Наследница света

— Выпей. Это поможет восстановить силы.

Я осторожно приняла чашку, но подносить её к губам не спешила. От напитка пахло мятой, хвоей и чем-то сладковатым, незнакомым. Я посмотрела на прозрачную жидкость, потом перевела настороженный взгляд на Рика.

— Что ты туда добавил?

Рик вздохнул и отложил флакон.

— Если бы я хотел тебя убить, то просто оставил бы истекать кровью у Стены. Поверь, это было бы гораздо проще, чем три дня носиться вокруг тебя, вытаскивать стрелы, зашивать раны и только потом придумывать, как отравить.

Я продолжала молча смотреть на него. Рик закатил глаза, забрал у меня чашку и сделал небольшой глоток.

— Видишь? Не яд.— Возможно, он действует только на людей.

— Тогда мне остаётся лишь восхититься твоей подозрительностью.

Он снова протянул мне чашку. Я ещё несколько мгновений колебалась, затем осторожно пригубила отвар. Горечь трав почти сразу сменилась мягкой сладостью, а по телу постепенно разлилось приятное тепло. Я прислушалась к своим ощущениям, ожидая боли, тошноты или головокружения, но ничего не произошло. Только слабость начала понемногу отступать.

— Ну вот, — удовлетворённо произнёс Рик. — Уже лучше.

Он протянул мне руку, помогая подняться. Я осторожно встала и с удивлением поняла, что раны почти не болят. Осталась только слабость. И только потом осознала кое-что ещё. На мне была чужая мужская рубаха, надетая прямо на голое тело. Видимо, пока я была без сознания, с меня сняли окровавленную одежду. Тонкая льняная ткань доходила лишь до середины бедра. Ворот свободно сполз с плеча, открывая кожу. Я мгновенно схватила лежавший рядом плед и закуталась в него. Рик заметил это и чуть заметно улыбнулся.

— Не смотри на меня так возмущённо, — произнёс он, заметив мой взгляд. — Твоя одежда была разорвана и вся пропиталась кровью. Мне пришлось её снять, чтобы обработать раны.

Я ещё сильнее натянула плед. Разум подсказывал, что иначе он не смог бы вытащить стрелы и обработать раны. Но от одной мысли, что незнакомец касался меня, пока я лежала без сознания, внутри всё сжалось.

— Ты мог хотя бы не улыбаться так довольно.

Рик невинно поднял руки.

— Я всего лишь рад, что ты наконец стоишь на ногах.

— Конечно. Именно поэтому ты смотришь на меня как кот на сметану.

— Несправедливое обвинение.

Я прищурилась.

— Извращенец.

— Целитель, — невозмутимо поправил он. — Иногда эти понятия несправедливо путают.

Рик усмехнулся, явно довольный собой.

— Ладно, — примирительно сказал он.

Подошёл к своей сумке и достал свёрток с одеждой и кинул мне в руки.

— Держи.

Я поймала его и развернула ткань. Внутри лежали тёмные кожаные штаны, свободная льняная рубаха и короткий походный жилет с ремешками по бокам.

— Откуда у вас женская одежда? — подозрительно спросила я.

— Она не женская, — ответил Рик. — Обычная дорожная одежда. Штаны мои запасные, рубаха принадлежит Салосу, а жилет можно затянуть по фигуре.

Я подняла рубаху и с сомнением посмотрела на его широкие плечи.

— Рубаха Салоса будет мне до колен.

— Зато чистая, — невозмутимо заметил Рик. — В твоём положении это уже роскошь.

Рик деликатно отвернулся, давая мне возможность переодеться. Одежда оказалась велика. Тёмные кожаные штаны пришлось туго затянуть поясом, а свободную рубаху — заправить внутрь. Рукава я несколько раз подвернула, но ткань всё равно собиралась складками на плечах и талии. Сверху я надела жилет и затянула ремешки по бокам, чтобы он плотнее сидел по фигуре. Когда я закончила, Рик повернулся и одобрительно оглядел меня с ног до головы. Затем протянул светлую льняную ленту. Я собрала волосы в хвост и перевязала их.

