Точка Невозврата

– Я кого-то слышу, не понимаю, Эли… это ты?! Я тебя не слышу, прошу скажи, где ты? Кто это? – открыв дверь машины, продолжала выкрикивать Ева, – выходите из машины и звоните в полицию!

– …(помехи)… они пока дал…. (помехи)… ты еще… (помехи)… шт…

– Кто это? Я не понимаю, кто они? Что я могу? Прошу тебя, повтори!

– …(помехи)… я тебя… (пауза)… вижу, – с натугой наконец расслышала Ева.

– Ты меня видишь? Где ты? Ты рядом? Где ты находишься? Кто говорит со мной? Это не похоже на голос Эли! Если ты украла её, знай, что тебе конец! Вся страна тебя ищет и найдёт!

Вокруг дороги начали разбегаться Ева и Лия, в то время как Льюис, включив дальние фары, забрался на крышу машины. Дикая чесотка охватила его, как тысячи невидимых иголок пронзили кожу. Он еле сдерживал себя, и укрывал руки в карманы. Нечто тревожное зашевелилось внутри. Глядя на Еву, он с тревогой осознавал, что стоит ему показать хоть малейшую слабость, и она сломается от страха. Выкрикивая её имя, они делали паузы, надеясь услышать что-то в ответ. Эндрю выбежал со своим аппаратом, бубня себе что-то под нос и не отходя от Льюиса. Аппарат начал пищать, затем резко отключился. Дея начала останавливать проезжие машины и просить помощи. Несколько машин остановилось, тем самым пытаясь помощь. Затем машин вскоре оказалось слишком много. Люди начали делиться на группы и выбегать за трассу.

– Просто крикни, если слышишь меня, и скажи, где ты, мы… – кричала Ева, как вдруг произошёл отбой. Ева позвонила ей вновь.

– Алло? Прошу, скажи хоть что-нибудь? Кто это? Прошу… верните нашу подругу! Мы заплатим любые деньги. Если ты нас видишь, подними свой телефон, чтобы я увидела свет от экрана! Просто подними телефон!

– … (помехи)… они уже… (тишина)…

– Кто они? Прошу, подними телефон! – оглядываясь, кричала Ева. Она подрагивала от страха, но пыталась перебороть в себе это чувство.

– Держи её на звонке! – кричал Эндрю, – мы найдём её!

Ева начала вслушиваться, но в окружающем её пространстве было сложно расслышать посторонние звуки. После сброшенного звонка, пытаясь вернуть спокойствие, она снова набрала номер, но вместо её голоса снова доносились лишь гудки. Трубку никто не поднимал на сей раз, и с каждым следующим гудком её беспокойство нарастало. Спустя несколько минут телефон пропавшей полностью отключился, оставив Еву и её компанию в полном неведении. Они продолжали выкрикивать её имя в темноту. Вокруг раздался хаос: люди разбегались в стороны, искали её в темноте, и даже две большие фуры, что остановились неподалёку, включили свои прожекторы, осветив окружающую местность. Было столь светло, как будто это был полдень. Несмотря на все усилия, ситуация оставалась без изменений. Всё это выглядело бесполезным, и чувство безысходности только усиливалось. Эндрю, находясь в полном напряжении, отчаянно возился со своим аппаратом. Он методично перемещал его из одной стороны в другую, настраивая, но прибор не хотел поддаваться. Каждый раз, когда он пытался включить его, он сразу же выключался, не проявляя ни малейшего признака жизни. Становилось очевидно, что каждое движение, каждое действие, направленное на поиски, не приносило ожидаемого результата. Тёмная ночь, с её молчанием и затишьем, лишь усугубляла ситуацию, и в этом мраке казалось, что вся их надежда на спасение исчезала.

– Как под землю провалилась! – бегала в надежде Лия по окружности, забегая далеко в темноту.

