Научи меня

Вода помогла немного прийти в себя, поэтому быстро переодевшись я иду к администратору.

- Мадлен, вы в порядке? – Спрашивает девушка, подскочив со своего места, как только я подхожу к ее столу.

- Мне нужно поговорить с вашим руководством.

Я оставила маску в синей комнате, и сейчас любой прохожий может узнать меня, но это последнее, о чем я беспокоюсь. Самый главный человек, который не должен был видеть - уже в курсе.

Ханна, кажется так ее звали, хмурится, но кивает и просит следовать за ней.

Я опускаю голову, закрывая лицо волосами, не знаю, где моя резинка, но и это меня сейчас не волнует.

Как только администратор убеждается в том, что меня могут принять, она слегка улыбается и открывает передо мной дверь.

Я вхожу в шикарный кабинет, оббитый резными деревянными панелями цветом красного дуба, в центре которого огромный стол, у окна кожаный красный диван, а на полу черно-красный персидский ковер.

Я не жду приглашения, сажусь в кожаное кресло перед столом и смотрю на управляющую клуба.

Это женщина, примерно сорока пяти лет. Она очень красивая. Всё в ней кричит о богатстве и силе. Кажется, будто она держит мир БДСМ на кончиках пальцев, и либо ты подчинишься, либо уйдешь ни с чем.

Мы рассматриваем друг друга несколько секунд, но я точно знаю, что по сравнению с ней выгляжу, как подросток, сбежавший из дома. Ее тело обтягивает откровенное черное платье с очень глубоким вырезом, волосы уложены идеальной волной набок, а на губах красная, соблазнительная помада.

- Мадлен, здравствуйте. - В её протяжном голосе слышен ярко выраженный французский акцент. - Меня зовут Жанна Деламонт. Вы можете называть меня госпожа Деламонт.

- Здравствуйте, госпожа. – Я дарю ей легкую улыбку, просто чтобы расположить к разговору, но уверена, что это ничего не изменит.

Судя по тому, как держится эта женщина я могу сказать, что она доминантрикс. Ее слово будет последним, но и я не собираюсь сдаваться.

- Чем я могу вам помочь?

- Я хочу, чтобы вы заменили моего мастера.

Если госпожу Деламонт и удивляют мои слова, то она тщательно это скрывает. Она тянется к пачке сигарет на столе и достаёт одну длинную, тонкую сигарету. Изящно берет ее между, наманикюренными в красный, пальцами и поджигает.

- Хорошо, расскажите подробнее, что произошло?

По какой-то нелепой причине, мне не хочется говорить гадости о Кириане. В его работе не было ничего, что меня не устроило, более того, был бы это не он, я бы никогда не отказалась. Но это он.

- Мы... – Говорю я, подбирая слова. - Не сошлись характерами.

Она затягивается, не отводя от меня пристального взгляда. Власть, исходящая от неё, чувствуется даже в воздухе. Я одновременно боюсь эту женщину и восхищаюсь. Моей матери она бы понравилась.

- Скажите, Мадлен, вы назвали стоп-слово?

- Я... Н-нет.

- То есть, ваш господин не сделал ничего, что причинило бы вам травму любого характера?

- Нет, но дело не в этом. Мы... - Что я должна сказать? Что знаю этого человека и ненавижу его всем сердцем? - Просто найдите мне другого господина.

Она делает еще одну затяжку и тушит сигарету в хрустальной пепельнице, возвращая свой взгляд на меня.

- Боюсь, это невозможно.

- Что? Но почему? А если господин заболеет или что-то еще случится, вы не находите замену?

Госпожа Деламонт элегантно пожимает плечами. - Наши гости никогда не просят заменить мастера и, если происходят непредвиденные обстоятельства, то ждут их возвращения. – Говорит она, рассматривая свои ногти. – Дело в том, Мадлен, что обычно, между верхним и нижним с первой сессии закрепляется сильная связь и после этого, никто не хочет это потерять. Если связи не произошло, значит наш сотрудник плохо выполнил свою работу. – Госпожа переводит взгляд на меня. - Теперь скажите, была ли у вас связь?

Я сжимаю кулаки на коленях. Кириан отлично выполнил свою работу, нашей химией можно было рисовать полотна.

