Чужая кровь

– Вопросы задавать будешь после. А сейчас слушай дальше. Выйдя на тракт, поворачивай налево. По дороге тебе придётся идти не менее часа. Будет неплохо, если ты пробежишься. И для здоровья полезно, и время хорошо сэкономишь.

Дорога приведёт тебя в город. Небольшой, очень милый городок, который местные называют Нижний Уреченск. И да, ты правильно понял – город стоит на берегу реки. Учти главное: город совершенно не похож на тот, из которого ты сюда пришёл. Никаких высотных домов, никаких транспортных средств, кроме гужевого. Живут там очень спокойные и дружелюбные люди. По ночам они, кстати, предпочитают находиться дома и на улицу даже носа не кажут. Обычай у них такой.

На входе в город тебя может остановить стража. Если их не злить, то это вполне безобидные ребята. Если что – скажешь им, что тебя послал я. Этого точно будет достаточно, чтобы тебя оставили в покое.

– В самом городе тебе нужно найти ратушу, – продолжил Смотритель. – Это самое высокое здание в центре, на круглой площади с фонтаном. Если встать лицом к парадному входу, то по левую руку будет третий дом. Добротный двухэтажный, с мраморным крыльцом и выкрашенным в синий цвет забором. Не промахнешься.

Виктор кивнул, мысленно отмечая детали.

– Именно там живёт нужный тебе человек. Эванс, мэр города. Стучи аккуратно – не всю округу буди. Но не волнуйся, тебе откроют. Мэр – профессия круглосуточная. Мало ли какая беда может в городе приключиться.

Смотритель достал из кармана небольшой кожаный мешочек с длинной холщовой лямкой и положил его на сиденье стула.

– Передашь это Эвансу. Что внутри – не твоё дело. Кошель зашит. Если сунешь нос или потеряешь – отвечать будешь головой. Надеюсь на твоё благоразумие. Помимо кошеля, нужно передать слова: «Твой сын остаётся в семье. Я выполнил твою просьбу. Надеюсь, и ты сдержишь обещание». Запомнил?

– Запомнил, – кивнул Виктор, повторяя фразу про себя.

– Теперь вопросы. – Смотритель сделал паузу.

– Про какую дверь ты говорил? Как, войдя в неё, я окажусь в заброшенном городе? Как это вообще возможно?

Смотритель усмехнулся. Он резко приблизился, и в его руке блеснуло небольшое изогнутое лезвие. Прежде чем Виктор успел среагировать, путы с мягким шорохом упали на ковёр.

Парень потер запястья, но остался сидеть, ожидая ответа.

– Шахта, в которую я всё ещё не прочь тебя сбросить, – ты её видел?

Виктор кивнул.

– И лестница, что ведёт вниз. Мы зовём её Лестницей Миров. Догадываешься, почему?

Виктор удивлённо заморгал.

– Так те двери в стене шахты… они ведут в другие миры?

– В иные миры, – поправил Смотритель. – Я удивлён: иногда ты бываешь догадлив. Именно так. Каждая дверь – это проход, лазейка. Служебный вход в один из миров, открытых когда-то очень давно Создателями.

– Но их же…?

– Тысячи, – кивнул Смотритель. – И все разные. Первая сотня, если считать сверху, наиболее подходит вам, людям. По духу, по образу жизни и главное – по среде обитания. Это Зелёная ветка. Чем глубже, тем больше различий и меньше шансов выжить там человеку.

– Выходит, наш мир…

– Твой мир, – поправил Смотритель. – Мы не принадлежим к какому-то конкретному миру. Так вот, твой – не первый и далеко не эталон. Просто он оказался достаточно приспособлен и развит, чтобы сделать здесь нашу базу. Создатели руководствовались принципом: дорогую вещь лучше всего прятать в мусоре. Ваш мир – большая помойка, где удалось разместить самое ценное: Шахту Вечности.

Виктор скептически хмыкнул и скептически покачал головой. Смотритель уловил жест.