Ева, в отличие от Лии, была осторожной и робкой, предпочитала держаться в тени, избегая любых действий, требующих смелости. Она машинально оценивала местность. Слева от дороги простиралась пустошь, а справа, скромные заросли и несколько деревьев, недостаточных для скрытия человека на средних дистанциях. Часы показывали половину второго ночи, и решение обратиться к шефу полиции было принято мгновенно, хоть и полицейские были уже в пути. Номер его был получен от Пола для именно таких неожиданных обстоятельств. Шефу Ионелю изложили всю ситуацию, и он обещал прибыть в течение получаса. Не дожидаясь его прибытия, они направились в сторону, прочь от дороги, в надежде найти какие-то следы. Но их усилия оказались тщетными. Более того, отец и остальные почти оторвались от места происшествия на целый километр. Когда Ионель прибыл вместе со своей командой сыщиков, им пришлось повторно изложить всю ситуацию. Он сообщил, что вызвал ещё несколько патрульных машин из города, и предложил им вернуться домой. Конечно же, никто из них не послушался его, ведь это уже был второй необычный случай за целую неделю. Это была единственная зацепка, но, казалось, всё было утрачено. К утру они отправились в полицейский участок. Кроме Ионеля и близких пропавшей, в участке никого не было. Шеф позвонил капитану, чтобы он и его люди прибыли немедленно, а сам начал допрос семьи, пытаясь получить максимально подробную информацию о произошедшем. Спустя примерно час, в участок явился Пол. Он был взволнован и направился прямо к Эндрю.

– Думаю, вам стоит пойти со мной, это стоит увидеть.

– Куда это ты их берёшь? – выкрикнул Ионель, – Вы мне нужны! Кто-то снова позвонил с телефона Лиз, мы уже проверяем звонки.

– Хочу показать им кое-что, очень и очень важное. Вы понимаете, о чём я. Расскажу по прибытии. Могу я забрать всех присутствующих с собой?

– Что же такого важного ты хочешь им показать? Не поделишься?

– Вы знаете, о чём идёт речь… – Пол наклонил голову, – прошу вас, дайте возможность рассказать о том случае.

– Ладно, Пол, ступай. Всё равно скоро придёт запрос истории её звонков, вместе с отслеживанием. Возвращайтесь как сможете.

Капитан вышел на улицу, погружённый в свои мысли. Он повернулся к остальным и строго попросил не обсуждать ничего, пока они не достигнут места назначения. Путь привёл их к шумному городу. Внутри машины царило спокойствие. Каждый из них, вероятно, обдумывал, что их ждёт впереди. После того как они покинули городские улицы, Капитан сделал поворот на менее обжитую дорогу, ведущую в небольшое село. Место, в которое они направлялись, называлось Штирия и располагалось всего в пяти километрах от городской черты. Штирия выглядела как типичное заброшенное село: несколько домов, окружённых пустыми полями и тёмными лесами. Это было место, от которого веяло чем-то тревожным.

– Где это мы?! Это имеет какое-то отношение к моей дочери? – первым заговорил Эндрю.

– Это село Штирия, – молвил Пол, – зацепок нет, но мне хотелось бы показать вам кое-что интересное. Думаю, это приблизит нас к разгадке пропажи вашей дочери.

– Погодите… Штирия? – резко спросила Лия, – Разве не это было написано в письме?

– Ну хоть кто-то догадался… – отвечал ей вслед капитан.

Пока они ехали по извивающейся дороге, в голове Евы не прекращался тот самый разговор по телефону, который её сильно беспокоил. Она пыталась восстановить в памяти детали беседы, всё ещё мучаясь от неопределённости.

– Штирия! – вырвалось у Евы.

– Да, Штирия, – спокойно ответил Пол, слегка прищурившись. – Туда мы и направляемся.

– Нет, подождите, – перебила его Ева, нервно сжимая телефон в руках, – пока я говорила по телефону, она сказала что-то вроде “Шти…” Мне показалось, она имела в виду Штирию.

