Ричард Лорд Грэй

меньше волоска — на глаз не бери, перемеряй, линейкой.

— Понял, — столяр кивнул. — Дуб для моделей не годится — он твёрдый, его потом

из формы не вытащишь.

— Знаю. Поэтому и говорю: липа.

— Господин, — Тарн замешкался. — Пергамент мне нужен. Хотя бы на время. Я

перечерчу себе, чтоб под рукой был.

— Перечерчивай, — кивнул я. — Только аккуратно. Проверю! — строго сказал ему.

— Всё по линеечке, без «на глаз».

Тарн ушёл, унося с собой пергамент и что-то прикидывая в голове.

— Господин, — Дарн почесал затылок, — а вот эти точила… они только для меня?

— Для всех, — ответил я. — Когда Дайна пришлёт из Медного бронника и

оружейника, им тоже привод нужен. Оружейнику — точило для клинков, броннику —

шлифовальный круг для доспехов.

— А им отдельный ремень? — Ладон поднял глаза от чертежа.

— От того же главного вала, — я ткнул пальцем в пергамент. — Видишь, вот шкив.

От него один ремень идёт к кузнецу, второй — к броннику. Только шкивы разные: у

оружейника быстрый, у бронника медленный, чтоб металл не перегреть.

— А если ремни цеплять друг за друга? — Ладон прищурился.

— Можно и так, — кивнул я. — Но тогда один станок будет тормозить другой.

Лучше — каждый от своего шкива.

— Понял, — Дарн хлопнул ладонью по столу. — Значит, на главном валу — три

шкива. Один на пилораму, второй на точила, третий на бронника с оружейником.

— Верно, — сказал я. — И ещё один — на всякий случай. Мало ли что ещё в голову

придёт.

Мужики переглянулись, заулыбались.

— Ну, господин, — Ладон покачал головой, — у вас и аппетит.

— А то, — усмехнулся я. — Пока есть железо и вода — будем крутить.

— Господин, а точила эти… они что, прямо от водяного колеса с реки крутиться

будут?

— Прямо с реки, — подтвердил я.

— Ну и дела, — Дарн покачал головой. — Век живи, век учись.

— Учись, Дарн, — я хлопнул его по плечу. — Глядишь, ещё и внукам своим

передашь.

— Золотые слова, — усмехнулся кузнец и пошёл к сыновьям, которые уже

разгружали железо.

А я остался стоять над столом, где лежал пергамент. Смотрел на эти круги,

шестерни, ремни — и понимал, что это только начало. Скоро тут будет шум,

грохот, пыль от опилок. И всё это без единого заклинания, и намного надёжней и

производительней в десятки раз.

— Надо потом шорню проверить, нам нужны хорошие ремни для ременной передачи, —

пробубнил я себе под нос.

Утром приехал посыльный почты и вручил свиток с магической печатью. По инерции

сунул посыльному в руку два жёлтых тина, махнул ему головой и взломал печать.

Письмо было от Дайны. Там говорилось, что мой особняк почти достроен. Его

строят на первой линии, недалеко от дворца Совета, все расходы на себя взяла

городская казна. Дом она не описывала, но я знал: ерунду не построят. Я

всё-таки старейшина провинции, а первая линия — это цвет города. Она писала,

что нашла Орлика, и он очень обрадовался моему приглашению поступить ко мне на

службу в качестве лейтенанта и принести мне присягу на родовом камне. Дайна с

Лией объехали мои новые земли, посетили фермы и отары, стада, принадлежащие

Кире.

Управляющий поместьем моей девушки через Дайну отправит отчёт за последний год

и серебро от продажи скота. Также я узнал, что мне теперь принадлежит два

небольших рудника, медный и железный, но там пока никто не работает. Совет их

запечатал и выставил охрану. Ещё она сообщила, чтобы я ждал Орлика с семьями,

которые согласились переехать на мои новые земли. Остальное я не стал читать,

там больше для Киры.

— Посыльный! — крикнул я почтальону.

— Слушаю, господин! — я оторвал его от обеда, которым его кормила какая-то из

моих поварих.

— Как поешь, не уезжай. Дам тебе ответ, отправишь в город Медный, для дворянки

Дайны ван Гейли. Вот тебе сразу за почту, — я протянул ему серебряный олень.

— Господин, это много, — честно сказал посыльный.

— Зато я уверен буду, что ваша гильдия точно и быстро доставит послание.

Он поклонился.

