Я тебя отвоюю

Так что занимаемся мы тем, что собираем меня на ужин, и уже к пяти тридцати я полностью готова. Конечно, мои видавшие виды сапоги под это платье не подходят совершенно и Полина выуживает из закромов антресоли, – а я даже не предполагала, что у нас там что-то хранится, – широкие объемные сапоги на каблуке серого цвета, которые идеально вписываются в образ. Пуховик меняю на теплое зимнее классическое пальто. Мы с мамой покупали его еще на первом курсе, перед тем как все… стало совсем не очень хорошо, но я почти его не носила.

– Он подъехал! – оповещает, дежурившая у окна подруга. И спустя несколько минут мне на телефон падает смс от Разумного. Он ведь не знает, что у меня есть свой дозорный.

– Ну, я пошла, – подхватываю маленькую сумочку.

– Стой! Едва не забыла. Главный штрих! – кричит из ванной, а после я слышу топот. В руках она бережно сжимает флакончик духов, которые ей родители на день рождения подарили. Она ими только по событиям пользуется, значит, и у меня сегодня такое!

К машине, у которой стоит Разумный, подхожу медленно. Сама не знаю, почему. Неловко до жути.

– Добрый вечер, Софи.

– Добрый вечер, Платон Львович.

Он ведет меня к пассажирской двери и усадив внутрь, обходит машину, чтобы сесть за руль.

– Просто Платон, – внимательно смотрит на мою реакцию и не дождавшись ответа, заводит машину.

Не уверена, что называть шефа «Просто Платон» – нормально, но и обращаться в ресторане по отчеству тоже немного странно. Так что внутренне соглашаюсь с боссом, но хотелось бы вообще никак к нему не обращаться.

Нет, ну а что? Во избежание неоднозначных ситуаций…

Проезжаем те самые волшебные огоньки на центральной улице. Мои любимые! Я как ребенок, смотрю по сторонам, чтобы их не пропустить. Движение машин здесь замедляется, потому что вокруг течет жизнь. Люди встречаются под знаменитым городским градусником, фотографируются под «звездным небом» и идут гулять вдоль длинной улицы. Кто-то сворачивает в сквер на площади Поэзии, кто-то хочет дотопать до парка Горького, а кто-то не знает, куда идти, поэтому сидит в машине и едет.

И этот кто-то – я.

Разумный паркуется напротив торгового центра «Аве плаза» и ведет меня к ряду магазинов. В один из таких мы входим, но, к моему удивлению, внутри оказывается небольшой уютный семейный ресторанчик.

– Добро пожаловать в «La Osteria», – встречает нас милая хостес, – Вы заказывали столик?

– Да, на имя Платона Разумного.

– Верхнюю одежду можете оставить здесь, – она указывает на встроенную в стену стойку и вежливо улыбается нам обоим.

Платон оказывается сзади меня и, положив руки на края воротничка моего пальто, освобождает от верхней одежды.

– Невозможно красивая, – не сдержанно выдыхает глухим шепотом, когда я поворачиваюсь. Он близко. Очень, – и все-таки сначала я хочу поужинать с тобой.

Сначала? А потом что? Уверена, что краснею.

Когда он снял свое пальто, и передал вещи хостес я пропустила. Как-то не до того было. Очнулась лишь почувствовав касание. Он взял меня под локоть и повел в зал за хостес.

– Пожалуйста, Ваше меню, – кладет она листы, когда Разумный опускается на стул после того, как помогает сесть мне. Галантность, вот она какая, – Ваш официант подойдет через несколько минут. Приятного вечера, – хостес еще раз одаряет нас улыбкой, после чего удаляется.

Атмосфера приятная и очень живая. Тут и там смеются между разговорами люди, а еще звучит итальянская музыка и стоит, как украшение посуда. На одной тарелке, той, что находится ко мне поближе, нарисована гусыня. Почему это именно девочка? Потому что ее голову покрывает ажурная смешная и розовая шляпка. На чашке морда смешной мохнатой собаки с высунутым набок языком. Вся посуда абсолютно разная и мне хочется рассматривать, увидеть больше!

