Рассказы в стихах

Скажем мы тебе, как поступать.

Станем приходить к тебе во снах,

И обсудим всё с тобой в деталях.

А теперь ступай обратно в тело,

И скорей уже примись за дело.»

Азиф открыл глаза; едва-едва

Приподнялся он, и осмотрелся.

Он тут же на дороге и лежал...

«Я сейчас пойду в библиотеку,

И посмотрим, правду ли сказал

Тот шайтан? Я почему-то верю.

Наймусь к ним охранять их зал;

Это будет лучше по сравненью

С тем, как на базаре я пахал.»

И когда Азиф шёл по дороге,

Он увидел всё, что будет с ним.-

Путь земной Азифу предстоит

Ровный, лёгкий, но недолгий.

В достатке он отныне станет жить;

Быстро наживёт себе богатства.

Прозорливый ум, и мудрость книг

Помогут ему жизнью наслаждаться.

Советником он станет при халифе,

Но при этом будет сам в тени.

Жизнь его теперь - его труды,-

Чтенье и писанье манускриптов.

А та библиотека обветшалая

Скоро станет главной городской.

И там Азиф, науки постигая,

Сможет расплатиться с сатаной

За спасение. - Напишет книгу,

Заклинанья страшные составит,

Соберёт он символы и знаки,

Способные к людскому миру

Двери отворить исчадьям ада.

Он будет и советник тайный,

И библиотекарь в то же время.

И станет жить, нужды не зная.

Во всём ему помогут демоны,

И власть могучая мирская.

В библиотеке приняли Азифа.

Много книг он там прочёл.-

За три года изучил алхимию;

А потом до магии дошёл,

И ещё пять лет её штудировал.

На девятый год он стал писать

Книгу толстую про символы,

С помощью которых вызывать

Можно духов тьмы. Потом,

Ещё через четыре года,

Манускрипт он создал свой.-

В самой краткой форме

Изложил таинственную суть,

И призвать исчадий смог.

Но в тот же вечер занемог,-

Хвори налегли ему на грудь.

И в страшных муках умирая,

Видел он большое пламя

Адское, сошедшее на Землю.

Заявились в мир шайтаны,

И дьявол прогулялся медленно.

А потом исчезли вмиг;

Умер в корчах Аль-Азиф.

И всем магам он оставил

Этот тёмный манускрипт.

Но с собой забрал все знанья,-

Не смогут разгадать они

Смысл тайных заклинаний.

Маг

Омут времени глубок.

Огромная чреда веков

Тянется во мгле бездонной,

В глубине иных эпох.

Троны, царства, и народы

Скрыты в толще вод.

Поплыву я вглубь столетий,

Чтобы там найти сюжет;

Души мёртвых будут петь мне

О том, что было на Земле

До нас, в глубокой древности.

Обмакнул перо в чернила,

И замер я... Послушал песни,

И стал писать я торопливо.

Во время власти царя Кира

Жил в Персии великий маг;

Силу книг сполна постиг он,

Сакральный смысл их познал.

И стал сей маг стихи писать,

Он рифмой излагал красиво

Суть небесной высшей силы;

Она одна весь мир создать

Смогла; всё то, что живо,

И то, что здесь когда-то жило,-

Едины с сутью сей всегда.

(Писать стихи совсем не диво.

И тот, кто книги прочитал,

Тот сам стремится описать

Всё то, что его сердцу мило).

Но маг тот знаньем обладал.-

Он слушал ветер заунывный,

И слышал голоса могильные,

И в миг он рифмой начинал

Слагать поэмы очень дивные.

Он души мёртвых призывать

К себе сумел речитативом.

Вопросы мёртвым задавал,

И те с ним долго говорили.

Чтоб ветер завывал порывом,

Маг поселился среди скал,

Пещеру в скалах отыскал,

И в ней он быт неприхотливый

Себе устроил, - почивал

На камнях, и там же пищу

Принимал. Своё жилище

Маг ничем не обставлял.

А сам ходил он во вретище;

И стопы плохо обувал,

Он тряпьём их обмотал.

Выглядел на вид, как нищий.

Однажды маг опять взывал

К мёртвым; написавши стро́ку,

Слушать стал он очень долго,

Как ветер воет среди скал,

А потом свой стих слагал.

