Рейварская невеста. Маленькая госпожа

Тишина, воцарившаяся в столовой, была оглушительной. Но магистр словно не заметил этого и спокойно вернулся к прерванному занятию, переключив все свое внимание на жаркое. Звон его приборов по любимому сервизу графини был единственным звуком над столом, но долго так продолжаться, разумеется, не могло.

– Рад это слышать, – первым пришел в себя лорд Пратт. Что и не удивительно, не зря же бывший солдат, наверняка не такое видел и слышал в своих военных походах.

– Рад, что хоть кто-то понимает мотивы моих решений, – не удержался от колкости Зан. Он не смотрел ни на кого, предпочитая спрятать глаза в бокале с вином, но по тому, как нахмурились граф и мадам Локс, Кассандра поняла, что шпилька достигла своей цели.

А вот сама девушка еще больше убедилась в том, что ее жених всегда продумывал все до самых мелочей. И учителя магии подбирал под стать себе. Значит, у юной леди с магистром Кастэ точно все получится.

– Если вы не против, я бы хотела позаниматься еще немного после ужина, – тихо заговорила Касс, но ее услышали, спасибо тишине, воцарившейся на этот раз от слов Зана. – У меня остались вопросы по поводу последнего заклинания, которое вы показали, магистр, и я хотела бы прояснить их перед сном.

Смелости девушке предавала одобрительная улыбка Зана и собственное любопытство – ее ведь эти вопросы лишат сна! А ждать до завтрашнего занятия так долго, тем более что подвинуть его на утро не представлялось возможным. Потом наверняка мадам Локс начнет демонстрировать свой характер и откажется уступать время собственных уроков… нет, лучше пожертвовать вечерним отдыхом, чем всю ночь ворочаться с боку на бок от мыслей в своей голове.

– Магистр Кастэ очень долго добирался до нас сегодня, – наконец, заговорил граф Райтингем. – Думаю, стоит дать ему отдохнуть, вы и так занимались дольше положенного.

Тон хозяина поместья был достаточно ледяным, чтобы у Кассандры не возникло желания спорить. Но если она и знала, что с таким настроением отцу лучше не перечить, то ее новый учитель – нет.

– Не переживайте за мое состояние, граф, – отмахнулся маг. – В могиле отдохну.

– Мне кажется, – продолжил настаивать лорд, но магистр уже переводил взгляд на девушку и продолжал диалог только с ней одной.

– Как я уже говорил, юная леди, мне нравится ваше усердие. До моего отъезда можете беспокоить меня в любой момент, я с радостью уделю вам время. Если лорд Зан не против.

Последнюю фразу мужчина произнес тем же ровным тоном, но его взгляд выдавал всю подноготную: магистр Кастэ однозначно давал понять, что его присутствие в этом доме – заслуга Зана, и своим нанимателем он считал именно жениха Кассандры. А, значит, на мнение графа магу глубоко плевать. И если даже Касс это поняла, то что уж говорить про ее отца – тот так сильно сжал челюсть, что проступили желваки.

– Не против, – великодушно ответил Зан. На его лице застыла самодовольная улыбка, явно говорящая о том, что мужчину крайне забавляло все происходящее. – Не буду скрывать, что у меня были другие планы на этот вечер относительно Кассандры, но я готов их изменить, если ей этого так хочется. Ее желания – закон.

Кассандре показалось, что в последнем предложении Зана был спрятан какой-то тайный посыл для всех сидящих за столом, таким особенно проникновенным голосом произнес его мужчина. Но решить эту загадку девушка не смогла, а по тому, как улыбнулся магистр Кастэ, нахмурилась мадам Локс, подобрался лорд Пратт и похмурели граф с графиней стало ясно, что для них смысл сказанного был предельно ясен.

Оставшаяся часть ужина прошла в непринужденных разговорах, видимо, потому что граф Райтингем удалился практически сразу же после слов Зана, сославшись на важные дела. Обязанность вести беседу дальше легла на графиню, и та с привычной вежливой улыбкой продолжила задавать куда более нейтральные вопросы всем присутствующим. Успел ли магистр Кастэ посмотреть сад? Там есть прекрасная беседка, где Кассандра очень любит заниматься магией. Все ли хорошо у сына лорда Пратта? Он не так давно отправился на службу к границам. Нравится ли мадам Локс жаркое? Сегодня повар попробовал новый рецепт.