– Не веришь? – неприятно оскалился он. – И правильно! Кто ты такой, чтобы я с тобой откровенничал? Даже если б ты начал кричать на каждом углу о том, что здесь увидел и услышал, – кто тебе поверит? В этом и прелесть твоего мира: вы верите в любую чушь, но в упор не видите истину!

Он отмахнулся, словно отгоняя муху.

– Ладно, заболтался я. Спрашивай. Но только по существу.

– После того как передам послание, что делать?

– Правильный вопрос, рекрут! – Смотритель одобрительно хлопнул его по плечу тяжёлой рукой. – Если всё пройдёт хорошо, можешь либо сразу возвращаться, либо погулять там немного. Смотри по обстоятельствам. Но помни: когда полностью рассветёт, ты уже должен быть в Старом городе. Это важно! Опоздаешь – останешься там навсегда. Проход закроется.

Он помолчал, давая информации усвоиться.

– Обратно пройдёшь там же, где и вошёл. Это может быть кабинет судьи или врачебный кабинет. Ещё вопросы?

– Ты сказал, что в Старом городе никого нет, но, если встречу кого – молчать. Кого я могу там встретить?

Смотритель внимательно глянул на парня, потом спросил:

– Ты веришь в нечистую силу?

– Конечно, – не задумываясь, ответил Виктор. – У меня в цеху бригадир – настоящий чёрт. Подлый, злопамятный, и у него, я клянусь, нет ничего святого!

– Ну, тогда нормально среагируешь, если на призрак нарвёшься. Бывает, бродят по аллее. Особенно когда смена лунных циклов на подходе.

– Призраки? Неприкаянные души?

– Что-то вроде того. Если внимание на них не обращать – быстро отстанут.

Виктор вздохнул. Значит, там, куда его вынуждают идти, помимо милых людей, сидящих ночами по домам, ещё и призраки водятся? Хотя, а почему нет? Удивляться ещё чему-то уже не остаётся сил.

– Что по награде? – всё-таки спросил он.

– Не обижу, – сухо ответил Смотритель. – Тебе пора. Но сначала – переоденься.

– Во что?

Тот кивнул в сторону закутка, где на диване лежал свёрток с одеждой. Виктор развернул его и стал разглядывать. Это оказалось нечто серое и бесформенное.

Пока он разглядывал одежду, в голове проносились тревожные мысли. Есть ли шанс вырваться? Допустим, он врежет Смотрителю и рванёт к выходу – успеет ли? Откроется ли дверь? И смогут ли они найти его потом в его мире? Судя по всему – запросто. Охотник ведь уже ходил туда и кого-то прикончил. Может, такого же болвана, сунувшего нос не в своё дело.

– Ну что, задумался? – грубо прервал его размышления Смотритель. – Переодевайся быстрее, тебе пора.

Виктор молча кивнул и начал снимать с себя свою одежду.

– Кстати, забыл предупредить, человек Витя, – голос и улыбка Смотрителя стали ядовитыми. – Не вздумай чудить. Не забывай, что у меня есть изображение твоей невесты. И, если понадобится, я легко сумею её найти. Стоит тебе сглупить, и она вместо тебя отправится проверять, насколько глубока наша шахта.

Глава 6

«Зачем я всё это делаю?!» – раздражённо подумал Виктор и, выставив вперёд левую руку, шагнул в неизвестность.

Он успел сделать лишь три маленьких, осторожных шага, когда за спиной послышался шорох – и дверь с неприятным лязгом закрылась. Затем отчётливо и громко щёлкнул замок.

На миг Виктору показалось, что темнота стала гуще. Тишина навалилась внезапно, растеклась повсюду, вызывая в голове неприятный, на уровне ультразвука звон. В нос ударил запах плесени, старых вещей и чего‑то растительного – то ли мха, то ли лишайника.

Лёгкая паника накрыла волной. В голове тревожно замигало красным: «Что делать? Куда идти дальше?»