- Да. Связь была, но…

- Хорошо. - Перебивает она. - Тогда скажите мне истинную причину. Почему вы хотите другого мастера?

- Хорошо. – Говорю я, сквозь сжатую челюсть. - Я хотела остаться анонимом, но мастер, который работает со мной… Я знаю его, а он меня и... В реальной жизни, за пределами клуба, мы не ладим.

Госпожа Деламонт вскидывает брови. Это первая реакция, которую я от нее получаю.

Женщина медленно кивает. - Для идеального результата и для того, чтобы никто не пострадал, как эмоционально, так и физически, между верхним и нижним не должно быть никакой связи за пределами клуба.

Я киваю. - Рада, что вы понимаете. Так вы дадите мне замену?

- Боюсь, что это все равно невозможно.

- Но почему? Вы только, что сказали…

- Я знаю, что сказала, но дело в другом. Все наши верхние сейчас заняты другими гостями. Не поймите неправильно, у нас очень элитный клуб и запись на долгие месяцы вперед. - Она переключает своё внимание на экран ноутбука, затем что-то щелкает пальцем. - Ближайший господин будет свободен через четыре месяца.

- Четыре месяца? У меня нет столько времени, я должна…

- Прошу, не рассказывайте мне зачем вы это делаете.

- Как это возможно? Я заполнила анкету и мне перезвонили буквально через пять минут.

- Да. Гостья вашего господина попала в больницу за день до вашей регистрации. По счастливой случайности он оказался свободен. - Она улыбается уголком красных губ, глядя на меня из-под очень длинных ресниц. - Судьба не иначе.

Судьба?! Вставать на колени перед Кирианом Нильсеном - моя судьба? Ну уж нет!

- Послушайте, госпожа Деламонт, мне нужны эти уроки. Я заплачу вдвое больше, если вы дадите мне другого мастера.

- Дело не в деньгах, Мадлен, но я посмотрю, что можно сделать. - Она откидывается на кресло, складывая руки в замок на столе. - Дайте мне две недели.

Две недели? Ладно. Это я могу себе позволить. Остаётся надеяться, что Алекс не решит в ближайшее время поиграть в семью и не женится на Селене. Иначе все будет кончено.

- Спасибо, госпожа Деламонт.

- Пока не за что. Но все же, подумайте над тем, чтобы оставить вашего мастера.

- А как же связь вне клуба?

- Да, но чаще всего такие совпадения не случайны.

Нет. Кириан никогда не будет иметь власти надо мной. Никогда.

Никогда не говори никогда, принцесса.

Его слова всплывают в памяти, заставляя сердце стучать в ускоренном ритме. Ну уж нет.

- Я буду ждать вашего звонка. - Говорю я, не очень тонко намекая, что не собираюсь думать о том, чтобы остаться с Кирианом.

Как только я подхожу к двери, госпожа Деламонт зовёт меня по имени. Я оборачиваюсь через плечо.

- Если вы когда-нибудь решите узнать, что значит подчинять, а не подчиняться, вы знаете где меня найти.

Вскинув брови, я могу лишь кивнуть.

- Всего доброго, госпожа.

Глава 9

КИРИАН

Мадлен - это гребанная Элеонора Вандер Хейз.

Как я мог не понять этого сразу?

А я скажу вам как. Во-первых, я никогда не видел обнаженное тело Элеоноры. Я видел тело Мадлен. Во-вторых, я не мог и предположить, какой длины волосы у Элли, она всегда собирала их в пучок, не что что бы я вообще думал об этом. В-третьих, Мадлен мало говорила, а когда делала это, то очень тихо. Может я и мог уловить акцент, но поверьте, совершенно не думал о её голосе. B-четвертых, последнее и самое очевидное, Мадлен была в непроницаемой маске.

Я не настолько хорошо изучал Элеонору, чтобы сравнивать её с Мадлен. Черт, да и зачем вообще мне это делать?

И все бы ничего, я мог бы пережить потерю Элеоноры в своей жизни, но меня мучает только одна гребанная мысль.

Что скажет Талия? Она сотню раз просила меня не прикасаться к Элеоноре.

Ты думаешь об этом только сейчас?