Нашёл Киру среди женщин-цикличек, её обступили плотным кругом и наперебой о

чём-то спрашивали. Я подошёл, все разом замолчали.

— Здравствуйте, уважаемые, — с улыбкой поздоровался я со всеми.

Женщины заулыбались и стали кланяться.

— Я украду на время у вас вашу хозяйку, вы не против? — спросил у них.

Мы с Кирой отошли подальше, и я шепнул ей:

— Нам пора продавать часть самоцветов.

— Тогда нам пора выезжать в Лавенсию или лучше в северные королевства, —

предложила Кира.

— Я там не был, на севере, а ты? — задал вопрос девушке.

— Не была, — улыбнулась Кира, убирая со лба непокорную медную прядь. — Но я

хорошо учила географию.

Девушка звонко рассмеялась и толкнула меня в плечо.

— Тогда пошли считать наше сокровище! — предложил ей.

— Захвати вина и фруктов, — девушка мне призывно улыбнулась, и у меня кое-что

шевельнулось.

— Как прикажете, госпожа, — я низко ей поклонился.

Конец 11-й главы.

Глава 10

Глава 12. Обустройство

— Ну и что мы тут посчитаем? — разочарованно протянул я, глядя на горки

красивых камушков.

Кира лежала на животе и, как всегда от усердия, высунула свой маленький

язычок. Она не слушала меня, брала по одному камешку, рассматривала и

складывала по трём кучкам.

Камешки лежали горками, и в каждом камне вспыхивали тонкие искры от

преломления света, будто внутри пряталась та самая сила, которую ещё предстояло

вытащить.

— Киир, — заныл я, — мне скучно, ну поговори со мной.

— Рич, не мешай.

Я уже знал, что она делает. Самые крупные и красивые, без изъянов, она

откладывала для нас. Они пойдут на накопители и потом будут вставлены в

украшения, оружие и доспехи. Вторая кучка — средние камни или с небольшими

изъянами, на продажу. Третья кучка пойдёт как магические предметы, часть она

истолчёт в порошок для эликсиров.

— Ну, вроде все. — Она самую большую кучку, которую на продажу, ссыпала в

бархатный мешок и положила на дно сундучка. Отдельный мешок с мелкими камушками

для «зарядки» она положила в свою сумку, которую тоже положила в сундук, а

мешочек с лучшими камнями отдала мне и сказала спрятать отдельно.

— И куда их деть-то? — усомнился я. — У нас нет сейфа.

— Ладно, дай сюда. — Забрала у меня мешочек. — Вставлять будем, когда купим

оружие или доспехи, — сказала она как бы себе и тоже засунула к остальным

камням.

— Может, жемчуг потом переберёшь? — заканючил я уже сильнее. — Мне надоело уже

просто так сидеть.

Вино допили, а сходить вниз ещё принести — так Кира сказала:

— Сиди, пока не переберу камешки.

— С жемчугом проще, — улыбнулась девушка.

Она высыпала его на одеяло, выбрала самые большие десять штук и убрала

отдельно.

— Все! Остальные продаём! — Сказала она это и звонко чмокнула меня в ухо.

— Сдурела, что ли? — заорал я. — Оглушила на фиг!

Повод найден, я вскочил и обиженно хлопнул дверью.

Я сидел во дворе и смотрел, как работают мастера и работники. Передо мной на

столе стоял кувшин с элем.

— Ещё месяц, и весна наступит, — произнёс за моей спиной Вел.

Я повернулся и посмотрел на него.

— Ты работников всех расставил?

— А то.

— Слышишь? Брёвна тешут, топоры стучат, пилы поют? — улыбнулся здоровяк.

— Вел, мне скоро надо уезжать, — наконец сказал ему.

— Так мы только начали! — развёл руки управляющий.

— Мне надо к магам, пробовать восстанавливать магию.

— Нуу, раз надо, то конечно…

— Да не сейчас же! Дороги откроются и поеду. — Время есть ещё.

Вел радостно улыбнулся. Ему понравились все эти новшества, и он загорелся.

— Мы с тобой, друг, всё тут изменим! — пообещал я здоровяку. — Ещё надоест и

сбежишь от меня.

— Куда я от тебя? — по-простецки спросил Вел. — Когда к камню-то поедем? —

тихо спросил он меня.

— Ну вот как поеду в Лавенсию, там и доберусь до родовой долины.

Вел одобрительно кивнул головой.

— Я дождусь сначала Орлика с парнями из нашей роты…

— Орлик едет сюда? — обрадовался Вел.

