Наследство с приключениями или приключение в наследство. Книга 1( часть 1 )

- Не преувеличивай, – пожал Гюргий плечами, стараясь не выдать нарастающее беспокойство. Он прекрасно понимал, что Аграфена права. – Передавай от меня привет Златомиру, – сменил он тему, – ничего не скажешь, ловко мальчик меня разыграл.

- Очень рада, что тебе понравилась последняя работа Антона, – насмешливо ответила царевна, – а что до моего племянника, то ведь какой у него был учитель. – Она надменно поклонилась и ушла. Её половина моста растаяла.

Гюргий долго смотрел ей вслед, наблюдая, как она садится на дракона и улетает, исчезая в нежно-лиловых утренних облаках.Невидимая рука сжала сердце. А ведь когда-то они были с Аграфеной лучшими друзьями. Восемьсот лет назад ещё совсем молодой герцог Вервольф приютил в Серебряном щите короля Златомира с семьёй. Как же шумно и весело стало в старинном замке, когда под его сводами зазвучали звонкие детские голоса. Четыре юные принцессы подрастали на его глазах. К Аграфене уже тогда все относились с большим уважением, даже прозвали Мудрой. В шахматы он у неё так ни разу и не выиграл, хотя был отличным шахматистом. Порой было даже досадно проигрывать девчонке.

Конь, недоумевая, почему хозяин застыл на месте, тихонько пофыркивая, ткнулся ему в плечо. Волков обернулся и, ласково потрепав того по гриве, вскочил в седло. Он вспоминал как однажды нечаянно подслушал разговор короля с дочерью. « Милая, – осторожно сказал отец, – ты совсем не даёшь шансов Гюргию, может, следует разок другой поддаться?» « Папа, – серьёзно ответила она, – я не хочу унижать Гюргия такой подачкой!» После этого он зауважал принцессу ещё сильнее и, незаметно стал советоваться по разным поводам. И сейчас ему очень хотелось показать Аграфене свои новые работы, обсудить последние новости, посоветоваться, но он прекрасно понимал, что это невозможно: сто лет назад он сделал свой выбор. « Нет, – поправил он себя, – гораздо раньше. Просто прятал голову в песок и надеялся, что всё обойдётся.»

Дорога к замку шла по живописному берегу Чешуйки, где в зарослях ивняка у князя было излюбленное тайное место. Но сейчас он спешил, хотя очень хотелось растянуться на траве и поразмышлять о накопившихся проблемах. « У меня много дел, дружок, – ласково сказал Волков, остановившемуся коню, – вперёд!»

Дома его ждал приятный сюрприз: Агата помирилась с Электрой, – письма так и летали в обе стороны через камин. Гюргий был на седьмом небе от счастья. « Теперь Электра в два счёта убедит её», – радовался он, расхаживая по кабинету. Вскоре туда впорхнула Агата. « Не очень довольна,» – понял он, внимательно посмотрев на королеву. Агата не спешила начать разговор, она о чём-то размышляла, покусывая губки. Подошла к окну, походила по комнате и опустилась в кресло. Волков терпеливо ждал, привычно ей любуясь.

- Мы помирились с сестрой, – вымолвила она, наконец, – признаю, её план великолепен…- Она снова замолчала.

-Так что же тебя беспокоит? – не выдержал Гюргий.

- План Электры, конечно, хитроумен, но требует времени и терпения, а я боюсь, что Аграфена, при поддержке Златомира, осмелеет и нападёт раньше.

- Златомир потерял свою волшебную сущность и стал человеком, – осторожно напомнил Волков.

-Только ты в этом до конца не уверен! Так ведь?! – она внимательно посмотрела ему в глаза, и князь отвёл взгляд. – С этим мы разберёмся, я послала в Ведуны выползней. – У Агаты даже глаза заблестели от возбуждения. – Чудесные создания: полезны и живыми и мёртвыми, -согласен? – Гюргий кивнул. – Ещё меня беспокоит, что Электра, вместо того чтобы переговорить с нами, зачем-то собрала Совет Ордена. Понимаешь, – стиснула она кулачки, – это было верхом глупости позволить им решать нашу судьбу. Не перебивай! – топнула она ножкой, когда князь попытался вставить слово. – Если она уже всё решила, то зачем было давать возможность этим жалким ничтожествам возгордиться и возомнить, что от них вообще может что-то зависеть! Пора сестрице сменить тело, а то человеческое сильно одряхлело и начало её подводить. Я уверена, что они теперь непременно выкинут какой-нибудь фортель, который нам всем придётся расхлёбывать. – Королева была неописуемо прекрасна в гневе: глаза сверкали, а платье меняло цвета и оттенки.