Занудный голос намекает, что я прикоснулся к Элли гораздо раньше, чем узнал, что она

Мадлен. Если бы я прикасался только к Мадлен, то мог бы еще оправдаться, теперь нет.

- Черт. – Устало провожу рукой по лицу, пока еду по проезду Норд-Харбор к Александру Кларку домой. - Почему я вообще переживаю о том, что подумает Талия?

Я продолжаю говорить сам с собой, но в этом есть смысл. Элли вряд ли осмелится рассказать Талии правду. Принцесса никогда не признается, что ходила в секс-клуб, иначе её образ идеальной девочки-врача в миг будет разрушен.

Да и про остальное она тоже ничего не скажет. Уверен, ей даже себе стыдно признаться, что она позволила грязному подонку прикоснуться к своему телу, так еще и возбудилась, пока я ее шлепал.

Ни разу мне не говорили, что я уродлив, но моя душа прогнила насквозь. Я могу быть мягким с некоторыми близкими людьми, но с Элли, я был безжалостен и показывал худшую сторону себя. Думаю, что я последний человек, чье имя она хотела бы произнести во время оргазма.

Мои руки сами по себе сжимаются на руле, когда я вспоминаю, как закатывались её глаза, а пышные алые губы слегка приоткрывались, пока она была на пике.

- Блядь.

Какой-то придурок на желтом форде прямо передо мной не двигается, хотя горит зеленый сигнал светофора. Я бросаю взгляд на часы и бью кулаком по клаксону, чтобы разбудить его.

Встреча с Александром должна начаться через девять минут, ровно в десять утра. Навигатор показывает, что мне ехать еще четырнадцать минут. Это чертовы мелочи, но я на взводе, и почти уверен, что дело не в бизнесе, а в белокожей принцессе с ледяным взглядом.

Она выводит меня из себя и если я хочу получить желаемое, то должен взять себя в руки. Как я уже говорил - Элеонора Вандер Хейз не станет препятствием к достижению моих целей.

Припарковав машину у частного двухэтажного дома, выложенного черным кирпичом, я иду к двери.

Конечно, главный юрист Heiz Group живет на Оушен Бич. Это один из самых дорогих и благоприятных районов города. Я бывал здесь ранее, трахал жену мэра, но дом Александра не похож на остальные. По сравнению с другими, более современными, он выполнен в стиле ретро и больше напоминает старинный европейский дом.

Я стучу в дверь и та, почти сразу открывается, будто моего прихода с нетерпением ждали. Передо мной появляется смазливый аристократ, как я понимаю, это и есть Александр.

Вообще-то Талия представляла нас друг другу на вечере, который устраивал Хантер, но мне больше была интересна хорошенькая блондиночка, которая весела на его руке.

- Мистер Нильсен. - Он протягивает руку, и я принимаю её, сжимая чуть сильнее, чем требуется. – Приветствую.

- Здравствуйте.

Удивительно, но он не разглядывает мой внешний вид, как это делают другие в первые минуты знакомства. Особенно бизнесмены, которые считают, что лучше меня, потому что надели костюм.

- Мой кабинет наверху. – Он делает шаг в сторону. – Проходите.

В джинсах, белой футболке с надписью «Прости детка, моё сердце занято серфингом» я захожу в богато обставленное фойе.

Дом внутри выглядит так же старомодно, как и снаружи. Ощущение, что владелец хотел жить в музее, поэтому скупал любое барахло, которому явно больше пятидесяти лет. Какие-то странные кресла с кружевами, столы и стулья с резными ножками, медные подсвечники, треснувшие вазы, потертые ковры и лепнина на потолке. Я будто попал в Госфорд-Парк и сейчас откуда-то выйдет Константс Трентам.

Поднявшись по широкой лестнице, мы сворачиваем направо и заходим в кабинет.

Дверь за нами со скрипом закрывается.

Кабинет в таком же традиционном стиле, как и весь дом. Стеллажи от пола до потолка, заставленные толстыми, нетронутыми книгами, широкий письменный стол, персидский ковер, журнальный столик с полем для шахмат, диван и пара кресел цвета верблюжьей шерсти.

Я только пришел в этот дом, но мне уже не по себе. Здесь какая-то странная аура, а я очень сильно не люблю, когда такие мелочи выводит меня из равновесия.