— Вот, — довольно кивнул он. — Теперь хотя бы выглядишь так, как будто смерть не приходила за тобой. Салос скоро вернётся, и мы решим, что делать дальше.Он подошел к костру, сел на бревно и стал что-то тщательно помешивать в котелке.

— Что вы собираетесь со мной сделать?

Рик бросил на меня внимательный взгляд поверх очков.

— А ты сейчас думаешь, как сбежать?

Я промолчала.

— Никто тебя не держит, — спокойно сказал он. — Можешь уйти хоть сейчас. Но, честно говоря, в твоём состоянии ты вряд ли протянешь в лесу даже полдня.

Я молча продолжала стоять в стороне от Рика. Чутьё подсказывало, что он не причинит мне вреда, — но расслабляться я всё равно не собиралась.

Оглядевшись, я заметила своего коня — Принца. Он был привязан к молодой берёзе и спокойно щипал траву, будто ничего необычного вокруг не происходило. Его тёмная грива выглядела аккуратно расчёсанной, а на боку не осталось ни следа дорожной пыли. Я медленно подошла к нему и провела ладонью по тёплой шее.

— Ну хоть ты жив… — тихо пробормотала я.

Принц тихо фыркнул и ткнулся мордой мне в плечо. Только тогда я заметила у седла оборванный ремень. Мешок исчез — вместе с одеждой, деньгами, оружием и картой. Видимо, его срезало стрелой или сорвало во время погони. Я прикрыла глаза и тихо выругалась.

— Прекрасно. Просто прекрасно. Теперь у меня даже кинжала не осталось.

Мысли становились всё мрачнее. Я находилась неизвестно где, среди настоящих эльфов, без оружия и припасов. А где-то по ту сторону Стены меня, возможно, всё ещё искали люди дяди.

Ветер шевелил ветви высоко над головой. Между деревьями мерцали голубоватые огоньки, а от влажной земли пахло мхом и сыростью. Я оглядела незнакомый лес и снова подумала об эльфах. Если они оказались реальны, то что ещё существовало на самом деле? Драконы? Русалки? Чудовища из старых маминых сказок?

Я вспомнила потрёпанную книгу с выцветшими рисунками, которую мама читала мне перед сном, а потом — Мира, когда мамы не стало. Тогда все эти истории казались просто красивыми легендами. Но теперь напротив меня у костра сидел живой эльф.

Рик похлопал ладонью по бревну рядом с собой, приглашая присесть.

— Я не кусаюсь, — спокойно заметил он.

Я демонстративно отвернулась. Раз уж он сам сказал, что меня никто не держит… значит, я уйду, как только пойму, куда вообще попала.

Только сейчас я по-настоящему огляделась вокруг и замерла. Здесь было невероятно красиво. Высокие берёзы с серебристо-белой корой уходили вверх, переплетая ветви в огромный живой свод. Листья одновременно отливали весенней зеленью и золотом ранней осени — словно времена года смешались между собой. Между деревьями струился лёгкий туман, пронизанный солнечными лучами. В воздухе мерцали крошечные искры, будто кто-то рассыпал звёздную пыль. Землю покрывал мягкий ковёр из мха и папоротников, а вдоль троп росли цветы невиданных оттенков: алые, словно свежая кровь, тёмно-синие, как ночное небо, и фиолетовые с серебряными прожилками.

Воздух пах влагой, травами и прохладой леса после дождя. И тут я снова увидела их. Светлячков. Они кружили между ветвей, парили над цветами, собирались в длинные мерцающие цепочки и снова рассыпались в разные стороны. Но сейчас ведь был день. Зачарованная, я медленно подошла ближе к одному из деревьев, вокруг которого роились огоньки.