Обычно, опус весь окончив,

Маг отправлялся отдыхать.

И мёртвые ложились спать,

Его не беспокоив больше.

Но в этот раз ему никак

Не удавалось свои очи

Сомкнуть; звучали голоса

В ушах его нахально очень:

«Ступай сегодня отыскать

В том селе, что за горою,

Семью Дженаба гончара,

И потолкуй с его вдовою.

Дженаб летает среди нас;

Он будет говорить сейчас,

Дела обсудит он с тобою.»

- Дайте мне чуток поспать!

Да что ж такое происходит?

Пускай скорей он излагает

Перед сном свою историю.

«Мир тебе, великий маг.

Я Дженаб. Прошу я вот что:

Пусть найдёт жена моя

То, что нужно очень срочно.-

В подвале спрятал злато я,

Закопал я в двух горшочках;

Там сундук стоит сейчас,

В нём Зухра свои платочки

Сберегает. Подскажи ей,

И на небе будет милость

Душе твоей. Сходи с утра.»

- Ладно. Только ты отстань.

Дайте мне уже поспать!

Рано утром маг пришёл

В то село; и показал он

Схрон забытый, золотой.

И вдова была обрадована,

Щедро мага наградила

Всякой разною провизией:

Шёлковый халат вручила,

В котором муж её ходил,

Чалму дала, и сапоги.

Придя в пещеру, чародей

Хотел спокойно посидеть,

Поесть; и лучше осмотреть

Дары вдовы. Но тут к нему

Сонмы мёртвых прилетели,

И громко хором загалдели:

«Помоги же нам, кудесник!

Мир будет храму твоему;

То есть, всей твоей пещере.

И укрепится сильный дух

В твоём тощем, хилом теле.

Только помоги нам, друг!»

Такой в ушах ужасный гул

Стал звучать у чародея,

Что он отправился скорее

В село. Нашёл там труп,

Зарытый неким лиходеем.

Помог ковёр купцу вернуть,

Украденный. За это денег

Получил. И всё селение

Теперь всегда несло к нему

Еду, одежду; восхваленья

Воздавало. В общем, маг

Стал в пещере процветать.

Но так от голосов устал,

Что биться стал он об каменья.

Что поделать, он не знал;

Ведь мёртвые к нему всё время

Приходили, хор звучал

В голове его. И демоны

Стали тоже к чародею

Заходить, когда он спал.

От них он многое узнал,

Стал ещё в сто крат мудрее.

Зато свободу потерял;

Войско жило в его теле,

Духи тёмные владели

Его сознанием: «Ты маг,

И за все свои уменья

Должен мёртвым помогать.

Погляди на эти тени,

Что скользят в твоей пещере;

Если ты сумеешь сам

Своею силой овладеть ими,

Станешь, словно царь.

А если не сумеешь,

То вернёшься к нам,

Скитаться на ветрах.

Ты был в иных столетьях,

И тут живёшь опять.

Жизнь земная - прах,

Но в мире нету смерти...»

Не выдержал сей маг

Ужасных тех видений,

И сбросился со скал.

Теперь он привиденьем

Пришёл к тебе. Запомни,

Коль склика́ешь мёртвых,

Умей хранить себя;

И шёпот их поможет

Сакральное познать.

А если ты не сможешь,-

Погубишь сам себя.

Незваные гости

За окном февральская метель,

И тепло; подтаял мягкий снег.

Надену свою шубу поскорей,

И пойду на белый снег глядеть.

Выхожу из дома в огород,

И иду по тропке до дверей,

Отворяю маленький засов

На заборе, и шагаю в степь.

Предо мной раскинулся простор,-

Широка заснеженная твердь.

Далеко в раздолье вперил взор,

Не видать окрестных деревень;

Лишь снега навалены ковром,

И метель с небес вовсю метёт...

Хорошо на сердце у меня,

Ух, не зря я выпил самогон,

Осушил пузатенький стакан;

И теперь в душе моей восторг!

Два часа готов я простоять,

Созерцая снежную равнину.

Тишина, покой, и красота;

Обожаю я пейзажи зимние...

Вижу что-то чёрное вдали;

Это тройка мчится по степи.

Колокольчик издали звенит,

И кричит, свистит лихой ямщик.

(Это бричка барская). Зачем

Мчатся баре к хатам напрямик?