— Да, хочет принять присягу и остаться с нами, — улыбнулся я.

— Вот это новость!

— Да, и потом ждём Дайну и Лиа.

— Мои девочки скоро приедут, — растроганно прошептал здоровяк, и его глаза

увлажнились.

— Не кисни, старик! — хлопнул его по плечу. — Завтра займёмся стройкой, нам

надо удивить гостей!

Вел расхохотался, я кивнул ему головой и пошёл спать.

Неделя пролетела быстро. С рассвета мы занимались тренировками, стрельбой из

лука и поднятием тяжести. Через пару дней к нам стала присоединяться Кира, она

взялась за моё обучение бою на мечах. Потом мы обливались студёной водой,

завтракали и целый день пропадали на стройке.

Ближе к дому поставили ткацкую мастерскую с десятью ткацкими станками и

ножными прялками.

Уже стояли две печи-вагранки, сегодня будут пробовать выливать шестерни для

мельницы. Над посёлком стоял ровный гул, не шум, а именно гул работы: стук

молотов, визг пилы, шипение металла. Сквозь него пробивался запах дёгтя, кожи и

горячего песка у вагранок.

Запруда была уже готова, плотники и столяры готовы ставить колесо. Пахло

смолой и свежей щепой, воздух был густой от опилок — они оседали на плечах и

скрипели на зубах.

Работа движется.

Рядом с мельницей поставили каменные сооружения. Мастерские для оружейника,

бронника, кузни. За ними пилорама, столярная мастерская. Чуть дальше, ближе к

реке, поставили дубильню, шорню и кожевенную мастерскую.

На опушке поставили пасечный домик и выставили сотни новеньких даданов, ещё

пока без жильцов. Старый пасечник был рад, он ждал, когда из города привезут

ему воск. Коровников построили пока четыре, на двести голов, поодаль из брёвен

поставили будущую маслобойню.

Дома циклы строили быстро и однотипно. Посёлок рос вокруг площади. Поставили

таверну с постоялым двором для приезжих и проезжающих торговцев. Организовали

рынок. Поставили однотипные навесы и прилавки. Теперь к нам с округи стали

приезжать мелкие торговцы со своим товаром. Что-то продавали, а что-то покупали

у нас. Обычный люд, у кого были лошади с телегами, тоже приезжал на выходные,

когда был основной базар. Покупали у нас выделанные шкуры, кожу, скобяные

изделия, нехитрый рабочий инструмент и зерно.

Жизнь налаживалась.

Я научил местных плотников, как правильно ставить баню, но сначала долго не

мог объяснить, для чего она. Девушки наотрез отказались в ней мыться, пришлось

для испытания загнать Вела и как следует пропарить его.

Я заранее заказал пошить шапочки для бани, рукавицы и короткие толстые халаты.

— Вел, идём, — позвал его в баню.

Баня была протоплена, стояли уже чаны с холодной и горячей водой. В тазу были

замочены дубовые и берёзовые веники. В предбаннике бочка с квасом.

— Раздевайся, — приказал я.

Вел молча разделся.

— Мыться будем?

— Ага, типа того, — ухмыльнулся я. — Убери свою природную защиту кожи.

— Да я как-то привык, она сама уже без меня…

— Убирай!

Я натянул себе на голову шапку, закрыл уши, надел рукавицы до локтей и накинул

халат, туго обвязавшись.

— Ложись на полок! — скомандовал я и стал поддавать пар.

Встряхнув двумя вениками, я стал методично обхаживать его от плеч до ног,

набирая темп. Ещё добавил пару…

Лицо моё горело, пот застилал глаза. Вел заохал под моими ударами и наконец-то

взмолился.

— Рич! Ты смерти моей хочешь?

Я окатил его холодной водой, цикл вздрогнул от перепада температуры, и я снова

дал пару.

— Только не ставь защиту! Сукин ты сын! — орал ему и хлестал.

Когда его дубовая кожа размякла, я прошёлся по ней берёзовыми вениками. Потом

мы выбежали из бани, и нас окутал пар от вечернего мороза. Мы сидели в

предбаннике, укутанные простынями, и пили прохладный квас.

— Рич! Да это же чудо! — ликовал он.

— Сейчас отдохнём, потом моя очередь, — сказал я Велу и подмигнул.

Рожа здоровяка расплылась в сладостной мести.

Хлёсткие, обжигающие удары заставляли вздрагивать, но эта мимолётная боль

приносила облегчение натруженным мышцам. Хотелось ещё, ещё!

