Рассказы в стихах

Но нет, добро в душе

По-прежнему сияет;

Но топчут его все.

Лишь злобу понимает

Двуногий человек!

Пускай же он сгорает!

Мало здесь людей,

Но очень много тварей...

Отче, ты мне снова

Глаголешь старый стих:

Если грешных толпы,

Но есть средь них один

Праведник, - спаси

Весь мир, а не губи;

И семя правых вскоре

Всю Землю населит.

Отче, это вздор всё!

Побольше станет их.

Но стадо основное

Останется таким,

Каким и было прежде.-

Животные в одеждах.

Зачем им восхожденье?

Они других не пустят

Уйти из мира тленья.

Сожги их захолустье!

И станет во вселенной

Почище и просторней.

Сгуби их преисподнюю!

Опять Ты говоришь

Про тернистый путь.

Всю жизнь я так иду,

И вижу только лишь

Гадкий тлен и тьму.

Я знаю, что есть Свет,

Я долго шёл к нему.

Но ненависть во мне

Вскипела! Я сверну

С праведной дороги

Даже в страшный ад,

Лишь бы тех двуногих

Нещадно покарать!

Когда придёт пожар

С небес в юдоль земную,

Сгинут стар и млад

В ужасных лютых муках.

Все те, кто от огня

Погиб, счастливей будут,

Чем те, кто устоял

Во время страшной бури.-

Хворь пойдёт в ветрах

Гулять, и смерть посеет;

От гадких гнойных язв

Умрёт всё населенье.

Настанет запустенье.

А после мир погибнет;

Но через много лет,

Когда звезда остынет,

Угаснет вечный свет.

Солнца свет затмится,

Повсюду будет мгла.

Взойдёт кровавая луна

И станет власяницей.

И звёзды вниз слетят,

Как смоквы переспелые.

Всё море, вся земля

Развеются, как пепел

На ветрах. Весь прах

Рассеется в просторе.

И времени не станет,-

Легион эпох, эонов

Уйдёт в своё начало.

А те, кто измеряют

Времена, - восстанут

Снова к жизни новой,

В иных мирах далёких.

Нету здесь финала,

Есть повторений много.

Ода мёртвым

Люблю я погулять в вечерний час,

Когда закат багряный догорает,

Когда природа словно засыпает,

И в тёплом воздухе витает тишина.

У дома нашего есть старый сад,

Туда и прихожу по вечерам я;

И по аллеям медленно шагая,

Вспоминаю про былые времена,-

И то печаль меня одолевает,

То радостью душа моя полна.

Прошлое пред взором пробегает,

Мелькает предо мною череда

Мгновений ярких; люди оживают,

События. А рядом только тьма,

Закат сгорел, и в тёмных небесах

Звёзды отдалённые мерцают,

И плывёт средь облаков луна...

Однажды, нагулявшись допоздна,

К дому я собрался возвращаться,

И нежный голос рядом услыхал:

«Навсегда со мною ты останься!

Я из тьмы времён к тебе пришла.»

Татьянин голос сразу же узнал,

Мы учились с ней в одной гимназии.

Давным-давно Татьяна умерла.

А я так и не смог с ней попрощаться,

На погребение тогда я опоздал...

Голос Тани я услышал явственно,

Будто бы она вон в тех кустах

Спряталась, и разыграть меня

Собралась. Мурашки неприятные

Забегали от ног до позвонка...

Я ускорил шаг. Но тут опять

Голос за спиною вдруг раздался:

«Успевай к Гагариным на бал,

Мы станем славно развлекаться

Компанией. Давай, не опоздай.» -

Бодро произнёс Егор Купянский;

От чахотки двадцать лет назад

Помер он... Я так перепугался,

Что как столб на месте встал...

Смотрю вокруг, - повсюду тьма.

Выходит, это всё - галлюцинации.

Но снова я услышал голоса;

И вовсе с незнакомой интонацией

Они о всяком разном говорят.

И к дому поскорее я направился.

Когда я показался у дверей,

Моя служанка Оля вздрогнула;

Видать, лицо моё немножечко

Стало удивлённей и бледней.

«Оля, принеси-ка мне ликёра.» -

Сказал я ей, шагая в кабинет.

Забрался я по лестнице к себе,

Снял пальто, и сел за столик.

Зажёг свечу, и стал листать

Старый стихотворный томик,

И в нём я стансы отыскал,-

Оды страшные покойникам.

Я их читал, а рядом голоса

Раздавались звонким хором,-

Строки стройные в стихах

Зазвучали монотонно:

Мы летаем на ветрах,

На Земле и в небесах.

Лишь тела ушли во прах.

Слышишь наши голоса?

С тобою души говорят

На безмолвных языках.

Обратись душою к нам,

И станешь много знать

О воде, огне, ветрах,

О земле; о всей природе.

Ты узнаешь сам себя

Под общим небосводом,

Среди усопших. Нас

Ничего не разделяет,-

На одних ветрах витаем.

Слушай вечный глас,

И знай, - одно сознанье,

Но сотни тысяч глаз

И ушей в телах отдельных;

Умы, что есть сейчас,-

У нас, у вас: одновременно.