Столики стоят не слишком далеко друг от друга и обстановка благодаря этому создается не шикарной и пафосной, а скорее, простой, дружелюбной, располагающей. Здесь приятно находиться, тут хочется бывать, а желание вернуться появляется уже сейчас.

– Снаружи никогда бы не подумала, что это ресторан, – делюсь мыслями рассматривая интерьер.

– В этом и прелесть, – понимающе кивает Разумный, – только для своих.

Наверное, я как-то слишком открыто любопытничаю, потому что Платон, наклонив голову немного вправо рассматривает меня.

– Что-то не так? – аккуратно спрашиваю и, не выдержав взгляда прячусь, заинтересованно разглядывая прохожих за окнами.

Я не смущаюсь, потому что не сделала ничего такого. Мне ведь любопытно! А то, что не бываю в подобных местах и скрывать не хочу: все мы разные.

– Ты. Абсолютно особенная женщина, – он говорит это как данность, не отрывая от меня своих серых, ставших теплыми глаз.

– Вы меня совсем не знаете, – замечаю перед тем, как уткнуться в меню.

– Мне не нужно знать о тебе подробную биографию, чтобы понимать это.

Все-таки поднимаю на него глаза. Это ведь не соревнование «кто первый моргнет», да? А иначе, как объяснить наши гляделки?

Появляется официант. Очень не вовремя, кстати, но я молчу. Разумный делает обширный заказ за нас двоих. Он спросил, а я совсем не против его выбора. Хочется попробовать что-то особенно вкусное, а он здесь бывал. И, судя по всему, я попробую очень многое, но не уверена, что съем все.

– Зачем я здесь? – решаюсь спросить, когда молодой человек по имени Максим удаляется, оставив нас вдвоем.

– Ты здесь, потому что я хочу с тобой поужинать. И, судя по согласию, ты хочешь поужинать со мной. – Он кладет сплетенные пальцы на стол и продолжает наблюдать за мной. Я ему что, куница? И он не на охоте. Ружья, по крайней мере, нет…

– У Вас ко мне было дело. Приглашение звучало именно так и сегодня я шла на деловой ужин, – подсказываю ему ответ, от которого мое сердцебиение придет в норму.

– Давай обсудим дела позже. И мы перешли на «ты», – напоминает он, но продолжает рассматривать.

Я ощущаю взгляды, словно касания: талия, едва скрыта за большим резным столом, грудь, ключицы, шея… Надеюсь, я не краснею, но клянусь, прикладываю все силы, чтобы не расплавиться… подбородок, губы…

– Перешли, да, – соглашаюсь, наверняка не сумев скрыть смущение.

– Расскажи о себе.

Глава 13

Это просьба, не шефский приказ. И я рассказываю, деликатно обходя острые углы, о которых ему знать не надо. Рассказываю о своей семье, о том, как ездила на лето в деревню к бабушке. О том, как с соседскими мальчишками ходили купаться на речку тайком от родителей. И как ловили руками рыбу.

– И как? Споймали? – смеется Разумный.

– Ага, двадцать ведер! – выдаю сарказмом, вовсе позабыв о том, кем он приходится мне, – Мы еще червяков в воду кидали. Думали приплывет рыба, съест, а мы ее тут ждем! Ну медведи же лапами ловят, вот и мы решили, – продолжаю хихикая.

Это не мегосмешная история, но довольно забавная, чтобы ее можно было рассказать в ресторане симпатичному мужчине. Не забавлять же его россказнями о том, как иногда ночами мне снилось море, и я просыпалась с мокрой простынью!