— Что так слабо, Вел! — задорно крикнул ему. — Силёнок не хватает, старик?

Вел только хмыкнул и добавил жару — плеснул на камни, пар рванул вверх злым

шипением.

— Дай пару, не жалей! — крепко зажмурился, чувствуя, как этот жар вытягивает

из тела всю усталость.

Ледяная вода ударила по коже тысячами иголок. Кожа сразу стала упругой,

хрустящей, будто натянулась до предела. Я рванул обратно и лёг снова на полок.

— Давай! — крикнул я Велу.

Град ударов посыпался на плечи, спину, ноги — жёстко, обжигающе, ровно. Потом

Вел окатил меня с ведра прямо на полке, подал простынку и студёного кваса. Я

сделал глоток, холодок прошёл по горлу и покатился вниз. Квасом я смыл с себя

пар, к запаху веника прибавился запах хмеля. Спрыгнул с полка, натянул рубаху,

вдохнул сырой воздух предбанника и шагнул наружу, в облако пара.

Вел потом собрал всех мастеров и долго рассказывал про баню. Теперь у мастеров

баня стала ритуалом — после работы париться.

Орлик приехал через десять дней, с двенадцатью циклами из нашего полка,

которые решили связать свою жизнь со своим полковником, то есть мной, и новым

родом.

— Господин! Рад встрече! — крикнул Орлик издалека, не доезжая до нас.

Он молодецки спрыгнул с коня, подбежал и преклонил колено.

— Встань, друг, негоже перед боевым товарищем колени ломать, — проворчал я,

обнимая его.

Мои бывшие солдаты колени не преклоняли, они выстроились и синхронно стукнули

себя в грудь в приветствии своему офицеру.

— Тандэ! Проводи-ка своих сослуживцев домой, пусть Марта распорядится их

накормить, и крикни Фиону, пусть выделит им жильё.

Тандэ улыбалась. Она их всех знала, воевали вместе.

Вел сиял, как начищенный медный тин. Солнце било по двору, топоры стучали, у

вагранок суетились мастера. День уже шёл своим ходом.

Ближе к вечеру забили десяток баранов, на площади рабочего посёлка запылали

жаровни. Я приказал выкатить несколько бочек густого эля, женщины накрыли

столы. Мы сегодня встречали вновь прибывших и провожали трудный день.

Через три недели приехал обоз с семьями из города Медный. Впереди в авангарде

скакали мои воительницы, Дайна и Лиа. Кроме обычных семей, приехали мастера:

оружейник, бронник и мастер луков. Люди сначала опасливо озирались, но когда

увидели знакомые лица, сразу повеселели. Кира сама новоприбывших расселила по

новым баракам. Новые дома они себе строить будут сами.

С обозом Дайна привезла бруски железа, меди и олова, чему я был рад. Наши

вагранки уже работали вовсю, но металла не хватало.

Мастер луков сразу разобрался в моём чертеже. Он долго цокал языком и

восхищался. Я ему объяснил, как изготавливать арбалеты. Для изготовления я уже

давно приобрёл всё, что нужно: рог, сухожилия, рыбий жир и дерево, похожее на

бук. Технологию производства композитных луков он не знал, пришлось учить его с

азов.

Весна уже выталкивала зиму, погода и дороги рассопливились. Сая стала

пригревать, скоро мои крестьяне начнут обрабатывать землю.

Заработала мельница, с округи стали свозить к нам зерно. От мельницы

закрутились передаточные ремни, заработала пилорама, к нам потёк лес.

Первый арбалет не получился, плечи при первом выстреле сломались. Плечи

треснули сухо и резко, будто сухая ветка под сапогом. Мастер наклонился,

потрогал скол, покачал головой:

— Не выдержали напряжения. Надо менять склейку.

— Ничего, господин, сделаю как надо, — заверил он меня.

А мы с Кирой готовились к дальней дороге. Нам нужно будет пересечь пустыню. В

Равене меня давно уже ждал Кириус, как и ждала родовая долина.

— Через неделю дороги обсохнут, — сказал я Кире.

Девушка заулыбалась. Я по её глазам видел: она уже засиделась, как и я.

Слякоть расползлась по дорогам, смешавшись с глиной и прошлогодней листвой.

Лужи стояли мутные, в них плавали комья раскисшей земли. Тяжёлые тучи висели

так низко, что, казалось, цеплялись за крыши домов. Воздух был сырой и тяжёлый,

будто сама весна никак не могла распрямиться.