Рик поднял голову от котелка и нахмурился.

— На твоём месте я бы к ним не подходил.

— К светлячкам? — спросила я, не отрывая взгляда от мерцающих существ.

Рик фыркнул и снял очки.

— Это не светлячки. Это пикси.

Он протёр линзы краем рубахи и добавил:

— Мелкие пакостные твари. Заснёшь рядом с ними — проснёшься без сапог, памяти или пары пальцев. У них очень своеобразное чувство юмора.

Я мгновенно остановилась.

— Пикси?..

— Именно. Любят путать тропы, заманивать путников в чащу и воровать всё блестящее. А ещё обожают издеваться над чужаками.

Словно услышав разговор, один из огоньков резко метнулся ко мне. Он завис прямо перед моим лицом и начал быстро мигать — ярко вспыхивал, затем почти полностью гас. Я отшатнулась. Рик усмехнулся.

— Видишь? Уже заинтересовались тобой.

В следующий миг десятки огоньков одновременно поднялись в воздух. Они закружились стремительным вихрем между деревьев, а потом разлетелись в разные стороны — кто в кроны, кто в туман, кто к цветам.

В маминой книге пикси выглядели милыми крошечными созданиями с венками из цветов и прозрачными крылышками. Эти же были совсем другими.

Одна пикси подлетела ближе и оскалила крошечные острые зубы. Я медленно убрала пальцы подальше. В книге об этом почему-то не писали.

— Мне всё ещё кажется, что я сплю, — тихо произнесла я. — Всё здесь слишком… нереальное.

Рик снова надел очки и посмотрел на меня уже серьёзнее.

— Поверь, ты не спишь. И лучше не забывать об этом.

Он бросил взгляд в глубину леса.

— Тенерия может казаться красивой, особенно тому, кто видит её впервые. Но это только окраина. Дальше начинаются места, куда в одиночку лучше не заходить.

Я невольно посмотрела туда же.

Лес за поляной казался другим. Не тем, что рос у замка за Стеной. Там деревья были знакомыми — дубы, сосны, клёны. Здесь стволы были непривычно высокими и тёмными, будто тянулись к самому небу. Ветви переплетались так густо, что даже утренний свет с трудом пробивался сквозь листву. Между корней стелился серебристый туман, а где-то в глубине леса мерцали странные голубоватые огоньки.

И вдруг я увидела это. Между деревьями, чуть дальше границы света, неподвижно стояла тень. Слишком высокая. Слишком тонкая. Она словно пряталась за стволом, но я отчётливо чувствовала её взгляд. По телу прошёл ледяной холод. Я замерла, не в силах отвернуться. Руки у существа казались неестественно длинными, а там, где должно было быть лицо, темнела непроницаемая пустота. Тень исчезла так же внезапно, как появилась. Растворилась между деревьями, словно её никогда там и не было. Только ветви едва заметно качнулись, хотя ветра не было.

— Кто это? — выдохнула я.

Рик поднял голову от котелка.

— Кто?

Я указала в глубину леса.

— Там кто-то стоял. За деревьями. Он смотрел прямо на меня.

Рик нахмурился и несколько секунд всматривался в чащу.

— Там никого нет.

— Я видела его.

Он посмотрел на меня уже внимательнее, но в его лице не было ни страха, ни тревоги.

— Возможно, тебе показалось. Ты потеряла много крови и только недавно пришла в себя.

Я снова повернулась к деревьям. Между стволами было пусто, но чувство чужого взгляда не исчезло. Мир оказался гораздо больше, чем я думала. И гораздо страшнее.

Оставаться одной на краю поляны больше не хотелось. Я медленно вернулась к костру и села рядом с Риком, оставив между нами небольшое расстояние.— Магия… — тихо произнесла я. — Значит, она тоже существует?

Рик рассмеялся, запрокинув голову.