– Мы с пацанами, а нам лет по тринадцать тогда было… Спасибо, – отвлекается на принесшего первые блюда официанта и после его ухода продолжает, – поехали первые деньги зарабатывать. В соседскую деревню. Я тогда тоже к бабуле на лето приезжал. Так вот, поехали в соседскую деревню яблоки рвать в чужой сад. А мы подготовленные, с пакетами. Нагребли пакетов десять, по два каждому. И стали у дороги продавать. Сначала все очень неплохо шло, деньги рекой лились, а потом нас дед какой-то увидел. Ну мы глянули дед и дед, а он привел с собой еще людей, – качает головой, вспоминая, – Ох, и гнали нас оттуда. Во-первых, приезжие, а во-вторых, кто-то яблоки узнал, уже не помню, как, какой-то сорт особенный был что ли. В общем, в тот раз бизнесменом я не стал.

– Но задатки в крови явно были, – улыбаюсь я, и пробую теплый салат с телятиной – очень вкусно.

Если салат я осилила весь, то горячего не смогла впихнуть и половину. Порции здесь просто огромные! А вот Разумного все очень даже устраивало.

– Сегодня мне так и не удалось вырваться на обед. Работы просто валом. Маркетологи зашиваются, новые баннеры подготавливают по последнему ЖК. Сдача рекламы через неделю, недоработки подчищают, поэтому у меня вопрос к тебе, – тут я навострила ушки. Ясно же, что к делу подошли! – Мне не нравится наше меню. Громоздкие доски, которыми можно убить, не привлекают. Могла бы ты подумать в этом направлении?

– У меня есть идея, – с готовностью говорю я, – мне бы лист бумаги и ручку, – веду плечом немного стушевавшись.

С готовностью, потому что мне и самой наше меню ужасно не нравится. Гостям с ними некомфортно, официантам неудобно. Конечно, я раздумывала о том, каким было бы идеальное меню в нашем ресторане, с моей точки зрения. Без задней мысли, просто так.

Разумный подзывает официанта Максима и тот находит все, что нужно. Кладу лист горизонтально и делю на небольшие столбики.

– Вот здесь будут названия блюд, – показываю на основной столбик, – чуть ниже маленькими буквами основные ингредиенты, напротив, как обычно, граммовка и цена. Но я предлагаю карандашной рисовкой отметить компоненты-аллергены, вроде лука, чеснока, горчицы, меда. Основных не так много. И в конце меню написать, что так мы обозначаем аллергены и ниже надпись «Если у Вас есть аллергия на любой продукт, сообщите об этом официанту». Я бы выбрала голубоватую бумагу, – продолжаю, не встретив сопротивления моей идеи в лице непосредственного начальства, – или газетную и сделала бы силуэты фоновых морепродуктов и рыбок. Вообще морских коньков забавных, жемчужных раковин. Это будет казаться детским, если сделать цветным, но в карандашной технике, на мой вкус, должно получиться стильно. Только рисую я так себе, но Лиза же на дизайнера училась, она должна круто рисовать.

Во мне поднимается необъяснимая взволнованность! Мне так нравится то, что я сейчас делаю, что невозможно передать! Я ведь хотела работать по специальности, хорошо училась, несмотря на проблемы и… сложности и владею, как мне кажется, важными знаниями, которые применяю именно сейчас. Возбуждение, забытое со времен студенческой практики, вновь бурлит в теле.

Все это время Разумный молчит. Не перебивая слушает, что я говорю и наблюдает за моими отметками на листе. Закончив, выдыхаю и внимательно смотрю на мужчину перед собой. На моего шефа. Вспоминаю профессора Сивацкую, которая говорила, что у меня проблемы с донесением мыслей по проекту и уже мысленно себя, как маркетолога, хороню. Не впервой, честно говоря, но так же неприятно

– Хорошая идея, – озвучивает после того, как изучив набросок поближе, откладывает его в сторону, – Лаконично и со вкусом, чего-то такого я и хотел. Молодец, Соня. И я в тебе не ошибся, – усмехается, но больше себе. Самодовольный шеф. Но хвалит же! А я мурчать готова! Не зря на красный диплом впахивала! Вот, пригодилось.

– Только название ресторана я бы написала лазурным цветом, – вхожу во вкус вдохновленная похвалой, а Платон тепло улыбается мне.