– Штирию? – Эндрю нахмурился, его голос стал резче, – Она так и сказала?!

– Я не уверена, – Ева опустила глаза, пытаясь вспомнить каждую деталь, – Она говорила невнятно, как если бы боялась чего-то. Просто произнесла слово, начинающееся на “Ш”.

– А может, ты ошиблась, Ева? – Пол взглянул на неё с сомнением, – О чём ещё она говорила?

– Я не могла разобрать. Были сильные шумы и помехи. Она что-то говорила про них, про то, что видит нас.

– Ничего, мы к этому ещё вернёмся. Мы почти на месте.

– Вернёмся? – Эндрю резко повернулся к нему, его голос дрожал от гнева. – Кто-то нас видел, чёрт возьми! Мы должны быть сейчас там!

– Там? Где это – “там”? – недоумевал Пол, – Где не было ни следа от Элизабет?

Эндрю, до этого момента молчавший, почесал голову и глубоко задумался. Его лицо выражало усталость и тревогу.

– Мы найдём вашу дочь, – твёрдо сказал Пол, – уже через неделю мы поняли, что кто-то использует её телефон. Это зацепка, и она довольно серьёзная. Просто вы пока этого не понимаете.

Машина остановилась у небольшого дома на окраине села. Зрелище было мрачным: дом, казалось, давно заброшен. Окна были выбиты, длинная металлическая решётка ржавела на ветру. В воздухе витал отвратительный запах.

– И это то, что ты хотел нам показать, Пол? – Эндрю с трудом сдерживал отвращение, прикрывая нос рукавом.

– Не так давно здесь произошёл странный случай, – голос Пола звучал мрачно. – Не совсем здесь, но всё закончилось именно в этой местности. Выходите, прогуляемся.

Он сделал шаг вперёд. Остальные неохотно последовали за ним. Капитан замер в раздумьях, готовясь раскрыть нечто важное. Он погрузился в мысли, закурив сигарету, осознавая необходимость собраться с мыслями. Обойдя дом, они наткнулись на небольшое озеро тёмно-зелёного цвета, напоминающее огромное густое болото. Берег с другой стороны едва различался в завуалированном тумане. Пол спустился к воде, выбрав подходящий камень, чтобы присесть, и пригласил остальных расположиться рядом.

– Год назад в этом озере утонула девушка. Никаких признаков насилия или опьянения обнаружено не было. По сути… не было ничего, кроме тела. Полностью трезвая, совершенно здравая, – он сделал паузу, – просто утонула. Почти полгода мы пытались понять, как она вообще здесь оказалась, зачем приехала, и главное, как она утонула. Вопросов было больше, чем ответов. Версия о суициде, конечно, возникала первой. Но родители наотрез её отвергали, говорили, дочь никогда бы на это не пошла. Семья благополучная, жизнь устроенная, причин для отчаяния не было. Она жила совсем в другом месте, почти в трехстах километрах отсюда. И всё время оставался один и тот же вопрос. Что заставило её оказаться здесь, у этого озера? – рассказывал Капитан, глядя вдаль.

– Зачем вы нам рассказываете это? – пытаясь сдержать себя, спрашивал Эндрю.

– Не знаю, поверите ли вы мне. По официальной версии, она покончила жизнь самоубийством. Ведь кроме того, что её лёгкие были заполнены водой, никаких вмешательств в её смерть не было найдено. Как будто она знала, на что идёт. Но…

Капитан встал и попросил их вернуться в машину. Он хотел показать ещё одно место. Все собрались, и вскоре они покинули деревню. Вырулив на основную автомагистраль, команда отправилась подальше от населённого пункта. Капитан тем временем продолжал свой путь:

– Но я верил её родителям. Она вряд ли пошла бы на такой шаг. Я разговаривал с её друзьями, близкими, и она всем запомнилась как жизнерадостная молодая дива. Самоубийство просто не могло прийти ей в голову. Я был в этом уверен. Так вот почти полгода не было ни зацепок, ни свидетелей этого случая. Но кое-что нам всё-таки помогло, хах, наверное, Бог?