— То есть в эльфов и пикси ты уже поверила, а магия тебя всё ещё удивляет?

Его изумрудные глаза весело блеснули, а очки снова сползли на кончик носа.

— А кто ещё живёт в… — я запнулась, пытаясь вспомнить название.

— В Тенерии, — подсказал Рик.

— Да. В Тенерии.

— Много кто, — ответил он. — Всех и не перечислишь. Ваши, скорее всего, о многих уже забыли.

Я посмотрела на пикси, мелькавших между ветвями.

— И все они остались по эту сторону Стены?

Рик кивнул.

— После её появления наши миры оказались разделены. С тех пор люди почти ничего не знают о том, что происходит здесь, а мы — о том, что происходит у вас. Вот мы и превратились в героев ваших сказок.

Он усмехнулся, заметив выражение моего лица.

— Хотя, кажется, ты уже начинаешь подозревать, что детские сказки были не такими уж выдумками.

Я снова обвела взглядом лес.

— Значит, всё это время за Стеной существовал целый мир.

— Он никуда и не исчезал, — спокойно ответил Рик. — Просто вы перестали его видеть.

Я промолчала, потому что именно это и думала.

— И давно вы здесь живёте? — осторожно спросила я.

— Очень давно.

— Насколько давно?

Рик хитро прищурился.

— Скажем так, когда в вашем мире о нас ещё не рассказывали сказки, я уже умел читать.

Я непонимающе нахмурилась.

— Ты хочешь сказать… ты жил ещё тогда?

— Я хочу сказать, что для эльфа пара сотен лет — не такой уж большой срок.

Я уставилась на него. В маминой книге говорилось, что эльфы живут тысячи лет, но одно дело — читать об этом в сказке, и совсем другое — слышать от того, кто стоит перед тобой и выглядит едва старше меня.

— Погоди… сколько тебе лет?

Рик довольно улыбнулся, явно наслаждаясь моей реакцией.

— Неприличный вопрос для первого знакомства.

Он уже открыл рот, собираясь добавить что-то ещё, но в этот момент из-за деревьев появился Салос вместе с ещё одним спутником. И тут я замерла. Это был не человек.

Могучее тело с широкими плечами и массивными руками венчала голова быка — с тяжёлыми изогнутыми рогами, тёмными внимательными глазами и широкими ноздрями, из которых в прохладный воздух вырывался пар. Кожа у него была бронзового оттенка, местами покрытая короткой тёмной шерстью. На груди лежали ремни походной сбруи, за спиной виднелась тяжёлая секира, а у пояса висели ножи и свёрнутая карта. Он двигался тяжело, но удивительно тихо для своего роста. Каждый шаг будто принадлежал не чудовищу из страшных сказок, а тому, кто знал лес лучше, чем люди знают собственный дом.

Я резко вскочила на ноги и попятилась назад, почти инстинктивно оказавшись ближе к Рику. Салос сразу заметил мою реакцию и поднял руку в успокаивающем жесте.

— Не бойся, — мягко сказал он. — Это Тарос. Он наш следопыт. И да, выглядит страшнее, чем есть на самом деле.

Тарос слегка склонил рогатую голову. Его голос оказался неожиданно спокойным и глубоким:

— Приятно познакомиться.

Я не сразу смогла ответить. В маминых книгах минотавры были ужасными чудовищами. Дикими. Неуправляемыми. Там говорилось, что они не умеют сдерживать гнев, а если кто-то попадался им на пути, они разрывали его на части, даже не задумываясь. И сейчас передо мной стоял именно минотавр. Огромный. Рогатый. С тяжёлой секирой за спиной.

Но вместо рыка, угроз или попытки размазать меня по ближайшему дереву он просто вежливо склонил голову и сказал: «Приятно познакомиться». От этого становилось даже страшнее. Я растерянно моргнула.

— Мне… тоже.

Рик тихо хмыкнул рядом со мной.