Так получалось, что ответ на один вопрос плавно склонял матушку к другому, и она незаметно вовлекла всех в легкую неторопливую беседу, в которой даже имевшая привычку помалкивать за столом Кассандра позволила себе вставить несколько фраз. Когда же ужин был окончен, графиня предложила всем пройти в музыкальную гостиную на чай, но согласилась только гувернантка: Зан заявил, что у него есть несколько вопросов к графу, лорд Пратт сослался на позднее время, а Касс вместе с магистром пошли унимать взыгравшее девичье любопытство.

Вопросами, подготовленными заранее, все не ограничилось, и беседа с Кастэ переросла в полноценное занятие, затянувшееся на пару часов. Нет, Кассандра не жаловалась, ей было интересно, но, когда она покидала учебную комнату, ее голова настолько распухла от новых знаний, что хотелось поскорее уложить ее на подушку и дать отдохнуть.

Зан пришел пожелать доброй ночи в тот момент, когда Шейна расчесывала Кассандре волосы. Юная леди уже успела принять ванну и сменить домашнее платье на ночную сорочку, поверх которой был наброшен халат, и принимать в таком виде мужчину ей, разумеется, не следовало. Но, во-первых, это был Зан, во-вторых, он уже видел Касс в подобном наряде, а в-третьих, они же помолвлены!

– Магистр Кастэ совсем тебя замучил, – тихо проговорил мужчина, принимая из рук Шейны расческу и занимая место кормилицы за спиной девушки. Если бы не усталость, Кассандра обязательно бы смутилась.

– Я правда очень многого не знаю, – печально выдохнула Касс. – Но я всему научусь! К твоему следующему приезду. Ты будешь мной гордиться.

В зеркале леди видела, как нежно улыбнулся ей Зан.

– Я уже тобой горжусь, – он поцеловал ее темную макушку и продолжил расчесывать волосы.

– Ты почитаешь мне перед сном? – попросила Кассандра спустя какое-то время. В присутствии Зана не всегда хотелось разговаривать, молчать рядом с ним тоже было приятно. Но засыпать под его размеренный голос Касс слишком понравилось, да и узнать, чем закончилась история, тоже хотелось.

Отказывать жених не стал – отложил гребень, принял книгу из рук Кассандры и устроился в кресле у изножья постели. Девушка же забралась под одеяло и погасила светильники щелчком пальцев.

В этот раз никаких ведений не было: Касс полусидела на подушках, смотрела на Зана, чей взгляд скользил по строчкам, и отмечала все больше деталей, которые теперь казались ей крайне существенными. Изгиб бровей чуть угловатый, добавлял лицу вечно насмешливое выражение. Ямочка на подбородке. Колечко в мочке правого уха блестело слишком ярко в свете единственного светляка над плечом мужчины – наверняка артефакт. Складочка на лбу слишком глубокая, когда темные глаза отрывались от текста и недовольно взирали на Кассандру.

– Райрин, ты должна спать.

Касс тяжело вздыхала, но послушно сползала ниже. Зан, удовлетворившись этим, вернулся к чтению, но сон девушке не шел. И ведь чувствовала, что устала, и отдохнуть хотелось, а стоило только закрыть глаза, и появлялось ощущение, что не хватало чего-то очень важного. Кассандра и с бока на бок переворачивалась, и одеяло откидывала, и печать на своей руке поглаживала – все без толку.

– Райрин!

Прозвучало грозно и немного разочарованно, но юная леди ничего не могла с собой поделать. Резко садилась на постели, оглядывая комнату и пытаясь понять, что же именно не так. Окно прикрыть? Так без свежего воздуха ночью задохнуться можно. Стол, стул, кушетка – все на месте. Дверь закрыта, как и положено. Шейны нет. Только жених в кресле на достаточном удалении, чтобы это не считалось неприличным… вот что было неправильно!

– Зан! – Кассандра обхватила колени руками и уложила на них голову. – Ты не мог бы меня обнять?

Зан был слишком далеко. А так хотелось, как вчера, засыпать в его объятиях, прижимаясь к теплому боку и вдыхая ставший родным аромат. Ох, как бы возмущалась мадам Локс, доведись ей оказаться сейчас в спальне своей подопечной! Да и самой Касс было немного стыдно просить о таком. Неприлично же!

Но без рук Зана не спалось. Совершенно. И, озвучив свою просьбу вслух, леди окончательно уверилась, что все сделала правильно.

А мужчина молчал. Смотрел каким-то тяжелым взглядом, чуть нахмурившись, и совершенно не торопился покидать свое место.