Проклятый Смотритель ни словом не обмолвился, что здесь будет настолько темно и что это вызовет такой сильный дискомфорт. Виктора словно вышвырнули в космос – он повис в пустоте маленькой беспомощной марионеткой, не в силах даже сдвинуться с места.

Мысль о Смотрителе добавила злости. Злость придала сил и заставила страх отступить. Виктор стиснул зубы и шагнул вперёд.

Почти сразу рука наткнулась на спадающую сверху ткань.

«Что это? Какая-то портьера, занавес?»

Точно. Обычная ткань – плотная и слегка шершавая на ощупь.

Резким движением он сдвинул её в сторону, шагнул в образовавшийся проход и чуть не упал, споткнувшись о небольшую кушетку. Негромко зашипел, но сдержался – не стал ругаться вслух, боясь нарушить гробовую тишину этого неизвестного и потому опасного места.

Осмотрелся и с нескрываемым удовлетворением отметил: стало значительно светлее. Он смог разглядеть, что находится в небольшой комнате, где есть стол, стул, какой-то странный шкаф у стены и чертова кушетка под ногами. Слева оказалось обычное окно. Через него в комнату проникал достаточно яркий лунный свет. Он пробивался сквозь густую листву деревьев, что росли под окнами и рисовал на полу и стенах причудливые тени.

Прямо по курсу Виктор увидел дверь – непривычно узкую, выкрашенную в белый цвет. Стол, стул и шкаф тоже были белыми. «Значит, я в больнице», – с некоторым облегчением подумал он.

Глаза уже привыкли к полумраку, и Виктор смог осмотреться получше. Стол был пуст, а в странном шкафу – с множеством мелких ячеек – он заметил несколько небольших склянок. Подошёл, взял одну, покрутил в руках. Приблизил к глазам, пытаясь понять, пустая она или нет. Затем поставил на место. «Ну его нафиг! – решил он. – Вдруг там яд или чьи‑то старые анализы».

Дверь из кабинета была не заперта и открылась почти бесшумно. За ней оказался длинный и узкий коридор. Здесь было гораздо темнее, но Виктор всё же разглядел ряд невысоких скамеек вдоль стен и четыре двери, вероятно, ведущие в подобные кабинеты. Его дверь – крайняя в ряду. Именно сюда он должен будет вернуться утром.

Виктор миновал коридор и, остановившись возле широкой деревянной лестницы, вновь ощутил удивление и некоторые признаки пространственного дисбаланса. Оказывается, портал, через который он попал в этот мир, находился на втором этаже здания.

Спуститься вниз и выйти на улицу не составило труда. Но едва Виктор переступил порог, то замер, поражённый тем, что увидел и почувствовал.

На улице царила ночь, а в небе сияла невероятно большая серебряная луна. Её призрачный свет наполнял пространство волшебным сиянием, преображая всё вокруг. Деревья и здание больницы казались неживыми, застывшими – словно покрытые тонкой корочкой льдистого инея. При этом воздух удивлял непривычной теплотой – он был кристально чистым и необыкновенно приятным. В нём смешивались ароматы цветов, речной свежести и едва уловимый запах первых капель зарождающейся утренней росы.

Несколько минут Виктору понадобилось, чтобы совладать с нахлынувшими чувствами. Восторг, страх неизвестности, жажда жизни и любви – всё это бурлило в крови, мешая сосредоточиться на задаче. Неудивительно: из промозглой ноябрьской сырости – прямиком в эту благодать! Он чувствовал себя словно наркоман, наконец‑то получивший долгожданную дозу после долгих мучений.

Наваждение схлынуло внезапно. В душе остались лишь тревога и лёгкое любопытство. Виктор внимательнее огляделся: тёмные силуэты зданий, широкая улица, заросшая высокой травой и диким кустарником. Покосившиеся фонарные столбы стояли, как придорожные виселицы, а на стенах, увитых плющом и хмелем, загадочно темнели нечитаемые вывески.