Ещё немного, и это всё пройдёт.

Конец 12-й главы.

Глава 11

Глава 13. Арбалет. Отец Лии

— Господин, вы уезжаете в Лавенсию? — спросила Фиона меня.

— Да, на днях.

— Ты про кристалл души Лайлы? — догадался я.

— Да, господин.

— Я возьму его с собой, я буду пробовать…

— Знаю, господин. — Воительница протянула мне бархатный мешочек.

Бархатный мешочек скользнул с руки Фионы мне в ладонь. Я сжал его, чувствуя

холодные грани через ткань. Моё сердце кольнуло жалостью к Лайле.

— Спасибо, Фиона, — тихо сказал я.

Красавица с рыжими волосами смотрела на меня и хотела что-то спросить.

— Говори, что хотела спросить?

— А можно с вами, господин? — Девушка потупила взгляд.

— А что так? — улыбнулся я. — Надоело здесь или соскучилась по мне?

Фиона покраснела.

— Я не могу долго на одном месте, да и с вами мне спокойнее.

— Да что у вас за натура-то такая, меня оберегать? — удивился я который раз.

Девушка не ответила и смотрела в пол.

— Хорошо, но…

Фиона поцеловала меня в щёчку и, не дослушав, убежала из комнаты.

— Егоза, — пробурчал я. — Даже не дослушала, побежала хвалиться.

— А я рада, что она с нами поедет, — сказала Кира, выходя из смежной комнаты.

— Подслушиваешь? — прищурился я.

— А что тут подслушивать? — пожала она плечами. — Двери у этой комнаты нет.

— Рада она, — пробубнил я. — Собирается женский клубок змей, — ещё тише

добавил.

— Что ты сказал, Рич? Я не расслышала.

— Говорю, я тоже рад Фионе.

— Вижу. — Девушка строго посмотрела мне в глаза, пытаясь найти в них что-то.

Я отвёл взгляд.

— Не надо так на меня смотреть, Кира, эти девушки мне как сёстры. — Ответил я

и твёрдо встретил её взгляд, то есть не совсем взгляд. Я вертел в руках

походную сумку и зачем-то пытался найти в ней дырку.

— Кобель ты, — вздохнула она. — Молод ты, вот и кровь в тебе играет, —

успокоила она саму себя.

— Твоя правда, Кир, — согласился я, кивая несколько раз головой.

— Ты это что раскивался? Ты согласен со мной? — Девушка стала выходить из себя.

— Да что ты прицепилась ко мне! Ишь… Сама меня заставила кивать!

— Да иди ты! — Я швырнул сумку на пол, пнул стул и вышел из комнаты.

Вышел во двор и направился к мастеру луков, мне нетерпелось узнать, когда

наконец будет готов арбалет. Его позавчера мастер склеил рыбьим клеем и оставил

сушиться под прессом на двое суток.

— Господин, с вами можно? — спросил Орлик, догнавший меня.

— Конечно, идём со мной, кое-что увидишь. — Подмигнул ему.

— Можно вопрос?

— Валяй.

— Слышал, вы едете на север…

— Да, ты едешь со мной.

— Спасибо, господин полковник! — Орлик заулыбался. — Так надоела мирная жизнь,

— печально сказал лейтенант.

— Так мы не на войну едем!

— Где вы, там горячо! — усмехнулся мой боевой товарищ.

— Не каркай мне ещё, — проворчал я.

Мы остановились перед мастерской, наблюдая работу мастера и по возможности

стараясь не отвлекать его.

Мастер уже снял с «плеч» пресс и крепил их на ложе, плотно подгоняя посадочные

места. В мастерской пахло смолой и горячим деревом. Мастер не торопился. Он

знал, что малейший перекос испортит весь баланс. Он примерил плечи ещё раз,

чуть повернул левое. Оно садилось туго, будто древесина за время сушки чуть

повела.

— Ну-ка, дай клинышек, — бросил он подмастерью, не отрывая взгляда от стыка.

Тот протянул тонкую липовую пластинку, и мастер аккуратно подбил её

молоточком, пока плечо не село ровно. Потом взялся за крепёжный болт. Тянул не

спеша, проверяя, чтобы усилие ложилось равномерно. Наконец, когда металл мягко

вошёл в резьбу, он удовлетворённо хмыкнул и затянул гайку последним уверенным

поворотом.

Мастер Глин закончил работу и только заметил нас с Орликом.