– Если бы это был Бог, она бы осталась жива, и моя дочь была бы найдена тоже, – задорно ответил ему Эндрю.

– Не буду спорить. Ведь у Господа на каждого из нас планы. В общем, спустя полгода, к нам пришёл её брат, сказал, что хочет, признаться. Мы сначала не поняли о чём идёт речь, ведь дело было почти закрыто, но тут он достал письмо и сказал, что оно пришло за день до того, как она вначале исчезла, затем погибла.

– Я за всю жизнь не слышал о пропаже людей в этом регионе, о чём вы? – задумался Льюис.

– Дело было строго засекречено. Мы сразу начали изучать письмо. Эксперты подтвердили, что ему больше полугода, а написано оно было ещё раньше. Поверьте, оно оказалось куда загадочнее того, что получила ваша дочь. Там говорилось о каком-то маяке, шахте в глубинной яме, компании под названием “Тайм”, а также приводились цифры, где преобладали двойки и тройки. Упоминался и некий магистр. К сожалению, я не могу показать вам само письмо. Мы обнаружили множество отпечатков, но их владельцев так и не нашли, будто этих людей никогда не существовало. В письме говорилось, что ей необходимо оказаться в определённом месте в строго указанное время. Этим местом было село Штирия, но не на берегу озера, а прямо в его водах. Требовалось встать на дне глубокой ямы рядом с шахтой и войти в неё. Сначала мы предположили, что речь идёт о каком-то поселении, ведь упоминания об озере в тексте не было, а уж тем более о том, что всё это находится под водой. Но позже выяснилось, что на дне озера действительно была подводная шахта. Только откуда она об этом знала? Туда и отчаянный не полезет.

– Это же под чем надо быть… то есть ей нужно было нырнуть и оказаться у шахты? Гениально! – Лия покрутила пальцем у виска.

– Мы и сами не понимали, ведь шахта находилась на глубине тридцати метров, и вряд ли зимой, в холод, она отважилась бы нырнуть к шахте без акваланга, так ещё и с одеждой, так и ещё, и умышленно. Сама мысль была безумной. Но самое странное, на конце письма стояло время: шесть вечера, слово “тайм”, две двойки и ноль с тройкой, всё вместе. Эти треклятые числа сразу ввели нас в заблуждение. Ещё там было написано, что нужно держаться подальше от време… – сплюнул Пол. – Чёрт… Время… нет, стойте… короче, не помню точно.

– Время… что? Тук-тук, у вас там всё в порядке? – постучала по виску Лия.

– Не спрашивайте, – покачал головой Пол, – я сам не знаю, что это значит.

– А это мог бы быть тот же мужчина, что контактировал с моей дочуркой перед её исчезновением? – добавил Эндрю.

– Кто знает? Но суть не в этом. Представьте, вам приходит письмо. Одно-единственное, непонятно от кого и зачем. В нём сказано, что вы должны быть в определённом месте в строго указанное время. Допустим, это вас заинтриговало. Но вот загвоздка: озеро, шахта на глубине более тридцати метров, зима и адский холод. Вы бы рискнули пойти туда, просто прочитав такое письмо? Уверен, даже за миллион евро вы бы не сделали этого. Потому что не смогли бы.

– Миллион? Да Льюис и за сотню тысяч бы согласился! А вообще, ему порой и талона на бесплатную пиццу достаточно, чтоб идти в бой! – вкинула шутку Лия.

– Раз уж ставки идут на понижение, то можно и за полсотни, лишь бы скидочную карту на пиццу приложили! – подшутил Льюис.