- Остаётся надеяться, – отозвался Гюргий, – что их сдержит Альберт и всё обойдётся. В конце концов, Электре ни один волшебник в подмётки не годится, глядишь, в Ордене появятся новые вакансии.

Агата поразмыслила и успокоилась. « А ты как съездил?» – вспомнила она. Пришлось рассказать всё подробно.

- Чушь, наглая ложь! – вспыхнула королева. – Если это не сама Аграфена, то кто-то из её друзей нам пакостит. И водяниц я не вызыывала, – кривила она душой, – я в состоянии просчитать последствия.

- Я тоже так думаю, дорогая, – примирительно отозвался князь. Он настолько любил жену, что готов был простить ей всё. Гюргий даже промолчал, что опять видел зарёванных служанок с распухшими щеками. « Зачем она так жестока с теми, кто ей служит,» – расстраивался он, вспомнив, как его первая жена София пострадала из-за своей неумеренной вспыльчивости. Его увещевания плодов не приносили. « Хватит читать мне мораль!» – обрывала она. « Гюргий, очнись к обеду звонят,» – вывел его из задумчивости голос Агаты . « Идём!» – отозвался он, вставая и галантно подавая ей руку.

* * * * *

- Н-да-аа, ребятки! – промычал Пахом, старейшина леших, критично оглядывая накрытые на лужайке перед хижиной столы. – Курям насмех. Ежели денег нет, то могли бы и немного обождать с новосельем.

- Ты о чем, Пахом? – растерялся Данила, оглянувшись на изысканно сервированные столы, заставленные закусками.

- Я и говорю, парни, угощение у вас скудное. Кому, скажи на милость, нужно ваше шампанское или это винцо, – презрительно потряс он бутылку с марочным коньяком. – Где, спрашивается, водочка, самогон, бесилка, на худой конец. Рыбки у вас кот наплакал, – остановился он перед блюдом с осетриной. Братья только недоумённо хлопали ресницами. – Даже хлеба на столе нет.

- Как же это нет?! – возмутился Емеля. – Вот же, – указал он на расставленные корзинки с багетами.

- А я о чём: хлеба-то и нет. Так, булочки на один укус. Ветчина – это не плохо, но где студень, колбаса.

- Вот сервелат, – подвинул ему блюдо обескураженный Данила. – Такие блюда на всех столах расставлены.

Пахом с сомнением взял кусочек двумя пальцами, понюхал, осторожно прожевал и сказал:

- Годится, но опять-таки, на один укус. Как мы здесь привыкли: поросёнок с кашей, куры жареные, студень, пельмешки, варёная колбаса от пуза, селёдочка, пироги с требухой и протча. А слизней зачем на стол сунули? – брезгливо ткнул он пальцем в блюдо с виноградными улитками. – Такое даже с голодухи никто жрать не станет. А салатики лешим зачем? – продолжал критиковать Пахом приунывших парней. – Просто картошечки отварить, яиц побольше, квашеной капустки, огурчиков солёных, грибочков маринованных, – поучал он. – Опозоритесь вы сегодня со своими сырами и ананасиками. Право слово, будто и не леших ждёте в гости, а Аграфену с её учениками. Ладно, – смилостивился Пахом, заметив, что парни повесили носы. – Самогон, грибочки, капустку я вам дам.

-Картошка и яйца у нас есть, поросёнка с кашей достанем, – воодушевился Данила, понимая, что они полезли со своим уставом в чужой монастырь. – Емеля, а на хлеб и пельмени у нас хватит?

– Даже на колбасу и водку останется, – пересчитал тот деньги.

-Я сейчас к Пахому, а потом к Мизгирю, а ты, будь добр, сгоняй в магазин за хлебом и остальным, на что хватит, – сказал старший брат и бросился догонять Пахома.

