Точка Х. Когда рушатся стены

— Не стреляй. Иначе приманишь их прямо сюда.

Денис резко опустил руку, словно его ужалила оса.

— Быстро в дом! — шепнул Андрей, и они бросились бежать.

— Дверь, закрой дверь! — Андрей увидел людей в коридоре. — Закрыть все окна на первом этаже! Не паникуйте. Тихо делайте, что я говорю. Потом все с вещами на третий этаж. Да не стойте вы!

И они с Денисом, заперевшим дверь, рванули по лестнице на третий этаж. Прильнули к окну, выходящему на трассу.

Толпа заражённых уже подходила к внедорожнику. Их желтоватые тела отсвечивали в лучах солнца, а запах тел уже доносился до базы. Но что поразило товарищей: впереди всей орды, медленно шаркающей по дороге, почти человеческим шагом шло двое заражённых серого цвета. Они, как будто, вели за собой своё войско, медленно осматриваясь по сторонам.

С горы донеслись пять выстрелов подряд. Один жёлтый заражённый завалился на асфальт. Остальные медленно, но неумолимо подходили всё ближе. Андрей с ужасом увидел, как при звуках выстрелов серые метнулись в сторону, под защиту автомобиля. «Они понимают?!» — он не мог в это поверить. Или ему это просто показалось?

Но вот один серый пригнулся у водительской двери, осмотрел салон внедорожника. Затем он выпрямился и сделал движение рукой, как будто говорил всем: «Он здесь». И пошёл вверх по горе.

Толпа надвинулась на машину, скрыв почти всю из поля зрения людей. Они могли видеть теперь лишь днище машины с колёсами. Раздался жуткий вопль боли, пронзительный и отчаянный, затем хруст разрываемой плоти. Вслед прогремело ещё пять выстрелов, потом — звук удаляющегося автомобиля. Стрелявшие, видимо, поняли, что теперь своего приятеля не спасти, и поспешили убраться с места. Шум мотора затихал, а в ушах Андрея всё ещё звучал последний крик водителя.

Через пять минут движение остановилось. Теперь орда из тысяч заражённых отрезала путь к базе строительных материалов. Андрей прижался лбом к холодному стеклу, чувствуя, как внутри всё сжимается от осознания: они в ловушке.

Глава 28

Люди собрались в самой дальней от лестницы комнате на третьем этаже. В воздухе висел густой запах страха, смешанный с едкой вонью, тянувшейся с трассы: от орды, перекрывшей им путь к новому дому. Почти все выглядели напуганными, то и дело выглядывая в окна.

Растерянность Косыгина и Дениса лишь усиливала у людей чувство тревоги, а Андрей, меряющий шагами комнату взад-вперёд, добавлял к этому чувству нотку паники. Звук его шагов эхом отдавался в напряжённой тишине, прерываясь лишь глухими стонами заражённых.

— Чёрт! — выругался он вслух так, что все вздрогнули. — Жаль Серёги нет. Он бы что-нибудь придумал.

Люди переглядывались друг с другом, в глазах читался немой вопрос: «Кто такой этот Серёга?» В комнате медленно, но неотступно начал сгущаться страх.

— Их можно увести, — Андрей замер на полушаге, и все взоры были устремлены на него. — Выстрелами из оружия.

— Каким образом? — поинтересовался Косыгин, потирая усы.

— Нужно пробраться по горе вверх и начать стрелять, — голос Андрея звучал уверенно, но в глазах читалась тревога. — Толпа двинется на шум.

Денис покачал головой. Он стоял у окна, сжимая в руке пистолет с единственным патроном. Металл холодил ладонь, рёбра насечек вдавливались в кожу, напоминая о скудости их шансов.

— Их слишком много, — ответил он глухо. — Нам нужен целый арсенал, и стрелять нужно прямо от деревни, чтобы они ушли все.

— Да, верно, — согласился Андрей, подходя ближе к окну. Он вгляделся в массу заражённых, медленно перетекающую по дороге. — А вниз с горы пробраться?