– Рад, что вы все ещё в настроении шутить, но нам здесь не до шуток. Так вот, до сегодняшнего дня я не имел ни малейшего понятия, что означают эти числа с двойками. И сейчас у меня есть подозрения. Конечно, мы думали, что это может быть номер улицы, телефон или какой-то зашифрованный код. Мы перерыли всё, но это число никак не связано ни с посёлком, ни с озером, ни с самой Элизабет. И в моей голове засела одна странная мысль. Что если эти числа не просто цифры, а ключ к разгадке? Или даже год. И когда пришло письмо вашей дочери, где говорилось, что его автор пишет из недалёкого будущего, я, признаюсь, начал в это верить.

– Капитан, это же полный бред! Как письмо может быть из будущего? – возмутился отец.

– Может, вы и правы. А может, мы просто ещё слишком мало понимаем. Но вот что интересно. В письме, которое вы нашли у порога, написано: “Пишу тебе из недалёкого будущего”. Разве это не кажется вам странным? Кто вообще в наше время отправляет письма? В общем. Я собираюсь показать вам ещё кое-что. Мы почти на месте. Сейчас вы сами всё поймёте.

– Подождите. – вмешалась Лия. – Я думаю, вы ошибаетесь. Скорее всего, это какой-то маньяк, который рассылает письма молодым девушкам. Это куда логичнее. Он так заманивает жертв… ну я бы сделала именно так…

– Сомневаюсь… – он погрузился в раздумья, – маньяки действуют немного иначе. Они долго преследуют своих жертв и редко оставляют следы. Умные так уж точно. К тому же они редко занимаются такой… фигнёй… но я повторю свой вопрос. Вы бы последовали тому, что написано в письме?

Все молча переглянулись.

– Видите? На такое не отважился бы даже безумец.

Капитан подвёз их к большому озеру под названием Траунзе. Оно было ближайшим к Пинсдорфу, всего в нескольких километрах от Шарнштайна, где жила Элизабет. Берег был усыпан камнями, туман висел в воздухе, и озеро казалось бескрайним. Рядом с берегом возвышался двадцатиметровый маяк, который включали только в аварийных ситуациях.

– Видите вон тот маяк? А знаете, как он называется? – спросил Пол, явно наслаждаясь моментом.

– Ну, конечно, все знают. Штирия, в честь села, – раздражённо ответил Эндрю, теряя терпение.

– Верно. А знаете, что говорят местные про этот маяк? – улыбнулся Пол.

– И что же? – сквозь зубы спросил Эндрю, краснея от злости.

– Они говорят: “Не бойся гущей мглы, когда она тебя постигнет, ведь рассвет тебя ещё настигнет”.

– Может, хватит ходить вокруг да около, чёрт возьми? Я больше не могу себя сдерживать от ваших детективных высказываний! – взорвался Эндрю.

– Дядя Эндрю, вдумайтесь! Это же гениально! – пролепетала Лия. – “Рассвет тебя ещё настигнет, твой Н” – конец письма! И маяк называется Штирией! Всё сходится!

– Я думал о том же и хотел, чтобы вы это поняли. Думаю, нам стоит зайти в маяк. Пойдёмте, я покажу вам кое-что интересное.

Вечер постепенно наступал. Подойдя ближе к маяку, они принялись изучать его. Он выглядел древним и ветхим, казалось, вот-вот рухнет. Войдя внутрь, Капитан сразу направился к вершине, в то время как остальные остались осматривать первый этаж. В помещении витал неприятный запах ржавчины, перемешанный с морской солью, словно маяк простоял посреди океана целое столетие.

– Вы там долго будете? – выкрикнул им сверху Пол.

По мере того как Ева поднималась всё выше, она начала замечать, что её самочувствие ухудшается. Сначала у неё начало двоиться в глазах, затем потемнело, она подумала, что это от голода, и продолжила идти вверх, как вдруг Льюис, шедший впереди, слегка опёрся на неё.

– Лью, очнись, что с тобой? – встревоженно спросила Ева, с усердием придерживая его собой.

– Всё в порядке? – крикнул с вершины Пол.