« Всё такое дорогое и изысканное, а мы чуть не оконфузились,»– с иронией подумал Емеля. « Кто же мог предположить, что для местных важнее количество, а не качество.»

Он взял под мышку куртку и помчался к порталу. Как всегда поёжился, выбираясь из лета в зиму. Застегнул куртку, поплотнее нахлобучил шапку и зашагал в сторону города, не замечая, что за ним беззвучно крадутся пять серых теней. Дорогой он вздыхал о прекрасной незнакомке, которую уже давно не видел.Узнав откуда Емеля приносит ветки для хижины, Данила пришёл в неописуемый ужас.

- Дурья башка, – ругался он, – ты нас всех погубить хочешь?!Если Чёрная королева или герцог Вервольф тебя заметят, нам всем несдобровать.

- Там была только нежная золотоволосая девушка и какой-то щап в кружевах, – защищался Емеля.

- Они тебя видели?! – побледнел Данила.

- Нет, – соврал братец, – я спрятался в ветвях и дождался, когда они уйдут, – а о цветке, полученном в награду за пение, он благоразумно умолчал.

-Твоё счастье, что Чёрная королева тебя не заметила – эта злобная ведьма убивает всех, не раздумывая.

-Да, какая Чёрная королева. Девушку зовут Агата, а расфуфыренного хлыща на каблуках, в кружевцах и камушках – Гюргий.

-Ох, дуралей, – схватился Данила за голову в неподдельном ужасе, – это же они и были. Чего ржёшь? – сердито покосился он на державшегося за живот Емелю.

-Ой, не могу! – хохотал тот, вытирая слёзы. – Если это и есть грозный герцог Вервольф, то я – сам Владыка лесов.

- Смейся, смейся, – обиженно предостерёг брат, – вспомнишь ещё, что я тебя предупреждал, когда оскаленная волчья морда будет рвать тебе горло клыками. Больше туда ни ногой! – строго приказал он. – Лучше, я перед гномами поунижаюсь.

« Не стал бы я его тогда слушать, – размышлял Емеля с досадой, – давно бы уже хижину достроили.» Он уже почти дошёл до кромки леса, но тут неожиданный удар в бок повалил его на снег. Резко сев и оглядевшись, он похолодел от ужаса: вокруг него стояли пять громадных серых волков с оскаленными мордами. Пригнувшись как для прыжка и вздыбив на загривках шерсть, они угрожающе рычали.

« Пропал!» – с отчаянием понял Емеля, увидев, как вожак на его глазах превращается в того самого щёголя. Тот насмешливо приподнял бровь, наслаждаясь испугом жертвы. Его серо-зелёные глаза искрились.

- Встань и подойди! – надменно приказал Гюргий лешему, но тот даже не шелохнулся: ноги ему не повиновались. Он только жалобно таращился и приборматывал:

- Там же ничейная земля. Я всего-то несколько веток сорвал. Пощадите, ваше сиятельство!

- Влад, Стас, подсобите! – приказал Гюргий, переводя взгляд на своих оборотней. Тут же два волка, перекинувшись в парней,подхватили лешего подмышки и,протащив его несколько метров, швырнули на колени перед своим повелителем.

- Слушай меня внимательно, лешак! – велел Волков, картинно поставив одну ногу на пенёк и наклонивнись над дрожащим малым.

- Ничего такого, – заплетающимся языком лепетал Емеля, с перепугу вообразив, что князь решил расправиться с соперником. – Я только спел пару романсов. Она ведь была такая грустная. Это же не преступление? – отчаянно пытался он оправдаться.

-Да, заткнись ты! – не выдержал Гюргий. И тут же две волчьи морды предостерегающе зарычали у того над ухом. Емеля бросил несколько молниеносных взглядов по сторонам: главное, было вырваться из кольца врагов, – а там бы он уже напустил мороку.

- Даже и не думай! – широко осклабился Волков. – Не успеешь! – Его прозрачные, подтянутые к вискам глаза недобро блеснули. В лепет жалкого оборванца он даже не вслушался и поэтому не понял, что тот считает себя его соперником. Если бы до Гюргия дошло,что по мнению лешака, он гоняется за тем из ревности, то надменный князь попросту помер бы со смеху.