Заплутали, видимо, в пурге,

Пристанище хотят себе найти.

Может быть и рекрутский набор,

Они тоже скачут на таких

Тарантасах модных... Нет, не то.

Это баре рыщут по степи...

Ближе подъезжает бричка их;

Крикну ямщику, чтоб своротил,

И заборов в пелене не сшиб:

«Эй, сердечные! правей держи!

На меня направь своих коней!

Папахой вам махаю; э-ге-гей!

Да раскрой ты очи! посмотри!

Ты в плетень летишь, злодей!»

Услышал он, увидел, повернул.

Подойду и на гостей взгляну...

Открылась в тарантасе дверь,

И вылазит важный франт

В орденах, - наверно, офицер;

Закручены усы, как бант.

А за ним спускаются две дамы,

И лопочут что-то невпопад,

Как французы; пышные наряды

Оправляют, ногами семенят.

(Наверно, долго ехали, устали).

«Здравия желаю, ваша светлость! -

Приветствую я франта молодого.

Как вы угодили в нашу местность?

Целых двадцать вёрст до города.»

- Сколько?! (Франтик простонал).

Боже мой! Мари́, мы заблудились!

А ты, проклятый, свято уверял,

Что вороные пробирались рысью

В пелене до города, вслепую!

«Ох, барин, правду я толкую. -

Отозвался с облучка ямщик.

Кони добрые в пургу лихую

Завсегда сумеют путь найти.

И нашли среди полей жилую

Слободу; мы у домов стоим.»

- К чертям мне ваша слобода!

Мы спешим в поместие Орловых,

Через два часа назначен бал;

А ты увёз совсем в иную сторону!

- Не шуми, (запричитали дамы).

Всё же не в сугробах замерзаем.

- Ну да, мы станем танцевать

Возле печки все под балалайку!

Ну как же так? Тоска, тоска...

Эй, хозяин, двери отворяй нам,

Запускай к себе заночевать!

Угощай нас щами с тараканами!

А мы тебе потом два пятака

За славный званый бал заплатим!

«Милости прошу. Моя стряпня,

И правда, не очень-то опрятная.

Но по щам не лазит таракан,-

Я всегда в мороз раскрою хату,

И хлада запускаю прусакам,

Сразу, гады, стадом замерзают.»

- Тьфу! Пойдёмте же на бал;

Князь нас приглашает в зал...

Дамы, офицер, лихой ямщик

Толпою в домик мой зашли.

Печь я посильнее растопил,

И подогрел им поскорее щи,

И на стол поставил. Самогон

По чаркам чистеньким разлил,

И сала им из погреба принёс.

Тем, что было, славно угостил.

Лучшая приправа, это голод,

(Да и щи мои были свежи),-

Дамы и боярин стали лопать.

А ямщик восторженно хвалил

Самогон, и сало прокопчённое.

Я прекрасным дамам предложил

Пригубить напиток за здоровье

Всех дворян и местных крепостных.

Кавалер их бешено вспылил:

«Кому ты предлагаешь своё пойло?!

Ведь они не пили кроме вин

Ничего подобного!» - Не спорю,

(Браво я промолвил офицеру).

Но нету здесь чудесного Аи,

И ликёров бесподобных нету.

В хате моей долго просидим;

Не уехать нынче по метели.

Давайте же себя развеселим!

Испейте по глоточку хмеля...

И дамы по-французски завели

Разговор: Ха-ха, потом хи-хи

Прозвучало; они посовещались,

И по два глоточка пригубили.-

Долго они фыркали, плевались,

И кашляли, и даже голосили.

А потом их очи просияли,

И румянец по щекам разлился.

Началось весёлое гулянье!

Франт ещё сильнее расхрабрился,

Ударял с размаху по медалям,

Басурман всех перебить грозился.

А ямщик запел протяжно песню

Долгую, раздольную, как поле,

И тяжёлую, как горы; честную,-

Пел он громко о народной доле.

Дамы сокрушаясь, зарыдали,

И боярин стал по пьяни плакать.

А потом на лавки враз упали,-

Самогон крепчайший укачал их,

Захрапели гости с непривычки.

А мы всё пели, пили с ямщиком,

И трепака сплясали по обычаю,

Придавили половицы каблуком.