— У меня один патрон остался, — Денис вздохнул, и звук его дыхания потонул в новом порыве стонов. — Не настреляешься, чтобы увести всех. У тебя три. Может, и хватит… Но здесь как на ладони — с этой стороны дороги не пробраться. А ту сторону с уклоном они перерезали.

— И что ты предлагаешь? — Андрей и все присутствующие посмотрели на Дениса. Кто-то с надеждой, кто-то — обречённо.

— Ждать, — коротко ответил тот. — Когда на базе поймут, что нас долго нет, то отправят разведку. И там, возможно, им удастся отвлечь от нас заражённых.

«Может, это и выход, — подумал Андрей, чувствуя, как по спине ползёт мелкая дрожь. — Но когда вернутся дружинники? А если они все погибнут, пробиваясь к складам? Тогда к нам никто не явится…»

— Ждём тогда до завтрашнего полудня, — твёрдо произнёс он. — Потом, если никто не придёт на помощь, будем думать, что делать. Надеяться только на дружину глупо — она сейчас из-за вас, кстати, сама под угрозой.

Люди встревоженно зашептались. Кто-то охнул, кто-то начал нервно стучать кулаками по ноге. Андрей даже не смотрел на них. Его взгляд задержался на Юле. Она стояла у дальней стены, обхватив себя руками, и немного испуганно наблюдала за ним. Сквозняк, пробивавшийся через разбитое окно, шевелил прядь её волос.

«Из-за неё я сюда пришёл, — с ней я должен вернуться», — мысль эта жгла изнутри, но он с грустью признавался себе, что он не герой. «Смогу ли я спасти её и спастись сам?»

Косыгин нервно откашлялся.

— Прошу прощения, товарищи, но ждать, как бы нам этого ни хотелось, нельзя.

Все повернули головы в его сторону. Андрей нахмурился. Ему показалось, что в горле встал тяжёлый комок, перекрывая дыхание.

— Я чего-то ещё не знаю? — с вызовом спросил он, чувствуя, как внутри поднимается едкая горечь.

Василий Иванович спокойно выдержал его взгляд.

— Нет, — очень спокойно ответил он. — Вы в курсе. У нас абсолютно нет воды. Последняя закончилась сегодня утром. Вы же были в курсе, что у нас проблемы с водой?

— Да, но… — смутился Андрей. — А газированные, минеральные…

— Нет, — отрезал Косыгин. — Ничего нет. И если мы будем ждать до завтра, а на помощь никто не придёт… Никто тогда отсюда уже не выберется. Не хватит сил.

В воздухе повисло ощущение безысходности. Одни тихо застонали, кто-то начал шептать молитвы. Несколько женщин тихо зарыдали. Андрей зажмурился от досады.

Денис про себя обматерил Косыгина. «Зачем он панику наводит?»

А люди тем временем действительно закипели. Паника нарастала, как волна:

— И что, нам теперь здесь помирать?! — вскрикнула женщина, её голос дрожал от страха.

— Что вообще делать? — подхватил ктото из мужчин, его руки тряслись, пальцы бессильно сжимались и разжимались.

— У меня там сестра, — простонал пожилой мужчина, сжимая голову руками.

Но взрыву положил начало охранник Костя. Его лицо покраснело от гнева, вены на шее вздулись, пульсируя.

— А какого чёрта мы группами туда уходили? Почему не все сразу? Сейчас бы этой проблемы не было, если бы все ушли разом! — заорал он, и люди подхватили.

— Почему меня в последней группе оставили? — выкрикнул мужчина средних лет, потрясая кулаками.

— Я вообще должна была идти в первой, но председатель мне отказал! — добавила женщина, её глаза наполнились слезами.

Костя кричал громче всех. Он достал топор, и каждое слово поддерживал взмахом. Металл холодно блеснул в тусклом свете.

— Костя, замолчи! — гаркнул Денис. — Хочешь всех мутантов сюда привлечь?