— Господин Грэй. — Он низко поклонился мне.

— Готов арбалет, мастер Глин?

— Давайте проверим, господин. — Улыбнулся он и подал арбалет.

Взяв в руки, я его осмотрел.

«Я читал в книгах, как им пользоваться, и смотрел какую-то передачу».

Подмастерье подал болт, который я сунул в рот и зажал в зубах. Опустив арбалет

к земле, упёр его концом. Носок правой ноги вставил в «стремя», плотно прижал

стопу.

Двумя руками взялся за тетиву, потянул вверх, одновременно упираясь ногой в

скобу. Тянулось тяжело, плечи арбалета прогибались и тихо гудели под нагрузкой.

Тянул ровно, чувствуя, как усилие идёт по спине и не рвёт руки.

Когда тетива дошла до зацепа, раздался тихий, уверенный щелчок. На секунду

задержал дыхание, проверил: держится, не ползёт. Медленно отпустил руки, тетива

осталась на месте. Я посмотрел на мастера, потом на Орлика и улыбнулся.

Взял болт, уложил в жёлоб, прижал пальцами, и пятка болта села в паз. Болт

лежал крепко. Провёл ладонью вдоль древка. «Ровно лёг, оперение не цеплялось».

Поднял арбалет, прижал приклад к плечу. Мир сузился до прорези прицела и

далёкого дерева. Чуть поправил угол, привыкая к весу. Не торопливо положил

большой палец сверху, на спусковой рычаг, нажал.

Лёгкая отдача, и болт, разрезая воздух, помчался на бешеной скорости к дереву.

Я не услышал звук удара, только заметил вибрацию болта, глубоко вонзённого в

ствол. Опустив оружие, я победоносно оглядел всех и остановил взгляд на мастере.

— Ну… Проси что хочешь, мастер! — выдохнул я.

Глин растерялся, посмотрел на меня, потом на своего подмастерья.

— Господин, мне дом построили, спасибо, у меня теперь всё есть. — Он помолчал,

подошёл ближе ко мне. — Господин Ричард, я хотел бы одно, для себя, моей жены и

этого парнишки.

— Говори, мастер.

— Как закончится срок моей работы, наложенной государством, я хотел бы просить

вас! — Глин упал на оба колена.

Я поморщился.

— Встань, прошу.

— Прошу остаться у вас при деле, — попросил он.

Глин стушевался, быстро взглянул мне в глаза и опустил их.

— Мне нравится здесь работать, и я хотел бы дальше…

— Ты хочешь дать мне присягу верности, так я понял? — тихо спросил его.

— Да, — тихо ответил, — если можно.

— Да, можно. Но я жду присягу и от твоего подмастерья.

Парень, не веря своим глазам, просто покраснел и зачем-то протянул мне колчан

с болтами.

— Зовут как? — усмехнулся я.

— Вельдон, господин.

— Ты со своим учителем будете приняты в циклов рода, но!

Вельдон разинул рот и протянутый мне колчан уронил в грязь.

— Вы знаете, как изготавливать это. — Я показал на арбалет. — Теперь с вами

постоянно будет находиться один из моих верных воинов.

Мастер испуганно посмотрел на меня.

— Ты меня не понял, — улыбнулся ему. — Это для охраны вас и моих секретов!

Я поднял палец вверх и дождался, чтобы все на него посмотрели и почувствовали

значимость моих слов.

— Ох… — произнёс Глин и поклонился, заодно дав подзатыльник Вельдону. — Такая

честь! — пробормотал он.

— Жить будете в моём доме, питание бесплатное, дам жалование вам: тебе,

мастер, пять серебряных оленей в месяц, тебе, отрок, — «этот отрок был старше

меня и выше на полметра ростом», — один олень и пять красных тинов!

Вельдон опомнился и растянулся пластом в луже. Орлик тихонько потешался, пряча

улыбку за густыми усами.

— Присягу на верность дадите завтра, — договорил я. — Лейтенант, поставь

охрану возле мастерской.

— Слушаюсь, господин полковник! — Офицер стукнул кулаком себе в грудь и исчез.

— Глин, я хочу знать, как ты делаешь тетивы, — задумчиво сказал я.

— Ну, я могу показать, но это долго, господин.

— Давай сделаем так. Ты учи Вельдона, я просто посмотрю.

Мастер улыбнулся и кивнул. Сразу в голосе старого Глина появился металл:

— Вельдон, подойди сюда, остолоп!