— Вижу, мысль о том, что мир немного шире деревенских сказок, всё ещё даётся тебе тяжело.

Я перевела взгляд с Тароса на Салоса, потом снова на Рика. Страх всё ещё сидел внутри, но рядом с ним постепенно рождалось другое чувство. Любопытство. Что, если мир, о котором рассказывали шёпотом у каминов, всё это время был реальным?

Салос скрестил руки на груди.

При свете дня он выглядел ещё более необычно: серебристые волосы отливали светом, словно лунный металл, а внимательный взгляд неотрывно следил за мной.

— Теперь рассказывай, — произнёс Салос уже серьёзнее. — Кто ты такая? Как прошла через границу? Кто тебя ранил?

Я медлила. Слишком многое зависело от ответа.

— Меня зовут Мел, — наконец сказала я. — Я жила при одном из королевских замков. Иногда помогала в архивах и библиотеке.

Это была не совсем ложь. В детстве я действительно проводила много времени среди старых книг и карт.

— И там я случайно услышала разговор. Очень важный разговор. После этого меня попытались убрать.

Салос смотрел на меня не мигая.

— Что за разговор?

Пальцы непроизвольно дрогнули.

— Я не знаю всего. Только поняла, что кто-то при дворе связан с опасными людьми. И что после услышанного мне лучше исчезнуть.

Тарос, всё это время молчавший, медленно качнул головой.

— Нет.

Я резко посмотрела на него.

— Что — нет?

Минотавр чуть склонил голову, будто прислушивался не к моим словам, а к чему-то под ними.

— Дорога не туда ведёт.

— Какая ещё дорога?

Рик отложил ложку, которой помешивал отвар, и поправил круглые очки.

— Тарос следопыт, — пояснил он почти буднично. — Он чувствует, когда след уходит не в ту сторону. С дорогами, запахами, следами… и с ложью примерно так же.

Я напряглась.

— Он читает мысли?

— Нет, — ответил Тарос глухо. — Только слышу, когда врут.

Я сжала руки на коленях. Салос не вмешивался, только терпеливо смотрел. Я выдохнула.

— Хорошо.

Голос прозвучал тише, чем я хотела.

— Я жила не просто при замке. Я выросла там. Меня воспитывал человек, которому я доверяла. После смерти родителей он стал для меня почти семьёй.

Это уже было ближе к правде. Тарос молчал.

— Незадолго до побега я услышала тайный разговор. Мой опекун обсуждал сделку. Мою судьбу.

У костра стало тихо. Даже Рик перестал вертеть в пальцах какую-то стеклянную колбочку.

— В тот же вечер на меня напали, — продолжила я. — Замок больше не был безопасен. И я поняла, что человек, которому я верила, сам отдал приказ.

Слова давались тяжело, но остановиться было уже невозможно.

— Поэтому я бежала из замка и направилась подальше от столицы. Но меня нашли. Во время погони я оказалась у Стены. Возвращаться было некуда, а преследователи были уже совсем близко. И я направила коня к границе.

— Никто не может пройти через Стену, — тихо сказал Салос.

— Я знаю.

— Но ты прошла.

— Да.

Он несколько мгновений смотрел на меня.

— Как?

Я покачала головой.

— Не знаю. Я думала, что умру. Не помню, как прошла Стену. Последнее, что осталось в памяти, — как я приближалась к ней. А потом уже очнулась у костра.

Это была правда. Салос перевёл взгляд на Тароса. Минотавр некоторое время молчал, словно прислушиваясь не к моим словам, а к чему-то скрытому за ними. Затем медленно кивнул.

— Не лжёт. Но многое скрывает.

Я только тогда поняла, что всё это время задерживала дыхание.

— Я сказала достаточно.

— Для начала, — спокойно произнёс Салос.

Рик тихо хмыкнул.

— Прекрасно. Значит, у нас раненая беглянка из-за Стены, за которой охотятся люди, возможно, связанные с чем-то настолько неприятным, что даже Стена решила: лучше ее пропустить". День становится всё интереснее.