В сотне метров от центрального входа больницы начиналась тополиная аллея. Ровная, прямая как стрела, она уходила вдаль, растворяясь в густых тенях. По краям росли исполинские деревья, похожие на те, что Виктор видел в своём мире. Тополя подпирали чёрное небо густыми кронами, в которых таинственно шепталась сочная молодая листва.

Виктор ещё раз внимательно осмотрелся, готовый в любой момент спрятаться или даже броситься бежать. Ни единой живой души. Лишь где‑то рядом, за углом больницы, завела свои трели ночная птица. Затем раздалось уханье филина, и обострившийся слух Виктора смог уловить поблизости шорох тяжёлых крыльев.

Необходимо было отправляться в путь. Ночь уже полностью вступила в свои права, и минуты неумолимо складывались в часы. К рассвету он обязан был вернуться.

***

Идти было легко. Новая одежда – хоть и выглядела непривычно – оказалась весьма приятной к телу: не сковывала движений и не доставляла неудобств. Серые штаны свободного кроя с кожаным поясом‑ремешком, такая же широкая длинная рубаха. Странная обувь напоминала индейские мокасины: сидела на ногах так удобно, что Виктор почти не ощущал её – лёгкая, мягкая, но при этом отлично защищающая от неровностей дороги.

Он прошёл пару сотен метров, когда аллея резко свернула, в разы сузилась, и из тополиной превратилась в хаотичное скопление разных деревьев и неопрятных кустов. Похоже, здесь проходила граница брошенного города. Аллея закончилась, уступив место старому, сильно заросшему парку. Правда, дорожка сквозь парк сохранилась неплохо – ко всему прочему Виктор разглядел в тени старого клёна низкую деревянную скамейку, щедро припорошённую прошлогодней листвой.

Он шёл дальше, размышляя, почему местные жители покинули город. Следов боевых действий Виктор не заметил. «Может, какая‑то болезнь? Эпидемия?» – думал он.

Внезапно что‑то привлекло его внимание. Краем глаза он уловил крупное белое пятно, проступившее сквозь тень высокого, похожего на сосну дерева. Виктор резко повернулся, готовый к любой опасности.

– Вот же гадство! – воскликнул он, осознав, что нервишки у него шалят и он едва не бросился в атаку на каменное изваяние.

На круглом постаменте застыла девушка. Материал в ночной темноте казался непримечательно‑серым, но лунный свет преображал скульптуру, делая её похожей на сверкающую белым мрамором античную статую. Без постамента фигура едва достигала полутора метров, но автор этого творения изобразил её гордо и даже немного пафосно – с высоко поднятой головой и взглядом, устремлённым в небо. В правой руке она сжимала предмет, смутно напоминавший большую теннисную ракетку.

– Вот на кой чёрт тебя сюда поставили, чучело огородное? – всё ещё не оправившись от испуга, зло бросил Виктор.

– Не ответит, – тяжело вздохнул кто‑то рядом. – Я у неё уже спрашивал. Молчит как немая.

– Потому что стерва! – вырвалось у Виктора, и он тут же чуть не выматерился в голос, осознав, что с ним кто‑то заговорил – а он, ко всему прочему, ещё и ответил.

Вертеть головой не пришлось: собеседник возник прямо перед ним, перекрыв дорогу.

– Гуляем? – поинтересовался у Виктора толстый мужичок среднего роста с неприятной, толстощёкой физиономией. На нём была забавная курточка – на два, а то и на три размера меньше нужного, – и короткие то ли штаны, то ли бриджи. Ноги незнакомца оставались босыми.

– Допустим, – хмуро ответил Виктор, прикидывая, как поступить. Смотритель ведь предупреждал: ни с кем не заговаривать. Впрочем, этот пузан на призрак вроде не походил.

– Вот и я прогуливаюсь, – печально вздохнул мужичок и вдруг предложил: – А давай вместе? Так куда интереснее.