Костя замолчал на полуслове, махнул топором. От волнения он слегка ослабил хватку, и топор, вылетев у него из рук, пролетел сквозь разбитое ураганом окно. С оглушительным лязгом он попал в один из немногих смятых, но висящих кое-как на заборе профилированный лист металла.

Народ замер. В тишине было слышно, как кто-то тяжело дышит, а где-то ветер шелестит листвой.

Внизу послышался гул, стоны, рычание и шорох ног, идущих к жилому корпусу. Ктот-о ахнул, кто-то перекрестился. Несколько человек инстинктивно шагнули к окнам, другие отпрянули вглубь комнаты, словно ища укрытия. Воздух стал густым от страха, а запах смрада, доносившийся снизу, усилился, будто заражённые уже стояли у самых дверей.

Андрей и Денис украдкой выглянули в окно. Толпа заражённых втекала через ворота во двор базы. Сердце Андрея сжалось. Ловушка захлопнулась окончательно. Теперь, даже если придёт помощь, то она не сильно поможет исправить ситуацию из-за малого количества боеприпасов. Оставалась надежда, что дружинники всё же пробьются к заброшенным армейским складам и найдут там оружие.

Отчаяние охватило всех, включая Косыгина. Воздух вокруг наэлектризовался.

— Может, с боем сможем прорваться? — спросил кто-то из мужчин.

— Совсем полоумный? Их там тысячи.

— Ну и что, что тысячи? Здесь подыхать без воды и еды предлагаешь?

Пока шёл спор, Денис внимательно наблюдал в окно. Поманил пальцем к себе Андрея.

— Смотри, — он указал на трассу, — они почти все вернулись с горы сюда.

Андрей глянул и действительно заметил, что толпа, ушедшая метров на сто вверх по склону за машиной, вернулась к базе. В голове начал созревать план.

— Надо посмотреть внизу, — сказал он Денису, — заблокированы ли окна первого этажа и дверь. Если они свободны, то выскочить и бегом уйти за это здание, потом вверх по горе, а там…

— А там, как только отстанут, спуститься по ту сторону к пустырю, — закончил Денис. — Ну или обходить гору. Опасно, конечно, но другого выхода я не вижу. Сиди здесь, я пойду гляну.

— Успокойтесь, — сказал он спорящим, — что толку от ваших споров?

Он вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь. Юля, долгое время стоявшая у стены, сделала несколько шагов навстречу Андрею, который задумчиво вышел на середину комнаты. Сначала шаги были робкие, потом всё смелее и смелее. «Я ему нравлюсь, — мысль придавала ей храбрости, — так что меня держит?» Последний шаг… Она обняла Андрея и прижалась к нему, дрожа всем телом. Андрей сначала растерялся, но потом бережно прижал её к себе покрепче.

— Не бойся, — шепнул он ей на ухо, — я пришёл за тобой. Я тебя вытащу.

Она подняла голову и с благодарностью взглянула ему в глаза.

Денис крадучись спустился по лестнице в холл первого этажа. Уже со второго пролёта он понял: всё плохо. Со двора доносились стоны и гул заражённых. Теперь только одна задача — оценить их расположение во дворе.

Денис вошёл в медпункт. Раненый проснулся. На его лице, мокром от пота, отразилась маска страха. Он слышал гул и прекрасно понимал, в чём дело.

— Когда они пришли, начальник? — прохрипел он сквозь боль.

— Недавно. Лежи тихо, — ответил Денис, подходя к окну.

Он осторожно раздвинул жалюзи, но тотчас отпустил их и отшатнулся. Весь двор был плотно забит заражёнными. Обдумав секунду, он снова выглянул сквозь полоску, оценивая пространство около двери. Плотно.

Денис подошёл ко второму окну и так же осторожно выглянув, замер. С той стороны стоял серый заражённый, прижав лицо к окну. Их глаза встретились. Денис не мог оторвать взгляда от мутного, но явно думающего взгляда, так отличающегося от бессмысленных взглядов жёлтых. Серый улыбнулся, от чего у Дениса по спине пробежал ледяной ток.