На десерт нам приносят шоколадное семифредо. Никогда не ела и ума не приложу, что это такое. Ожидание проходит с опаской. И как же вкусно! Это не совсем мороженное, оно густое, тягучее и не тает на языке слишком быстро. Удовольствие растягивается, если есть совсем маленькими тягучими кусочками. Рассасывая на языке, остается приятная горчинка послевкусия натурального шоколада, а новая ложечка снова приносит сладость. Даже жмурюсь от терпкого вкуса…

Неожиданно Платон накрывает мою руку своей, а я, взглянув на него, в удивлении приоткрываю губы. Он аккуратно переворачивает руку ладонью верх и водит известные только ему узоры.

Осознаю, что только сейчас мысленно назвала его по имени. До этого момента я неосознанно избегала подобного.

Наши действия кажутся мне забавными и совершенно не вяжущимися с этим серьезным мужчиной, каким я привыкла видеть его на работе. Сейчас я верю, что мальчишкой он воровал соседские яблоки, потому что в глазах вижу озорные искорки.

Смелею. Вытягиваю вперед указательный палец и рисую на его ладони. Он не сопротивляется, а потом переплетает наши пальцы. Вот тут улыбка спадает с моего лица и мысли в голове путаются. Плавно забираю руку и кладу на свои колени.

– Я думаю, нам пора, – говорю тихо, но твердо смотрю в глаза. Разумный кивает и расплачивается по новомодной системе qr-кода.

Нас снова встречают хостес. Одна подает одежду, другая интересуется как прошел вечер. Хорошо, наверное, но последние минуты внесли сумбур. Выходим в прохладу позднего вечера, переходим дорогу и садимся в автомобиль.

– Многие рестораны отказываются от бумажных меню в угоду техническому прогрессу, – говорю, когда мы выезжаем на трассу в желании вернуть рабочий тон.

– Тебе нравится? – он отрывается от дороги, и мы сталкиваемся взглядами.

– Честно? Нет. Исчезает какой-то шарм, – неопределенно пожимаю плечом.

– Я согласен.

На этом беседа окончена. Не знаю, что сказать, поэтому молча смотрю в окно. Опускаю стекло и вдыхаю холодный воздух. Прикрываю глаза и откидываюсь на сидение. Это позволяет не смотреть на Разумного, но и мне не видно смотрит ли он на меня. Открываю глаза и все-таки смотрю. Его руки на руле, на левом запястье те самые часы с непроизносимым названием. Он сосредоточен и спокоен, но, когда смотрит на меня снова, серые глаза вспыхивают.

Подъехав к нужной высотке, Платон глушит мотор.

– Спасибо за вечер, – первой нарушаю молчание.

– Тебе спасибо. Компания была более, чем приятная.

Он берет мою ладонь и подносит к губам, оставляя поцелуй на тыльной стороне ладони. Мой вдох выходит почему-то слишком шумным, серые глаза напротив сужаются, он все еще держит мою руку в своей, когда пальцы другой касаются моего подбородка.

Ситуация становится опасной. Уровень опасности красный!

– Доброй ночи, Платон, – говорю, перед этим предательски сглотнув. И судя по тому, как его глаза прошлись по моему горлу, не замеченным этот жест не остался.

– Доброй ночи, Соня.

Ресторан "la cantina osteria" – любимый ресторан автора. Надеюсь, Вы прониклись)

Атмосфера там действительно чарующая, блюда вкусные, а порции огромные ♡

Глава 14

С Яной мы договорились обсудить вопрос корпоратива с коллективом, когда выйдем на смену. Во всем этом заманчивом, на первый взгляд, разговоре была огромнейшая загвоздка – обсуждать пришлось бы дважды, так как смены две.

На каждой смене есть админ, старший официант и бармен, соответственно. Только мы почти не пересекаемся, лишь в те редкие дни, когда смены тасуют. И впервые ладно за мою, но Янкину работу в этом ресторане было решено организовать общий сбор.