Но мало кто из вас

Умеет слушать вечность.

Будь поближе к нам,

Прими гонцов нездешних.

Мёртвые к тебе приходят

С переменою погоды,

И особенно весною.

Ты видишь нас во снах,

И в обликах природы;

Читаешь в письменах.

От земли до небосвода

Можешь ты взмывать.

Всюду вечная весна;

В мире нету смерти,

Все попрали прах.

Проживи на тверди,

И вернись опять...

Числа

Черёмуха душистая цветёт.

Холодно на улице; и дождь

Потоком льётся с небосвода,

Город тонет; каждый двор

Морем стал для пешеходов,

Не пройти по лужам вброд.

Грязь и слякоть на порогах.

Надрывно окна и балконы

На домах бетонных плачут

Каплями дождя. Со вздохом,

Ветер северный раскачивает

Деревья бедные, - их кроны

Треплет; первые листочки

С веток резво обрывает.

Словно осень вновь пришла

В середине мая. Мрачно,

Свинцовые тучи по небесам

Плывут; а солнце гаснет,-

Редко луч блеснёт порой,

И опять всё скрыто мглой.

В такую хмурую погоду

Все люди по домам сидят.

Прибегут они с работы,

Разольют по кружкам чай,

И пьют, усталые, безмолвные.

И только иногда кряхтят,

Погружаясь в очень сонное

Состоянье; словно транс

Бывает у них в эту пору,-

В одну точку они смотрят,

И распивая чай, молчат.

Вот в таком же состояньи

Был бухгалтер Николай;

Глядел на чайник, не мигая,

Пил чаёк, и размышлял.

Он пришёл домой недавно,

Работы было через край.

Перед взором всё мелькали

Дебет с кре́дитом, счета,

Неустойки, пени, штрафы,

Большие вычеты с зарплат;

И так далее, так далее.

Сплошною чередою шла

Цифровая вакханалия.

И даже клавиши в ушах

У Николая всё стучали,

Словно капельки дождя.

«Я, как будто автомат.-

Думал Николай печально.

Понапрасну жизнь моя

В череде недель мелькает.

Радость прежняя ушла,

Грусть-тоска меня терзает.

Для чего прожил года?

Бегал, бегал за зарплатой,

А духовно нищим стал.

Детство светлое пропало,

Юность яркая прошла.

Чувства в сердце отсияли,

И остался вязкий мрак.-

Словно тучи в небосклоне

Плотною стеной сгустились,

И дождь идёт неугомонно,

Стучит по окнам и карнизам

Монотонно...

Все мы, словно эти капли,

Что стекают со стекла;

В омут времени мы канем,

И не останется следа.

Сотни тысяч поколений,

Миллионы, миллиарды

Во вселенской бухгалтерии

Исчезают без возврата.

Кто потом составит сальдо?

Нет доходов и расходов.

Господь, наверно, сосчитает

Числа жизни для налогов,

Там, в небесной канцелярии.

А здесь, у нас, считает дьявол.-

Цифры правят этим миром,

Три проклятые шестёрки.

Всем убогим, всем великим

Печать поставлена на лоб их;

Ни покупать, ни продавать

Они без карт своих не смогут.

И вскоре все их паспорта

Тоже будут отцифрованы.

Цифры торгом управляют,

И нашей жизнью под луною.

Числа правят мирозданьем,-

Правду Пифагор глаголил.

На уравненьях капитальных

Вся космология построена.

Расчёты от большого взрыва,

И геометрия Минковского,

И Хиггсовы поля обширные,

Частицы Хиггсовы на поле.

И шкала пространства-времени,

Чётко смерившая в космосе

Все расстоянья до объектов,-

Пути фотонов, и их скорость.

Всё это - числа в уравнениях.

Но их расчёт - не построенье

Человеческих сознаний.

Есть порядок во вселенной,

Его-то мы и наблюдаем.

А хаос только в мире бренном,

В жизни нашей процветает.

Вот такая бухгалтерия.

Числа нами управляют...»

Часы

Столетья, как минуты на часах

У Бога; он смотрит: час назад

Тут страшная творилась суета,

Такая же, как пять часов назад.

Пусть люди суетятся и сейчас,

И сад прекрасный превращают в ад.

Покуда в мире властен сатана,

Трудно путь найти в небесный град.

И только верные сумеют отыскать

На бренной тверди райские врата.

Если станут с верой в них стучать,

В себе самих путь к свету отворят,

Откроют путь в далёкие миры;

Суть познав, уйдут из вязкой тьмы.

А тут одна лишь гибель предстоит.

Правда, и другой есть вариант,-

Как будто люди сами сотворят

На Земле хороший, добрый сад,

И чудные плоды на нём взрастят.

Все государства станут процветать

Без войн и прочего мирского зла.

А люди по способностям сознанья

Станут здесь почти равны богам.

(Уйдут года на часиках Создателя

Для того, чтоб то явилось нам).

Есть и третий, худший вариант,-

Человек погубит Землю сам.