Льюис прислонился к стене, тяжело дыша, и пробормотал: “Поднимайтесь без меня, я сейчас догоню”. Ева не захотела его оставлять и намекнула Лии и Эндрю, чтобы они помогли, но вскоре заметила, что они тоже начали чувствовать себя неважно.

– Я так понимаю, у вас кружится голова? Всё нормально, просто подумайте о чём-то приятном. О еде, или деньгах, или о долгах, ха-ха, сразу полегчает! – подшучивал Пол сверху.

– Да вы остряк! Могли бы и помочь. Посмотрите, что тут творится, – возразила Ева.

Все прислонились к стене, каждый ушёл в свои мысли и через пару минут, к всеобщему удивлению, всем стало заметно легче. Наверху их ждал целый открытый этаж, покрытый прозрачным стеклом. Вид уходил в бескрайние просторы. Они вышли на смотровую площадку маяка, где царил полный штиль. Пол прижался к стеклянной ограде и продолжил:

– То, что я сейчас скажу, может показаться вам странным. Но я пришёл к этому выводу, поговорив с теми, кого уже нет. Прошу только одного. Выслушайте меня внимательно.

– Может, скажете наконец? – взбесился Эндрю, – Мы проделали такой путь, поднялись непонятно куда, а вы опять рассказываете нам всё так осторожно, как будто мы обсуждаем план захвата Австрии!

– Я считаю, что ваша дочь сейчас жива и находится не в этом месте, не в этой стране или, быть может, не там, где мы себе представляем.

– И это то, что вы хотели нам сказать? Вы больной, что вы вообще такое несёте? – ещё больше обозлился Эндрю.

– Подождите, дядя Эндрю, давайте дослушаем его, он ведь попросил, – тихо положив свою руку на его плечо, молвила Лия.

– Я говорю так не потому, что у меня больше нет зацепок, и я не знаю, кого винить в пропаже вашей дочери. Я говорю так потому, что история той девушки, которая умерла год назад на озере, говорит нам о многом. Всё началось именно с этого маяка. Вы ведь поднимались и вам стало вдруг плохо, не так ли? Думаете, это давление? Или вам просто вдруг стало плохо, причём одновременно?

– Но ведь тебе плохо не стало, – утверждал Эндрю.

– Не стало, потому что я уже научился это контролировать. Короче. Спустя полгода мы получили письмо от брата пропавшей девушки. Много странных слов было, сбивчивых фраз. Ничего не ясно, кроме упоминания о встрече с незнакомцем и времени. Лишь одно слово повторялось несколько раз. Штирия. Мы постановили, что это название села. Искали после её смерти почти месяц, но безрезультатно. Тогда Шеф велел поехать к маяку с таким же названием. Я ещё не знал, что маяк называется Штирия. Прибыл туда с напарником. Как только вошли внутрь, то ему стало плохо. Я хотел помочь, но вскоре сам ощутил то же. Сперва холод, потом жар, потом тошнота. Мы уехали в больницу, и всё прошло, будто ничего не было. Нас там чуть психами не назвали, – улыбнулся Пол, закуривая у края выступа, – вернулись мы и сказали Шефу, что там пусто. Но я знал, не всё так просто. Спустя время я пошёл снова, уже с другими людьми. Один из них почувствовал то же самое. Головная боль, тошнота. А потом я поехал туда один. Темновато было. Вдруг изнутри как жахнет. Звук такой… не механический, а грохот. В тот миг маяк вспыхнул и ожил. Он всегда срабатывал, когда начиналась буря или землетрясение. Я подошёл ближе и увидел мальчика лет двенадцати. Он выходил оттуда с трудом, дважды упал, прежде чем я успел подбежать. Он был как…

– Карлик! – выкрикнула Ева.

– Именно так, – ответил Пол.

– Как же ты надоела со своими карликами… – пробубнила Лия.