Мы с Яной, как две зазывали или же выскочки, – а именно с таким обвинительным видом на нас недовольно пялились те, кого мы вынудили переться в свой выходной на работу утром всего на час, – сели в центре. Но испепеляющие взгляды продолжались ровно до момента, пока они не услышали предлог собрания.

И что тут началось…

– А давайте у нас в ресторане!

– Нет, поехали в клуб!

– А сколько нам отвалят денег? Давайте просто поделим, делов-то!

– Летний корпоратив можно на море?

– А сам шеф будет присутствовать? Я бы с ним в неформальной обстановке…

Вопросы сыпались, будто в пустоту, а нам и рта раскрыть не удавалось. В итоге перекинувшись парой фраз, мы с Яной решили дать нашей команде время на поговорить и выговориться, а потом обсуждать нюансы. Когда словесный всплеск поутих, Яна взяла слово:

– Это будет корпоратив. Для того, чтобы пообщаться и узнать друг друга получше в непринужденной атмосфере…

Надо сказать, что начала она уверенно. Медленно осмотрела всех сидящих, высказалась и затихла, позволяя переварить обдуманное в тишине.

Ага, шагаем шире! Не понадобилось.

– Да кому нужна ваша атмосфера?! – вскипает Люся, официант другой смены, – Я сюда деньги зарабатывать прихожу, а не языком чесать!

– Вот именно! Что за детский сад и танцы с бубном? – поддакивает Вероника, ее админ.

– А что вы теряете?! – не выдержав, восклицаю я, – Вы ни за что не платите, просто приходите, расслабляетесь и веселитесь. Или забыли, что общаться нормально можно не только с клиентами? Серьезно, девчат, – пытаюсь разбавить напряженную атмосферу, – мы же не только работники. Дважды в год не плохо было бы отдыхать. Все компании так делают, просто с Васильевым нам корпоративы никто не предлагал, а Разумный…

– А Разумный – сплошное золото! – издевательски кривит губы Вероника, – Прекрати! Бизнесмены с набитыми кошельками терпеть не могут заниматься благотворительностью! – фыркает напоследок, складывая руки на груди. И взглядом впивается насмешливо, будто спрашивая: выкусила?

Вовсе нет. Я же не виновата, что она недалекая. Хотя обиняками бросаться не спешу. Это довольно распространенный взгляд.

– Что за невежество? – не выдерживает Лиза, и в эту минуту я ей признательна, – Благотворительность уже давно стала мейнстримом. За границей тебя не воспринимают, если ты не поддерживаешь фонд или больницу, и мы к этому стремительно движемся! Наворовал и слился – это пережиток прошлого!

– Святая простота! – показательно всплескивает руками, словно ядом Вероника, – Ты реально веришь, что Разумный такой лапочка и зайка, что резко проспонсирует всех нас? Ага! Рыжая ваша с ним просто спит! Спи-и-ит, понятно?

– Ты чего несешь? Совсем ополоумела? – парирует Яна, но как-то неуверенно и на меня поглядывая.

– Как-то нелогично спонсировать всех сотрудников, когда спишь с одной. Что за дешевый фарс? – фыркает Вердин, презрительно морщась.

А я молчу. Ловлю воздух ртом как рыба. Это неправда. Неправда! Вот ведь ужи нечищеные!

– А ты спроси у своей подружки, где она была вчера и, главное, с кем! И с кем потом ушла в районе девяти часов. Уж явно не книжки читать! Вот так и получают должность, а, Сонь? Только старший официант – это как-то меленько, не солидно, не находишь? Продешевила ты, рыжая. Хоть бы уже за управляющую ноги раздвигала!

– Инфа откуда? – вмешивается нахмурившийся Богдан.

– У меня подруга в «Остерии» работает. Даже фото Разумного сделала! Показать? – и с оскалом победительницы Вероника замолкает.

Конечно, она устроила целый спектакль! Прямо кукольное представление. Вот ведь кукловодиха… Хуже всего не обвинения эти, а то, что наши в это поверить могут. И как потом работать? Оправдываться? Переубеждать? Доказывать? То самое сомнение уже в головы поселила и теперь мое слово против ее. Да и буду ли я оправдываться? Не буду. Я же ни в чем не виновата!