- Выпьешь, что-нибудь? – Спрашивает Александр, взяв в руки граненый стакан. - Прошу прощения, мы можем перейти на ты?

- Конечно. - Я сажусь в кресло перед его столом. - Я буду джин.

Александр кивает, подходит к небольшому напольному шкафу, заполненному бутылками.

Пока он наливает напитки, я рассматриваю его.

В этом человеке нет ничего особенного: выглаженные по стрелке коричневые брюки в мелкую клетку, белая рубашка, жилет в тон брюк с выглядывающей из кармана тонкой цепочкой часов, а на шее чертов шелковый платок. Александр Кларк ведет себя спокойно и уверено, но это как раз то, что побуждает моего внутреннего зверя вывести его из себя и посмотреть, что он сделает.

Что-то подсказывало мне, что Александр не так прост, как может показаться на первый взгляд. Будто у него есть тайна, которую он тщательно прячет за идеальным фасадом сына маминой подруги.

Не понимаю, почему Хейз так легко дал мне его номер? Очевидно, Александр Кларк богат, не ведет себя, как клоун или мудак, но не может быть всё так просто.

Может он струсит и не станет заключать сделку с человеком с сомнительной репутацией? Потом два британских ублюдка встретятся и вместе посмеются над моими жалкими попытками чего-то достичь.

Когда он поставил передо мной стакан и встал уперевшись бедром о стол, мы посмотрели друг другу в глаза. Это был его первый прямой взгляд в мою сторону, и я знал, что он думает обо мне.

Все они думают об одном и том же, задавая одни и те же вопросы. Зачем ты одеваешься как пляжный бродяга? Зачем пытаешься идти против системы? Зачем тебе эти татуировки? Зачем пирсинг в ушах? Почему твои брюки заляпаны воском для серфинга? Почему твои волосы в таком беспорядке?

Но я никогда не видел смысла отвечать на эти вопросы, и тем более, пытаться выглядеть, как они. Я не был ими. Я тот, кто я есть. Изгой, без исторической фамилии и наследия. Кошмар любой мамаши, которая хочет уберечь свою дочурку от плохого парня.

- Ты довольно известен в Сан-Диего. – Прерывает тишину Александр.

Я не знаю, имел ли он ввиду мою профессиональную репутацию или личную. По городу ходили разные слухи: что я продаю наркотики и сам сижу на них, совращаю малолеток, купил кафе, чтобы скрывать прибыль от работы в эскорте. Все, кроме последнего было ложью.

Когда-то я трахал всех подряд, но затем перешел на оплачиваемые, взаимовыгодные отношения. Я развлекал взрослых женщин, жён политиков и бизнесменов, играл роль спутника для разведенок и вдов. Бывали даже очень зрелые женщины, но они выкладывали круглую сумму денег, поэтому мне было все равно.

В конце концов люди стали задавать вопросы. Откуда у такого парня, как он, столько денег? Большинство верили в историю с наркотой. Я не опровергал эту информацию, позволяя им сплетничать дальше.

- Это комплимент? - Я взял стакан и сделал глоток.

Александр, не прерывая зрительного контакта, тоже выпил свой напиток.

- Хантер немного рассказал о тебе, но мне было интереснее пообщаться лично. Я приехал в Калифорнию меньше года назад, мало кого знаю, но мнения о твоем успехе разнятся.

В Сан-Диего была своя, особая коалиция богатеньких ублюдков. Я не входил в этот список, но иногда вертелся в их кругах. Когда в городе появлялся новичок с толстым кошельком, об этом знали все. Начинали сплетничать.

Но, как Александр уже сказал, он здесь почти год, но я почти ничего о нем не знаю, поэтому слушаю очень внимательно. Мне нужно знать, какие скелеты он прячет в своем шкафу?

- И как тебе здесь?

Я делаю еще глоток, пока Александр раздумывал над ответом. Мне было скучно вести светские беседы, но ситуация того требовала.

- Интересно… - Он перевел взгляд на окно. - И жарко.

Я залпом допил свой джин, и с грохотом поставил стакан на его рабочий стол.

- Может перейдем к делу?

Александр, даже не моргнул.

- Начинай.