– Это очень плохая идея, моя райрин, – наконец, выдал он. Чуть печально и чуть устало. – Если сюда кто-то зайдет…

Он не договорил, но Касс кивнула, признавая, что прекрасно поняла, о чем он говорил. Да, очень неприлично взрослому мужчине проводить время в постели молодой леди. Но как же ей тогда засыпать без его рук? А ведь внутри все больше крепло убеждение, что так и проведет Кассандра всю ночь, ворочаясь на кровати, несмотря на насыщенный день.

Поэтому взгляд свой поднимала исподлобья, а шепот ее был едва различимой мольбой:

– Пожалуйста.

Она еще не знала, какую власть такая просьба в ее ясных голубых глазах имела над женихом, а то бы наверняка пользовалась этим напропалую, выпрашивая себе все, что угодно. Зан и без того не мог ей лишний раз отказать, а уж когда она смотрела так!..

В конце концов, он ее жених. Имел право! Да и самому хотелось, чего уж скрывать.

Когда мужчина все же поднялся с кресла, лицо Кассандры озарила совершенно счастливая улыбка. Она быстро подвинулась, освобождая Зану побольше места рядом с собой, а потом с тихим вздохом прижалась к его крепкой груди, укрываясь ароматами кардамона и имбиря.

Теперь уже Зан откидывался на подушки, утягивая за собой и девушку, и нежно целовал в макушку. Идеально.

– Рядом с тобой так хорошо, – шептала Касс, не в силах держать это чувство внутри себя. И почти сразу же уплывала в сон, убаюканная стуком родного сердца под своим ухом.

– Я ведь не из стали, райрин, – почему-то выдыхал печально Зан, прижимаясь щекой к волосам Кассандры. – Взрослей поскорее, моя льдинка.

И хотелось бы леди Райтингем пообещать, что ради любимого будет взрослеть как можно скорее, но сон накрывал слишком быстро, а уже через мгновение Касс глубоко спала. И снился ей чудесный дворец с чудесным красноволосым принцем.

Глава 10

Дни в обществе Зана летели стремительно. Кассандра, хоть и старалась проводить с женихом каждую свободную минуту, от приемов пищи до присутствия мужчины на всех ее занятиях, и магических, и нет, а все равно никак не могла досыта насладиться компанией дорогого сердцу человека. В итоге в вечер накануне его отъезда лежала в постели и заливала слезами темно-синий камзол.

Это стало их личным тайным ритуалом: провожать день в объятиях друг друга. Ни один вечер не проходил иначе, и никто за эти дни так и не застал их во время столь вопиющего нарушения всех возможных правил приличия.

Но сегодня даже это не могло унять печаль в душе юной леди, ведь мысли о том, что уже завтра Зан отправится домой на долгие три декады, не желали оставлять Касс.

Обычно было проще. Да, Кассандра так же грустила, иногда даже плакала, глядя на удаляющуюся спину Зана. Но именно в эти дни ей казалось, что связь с любимым стала насколько крепкой, что завтра днем тот заберет с собой огромный кусочек самой Касс, вырвав его прямо из груди.

Зан тоже это чувствовал, поэтому и не было его привычных насмешливых слов о том, что его льдинке нужно потерпеть всего чуть-чуть, а свои печали она забудет, когда увлечется одной из книг, что он оставит ей на прощание. Нет, сегодня Зан не пытался успокоить свою райрин словами, только прижимал к себе крепче обычного да гладил широкой ладонью по спине, позволяя выплакать все слезы, которым не было конца.

Кассандра боялась, что от этой всеобъемлющей тоски ее сердце просто разорвется. Зан, ее милый Зан опять исчезнет, как видение, и весь мир снова потеряет свои краски. И будут все так же соловьи петь за окном да цвести лилии в саду, но уже не будет Касс от них никакой радости. Только очередное томительное ожидание новой встречи с тем, кто стал важнее всех на свете.

– Однажды я заберу тебя с собой, моя райрин, – шептал Зан, прижимаясь губами ко лбу девушки. Его обещание было наполнено решимостью и немного печалью. – И увезу очень-очень далеко. Туда, где не бывает зимы. Где летнее солнце нежно ласкает, но не обжигает. Где огромные поля, усеянные цветами разных оттенков, где весело щебечут птицы, которых ты никогда не видела. Я подарю тебе дворец, достойный моей маленькой льдинки, с каменными стенами, увитыми побегами юнайса, и огромным прекрасным садом, где резвятся райрины.