– В общем… я пытался ему помочь, а тот отталкивался что ли, говорил не нужно, я сам доберусь куда-то. Выглядел он странно. Несмотря на то, что он был маленьким, казалось, что на самом то деле ему целых пятьдесят лет. На нём были синяки и ссадины, и голова была странно выбрита. На рукаве его куртки было написано: “Тайм”. Я пытался спросить, что случилось и откуда он взялся, но мальчик уже отключался. Глаза закрывались, и он бормотал что-то невнятное… шептал, что линза сломана, и что про это не узнает. Я конечно подумал вызвать скорую, положив его на удобный край, а сам хотел разглядеть место изнутри. В маяке я почувствовал что-то странное, стоял такой густой воздух, наполненный чем-то тяготящим. Там я заметил, что на стенах что-то висят клочки одежды. Бред, подумал я, поскольку эта одежда была прямо в самом цементе здания. Тут снова раздался звук, но тише, и насколько я помню, этот уже был на улице. Я вышел из маяка, а мальчика нигде не видать. Тогда я начал его искать, даже одно время в розыск дал объявление, но поиски… сами понимаете, не принесли ничего.

– К чему вообще эта ненужная история? – обозлённый Эндрю наехал на Пола.

– Вот именно! – добавила Ева к словам Эндрю, – ещё вы так и не объяснили, почему нам стало плохо.

У Пола зазвонил телефон. Это был Ионель, требующий срочно прибыть всем в отделение. Приехав к зданию отделения, они заметили встревоженного шефа, который, едва увидев их, начал громко выкрикивать приказания, требуя, чтобы они немедленно вошли внутрь. Ионель повёл их в комнату радиосвязи, где несколько человек работали за массивными аппаратами, напоминающими те, которые используются для улавливания радиоволн.

– А я такое только в кино видел! – разглядывал приборы Льюис.

– Вы смогли её найти? Что произошло, Шеф?! – резко спросил Эндрю.

– Нет, мы ничего не нашли, звонок отследить так и не получилось, а телефона словно и не было, но мы поймали куда более интересный звонок.

– И что за звонок? Что именно вы услышали?

– Тише, вы! – приказал Ионель, – Закройте дверь и внимательно слушайте. Звонок до сих пор не удаётся проследить, это какие-то странные волны и шумы. Мы ещё не сталкивались с подобным, поэтому звонок был пойман не сразу, но это не важно. Сейчас они пытаются снова перехватить их разговор. Хочу показать вам запись, возможно, вы сможете определить, кто это был и о чём идёт речь.

Они прошли в его комнату, где он достал огромный диктофон с кассетой.

– Мы не совсем понимаем, с чем имеем дело, но сказать, что ваша дочь окончательно пропала, я не могу. Лучше слушайте, сами всё поймёте.

Шеф Ионель включил запись.

– (женский голос)… не могу больше… (помехи)… лучше умру…

– (голос другой женщины)… (помехи)… потерпи… (помехи)… в полицию… они уже близко…

– (женский голос)… всё сделала… (помехи)… там у дороги… (помехи)… ничего… (помехи)… не осталось выбора… он найдёт меня…

– (голос другой женщины)… (долгая пауза)… если он узнает, то… (помехи)… или придётся бежа… (помехи)… я не смогу прикрыть тебя…

– Я найду… (помехи)… (шипение).

Шеф вытащил кассету, но прежде чем он успел сказать своё слово, на него обрушился поток вопросов от её отца и друзей.

– По этим записям сложно вообще что-либо понять, кто это был. Не сильно похоже на голос моей дочери. Кого-то удерживают в доме? Кому она звонила? Шеф, у нас теперь больше вопросов, чем ответов, – тараторил Эндрю.

– Я понимаю, как это тяжело, но мы работаем над этим. Скажите, это голос вашей дочери?

Все замолчали и настояли на повторном воспроизведении записи. Никто из присутствующих не смог определить, принадлежат ли голоса двух девушек знакомым им людям.