Тогда я рассказал ему о своем плане: о заброшенной территории пляжа, на котором будет располагаться огромный серф-парк, рассказал про перспективы и показал чертежи, которые сделал для меня один из лучших архитекторов Калифорнии. Я представил Александру бизнес-план и добавил статистику по спросу на серфинг у подрастающего поколения: мы находились недалеко от Лос-Анджелеса, Энсенады и Тихуаны, что могло бы привлечь местных серферов к нашему парку. Упомянул, что в Сан-Диего можно будет проводить соревнования, тем самым, привлекая не только профессиональных серферов, но и туристов, которые захотят посмотреть.

Объяснил, что мне требуется, чтобы к предложению отнеслись всерьез, и что ему ничего не придется делать, кроме как поставить свою подпись на заявке в тендере, а затем просто наблюдать, как будет расти его прибыль.

Я не стал упоминать о том, что мы поставим раком торговые точки Хантера лишь потому, что они являются друзьями, но это тоже было большим плюсом.

Александр слушал меня и не перебивал, когда я закончил, он спросил.

- Сколько ты хочешь, чтобы я вложил?

- Пять миллионов.

Он кивнул, что-то прикидывая в голове и на секунду мне показалось, что он откажется.

- Ладно.

- Ладно? - Как идиот переспросил я.

И это все? Ладно? Он что-то курит или в чем тут дело?

- Да. Я готов вложиться. Могу дать половину суммы вперед.

Я чувствовал здесь какой-то подвох. Александр выглядел безобидно, но было в нем, что-то темное. То же самое, что было во мне, только я этого не скрывал.

- Нет. Мне еще предстоит выиграть тендер.

- Земля будет твоей, как только я поставлю свою подпись. – Он покрутил бокал в руке и допил остатки виски, прежде чем взглянуть на меня. - Но мне будет кое-что от тебя нужно. - Дамы и господа, занавес. - Как я уже говорил, я многое слышал о тебе, Кириан.

- Чего ты хочешь?

- Ты должен помочь одной моей близкой знакомой.

Мне пришлось сесть поудобнее.

Этот аристократ хотел, чтобы я трахнул его подружку?

Первый вопрос, который напрашивался в моей голове: насколько же она уродлива? Или это и есть его грязный секрет? Он будет смотреть, пока я буду её трахать?

К счастью, мне двадцать пять, и я готов трахнуть любую киску, даже если за нами будет наблюдать Папа Римский, даже если она страшнее Франкенштейна. Главное, что мне заплатят.

Если он хочет, чтобы я уложил кого-то в постель за пять миллионов, то сегодня же подготовлю все гребанные документы. К утру цыпочка не сможет ходить. Я даже готов остаться на ночь и принести ей кофе в постель, в качестве бонуса за такие деньги.

- Ладно. Кто она?

Александр спрятал руки в карманы брюк, и снова взглянув в окно, ответил.

- Элеонора Вандер Хейз.

Мне показалось, что у меня слуховые галлюцинации. Будто это имя просто прозвучало в моей голове, потому что в реальности, Александр не мог произнести его. Ведь не мог?

- Кто? - Ошарашено переспросил я.

- Сестра Хантера. – На лице Александра появилось, что-то типа улыбки. - Я знаю, что она работает в твоем кафе и поскольку вы уже знакомы, то тебе будет проще.

Мне уже говорили, что я красивый сукин сын, и я был не против вонзить в кого-то свой член, ради достижения цели, но Элеонора...

Этого, блядь, никогда не будет.

Но в то же время... Пять гребанных миллионов, за то, что я трахну ту, которая далека от уродины. Я даже получу удовольствие.

- Если Хантер узнает, то убьет меня.

Улыбка с лица Александра пропала, он перевел на меня угрожающий взгляд.

- Почему он должен это сделать? Элеонора взрослая девушка, она способна принимать собственные решения.

Не после того, что у нас было.

И все же, еще никто не оценивал мой член в пять миллионов долларов. Стоило попытаться.

- Будь конкретнее, что я должен сделать, и, раз уж вы знакомы, почему не сделаешь все сам?

На какое-то мгновение Александр задумался. Будто решал, говорить мне свои следующие слова или нет.

Он поправил нашейный платок, прежде чем ответил.