Но в следующую секунду улыбки как и не бывало. «Может, показалось?» — вихрем пролетела мысль. Серый сделал шаг назад и, расталкивая толпу заражённых, направился к двери, от чего сердце Дениса чуть не выпрыгнуло из груди. Он двинулся к выходу в коридор, доставая из кармана пистолет.

— Начальник, — снова хрип раненого, — не бросайте меня здесь. Я… я не хочу умирать.

— Лежи тихо, и всё будет хорошо, — обронил Денис, думая: «Им придётся пожертвовать. Он уже не жилец», — и вышел в коридор.

Быстрым шагом он прошёл до входной двери, за которой происходила какая-то возня. Сдёрнул предохранитель и с ужасом увидел, как дверная ручка начинает поворачиваться. Денис свободной рукой схватился за неё, изо всех сил удерживая от поворота. Но сила была на той стороне.

«Не удержу», — в панике подумал он. — «Через минуту здесь будут заражённые». Тогда он нацелил ствол чуть правее и выше дверной ручки и нажал на спуск. Пуля пробила небольшую дыру в двери, и в полной тишине Денис услышал глухой стук упавшего тела.

Следом зашумело, зарычало. Дверь задрожала. Денис кинулся наверх.

Люди услышали выстрел и запаниковали. Андрею и Косыгину с трудом удалось заставить соблюдать тишину. В коридоре раздался топот — тяжёлые шаги, будто кто-то бежал, спотыкаясь. Андрей рванул к стене, подхватил ружьё и нацелил на дверь. Влетел Денис.

— Всё плохо, — с ходу, уже не обращая внимания на возможную панику, проговорил он. — Нужно бежать сейчас. Иначе все тут останемся навсегда.

Кто-то уже ринулся к двери.

— Стойте, олухи! — закричал Денис. — Весь двор забит этими тварями. Значит, так: у этой стены дома их нет — слишком узкий проход между домом и столбами забора. Все вниз, на первый этаж — в самую дальнюю комнату. Выбираемся через окно и бежим по трассе на гору. Не останавливаемся! Бежим метров триста, потом налево по склону вниз — к пустырю. Все поняли? На пустыре ждём всех. Вперёд! Нет времени!

— А как же раненые? — голос у Журавлёвой сорвался. — Их надо тоже выводить.

— Нет времени и нет возможностей, — отрезал Денис, глядя в налившиеся ужасом глаза Юли. — Их придётся оставить.

— Нет! — закричала она. — Они такие же люди, как и мы. Их надо спасти, нести!

— Вот и тащи на себе! — рявкнул Денис. — Кто их потащит, подумала? Когда со всех ног бежать надо. Если тебе так нужно — я отговаривать не стану. Но сама, товарищ медработник, только сама.

Он вышел в коридор, повертел в руках пистолет с пустой обоймой и, отшвырнув его в сторону, достал топор.

Журавлёва посмотрела непонимающим взглядом, но её сердце сжал ледяной страх, и она кинулась вместе с остальными в коридор. Последним вышел Андрей, прижимая ружьё к груди.

Люди устремились вниз по лестнице, когда услышали, как затрещала входная дверь.

— Назад! — заорал Денис. — Не успеем прорваться! Все на второй этаж, в последнюю комнату слева. Прыгать со второго этажа!

Но несколько человек не послушали его и бросились вниз. Дверь рухнула с оглушительным грохотом, и люди попали в толпу заражённых. Раздались дикие вопли, крики о помощи, хруст костей и звук разрываемой плоти. В воздухе повисла вонь крови и смрада. Ужас на мгновение сковал людей.

— Давай вперёд! — снова закричал Денис. — Бегите! Я прикрою. Костя, помоги мне!

Но Костя уже первым бежал по коридору, спасая себя.

Андрей притормозил у Дениса.

— Идём последними, — проговорил он, с трудом переводя дыхание, чувствуя, как страх стягивает грудь тугой лентой.

