров он кивнул в сторону ближайшего туалета, и мы юркнули внутрь.

Не прошло и пяти минут, как в порт вбежало около десятка человек. Отлично. Пока они внутри, у нас есть шанс улизнуть. Впрочем, они осознали серьезность пожара куда быстрее, чем первые четверо, и всей толпой высыпали обратно в коридор.

Двое свернули в сторону мужского туалета. Син Хэрян тихо, почти неслышно прошептал в мою сторону:

– В кабинку. Быстро.

Срочность в его голосе мгновенно избавила меня от любых вопросов. Я метнулся в первую попавшуюся кабинку и замер. Мы что, спрячемся сюда втроем? Я не успел спросить, но на всякий случай оставил дверь приоткрытой.

– Охренеть, как полыхнуло…

– Жесть просто. Никогда такого пожара не видел.

Чжэхи стоял за дверью, и стоило сектантам войти в туалет, как он закрыл ее и щелкнул замком. В ту же секунду Син Хэрян схватил за руку того, кто вошел первым, дернул на себя и ударил ножом в ключицу. Через приоткрытую дверцу кабинки я видел все от начала до конца.

Судя по углу и глубине удара, бил он прямо в подключичную артерию. Вогнал лезвие, хладнокровно провернул и, выдернув нож, плавным, отработанным движением оттолкнул тело в сторону.

Тем временем Чжэхи с разворота ударил второго вошедшего под колени. Тот сложился пополам и рухнул вперед. Син Хэрян схватил его за волосы, рывком запрокинул голову и приставил нож к горлу.

– Издашь хоть звук – прикончу.

Для этого парня все произошло в считаные секунды: едва он вошел в туалет, как неизвестно откуда взявшийся тип уложил его спутника и приставил лезвие к его кадыку. Бедняга застыл, открыв от удивления рот.

Я вышел из кабинки и первым делом проверил состояние мужчины, который лежал на полу. Он истекал кровью и был уже мертв. У меня перед глазами все расплывалось и троилось, и, честно говоря, в этом был свой плюс: покойника я видел смутно.

Весь пол был залит красным.

Син Хэрян, ты правда почти ничего не видишь? Как тогда умудрился так точно ударить?

Парень с ножом у горла тяжело и прерывисто задышал. Через несколько секунд у него задрожали губы, и он начал всхлипывать. Хотел, наверное, умолять о пощаде, но Син Хэрян сказал: «Издашь хоть звук – прикончу». Вот он и ревел молча, и слезы катились по щекам одна за другой.

У меня застучало в висках. Голова просто раскалывалась.

Глава 266. То, что не горит. Часть 4

Чжэхи непринужденно прислонился спиной к двери туалета. Со стороны казалось, что он просто решил немного передохнуть, но стоило мне подумать о том, что эта дверь – единственный отсюда выход, как тут же появилось ощущение, что мы в ловушке.

Чжэхи махнул мне рукой и как ни в чем не бывало позвал:

– Иди сюда.

Я нахмурился, глядя то на него, то на рыдающего парня. Син Хэрян посмотрел на меня и качнул подбородком в сторону Чжэхи – мол, иди, чего ждешь.

Парень попытался немного отодвинуться от лезвия, которое упиралось ему в горло, но Син Хэрян крепко держал его за волосы. Винтовка болталась у него за спиной, руки формально были свободны, но сопротивляться он не пытался.

– Не убивайте его, – сказал я, обращаясь к Син Хэряну.

Ты ведь можешь. Ты же умеешь не убивать.

После этих слов парень скосил на меня глаза – повернуть голову он не мог.

Не убирая нож, Син Хэрян холодно ответил:

– Все зависит от того, как он себя поведет.

Я подошел к Чжэхи. Тот немного подвинулся, словно освобождая место в первом ряду, которое зарезервировал специально для меня, и с интересом уставился на происходящее. Эй, вы же из одной секты! Ты мог бы вмешаться, попытаться его спасти, а не стоять тут и развлекаться…

Я повернулся к нему и спросил:

– Не собираешься помочь?

– Кому? – парировал Чжэхи. Говорил он так тихо, что я почти читал по губам.

И правда, чью сторону должен занять сектант и по совместительству инженер команды «Ка», если его командир угрожает его «брату по вере»? Он вообще хоть сколько-нибудь привязан к своей команде? А к Церкви?

– Вы же вроде как в одной секте.

Стоило мне это сказать, как парень дернулся. Наверное, хотел посмотреть в нашу сторону, но Син Хэрян держал его за волосы так крепко, что он даже голову повернуть не мог.

– Ну-у-у, – протянул Чжэхи. – Кто-то из нашей команды однажды сказал: люди одной веры эксплуатируют друг друга легче всего. – Он лениво скрестил руки на груди и продолжил тем же тоном: – Мы с ним не особо близки. Так что нет, помогать не тянет. А лезть на рожон – тем более. Конфликт с собственным начальником мне вообще ни к чему. Лучше давай просто посмотрим, как командир героически расправляется со злыми террористами. У него эффектно получается, правда? И потом, мой спаситель уже здесь, рядом. С какой стати мне переживать за других верующих?

Значит, будь этот парень тебе дорог, ты бы вмешался? В любом случае если дойдет до драки между Чжэхи и Син Хэряном, то Чжэхи проиграет с вероятностью двести процентов. То есть сначала проиграет, а потом проиграет еще раз.

Разве Чжэхи не видел, как Син Хэрян только что убил человека? Отправил в загробный мир экспрессом сразу после встречи? По моим ощущениям, это заняло у него меньше двух секунд. Как только противник оказался в пределах досягаемости, он сразу же ударил. «Эффектно», чтоб тебя. В голове не укладывается, что человек может умереть так быстро и так просто.

Син Хэрян повернулся к пленнику и спокойно предупредил:

– Только дернись, умрешь еще быстрее, чем тот, кто зашел первым.

Парень напрягся настолько, что практически окаменел у меня на глазах.

– Отвечай только на вопросы. Что решили делать с пожаром?

По щеке пленника скатились две слезы, и только потом он, запинаясь, выдавил:

– Нам… нам сказали уходить на другую подводную базу.

– Почему просто не изолировать порт?

– Говорят, пожар сильнее, чем думали… Нам велели побыстрее сесть в лифт и перебраться на другую базу. Еще сказали, что драгоценности в выставочном зале пострадают от огня. После недавних событий некоторые уже развалились на части, и нельзя допустить, чтобы пожар добрался до остальных. Пожалуйста, не убивайте меня…

Драгоценности пострадают от огня? Ну… если подумать, алмазы – это же чистый углерод. Нагреть посильнее, и ничего от них не останется.

Глядя, как пленник всхлипывает и шмыгает носом, Син Хэрян угрожающе спросил:

– А что решили делать с заложниками?