Каждое его слово было привычно наполнено магией, демонстрируя Кассандре и радужные поля, и чудесные сады. Но в этот раз даже волшебные видения не смогли притушить горечь грядущего расставания.

– Не нужны мне ни дворцы, ни вечное лето, – шептала она, сильнее сжимая кулачки на полах чужого камзола. – Ты нужен, и больше никто.

Ее сердце, ее душа, ее магия – все тянулось к Зану с такой силой, словно без него и вовсе существовать не могло. И грозящие три декады казались сейчас девушке целой вечностью.

– Райрин, – шумно выдыхал мужчина, испытывая огромное желание сжать руки еще сильнее, прижать малышку еще ближе к себе. Но куда уж ближе, если только себе под кожу прятать. Да и там она уже давно обосновалась, стала частью его сердца, его души и его магии. Практически абсолютное единение, насколько только могут быть едины между собой два живых существа.

Так и просидели до самого утра. Слезы на лице Кассандры то высыхали, то снова лились из глаз, а сон был неглубоким и обрывочным. Но в этот раз Зан не ушел, стоило только девушке задремать, а все так же нежно обнимал ее до самого рассвета. И дальше бы продолжил, не заявись с первыми лучами солнца Шейна.

– Да что же вы творите! – возмутилась кормилица, плотнее прикрывая за собой дверь. От ее не слишком громкого окрика Кассандра, слегка задремавшая, вздрогнула, не сразу поняв, где она находится. И с кем. Но Зан не спешил выпускать девушку из своих объятий, что совсем немного, но согревало ей душу. – И ладно девчонка юная да наивная, но ты-то взрослый лоб!

Шейна отчитывала Зана, как мальчишку, а тот почему-то не возмущался, несмотря на то что служанка позволяла себе так непочтительно обращаться к лорду. Только сморщился и спрятал лицо в волосах Касс.

– Не ори, старая ведьма, – беззлобно заявил он, целуя девичью макушку. – Можешь еще поспать, если хочешь.

Последнее уже тише и только для леди Райтингем, но она печально вздыхала и присаживалась на простыне. Спать, несмотря на тяжелую ночь, не хотелось.

– Шейна права, – с сожалением признавала Кассандра, крепко обхватывая ладошкой пальцы Зана. – Если тебя здесь заметят, будет скандал. Служанки точно донесут мадам Локс, а та и отцу доложит.

Озвучивать это было тяжело, как и осознавать то, что руку жениха придется отпустить. Но он не торопился подниматься с постели, а выгонять его Касс не могла. Это ведь их последние минуты вместе перед долгой разлукой, как можно от них отказаться?

Кормилица продолжала тихо ворчать себе под нос, скрываясь в купальне, но на нее уже никто не обращал внимания. Кассандра смотрела на своего Зана, он – на нее, и этого обоим было достаточно.

– Позавтракаешь со мной?

Леди кивала, даже не успев осознать вопроса, а когда все же поняла его, то замерла и печально призналась:

– У меня занятие с лордом Праттом.

Зан тепло улыбнулся и провел пальцем по щеке своей райрин.

– Я договорюсь, – пообещал он и поцеловал ее в лоб. – Собирайся, я зайду за тобой через двадцать минут.

И он выскользнул за дверь, словно его и не было. Но запах кардамона и имбиря остался, убеждая Кассандру в том, что ничего ей не приснилось. Зан ночевал вместе с ней! В одной постели! Стыдно-то как, аж щеки покраснели, но улыбка все равно сияла ярче солнца. Такой – смущенной, но счастливой и немного грустной – и застала кормилица свою подопечную.

– Ну и чего ты время тянешь? – грозно гаркнула Шейна, отдергивая покрывало в сторону. – Двадцать минут на сборы! Вот торопыжка! Даже прическу нормальную сделать не успеем!

Ворчала женщина больше из-за тяжелого характера, но Кассандра видела, как украдкой та улыбалась, помогая девушке умываться и одеваться. И прическу Шейна сделала простую, но очень симпатичную, и успела даже до того, как в комнате появилась Трейси с привычным утренним бокалом воды с медом.

– Леди! – служанка явно удивилась, застав молодую хозяйку уже собранной в такой час, и наряженной вовсе не в тренировочный костюм, как полагалось, а в легкое светло-лиловое платье. – Вы уже проснулись! Доброе утро.