— Иди! — рявкнул Денис. — Выведи их к этому проклятому пустырю. Я один задержу и присоединюсь к вам там. Иди, Андрюх, не стой истуканом, — уже мягче добавил он и хлопнул того по плечу. — Бог не выдаст, свинья не съест. Давай-давай! — подтолкнул он Андрея.

Снизу раздался хриплый голос страха раненого, который оборвался в одну минуту. Вой заражённых нарастал.

В последней комнате люди, торопясь, открывали окно и начали прыгать со второго этажа вниз. Раздался крик боли — кто-то сломал ногу, кто-то распорол её об кусок металла. Люди в агонии катались по земле, крича и плача. Костя уже бежал по дороге на гору, его силуэт мелькал среди растущих вдоль обочины тополей.

В комнате остались Косыгин, Журавлёва и Андрей.

— Иваныч, — сказал торопливо Андрей, — я опущу ружьё из окна, ты цепляйся за него, и, как только ниже будешь, прыгай. Расслабься, иначе можешь повредить себе что-нибудь. Потом ты, — он повернулся к Юле.

— Я боюсь, — начала она, её голос дрожал.

— Я тоже, — перебил он. — Но это надо сделать. Вперёд!

Денис услышал шум шагов, поднимающихся по лестнице, — тяжёлый топот, будто кто-то нарочно стучал каблуками, запугивая. Он крепко сжал рукоять топора, ощущая шершавое дерево под пальцами, и приподнял его, готовясь к бою. Мандраж налил металлом мышцы, но усилием воли Денис подавил его.

Косыгин приземлился не совсем удачно, ударившись коленом о стену дома. Охнув, он немного поразмял ногу и заковылял к трассе.

— Теперь ты, — Андрей снова свесил ружьё из окна. — Осторожнее.

— Я не могу, — на Юлю напала паника.

— Ты должна, — твёрдо сказал он и вдруг увидел, как на крики и плач под окном устремились заражённые, стоящие у ворот базы. Шорох их шагов нарастал, смешиваясь с хриплыми вздохами и гортанными звуками — они приближались.

— Быстрее! — закричал он. — Они идут сюда! Через две минуты мы тут погибнем, если ты сейчас не прыгнешь!

— Беги один, — она не понимала, что говорит, ужас сковал её мысли и тело.

— Я пришёл за тобой и никуда без тебя не уйду, — неожиданно спокойным тоном ответил Андрей. — Юля, ты должна прыгнуть.

— Почему ты без меня не уйдёшь? Уходи!

— Просто я люблю тебя, — глаза Андрея стали серьёзными.

Юля выдохнула, внезапно страх куда-то пропал. Она молча села на подоконник, и, не успел Андрей ей ничего сказать, спрыгнула вниз.

— Денис! — заорал Андрей во весь голос. — Мы все! Давай сюда! — и сам спрыгнул вниз.

Заражённые приближались — их шаги становились всё отчётливее, а хрипы громче и агрессивнее. Под окном катались трое людей: два с переломами ног и одна женщина с распоротой до кости ногой.

— Не бросай нас! — заорал мужик. — Давай, помоги! Неси нас отсюда!

Андрей собрался с мыслями. «Троих я не унесу, — Косыгин и Юля уже на дороге. Через минуту подойдут заражённые. Их всего пять… Три патрона — минус трое. Двоих топором добью». Он уже вскинул ружьё, но тут же опустил. Страшная мысль пронзила его: «Даже если сейчас застрелю троих и двоих убью топором, то на выстрелы сюда явятся сотни. Всех мне не вытащить. И Денис тоже потом не прорвётся». Андрей сжал разрывающееся сердце в кулак и стремительно зашагал к трассе.

— Ты куда, сволочь?! — заорал от страха мужик.

— Чтоб ты сдох в мучениях, урод! — вторила ему женщина.

Троица предприняла попытку уползти. Один мужчина даже начал прыгать на одной ноге, но страшная боль скосила его, и он потерял сознание. Через две минуты заражённые навалились на них. Послышались утробное рычание, хриплые возгласы и жуткие звуки борьбы, заглушённые криками агонии.