Салос бросил на него предупреждающий взгляд.

— Рик

— Что? Я всего лишь пытаюсь оценить, насколько глубоко мы уже вляпались.

Тарос тяжело вздохнул.

— По рога.

Рик посмотрел на его рога.

— В твоём случае это особенно тревожно.

Салос не улыбнулся. Его взгляд снова вернулся ко мне.

— Что ты не договариваешь?

Я напряглась.

— Ты слишком подозрителен для того, кто только что спас мне жизнь.

— Подозрительность спасает жизнь чаще, чем доверие.

— Приму к сведению.

Рик тихо фыркнул, будто пытался скрыть улыбку, а Тарос довольно хмыкнул:

— Кажется, она тебе не уступит.

— И что нам с тобой делать?— Спросил Салос посмотрев на меня.

— Мы не можем оставить её здесь, — сказал Рик, не сводя с меня взгляда. — Если она прошла Стену, за ней могут прийти не только люди.

— А отпустить? — спросил Тарос.

— Куда? Обратно через Стену? Она едва выжила в первый раз. — Ответил Салос

Я промолчала, только сильнее сжала пальцы. В груди неприятно сдавило. Салос посмотрел на меня и сказал:

— В любом случае тебя нужно доставить в столицу, — произнёс Салос. — Там король и Совет решат, что делать дальше.

Я напряглась.

— Зачем?

— Потому что ты прошла через Стену. За всё время её существования никто не проходил её живым, — спокойно сказал он. — Ни люди. Ни фейри. Ни кто-либо ещё.

После этих слов повисла напряжённая тишина.

— Но… я же здесь.

— Именно поэтому старейшины захотят тебя увидеть, — тихо произнёс Рик.

— А если я не хочу ни к каким старейшинам?

Тарос повернулся ко мне. Его тяжёлый взгляд будто придавил меня к месту.

— Мы не станем тащить тебя силой, — спокойно сказал он. — Но то, что произошло у Стены, касается уже не только тебя.

— Я просто пыталась выжить.

— Возможно, — ответил Тарос. — Но Стена связана с древней магией. А древняя магия никогда ничего не делает случайно.Я нахмурилась. В моём мире Стену считали священной границей, созданной самой богиней Сетой для защиты людей от чудовищ. Так учили жнецы. Они утверждали, что за Стеной нет ничего, кроме опасности и тьмы. Но теперь я стояла посреди странного леса, рядом с эльфами, минотавром и летающими между деревьев пикси. И всё, во что я верила раньше, начинало трещать по швам.

— Забавно, правда? — тихо сказал Рик. — Ваши сказки уверяют, что мы едим людей. Наши — что люди обязательно попытаются нас убить.

Он посмотрел на меня внимательнее.

— Пока что никто никого не съел и не убил. Уже неплохое начало.

Повисла короткая тишина.

— Значит, отправляемся в столицу, — подытожил Салос.

Я резко подняла голову.

— Подожди. Кто сказал, что я согласна?

Салос посмотрел на меня спокойно, будто ожидал этого вопроса.

— Никто.

— Тогда почему ты говоришь так, будто всё уже решено?

— Потому что других безопасных вариантов нет.

Я невесело усмехнулась.

— Безопасных? Вы хотите отвести меня к каким-то старейшинам, которые решат, что со мной делать. Это не похоже на безопасность.

— Это и не безопасность, — ответил Салос. — Это шанс получить ответы.

— А если я не хочу ваших ответов?

— Тогда можешь уйти.

Он произнёс это так спокойно, что я на мгновение растерялась.

— Правда?

— Правда.

Салос кивнул в сторону леса.

— Лес троллей перед тобой. Без оружия, без еды, без карты. С ранами, которые ещё не зажили до конца. За Стену ты вернуться не сможешь. А даже если сможешь, те кто гнался за тобой, наверняка будут ждать тебя с той стороны, одна ты не уйдёшь далеко.

