Там, где спят сны

— И, Алисочка?

Я обернулась.

— Что?

— Не открывай дверь только потому, что за ней знакомый голос.

У меня похолодели пальцы.

— Почему?

Но пень больше ничего не сказал.

Он снова был просто пнём - старым, покрытым мхом, совершенно неподвижным. Таким, каким и должен быть обычный пень в необычном лесу.

Я стояла, глядя на него, пока золотой свет не дрогнул.

А затем из-за деревьев донёсся голос бабушки:

— Алисочка, ну где же ты?

Я рванула к дому.

И только на бегу поняла, что не помню, когда в последний раз слышала, чтобы Агата звала меня именно так.

Не по телефону.

А будто стояла совсем рядом.

Я добежала до калитки и остановилась.

Она была открыта.

За ней виднелась дверь дома. Изнутри лился тёплый свет, а на ступеньках сидел чёрный кот с белой полоской на подбородке.

Тень поднял голову.

Посмотрел на меня.

А потом медленно повернулся к двери.

За ней кто-то постучал.

Три раза.

И голос бабушки произнёс:

— Алисочка, не входи.

Я застыла.

Потому что голос звучал из дома.

А сама бабушка - у меня за спиной.

И я вдруг поняла, что пень впервые за всё время не пошутил.

Глава 7. Дверь без дома

— Алисочка, не входи.

Голос за моей спиной был таким знакомым, что я едва не обернулась сразу.

В нём слышалась бабушкина усталость после долгого дня, мягкая хрипотца, появлявшаяся по утрам, и та особенная интонация, с которой Агата звала меня к столу, когда я в детстве слишком увлекалась игрой и делала вид, что не слышу.

Но голос из дома тоже принадлежал ей.

— Алисочка, ну где же ты?

Я стояла посреди двора и пыталась понять, как можно одновременно слышать одного человека в двух местах.

Впрочем, ещё несколько дней назад я считала, что разговаривающие пни существуют исключительно в сказках, а кошки не оставляют грязные следы из чужих снов. Список вещей, в которые мне больше не следовало верить, стремительно сокращался.

— Бабушка? - позвала я.

Оба голоса умолкли.

Тень сидел на ступеньках, обернув хвост вокруг лап. Он смотрел на дверь, не моргая.

— Это ты? - спросила я у него.

Кот повернул голову ко мне.

— Да, я понимаю, что вопрос глупый. Но ты мог бы хотя бы иногда облегчать мне жизнь.

Он поднялся, подошёл к порогу и остановился.

Из дома донёсся тихий смех.

Бабушка смеялась именно так, когда я пыталась убедить её, что разбитая ваза упала сама, а кот просто оказался рядом в самый неподходящий момент.

— Ну что ты стоишь на холоде? - произнёс голос за дверью. - Заходи, Алисочка. Я тебя давно жду.

У меня защипало глаза.

Вот оно. Всё, чего я хотела последние дни, вдруг оказалось в нескольких шагах от меня. Не больничная палата, не неподвижная рука, не бесконечное ожидание новостей. Просто дом, тёплый свет в окнах и бабушка, которая ждёт меня за дверью.

Я могла войти.

Могла обнять её, услышать, как она скажет, что я похудела, хотя я совершенно точно не похудела, а потом усадит меня на кухне и начнёт кормить так, будто я вернулась не на несколько дней, а после многолетнего голодания.

Могла хотя бы на несколько минут перестать бояться.

— Алисочка, - снова позвал голос у меня за спиной. - Посмотри на меня.

Я зажмурилась.

Мне не нужно было видеть её, чтобы представить: бабушка стоит на дорожке, кутается в старый кардиган и сердится, что я опять забыла надеть шарф.

Но в ту же секунду я вспомнила больничную палату.

Белые стены. Тихий писк аппаратуры. Её ладонь в моей руке.

Агата не могла стоять здесь.

По крайней мере, я не знала, могла ли.

Я медленно повернулась.

На дорожке никого не было.

Только туман, деревья и едва заметная тропинка, уходившая в темноту. Голос тоже исчез.

Я снова посмотрела на дверь.

— Бабушка? - прошептала я.

— Да, милая.

Ответ последовал сразу.

Я сделала шаг вперёд.

Тень преградил мне дорогу.

— Отойди, - сказала я, стараясь не повышать голос.

Кот не шелохнулся.

— Тень, пожалуйста.

Он посмотрел на меня. В его глазах отражался свет из дома, и на мгновение мне показалось, что в каждом из них горит маленький золотой огонёк.

Я присела перед ним.

— Послушай. Я не знаю, что происходит. Не знаю, кто здесь настоящий, кто ненастоящий и почему я вообще должна разбираться во всём этом. Но если ты знаешь хоть что-то, помоги мне.