***

Стоя посреди коридора, Денис слышал крики боли под окном — хриплые, прерывистые, с примесью всхлипов. Он не стал думать, что там происходит. В голове билась только одна мысль: «Не время жалеть. Если сейчас не выберусь — всё кончено».

Он заметил появление в конце коридора первых заражённых: два шли в ряд, один чуть позади. Их шаги глухо отдавались в тесном пространстве — шаркающие, неровные, но неумолимо приближающиеся. Воздух наполнился смрадом от их тел и чем-то кислым, от чего желудок сводило судорогой.

«Да скорее же!» — отчаянно пронеслись мысли. Он прислушался к спорам из комнаты, различив обрывки фраз сквозь гул в ушах. Взглянул на свои руки — они чуть дрожали, но пальцы крепко держали рукоять топора. Заражённые всё ближе.

Денис вздохнул, сжал топор и, сделав шаг навстречу, обрушил первый удар. Не совсем удачный: топор попал чуть ниже плеча заражённого. Раздался мерзкий хруст ломающейся кости, брызнула тёмная кровь, оставив алые капли на стене и полу. Заражённый завыл — звук пробрал Дениса до мурашек.

И тут же Денис еле успел увернуться от атаки второго заражённого: его рука со страшной скоростью рассекла воздух прямо над головой Дениса, едва не задев макушку. Холодный пот скатился по спине, воздух встал в горле. Денис попятился, выпрямился и снова взмахнул топором. Атакующий рухнул на пол с глухим стуком. Раненый заражённый споткнулся об него и упал прямо к ногам Дениса. Топор опустился прямо в основание черепа — раздался короткий влажный треск.

Денис огляделся: коридор постепенно наполнялся заражёнными. Они появлялись, словно вырастая из стен, их глаза тускло поблескивали. Третий уже был рядом. В этот момент он услышал крик Андрея: «Мы все!»

«Наконец-то», — подумал Денис с какимт-о отчаянным облегчением. Он выбросил руку с топором вперёд. Обух попал противнику в грудь, сломав несколько рёбер — послышался глухой хруст, заражённый захрипел и осел. Второй удар прикончил его.

Денис бросился бежать. Задержавшись на несколько секунд, чтобы закрыть на замок дверь, он подошёл к окну, сел на подоконник, свесив ноги вниз, и огляделся. Под окном пять заражённых пожирали троих несчастных — слышались влажные чавкающие звуки, хруст костей и завывающие стоны. Ещё около двадцати были на подходе: их шаркающие шаги и хриплое дыхание наполняли воздух угрозой.

Денис выругался сквозь зубы, чувствуя, как бешено колотится сердце. Он перевёл взгляд на трассу и в промежутках между тополями увидел несколько фигур, бегущих в гору. Силуэты мелькали среди деревьев, то пропадая, то появляясь вновь. Размышлять было некогда.

Он сбросил топор вниз — тот глухо стукнулся о землю. Денис перевернулся, схватился руками за подоконник, на секунду повис, чувствуя, как мышцы рук напрягаются до предела, и разжал пальцы.

Грузно ухнул на землю, чуть не подвернув лодыжку. Острая боль резким толчком отдалась в ступню, заставив стиснуть зубы. Но уже через мгновение она почти исчезла, вытесненная адреналином.

Он услышал рычание — двое заражённых, оставив свои жертвы, шаркали к нему. Их глаза горели тусклым огнём, рты были перепачканы кровью. Денис наклонился, поднял топор, ощутив привычную тяжесть рукоятки в руке. Лезвие блеснуло в солнечном свете. Он глубоко вдохнул, чувствуя, как воздух обжигает лёгкие, и шагнул навстречу.