Вот такой вот вечерочек вышел,

Два сословия сошлися за столом.

Рок

Говорят нам мудрые витии,-

Мы творцы своей судьбы.

Отчасти да; но в этом мире

Бывает так, что сами мы

Идём за непреклонным роком,

Судьба нам выбрала пути:

Кому-то стать Наполеоном

Быстро в жизни предстоит,

А кто-то, как бы ни старался,

Не сможет лучшего достичь.

Жребий каждому достался

При рожденьи, с ним идти

Придётся по путям земным.

В малом есть свобода воли,

И вместе с ней детерминизм,-

Вот что всем нам уготовано.

Момент сей надо объяснить:

Возьмём в пример Наполеона.

Если бы он был банкиром,

Или бардом вдохновлённым,

Или искусным ювелиром,

То после, - рано или поздно

Стал бы воином великим,

Гениальным полководцем.

Понеслась бы цепь событий

И привела б его к триумфу.

Байрон, Лермонтов и Пушкин

Тоже стали бы писателями,

Несмотря на то, что временно

Могли трудиться на пекарне.

Им гениальный выпал жребий.

Таких людей ведёт судьба;

Они способны лишь детали

На жизненном пути менять,

Свободой воли то считая.

И нас, обычных обывателей,

Тоже, только в малой мере,

Судьба по жизни направляет.

Свободы больше мы имеем:

Для института мало знаний,-

Ступай профессиям учиться.

Не стал охранником на складе,-

Не беда, - пошёл в таксисты.

От перемены мест слагаемых

Сумма чисел не увеличится.

Судьба совсем другого плана

У заурядностей в наличии,-

Не прыгнут выше головы.

И лишь банальности от них

Везде приходят в этот мир.

Для них подходят все пути.

Стал, к примеру, лаборантом,

Но в долгий срок не уяснит

Чего-то большего: всё рядом,

Книжки, практика, - учись;

Но нет способностей на это.

Таких людей везде найти

Легко; итог всегда один.-

Стараний много, толку нету.

Сейчас я стану говорить

Про тех, кого судьба ведёт.

Талантов много среди них.

Но лишь немногим повезёт

В гениальность свой талант

Превратить. Но всё ровно

В теченьи жизни показать

Смогут то, что суждено;

Тускло, или ярко смогут

Проявить искру от Бога.

Расскажу я вам историю:

Я в то время жил в Крыму,

На берегу Чёрного моря.

Грузчиком в порту работал,

Под мешками спину гнул.

И платили нам неплохо.

На торговом складе мы

Двое суток через двое

Пахали, с ночи до зари.

(Смена начиналась ночью).

Дружно мы трудились там,

Все друг другу, как друзья,

Отношенья очень тёплые.

Всегда работали, резвясь;

Песни весело горланили,

И кубарей везде гоняли,

И при этом груз таскать

На плечах мы успевали.

Был средь нас седой Иван,

Маэстро - мы его прозвали;

На казанках он всё стучал,

Такт дубасил музыкальный.

И на гитаре вальс играл,

Когда в каптёрке отдыхали.

В сорок лет седым он стал,

Спиртное пил Иван изрядно.

Везде он лазил, тут и там,

Ходил по зданию громадному,

И за собой он всех таскал.

Однажды мы на фортепьяно

Наткнулись в тёмном закутке.

«И кто же его здесь оставил

Среди хлама?.. Ну-ка, все

Взяли дружно, приподняли,

И потащили в центр склада

Сей прекрасный раритет!» -

Весело Иван скомандовал.

Принесли мы сей предмет

Музыкальный. Наш Иван

Враз по клавишам ударил,

И Мурку складно наиграл.

В складе раздались овации:

«Ах ты, Ваня, музыкант!

Тебе работать в ресторации

Нужно! У тебя ж талант!»

- Я и так работал, братцы,

Двадцать лет тому назад.

А теперь мне разыграться

Надо с вами на мешках,

Чтобы как-то пропитаться.

Что поделать, не судьба

Мне искусством заниматься.

Да я играл-то года два.

«А звучит, как будто двадцать

Лет уменье упражнял!»

- Рад, что музыка понравилась.

Я стану иногда играть,

Во время перекуров наших.

Когда Иван играл на фортепьяно,

Все складские шли его послушать.