Виктор уже собрался отшить назойливого собеседника, но не успел. Незнакомец протянул руку и куда более весёлым, дружелюбным голосом произнёс:

– Меня зовут Виноус. А тебя?

– Вася, – выпалил Виктор на автомате и подал руку. Та неожиданно прошла сквозь ладонь мужичка, словно он был голографической проекцией.

«Призрак!» – тревожно вспыхнуло в голове.

– Наврал, шельмец! – вновь погружаясь в уныние, бросил Виноус и мгновенно растворился в воздухе.

– Твою‑то тётушку! – вырвалось у Виктора. Он облегчённо выдохнул. С призраками ему прежде сталкиваться не доводилось – и как себя с ними вести, он представления не имел. Чем может грозить такая встреча – тоже.

– Обиделся, Пузырь! – звонкий, словно птичий щебет, девичий голос добил нервную систему, заставив Виктора в панике отпрыгнуть в сторону. Он не удержал равновесия и вломился в ближайшие кусты, едва не разодрав лицо о жёсткие колючки.

Девичий смех прозвучал удивительно приятно – и это, почему-то, напугало ещё сильнее.

– Тебе не стоит прятаться. Я не обижу. Просто не смогу. Хотя, признаться, хочется – ты на меня ругался!

Виктор выбрался из кустов и увидел ещё одного призрака. Невысокая хрупкая девушка в лёгком воздушном одеянии вышла из статуи и мягко спрыгнула на землю. Виктор разглядел светлые волосы до плеч, симпатичное личико с ямочкой на подбородке и огромные миндалевидные глаза, в которые, будь эта девушка живой, можно было бы влюбиться до беспамятства.

– А кто такое чучело? – вдруг спросила она.

Виктор открыл рот, чтобы объяснить, но передумал.

– А что такое огород?

Девушка приблизилась почти вплотную и смотрела на Виктора снизу вверх, терпеливо ожидая ответа.

В этот момент лунный свет, пробившись сквозь листву, коснулся её плеча – и часть её тела мгновенно стала прозрачной. Это отрезвило Виктора. Не время болтать – особенно с призраками. Пусть девушка и выглядела симпатичной, и вроде бы не казалась злой или просто опасной, но кто знает, что у неё на уме?

– Прости, но мне надо идти, – как можно тактичнее произнёс он.

– Куда? – тут же поинтересовалась призрачная собеседница.

– В город, – не стал скрывать Виктор.

– Но город там, – девушка ткнула пальцем ему за спину.

– Там город брошенный. В нём давно никто не живёт. Я иду в другой город.

– Брошенный? – на кукольном личике мелькнула тень грусти. Она взглянула туда, откуда пришёл Виктор, и тяжело вздохнула: – Это… печально.

Она отступила в сторону, и Виктор поспешил воспользоваться моментом – двинулся по заросшей, но всё ещё различимой дорожке.

Однако девушка‑призрак не собиралась так просто расставаться. Она быстро его догнала и легко зашагала рядом.

– Меня Лойла зовут, – оживлённо представилась она и тут же добавила: – Но своё имя мне не называй. Не надо.

– Почему? – не удержался Виктор.

– Думала, ты знаешь. Ты ведь не назвал настоящего имени Виноусу. Если бы назвал, он смог бы тобой «перекусить». Он это любит. Вот почему он такой жирный, и все зовут его Пузырь. Он многих обманул и забрал себе часть их жизненных сил. Потому и разросся – большой и толстый.

– Вот ублюдок! – процедил сквозь зубы Виктор, холодея при мысли, что могло бы с ним произойти, не почувствуй он подвох и не среагируй вовремя. Не зря, выходит, Смотритель его предупреждал.

– А ты, значит, питаться от живых людей не любишь?

– Не пробовала. Говорят, если хоть раз такое сотворишь, то потом уже и не остановишься. Всё время будешь хотеть кого‑нибудь «слопать». А мне нельзя – я фигуру берегу. Видишь, какая я стройная и привлекательная?