Он нанёс мощный удар, сблизившись с первым заражённым. Топор полностью вошёл между шеей и плечом, застряв в кости. Заражённый повалился, увлекая Дениса за собой — тот не выпустил рукоятку. В ноздри ударил смрад, смешанный с запахом крови. Денис упёрся ногой в бок мутанта, дёрнул топорище, но оно отказывалось выходить.

Второй мутант уже совсем близко. Его когтистые пальцы царапнули воздух в сантиметре от плеча Дениса. Но он не паниковал. На полусогнутых ногах Денис приложил все усилия и выдернул топор из раны. Сила инерции удачно отбросила оружие вверх — обух с глухим стуком попал в челюсть врага, вырвав её с корнем. Заражённый захрипел и рухнул на пол, дёргаясь в конвульсиях.

Денис начал распрямляться, когда услышал короткий, сухой смешок. Звук был неестественным, почти человеческим, и от него у Дениса дрогнули руки. Он чуть повернул голову и увидел шагах в десяти серого заражённого. Тот стоял и наблюдал своими мутными глазами за сражением.

Слева подходила толпа жёлтых. Справа — небольшой, но крутой овраг: прыжок туда мог стоить перелома или вывиха, да и выбраться потом будет непросто. Выход был один: прямо на трассу, через серого.

Каждая секунда промедления стоила жизни. Денис сжал рукоять топора так, что пальцы занемели.

Он сделал шаг вперёд, затем другой, ускоряясь, и устремился к своему последнему препятствию. Дальше — свобода.

Денис приблизился к стоящему неподвижно серому на пять шагов и приготовился нанести удар, когда тот вдруг сделал шаг чуть левее, как будто выбирал позицию. «Врёшь, — яростно подумал Денис, — я тебя достану». Он сделал ложный выпад вправо, а потом, резко повернувшись налево, взмахнул топором. Удар был им полностью рассчитан.

Но серый неожиданно, пригнувшись в последний момент, увернулся от оружия, просвистевшего над его головой в паре сантиметров, и нанёс Денису сильнейший удар в левый бок. От удара Денис пошатнулся, в ушах зазвенело, а по телу пробежала волна острой боли, заставившая его поперхнуться. Серый тут же вышел из радиуса возможной атаки, встал прямо и смотрел на своего противника непонятным взглядом.

«Ах ты тварь, — пронеслась в голове Дениса мысль, — умная какая». Он хотел покрепче сжать рукоять топора, но пальцы почему-то отказались слушаться — потеряли всякую чувствительность. Левый бок занемел. Воздух отказывался идти в грудь. По ноге побежало что-то липкое и горячее, пропитывая ткань штанины.

Денис медленно посмотрел на свой бок. Через разорванную ткань ветровки он увидел огромную рваную рану — тёмную, зияющую, из которой с шипением струилась его кровь, падая на землю алыми каплями. В нос ударил запах железа. В глазах начало мутнеть, перед ними заплясали тёмные пятна, а окружающий мир стал терять чёткость. Топор выскользнул из непослушных пальцев — рукоятка, скользкая от крови, не удержалась в ладони — и глухо упал рядом на землю.

Судорожно пытаясь сделать вдох, Денис медленно опустился на колени. Он ощутил холодную землю под ладонями, её шершавую поверхность. В затылке стучала кровь, в ушах стоял гул, заглушающий все остальные звуки. Последнее, что он увидел, — окровавленную правую руку серого, в которой был зажат кусок плоти с костями. Кровь с неё капала на землю, образуя маленькие тёмные лужицы.

Тело Дениса завалилось на левую сторону, он дёрнулся раз, затем ещё — мышцы свело судорогой, дыхание прервалось. Серый заражённый отвёл от него взгляд и посмотрел на трассу, где вдалеке мелькала одна фигура. Потом чётким шагом пошёл к воротам базы, постоял, словно оценивая обстановку, и двинулся через трассу к пустырю.

***

Андрей огляделся. Пустырь тянулся от горы к подножию вдоль трассы и уходил на запад — к новому жилому району по левую сторону и большому озеру по правую. Озёра Андрей не видел из-за горы, но знал, что оно там есть.