Тень коснулся носом моей ладони.

Потом развернулся и пошёл прочь от дома.

Я смотрела ему вслед.

— Ты серьёзно? - спросила я. - Сейчас?

Кот остановился у калитки и оглянулся.

Из дома донёсся звук открывающегося замка.

Я вздрогнула.

— Алисочка, я приготовила чай.

Это было уже слишком.

Бабушка никогда не готовила чай к моему приходу во сне. Она могла предложить пирог, варенье, бутерброд с сыром или всё перечисленное одновременно, но чай почему-то всегда ставила передо мной уже после того, как я усаживалась за стол.

Мелочь.

Совершенно незначительная мелочь.

Но именно из таких мелочей складывался человек, которого я знала всю жизнь.

Я поднялась и пошла за Тенью.

За спиной тихо скрипнула дверь.

— Алисочка?

Я не обернулась.

— Ну пожалуйста, - произнёс голос.

В этот раз он звучал так, словно бабушка плакала.

Я остановилась.

Тень тоже остановился.

У меня сжалось сердце. Я знала, что должна идти дальше. Пень предупредил меня. Тень предупреждал меня. Даже собственный страх, казалось, кричал, что нельзя возвращаться.

Но если там действительно была Агата?

Если я сейчас уйду и больше никогда не услышу её голоса?

Я медленно повернула голову.

В дверном проёме стояла женщина.

Седые волосы, знакомый кардиган, мягкие руки, которые я помнила с детства. Она держалась за дверной косяк и смотрела на меня с такой нежностью, что у меня перехватило дыхание.

— Я так скучала, - сказала она.

Я не могла пошевелиться.

— Иди ко мне.

Она протянула руку.

Я смотрела на её пальцы и пыталась вспомнить, как выглядели руки бабушки в больнице. На левой руке у Агаты была маленькая родинка возле большого пальца. Я помнила её с детства: однажды мне казалось, что это крошечный остров на карте, и я пыталась нарисовать вокруг него море.

Я всматривалась в протянутую ладонь.

Родинка была на месте.

У меня задрожали губы.

— Бабушка…

Женщина улыбнулась.

И в эту секунду я заметила, что за её спиной нет комнаты.

Только темнота.

Не тень от выключенного света, не коридор, не знакомая прихожая.

Пустота, в которой ничего не было.

Я отступила.

Улыбка женщины не исчезла, но стала неподвижной, словно кто-то нарисовал её на лице.

— Ты же хотела меня увидеть, - сказала она.

Голос больше не был бабушкиным.

Он звучал почти так же, но в нём пропало что-то человеческое. Тепло, которое прежде делало каждое слово родным, исчезло, оставив только точное подражание.

— Ты же так скучала.

Я попятилась.

Женщина перестала держаться за косяк.

Её рука медленно опустилась.

— Неужели ты не узнаёшь меня, Алисочка?

Я побежала.

Я не помнила, как оказалась за калиткой. Помнила только, что Тень двигался впереди, а лес расступался перед нами, будто пропускал тех, кого не хотел задерживать.

Я бежала, пока не заболело в боку. Ветки цеплялись за одежду, корни попадались под ноги, туман лип к лицу. Несколько раз я споткнулась, но каждый раз поднималась и продолжала идти.

Наконец Тень остановился.

Я рухнула на колени рядом с ним, пытаясь отдышаться.

— Я ненавижу это место, - выдохнула я.

Кот посмотрел на меня.

— И тебя тоже ненавижу.

Он сел рядом.

— Не смотри на меня так. Ты прекрасно знаешь, что я не всерьёз.

Тень ткнулся лбом в моё плечо.

Я обняла его, уткнувшись лицом в чёрную шерсть. От кота пахло сухими листьями и чем-то домашним. Я держалась за него, как за единственную вещь в мире, которая ещё не пыталась меня обмануть.

Хотя, если честно, после последних событий я уже не была уверена даже в этом.

— Я ведь почти поверила, - прошептала я. - Она выглядела точно так же. Даже родинка была на месте.

Тень тихо мурлыкнул.

— Как можно подделать что-то настолько точное?

Он поднял голову и посмотрел в сторону деревьев.

Там, между двумя соснами, что-то белело.

Сначала я решила, что это туман. Потом поняла, что вижу прямоугольник - высокий, узкий, с тёмной ручкой посередине.

Дверь.

Она стояла прямо в лесу.

Без стены. Без забора. Без дома.

Просто дверь, которую кто-то поставил среди деревьев и забыл объяснить окружающему миру, зачем она здесь.

Я медленно поднялась.

— Нет, - сказала я.

Тень посмотрел на меня.

— Даже не думай. Я сегодня больше никуда не вхожу.