Кассандра поздоровалась, забирая бокал с подноса. Матушка говорила, что вода с медом по утрам – очень полезно, да и чувствовала себя после этого девушка легко. Но в этот раз, стоило только приблизить его к губам, как печать на запястье резко нагрелась. От неожиданности Касс разжала пальцы, и стакан разлетелся кучей осколков по полу.

– Ой, – только и смогла сказать она, отскакивая в сторону, чтобы не намочить туфельки и подол платья. – Простите, я случайно!

– Ничего, госпожа, – тут же отозвалась Трейси, опускаясь на колени и собирая самые большие кусочки стекла. – Я все уберу!

Служанка выскочила в коридор – явно за тряпкой и метелкой побежала, а Шейна резко развернула Кассандру к себе, задирая рукав платья. И смотрела точно туда, где красовалось изображение цветка и птицы из серебряных линий.

– Вот высочество! – бубнила старуха себе под нос, пристально рассматривая печать. – Когда только успел! И чем думал…

– Ты что… – Касс даже задохнулась от осознания того, что их маленькая тайна с женихом раскрыта. А Шейна действительно все видела! Но как? Ведь все остальные вообще не замечали ничего, ни мать, ни мадам Локс, ни даже магистр Кастэ – Кассандра проверяла, ненароком демонстрируя всем запястье. – Ты правда ее видишь? Но Зан сказал, что это невозможно!

Кормилица подняла на девушку тяжелый взгляд, и в бледных, почти прозрачных глазах Кассандра увидела неприкрытую сталь. Никогда она не считала свою старую служанку страшной или опасной, но сейчас почти боялась ее.

Дверь отворилась, пропуская Трейси с метлой, но Шейна уже возвращала рукав на место, скрывая печать.

– Спрятал хорошо, но я-то знала, что искать, – тихим шепотом проговорила женщина. Нехороший блеск из ее глаз пропал, и она приободряюще улыбнулась девушке. – Не переживай, остальные не такие глазастые, как я.

Почему-то Кассандра сразу ей поверила.

– Но больше никакой воды с медом по утрам! – очень серьезно заявила Шейна. Юная леди уже открыла было рот, чтобы уточнить причину, но в этот момент легкий стук в дверь сообщил о том, что выделенные на сборы двадцать минут истекли.

– Ты готова, моя райрин? – с улыбкой спрашивал стоящий на пороге Зан. Он тоже успел привести себя в порядок и теперь красовался в костюме светло-коричневого цвета.

Кассандре оставалось только согласно кивнуть и вложить свою ладошку в руку жениха.

Завтракали в ее любимой беседке, накрытой на двоих. Говорили обо всем и будто бы ни о чем конкретном. Зан улыбался, Касс отвечала ему тем же. И даже мадам Локс не нарушала их уединение, хотя по ощущениям Кассандра давно уже должна быть на занятии по истории.

Зан снова показывал иллюзии, а его райрин пыталась повторить. Потом они прогулялись по саду, покормили лошадей в конюшне и заглянули на псарню, где ночью ощенилась одна из борзых графа. В библиотеке Зан отобрал для Касс книги по магии, а в тренировочном зале подарил ей шкатулку с двумя удлиненными кинжалами.

– Я хочу, чтобы ты научилась с ними управляться до моего следующего приезда, – озвучил Зан в присутствии лорда Пратта. Последний никак не стал обсуждать пропущенное утреннее занятие, но оружием заинтересовался. Да и Кассандре клинки понравились – легкие, идеально ложащиеся в ее ладонь, словно для нее и были сделанные. Помимо них в шкатулке нашлась и перевязь, украшенная рунами.

– Я научусь, – обещала леди Райтингем, поднимая блестящие глаза на жениха. И сразу же просила Зана показать, как с ними обращаться.

Но как бы ни старались они оба оттягивать неизбежное, а прощаться пришлось.

Они стояли у крыльца, Зан – на дорожке, Касс – двумя ступеньками выше, из-за чего разница в росте казалась не такой значительной. Чуть позади каменным изваянием застыла мадам Локс, следя за тем, чтобы проводы проходили в рамках приличий, но юной леди было совершенно плевать на наставницу.

Слезы бесконтрольно текли из голубых глаз, а Зан терпеливо вытирал их своими пальцами, касаясь так осторожно, что в груди Касс все сжималось от нежности и осознания того, что теперь не скоро она сумеет снова ощутить эти прикосновения.

– Всего три декады, моя маленькая льдинка, – улыбался мужчина, но выходило грустно. Конь за его спиной недовольно фыркнул – кажется, ему тоже надоело затянувшееся прощание. – Что привезти тебе в подарок?