И однажды наш начальник склада

С купцом богатым шёл покушать

В зданье главное; услышав музыку,

Замерли они... Сказал начальник:

«Хорошо играешь! Но послушай,

Сможешь ты исполнить классику?

- И классику могу, и безделушки

Исполнять. Коль попросили вы,

То вспомню я творения светил.-

Иван сыграл Бетховена сонату;

Созвучьем ладным души усладил

Слушателям. Начальник завопил:

«Прекрасно! Талант - твоя награда!

Тебя Господь всевышний наградил!

А можешь наиграть импровизацию?»

- Легко сыграю; сброшу груз с души:

Седой Иван стал звуки подбирать,

Они текли из сердца, словно волны,

Тяжёлым сонмом громко ударяли

В берег слуха; громко в перепонках

Рокот мощный зазвучал. - Тоска,

И сила непреклонная, стихийная;

За валом поднимался новый вал,

Звуки буйства пенились красиво,

Разбиваясь в брызги ярких нот.

Не было в мелодии повторов,

Всё сплошным потоком шло,

Музыка рождалась превосходная.

Купец богатый закричал Ивану:

«Пойдём работать в ресторан мой!

В самый распрекрасный в Ялте;

Станешь получать сполна оплату!»

А начальник склада произнёс:

«Он зароет там свои таланты.

На эстраде выступать бы надо.

Что ж поделать: злобный Рок.

Вот таких в сословьи знатном

Надо бы иметь, и был бы прок;

С пелёнок стали обучать бы...

Решай Иван, к купцу пойдёшь?»

- Ну конечно! Надо поиграть мне!

Мне сам Бог устроиться помог!

Вовремя пошли вы прогуляться

По складам! «Что ж, хорошо.

Расчёт получишь в сей же час.

Я зайду послушать в ресторан,

Как играет Ваня виртуоз.»

Три года Ваня хорошо играл.

А потом стал пить он снова,-

Из ресторана перешёл в кабак.

Талант его блистал недолго.

Но всё-таки вела его судьба

По путям событий; но неровно.

Всем талантам сразу уготован

Путь земной; сумеют показать

Скрытую в душе способность.

Древняя легенда

Резвый ветер-непоседа

Мне поведает легенду

Древнюю; сюжет навеет.

Я прислушаюсь к нему.

Ветер веет медленно:

Послушай быль мою.

По пустыне аравийской

Шёл богатый караван,-

Вёз китайские шелка.

Стольный город близко,

И скоро на базар

Попадут товары,

И там купец Исса

Наживёт динары.

Исса давно торгует

Редкими вещами.

И всегда рискует,-

В неведомые дали

Ходит без охраны,

Чтобы не делиться

Златом с ходоками;

Сильно суетится

О своём богатстве.

Исса изрядно храбр,

Но ужасно жаден.

Девять человек

Его сопровождают,

В подчиненьи все,-

Рабы; а он хозяин.

Им почти не платит,

Лишь за пропитанье

Стараются они.

Богатство у Иссы

Безмерно возрастает.

Пара дней пути,

И Исса в Багдаде;

Там шелка свои

Он удачно сбагрит.

А пока в песках

Плутает караван.

Вот и ночь настала,

Звёзды в тёмном небе

Загорелись ярко.

Теперь настало время

Долгого привала,

Надобно поспать.

Рабы шатры разбили,

Костры уже горят;

Все ужинают мирно.

Исса, поев сполна,

Отдал распоряженья

Всем своим рабам,

Чтоб они смотрели,-

На месте ли шелка.

А сам улёгся спать.

И только задремал,-

Вдруг его подняли:

Кричат ему: «Исса,

К нам шайтан нагрянул!

Наверно, сумасшедший

Дервиш, - не иначе.

О мирах нездешних

Он хочет посудачить.

Мы гнали его, гнали...»

- Пусть зайдёт сюда.

Заплутавших странников

Не надо прогонять.

И зашёл тот старец,

Низко поклонился,

И промолвил: К раю

Ныне устремишься.

Я к тебе явился,

Чтобы ты запомнил

Время прежней жизни,

Быт средневековья.

И когда увидишь

Ты в иных веках

Шёлковые нити,

Вспомнишь про себя,

На себя посмотришь.

Дай скорей лепёшку!

Устал я голодать!

- Ты, наверно, болен.