Девушка стремительно шагнула вперёд и легко крутанулась на месте, демонстрируя Виктору свою изящную точёную фигурку. Её довольно открытый наряд взметнулся серебряным облаком, соблазнительно очертив силуэт. Лойла весело рассмеялась и плавным, почти незаметным движением вернулась на прежнее место – по левую руку от парня.

– Красивая, – честно признал Виктор. – Скажи, Лойла, вас здесь много таких? Ну, вроде тебя или этого Пузыря?

– Ходящих при луне? Нет. Сейчас нет. Тут только Фуама и Гаранэя. Они у старой башни, что у реки стоит. А вот там, – девушка махнула рукой куда-то в сторону, – на холме старый городской некрополь. Там разных Ходящих хватает. И среди них не только люди.

Виктор хотел уточнить, какие ещё «нелюди» обитают на местном кладбище, но не успел: у Лойлы и у самой накопилось немало вопросов.

– А можно я буду звать тебя Хенехель? Это значит – незнакомый красавчик.

– Ну, если тебе так хочется… – растерялся Виктор.

– Отлично! Мне с детства это имя нравится. У меня была любимая книжка. В ней главный герой в кровавом сражении с силами зла был тяжело ранен. Молодая крестьянка нашла его умирающим на поле боя и с трудом выходила. Он получил удар заклятием и полностью забыл, кто он и как его зовут. Крестьянка стала звать его Хенехелем. Потом в село зашёл старый маг‑целитель, снял заклятие – и оказалось, что герой – первородный принц из западных пределов. Как только память вернулась, он отправился в своё королевство.

– А как же крестьянка? – удивился Виктор.

– Осталась у себя. Она же крестьянка, а он принц. Но зато она несколько месяцев жила с ним и была счастлива!

«О как! Интересные у них тут понятия о счастье», – подумал Виктор. Он хотел спросить, какие ещё книги читала Лойла, но не успел: девушка‑призрак выскочила вперёд и подняла руку в предупреждающем жесте.

– Пришли! – неожиданно объявила она. – Здесь перекрёсток – надо выбрать, по какой дороге идти дальше.

– Мне сказали идти прямо и никуда не сворачивать.

– И куда ты должен дойти?

– На большой тракт, – признался Виктор.

– Купеческий большак, – кивнула Лойла. – Тогда тебе направо. Можно и прямо, но так выйдет дольше.

Виктор вгляделся в лицо призрака, пытаясь прочесть на нём хоть тень лукавства, но тщетно. Девушка смотрела на него широко распахнутыми глазами, всем видом излучая честность – будто ей и вправду безразлично, куда он пойдёт. Хочет Хенехель подольше погулять с ней по старому ночному парку – она совсем не против.

– Ладно. Ты всё‑таки лучше знаешь эти места. Веди.

Они свернули направо – на едва заметную, но когда‑то вполне популярную среди гуляющих в парке тропу.

Спустя несколько минут молчания Виктор нарушил тишину:

– А почему вас зовут «Ходящими при луне»?

Лойла словно очнулась от раздумий:

– Всё просто. Мы можем выходить, только когда в небе царствует Серебряная Королева.

– Луна?

– Я вижу, что ты не местный, но чтобы не знать таких вещей?.. – Девушка удивлённо приподняла брови. – Может, ты и о Кровавом Оке ничего не слышал?

Виктор насторожился, но тут же сам себя успокоил. Что с того, если Лойла узнает, что он пришелец? Расскажет кому-то? Сомнительно. Скорее наоборот – словоохотливый призрак может стать для него кладезем ценных сведений об этом мире.

– Ты права, я не местный. Более того, – пришёл к вам сюда из другого мира. Поэтому и не разбираюсь в ваших местных правилах и названиях.

– Правда?! – Лойла мгновенно очутилась перед ним, сияя от восторга. – Расскажи, как у вас там!

– Поверь, не так интересно, как у вас. Там, откуда я, сейчас темно, холодно, а с неба то ледяной дождь идёт, то колючая снежная крупа сыпется.