Я сжала пальцы. Он был прав. И именно это злило сильнее всего.

— То есть это выбор без выбора.

— Скорее выбор между плохим и худшим.

— Неутешительно.

— Я не пытаюсь тебя утешить.

Рик тихо хмыкнул.

— У Салоса вообще с этим сложности.

Салос бросил на него короткий взгляд.

— Рик.

— Молчу.

Тарос тяжело выдохнул через ноздри.

— Девочка должна сама решить. Но быстро. Долина Шепчущих Ветров после заката становится хуже любого спора.

Я посмотрела на лес. На туман между деревьями. На огоньки пикси, мелькавшие в ветвях. На тёмную чащу, где совсем недавно мне почудилась высокая тень. Потом —на Принца, спокойно щипавшего траву у берёзы. Сбежать? Куда? Я не знала, где нахожусь. Не знала, смогу ли снова пройти через Стену и выжить. Да и возвращаться мне было некуда. За Стеной меня уже объявили мёртвой. А если дядя узнает, что я жива, он наверняка попытается закончить начатое. Я не доверяла им. Не до конца. Но сейчас они были единственными, кто не пытался меня убить.

— Хорошо, — сказала я наконец. — Я пойду с вами.

Рик довольно улыбнулся.

— Отлично. Значит, сегодня у нас не будет погони за упрямой человеческой девушкой по лесу.

— Пока не будет, — уточнила я.

Улыбка Рика стала шире.

— Вот теперь я верю, что ты выживешь в Тенерии.

Салос не улыбнулся, но в его взгляде мелькнуло что-то почти похожее на одобрение.

— Тогда собираемся, — сказал Салос.Заметив, как я нервно сжимаю край рубахи, он добавил уже тише:

— Не бойся. Карлион — справедливый правитель. Он и Совет выслушают тебя. Но не путай это с обещанием безопасности. Сначала нам нужно понять, почему Стена пропустила человека.

Рик подошёл ближе и положил руку мне на плечо.

— К тому же, — добавил он с лёгкой улыбкой, — разве тебе не интересно увидеть столицу Теннерии? Ночью дворцы там светятся, словно звёзды, а сады поют на рассвете.

Я нахмурилась.

— Сады… поют?

Рик тихо рассмеялся.

— Поверь, это ещё далеко не самое странное, что ты здесь увидишь.

После этих слов спорить уже не хотелось. Да и сил на новый спор почти не осталось.

Тарос затушил костёр копытом — искры взметнулись в воздух и тут же погасли. Салос и Рик свернули лагерь быстро и слаженно, будто делали это сотни раз. Сумки одна за другой легли на спину Принца. Конь фыркнул и переступил с ноги на ногу, словно чувствовал моё беспокойство. Я стояла чуть в стороне и смотрела, как следы лагеря почти сразу потерялись среди мха и травы.

— Ты можешь ехать верхом, — сказал Рик, проверяя ремни на седле. — Раны почти затянулись, но слабость ещё останется.

Я покачала головой.

— Пока пойду сама.

Салос взглянул на меня, но спорить не стал.

— Держись рядом с конём.

— Я не ребёнок.

— Здесь это не имеет значения.

Я хотела ответить, но промолчала. После пикси, странной тени в лесу и разговоров о Стене спорить с этим было глупо. Тарос первым двинулся к тропе.

— До долины нужно дойти до заката.

Салос пошёл следом. Рик подхватил свою сумку, бросил на меня быстрый взгляд и чуть улыбнулся:

— Ну что, Мел? Добро пожаловать в Тенерию.

Я сжала повод Принца крепче. Добро пожаловать. Звучало почти смешно. Я не выбирала этот путь. Я просто снова шла туда, где у меня было больше шансов выжить. Мы двинулись в дорогу.