Рассмешил меня!

Быт средневековья...

Кушай, подкрепляй

Чахлое здоровье.

И чай вот наливай

Наваристый зелёный.

«Спасибо, человек.

Я так устал сегодня;

Целый божий день

Сидел за монитором.

Офисный планктон

Кормится на море.

Начальники кругом

Съедают поголовье

Офисных рабочих!

Проклятые акулы!..

Чай очень хороший,

И лепёшка вкусная.

Спасибо, человек!»

- Не за что; поешь.

Долго ты в пустыне

Странствуешь один?

«Этот мир - пустыня.

А люди, - как пески;

Вечный ветер носит

Их во тьме времён.

Утром, днём и ночью

Люди видят сон...»

- Ум твой помутило

Отсутствие воды

И еды... Скажи мне,

Видел ты в своих

Видениях не сны,

А саму реальность?

Увидь её, проснись!

Уйди из зазеркалья!

«Я давно не сплю,

Добрый человек.

Не смыкавши век,

В вечности хожу.

Других не разбужу;

Но напомню сон,

О жизни расскажу

В череде веков.

Шёлковая нить

Напомнит о былом.

Эту нить увидь...»

- Ясно всё с тобой.

Кушай, бедный странник,

И спать потом ложись.

Рано утром встать мне

Надо, чтоб свезти

Товары до Багдада.

И вот Исса добрался

До города. Товары

Разместил по лавкам.

Быстро покупатели

К прилавкам набежали,

Шелка они скупали.

Исса считал динары;

И старца вспоминал он:

«Странные слова...

Действительно, как сон,-

И вся эта толпа,

И весь докучный звон

Монет, и звон речей.

Сон мирской пройдёт,

Исчезнет, словно тень...

Когда парил пророк

В девятых небесах,-

Узнал мгновенно всё,

Провёл он там века.

А время на часах

Песчинки отсчитало;

Текла ещё вода

Медленно, по капле

С кувшина опрокинутого.

Вечность в этом мире

Мгновению равна.

Все мы в царстве сна.

Грёзы этой жизни

Уходят... Ветер дует,

Окно мне распахнул он...

Шёлковые шторы

Качались на ветру.

И теперь я вспомнил

С кем я торг веду.

Древнюю легенду

Мне поведал ветер,

Сагу о бессмертьи

Мгновенно рассказал.

Ткань перерождений

В нитку размотал...

Монолог пророка

Творец миров, услышь меня.

Поведай мне о мирозданьи;

Раскрой все тайны бытия,

Сокрытые в Твоём сознаньи.

Я мудрый смысл хочу постичь,

Открой заветные скрижали,

И дай прочесть слова Твои;

Я вникну в суть необычайную,

И легче станет мне идти

От жизни к смерти. Знаю я,

Что вновь рожденье предстоит,-

Душа вселяется в тела

Постоянно... Но зачем?

Есть ли в этой схеме цель?

Письмена мне говорят,-

Целью служит восхожденье

По бесконечной лестнице;

И мы шагаем к небесам,

Идём к иным мирам далёким,

Чтоб явиться в существах

Превосходных, столь высоких,

Что они равны богам.

На Земле есть ад и рай,-

Они у нас перед глазами.

Те, кто обречён страдать,

И те, кто счастье получает,

Находясь в своих телах.-

У кого-то свет сознанья,

У кого-то страшный мрак.

Точно так же и в мирах

Отдалённых, - рай и ад,-

Разум, качествами разный.

И само пространство, как

Ад и рай: миры есть там

Ужасные, и есть прекрасные.

А есть такие, где всё сразу,

Точно так же, как у нас:

Свет и мрак, добро и гадость.-

Дорогу можно выбирать,

Чтобы в лучший мир добраться,

Или в худшем прозябать.

И в этом смысл бытия,-

Постоянно возрождаться,

Чтобы путь свой продолжать.

Бесконечны странствия...

Я давно скитаюсь, Отче.

Отчего Ты не поможешь

Мне юдоль сию покинуть?

Потускнели мои очи,-

Много зла я в мире видел.

Сердцу тяжко очень,-

В ранах кровь бурлит;

Душа кричит навзрыд

От боли... Гнев во мне

Пробуждает этот мир!

Пускай же он сгорит,

Как сноп травы, в огне!..