– Я смотрю моя личная жизнь не дает Вам покоя.

Холодный, как лед голос.

Тот самый.

Хоть воздух рассекай.

Глава 15

Вероника вздрагивает и медленно поворачивается. Как у него выходит так бесшумно входить? Улыбка с ее лица сползает, а руки заметно подрагивают. Чтобы унять дрожь, Вероника кладет их под стол. Я могла бы отрицать или оправдываться, но прекрасно понимаю, что бесполезно. Напротив, это только на руку сыграет! Они получили нишу для сплетен, и мое мнение никого не интересует.

– Платон Львович, Вы слышали не все… – пытаюсь сгладить, потому что совсем не хочу скандала. А еще понятия не имею, что именно он скажет и опасаюсь этого. Любое слово, фраза сделают только хуже. Но тот явно не в духе.

– Уверен, что услышал достаточно. Для проформы: я могу делать все, что пожелаю и объясняться не намерен, но вы же совсем сожрете Софи, да? – хмыкает и сам себе кивает, – Теперь у нас новое меню. Его оформление придумала Софи. Вчера за ужином мы это обсуждали. Это нормально, когда люди решают вопросы за едой, данная информация специально для Вашей головы, Вероника. Вот задумка, – он кладет на стол бумаги, – Елизавета, посмотрите пожалуйста, сможете ли нарисовать и зайдите ко мне с ответом. Далее, на счет корпоратива. Все, кто не хочет идти, не идет. Все, кто хочет, я жду от вас варианты мест. Вы это уже обсудили, Яна?

– Не успели, Платон Львович. Процесс… затормозился…, – Разумный вновь ограничивается коротким кивком.

– И еще. Вы уволены, Вероника, – прибавляет тоном, не терпящим возражений.

– Но за что?! Я же хорошо работаю! – она даже поднимается. Сейчас маска бронепоезда слетела с красивого лица, и Вероника выглядит ошеломленной и немного, что удивительно контрастирует с прежней уверенностью, жалкой.

– Работаете хорошо, но язык у Вас слишком длинный. Для официанта это не хорошо. И подружке Вашей из «Остерии» передайте, чтобы место новое искала. Владелец – мой знакомый, и у него такая же позиция в данном вопросе. Если помните, у нас уже был разговор на тему обсуждения гостей, и я лично Вас предупреждал. Теперь обсуждаемым гостем стал не только я сам, но и Ваша коллега. Расчет получите полностью. Зайдете за ним сегодня же. Остальным желаю продуктивной работы.

Он ушел. Проводили его абсолютным молчанием. Гробовой тишиной, я бы сказала. Кажется, мы боялись даже дышать. Спустя несколько минут Вероника разревелась и вышла, а мы с Яной поняли, что обсуждение закончилось, так и не начавшись.

Когда вторая смена ушла мы с нашими ребятами выбрали боулинг в «Мисто». Он как раз только после ремонта. Все новенькое, необъезженное. Там же и бар находится, ниже ресторан, а еду и напитки могут подать и на дорожки. Вообще это огромный комплекс для мажоров. На корпоратив почему бы и нет?

– Единогласно, значит? – уточняет Разумный, когда я являюсь к нему с выбранным местом.

– Да. Не считая другой смены. Мы с Яной сочли правильным сказать им место и время, захотят – придут. Если Вы одобрите, конечно, – прибавляю торопливо, потому что лицезреть их снова желание отсутствует напрочь.

– А почему нет? Хорошая идея. Твоя? – он смотрит на меня тем своим взглядом – с теплом и интересом.

– Да как-то вместе определились. Мозговой штурм, – я неловко пожимаю плечами и отвожу взгляд. Идея была действительно моя, но после сегодняшнего утра признаваться в этом почему-то не хочется.

– Тебя так задело то, что она говорила? Соня? – он встает с директорского кресла и пересаживается на соседний гостевой стул, оказавшись ближе ко мне.