Недаром Иоан нам написал

Апокалипсис; он ясно увидал

Коней в бронях и всадников на них;

Огонь ужасной яростной войны,

Сошедший с небосклона до земли.

И изошедшего из вод морских

Дракона; глады, язвы, моры...

Впрочем, и без этого всего мы

Сгинем после гибели Земли.

Лучше уж в саду чудесном жить

До того. А дальше уготован

Будет каждому пригодный мир.

На часах Творца идут минуты

С той поры, как стали мы ходить;

Мы младенцы, но не верим в чудо.

Не думая, в миру привыкли жить.

Жизнь

Жизнь пройдёт, как миг;

Вчера ты молод был,

А завтра ты - старик.

Каждый миг лови,

И долго будешь жить.

Жизнь не торопи,

Не спеша, пройди

По путям земным.

На солнышко взгляни,

Порадуйся рассвету;

Каждый луч прими,

Как дар вечного неба.

А вечером вздохни

С усталостью печальной;

С закатными лучами

На отдых поспеши,

И ночью долго спи.

Утро будет вскоре;

Вновь на небосводе

Увидишь лик зари.

Яркий жизни миг

Снова повторится,

Бликом заискрится

На полях земных.

Солнце и лучи -

Вечность и мгновенья,

Исток у них один.

В жизни нету смерти.

Есть краткий мрак ночи́

С сакральным сновиденьем,

И яркий свет лучистый,-

Рассветный блик рожденья

В мирах неисчислимых.

Жизни миг и вечность

Во времени - едины.

Тысячи стрел

Путник усталый, внемли

Мудрым советам моим.

По дорогам мирским иди,

Отряхая бренную пыль.

Пускай отощала сума,

И в заплатах последний халат;

Не злато украсит тебя,

Его не возьмёшь в райский сад.

Умножай богатства ума,

Знания в кладезь сбирай.

В сознаньи твоём - алмаз;

А злато и почести - хлам.

Пусть алмаз твой сияет

И путь земной освещает.

Не ходи по мосту хитреца;

Лучше ринься в бурный поток,

И душа твоя будет чиста,

Челнок правды тебя понесёт

По высоким грозным волнам.

Сладко спит на перине лиса,

Вся в шелках с головы до ног;

Но прогнило давно всё нутро,-

Шелка и перина - лишь прах,

Если сердце, как медный грош.

Будь прям и широк душой,

И себя к небесам вознесёшь,

Уйдёшь из юдоли мирской.

Не сиди на коврах льстеца;

Мягкою тканью слов

Силок он тебе плетёт,

В заплатах его похвала.-

Тот, кто легко воздаёт

Почести, может потом

Так же легко клеветать.

На поле широком трава

Обильно под солнцем растёт.

А добрый питательный злак

Требует долгий уход.

Узнать, кто враги, кто друзья

Поможет не ласковость слов.

Друзья будут там, где беда,

Останутся рядом с тобой.

И враги будут ясно видны

В зареве страшной беды.

От плевел зерно отделяй,

Друзей по делам узнавай.

А если остался один

Среди сорной травы,

И тернии бед оплетают

Тебя на правом пути,-

Иди, ни на что ни взирая;

Победа ждёт впереди.

Помни верное правило,

Чудную мудрость Всевышнего:

Если с тобою правда,-

Устоишь один против тысячи.

Сила даётся тому,

У кого закаляется дух

В жарком пламени бед.-

Сталью стал его ум,

Сердце - натянутый лук,

А воля - тысячи стрел.

Мудрый совет

Горит в небосводе солнечный диск,

Струятся лучи на дома и мечети,

В бликах искрятся лачуги, дворцы;

Знойная дымка по воздуху медленно

Плавает. Город восточный шумит,

Базары заполнены толпами; в улицах

Люди, взметая дорожную пыль,

Спешат по делам, суетятся, торгуются,

Спорят, кричат. Среди этой толпы

Шагает учёный, недавно окончивший

Курс медицины, - Бадр ибн Шафи.

Бадр омрачён, - на челе беспокойство;

Он поругался сегодня с начальством.

Открытие сделал о кровообращении,

Но в зале учёные лишь рассмеялись.

Бадр их просил дать ему ещё времени,

Чтоб подтвердить несомненные факты.

Месяц назад начались эти прения,

Но повод другой был, - ведь Бадр упрямо

Лез прямо к звёздам чрез местные тернии,

Не слушал догматы лекарей старых.

С заданьями Бадр легко управлялся,

Теория, практика, - виден талант.

Но только мешала горячая младость;

Мало почтеннейших он почитал.

И тут появилась их злоба и зависть,-

Палки в колёса повсюду пихать

Стали они; сообща собирались

В глухую провинцию Бадра отдать,

Чтоб нищих лечил. А к науке его

Не допускать все негласно решили.

А пустят его при условьи таком,

Чтоб все наставления юноша принял,-

Станет тогда исфаханским врачом.

Бадр отказался. И в сильном уныний,

К дяде сейчас за советом пошёл.

В цветущем саду отдыхал его дядя,-

Ковёр расстелил, и усевшись на нём,

Решал он задачи тяжёлые; в шахматы

Играл его дядя в саду сам с собой.