- Элеонора пока не готова ко мне. - Что, блядь, это должно значить? - Так же, как и я пока не готов к ней. Но это ненадолго. – Он посмотрел на меня лукавым взглядом. – Ты будешь первым, кому я это скажу, но вскоре Элеонора станет моей женой. Она была воспитана именно так, как должна вести себя моя будущая жена. Умная, тихая, рассудительная, добрая.

Я поднял брови. - Не уверен, что мы говорим об одном и том же человеке.

Элеонора Глория Вандер Хейз была скорее сексуальным суккубом, чем тихой и рассудительной.

- Ты просто не знаешь её.

Уж я-то, блядь, не знаю.

Не понятно откуда это взялось, но мне не нравится мысль о ней и этом смазливом придурке. Не потому, что я ревную, нет, просто, есть ощущения, что принцесса достойна чего-то большего. Кого-то, кто позволит ей быть собой, с кем она сможет снять с себя фальшивые маски и жить эту жизнь, а не проживать, ожидая мужа в белой рубашечке с работы.

Я не говорю про себя. Я – моральный урод, который способен сломать ее. Но можно ли сломать то, что уже сломано?

- Хорошо, но ты должен знать, что она не будет эксклюзивной. Презерватив обязателен до подтверждения отсутствия заболеваний.

Расслабленный вид Александра мгновенно сменяется огненным гневом. Он сжимает деревянный стол ладонями, будто пытается удержать себя от того, чтобы набить мне морду.

- Ты не прикоснешься к ней. - Его голос повышается, отчего акцент становится ярче. Почти такой же, как у его будущей жены.

Я выпрямился, готовый к нападению, но Александр выдохнул.

- Я не хочу, чтобы ты спал с ней. На самом деле, я хочу, чтобы этот пункт был в контракте.

- Тогда чего ты от меня хочешь?

- Элеонора, так же, как и я, совсем недавно в этом городе. У неё нет друзей. Я вижу, как она одинока. В Англии ей пришлось многое терпеть от родителей, и сейчас... Ей нужен друг. Товарищ.

Друг.

Друг, блядь. Я похож на того, кто будет дружить с женщиной? С женщиной, в чьей киске, уже были мои пальцы?

Но я все равно собирался согласиться. Элеонора ясно дала понять, что наши рабочие отношения в Миносе закончились, чему я был несказанно рад. У меня действительно могли быть из-за неё проблемы. Быть её другом менее опасно, чем её господином.

- Что думаешь? Мы договорились?

- Договорились.

В тот день я и подумать не мог, какой приговор для себя подписываю.

Глава 10

КИРИАН

- Ты выглядишь нездоровой. - Говорю я, глядя на Талию, пока она болтает ногами в воде, свесив их с доски.

- Все нормально, просто немного тошнит.

- Иди домой. Океан не высохнет.

Талия закатывает глаза, глядя на Зейна за моей спиной. Мы решили собраться своей обычной компанией и хорошенько посерфить, прежде чем каждый вернется к своим взрослым делам.

- Этот идиот опять серфит голышом?

Усмехнувшись, я качаю головой. - Ты знаешь Зейна.

Талия кивает, затем смотрит на меня из-под опущенных ресниц. - Ты как? Всё в порядке?

- Все отлично. Много работы.

- Работы… - Задумчиво повторяет она, проводя пальцами по поверхности воды. - Надеюсь ты не забываешь предохраняться?

Я усмехаюсь. Талия точно, что-то подозревает, но я не собираюсь говорить с ней об этом.

- Тебе не о чем беспокоиться. Это действительно работа.

- Но ты продолжаешь спать с десятками разных девушек.

Это не вопрос. Даже если она не знает подробностей, то все равно уверена, что я продолжаю трахать всё, что двигается, как и два года назад, когда мы были вместе.

Но всё изменилось. Может я и молод, но мой член отвалится, если я буду трахаться за деньги, а потом идти и трахать кого-то по собственному желанию.

- Не ревнуй, детка, моё сердце навсегда принадлежит тебе.

Я всегда так делаю. Меняю тему бросив какой-то пошлый комментарий или глупую шутку. Люди думают, что я поверхностный болван и не продолжают разговор. Талия тоже ведется на это.