Емеля покорился и стал ждать, что будет дальше, резонно рассудив, если сразу не убили, то что-то им от него надобно.

- Царевича знаешь? – наклонился к нему Волков. Леший отрицательно потряс головой. – Марфин наследник.

- А, этот. Видал пару раз.

- Будешь за ним следить. Постарайся втереться к царевичу в доверие. О каждом его шаге будешь докладывать мне. Нет, лучше сделаем так, связь будем держать через Пашку-лесника. Учти, вздумаешь надуть, загрызу. – Он вынул из кармана пухлый бумажник. Емеля даже вперёд подался: такой кучи денег он давно не видел. – Вот твой аванс, – кинул ему Гюргий несколько бумажек. – Вот тебе телефон, снимай каждый его шаг. – Оборотни положили рядом коробку. – И помни, – предостерёг Волков, – я не шучу: обманешь – загрызу.

Мгновение, и пять серых теней растворились в лесу. Проводив их взглядом , Емеля с кряхтением сел на пенёк. Так погано он себя ещё никогда не чувствовал. Хотя он и был бедным лешим, но чувство собственного достоинства у него имелось, а надменный князь смешал его с грязью. Он всегда был высокого мнения о своей смекалке и осторожности, а сегодня ему преподали урок. Досадно было сознавать, что он так оплошал. Не понравилось бедному лешему и амплуа, отведённое ему князем. « Никогда в соглядатаи не нанимался!» – обиженно думал он, подбирая свою шапку. « Сходил за хлебушком, называется. Но делать-то нечего, выбор простой или уходи из этих мест, или волкам на корм пойдёшь!» Емеля нехотя подобрал телефон и деньги, но, взглянув на купюры, он даже присвистнул. От такой щедрости дух захватило и затихли последние муки совести.

«Вот теперь-то мне на всё хватит,»– думал он радостно, летя к гастроному, как на крыльях. «Только как же мне подобраться к царевичу?» – размышлял он на обратном пути, обвешаный мешками и пакетами. «Может, посоветоваться с Данилой, хотя нет, он такой щепетильный. А, ладно, что-нибудь придумаю!»

Изрядно уставший, но счастливый Емеля, наконец-то, добрался со своими покупками до дому. Увидев столы, он удивился: исчезли скатерти, фарфоровые тарелки, тонкие бокалы, – всё, что они одолжили у Мизгиря. На чисто выскобленных столешницах теперь стояли глиняные миски, деревянные ложки, оловянные кружки и красовались бутыли с самогоном. На деревянных блюдах лежали жареные куры и поросята с кашей.

- Будем отрабатывать Мизгирю, – вздохнул Данила, – в долг взял. – А ты что принёс? – спохватился он. – Емеля, откуда всё это?!Ты что, кого-то ограбил?! – охнул старший брат, выкладывая на стол паштеты, пироги с требухой, батоны варёной колбасы, миски с холодцом, банки селёдки, индеек-гриль, мешок чёрного хлеба, бутылки водки, ящик пряников и несколько пластов коврижки. – У него даже руки затряслись.

- Мне вернули карточный долг, – соврал Емеля, довольный произведённым эффектом. – Даже немного деньжат осталось – можно будет и с Мизгирём сразу расплатиться.

Пирушка удалась на славу: лешие разошлись под утро, сытые и довольные, оставив на столах, только крошки, да обглоданные кости. Вопреки сомнениям Пахома, деликатесы многим пришлись по вкусу – слопали даже улиток и фрукты. Емеля был рад, что припрятал бутылку шампанского и коробку конфет в подарок Ладе, о которой не забывал, хотя и грезил о прекрасной королеве Агате.

Гюргий тоже был доволен своим приобретением, прекрасно понимая, что у лешего больше шансов подобраться к царевичу, чем у выползней. Не зря из всех досье, собранных оборотнями, он остановил свой выбор именно на Емеле.Во-первых, пришлый; во-вторых, вечно в долгах, как в шелках: игрок, мот, бабник, – идеальная кандидатура. Да и внешность поблагообразнее, чем у местных лешаков. В досье был ещё один пункт – изумительный голос, – но над этим Гюргий только посмеялся.