Зан всегда задавал этот вопрос перед отъездом, и Кассандра всегда просила разные мелочи: платья, заколки, украшения, книги. Однажды даже жеребенка – и получила его. Но сейчас, глядя в глаза цвета спелой вишни, девушка понимала, что всегда требовала совершенно не то.

– Себя. Привези мне себя.

На мгновение улыбка Зана стала чуть шире, а после мужчина оставил долгий поцелуй на лбу своей юной невесты.

– В этот раз я оставил тебе очень интересные истории, – подмигнул он, отстраняясь. – Скучать не придется.

Касс заставила себя изогнуть губы в подобии улыбки, не став спорить о том, что скучать она будет в любом случае. Они оба знали, что тоска прочно поселится у обоих в сердцах и исчезнет лишь тогда, когда они снова встретятся. Кассандра выпрыгнет из окна, Зан слезет с коня на полном скаку, лишь бы успеть ее поймать. Снова пожурит за глупость, снова прижмет к себе. И все снова будет хорошо, хотя бы на несколько дней.

– Люблю тебя, райрин, – прошептал Зан, отступая на шаг. Кивнул кому-то позади Касс – наверняка это отец вышел убедиться, что гость на самом деле их покинул.

– И я тебя, – шептала Кассандра, глядя в спину удаляющемуся одинокому всаднику. А слезы все лились и лились, капая с подбородка на сцепленные в немом отчаянии руки.

– Иди в дом, Кассандра, – приказал граф Райтингем, и сразу за этим раздались его удаляющиеся шаги.

– Леди не пристало так открыто выражать свои чувства, – не смолчала и мадам Локс. – Приведите себя в порядок! Скоро накроют обед.

И гувернантка ушла, а Касс все стояла и смотрела на опустевшую дорогу, мечтая обратиться птицей и полететь вслед за тем, кто увозил ее сердце в неведомые дали.

Неизвестно, сколько простояла девушка на крыльце, пока откуда-то слева ей не подали белоснежный платок. Кассандра подняла полные грусти и слез глаза и встретилась взглядом с задумчивым магистром Кастэ.

– Знаете, леди Райтингем, – медленно проговорил он, пока девушка вытирала слезы. – Мне известен один способ, позволяющий хотя бы на время отвлечься от любовной тоски. Хотите, поделюсь?

Юная леди хотела, поэтому принимала протянутую руку и вслед за учителем удалялась в учебные комнаты.

Занятия и правда помогли, но, как и предупреждал магистр, только на время. Поэтому Кассандра решительно пропустила обед, уговорив лорда Пратта немедленно приступить к освоению подаренных кинжалов, а перед ужином убежала в беседку, тренировать иллюзорную магию в одиночестве. Так хотелось забыться, не думать – ни о Зане, ни о его отъезде, что девушка не жалела сил, пытаясь воспроизвести все то, что ей показывал жених совсем недавно.

Но бессонная ночь и отсутствие полноценного обеда негативно сказались на состоянии юной леди: она чувствовала себя разбитой и уставшей, да еще живот тянуло с каждой минутой все сильнее – видимо, от голода. А когда Кассандра уже шла в свою комнату, собираясь переодеться к ужину, слабость и боль стали совершенно невыносимыми, и девушка упала в обморок.

Очнулась уже в своей кровати, а напротив, поглаживая мокрые от пота волосы дочери, сидела обеспокоенная графиня. Она редко навещала Кассандру в спальне, никогда не приходила желать спокойной ночи или целовать перед сном – только когда-то в очень далеком детстве, которое девушка помнила весьма смутно. А сейчас, когда ей было так плохо от боли в голове и животе, мама была рядом.

– Выпей, солнышко, – заметив, что юная Райтингем очнулась, графиня тут же протянула ей пузырек с чем-то темно-зеленым и помогла сесть. Пахло травами.

– Почему так больно, – прошептала Касс, с трудом проглатывая настой. Сил совершенно не было, даже для разговоров, и она снова падала на подушки, поддерживаемая матерью.

Та как-то печально улыбнулась.

– Потому что ты повзрослела, моя девочка, – тихо и слишком обреченно произнесла графиня, что совершенно не вязалось с ее улыбкой. – Ты становишься женщиной.

– Повзрослела? – переспросила Кассандра. Другая часть фразы ее не заинтересовала. Зато на ум сразу пришло обещание, данное женихом, и леди слабо, но счастливо улыбнулась. – Значит, Зан теперь заберет меня с собой.