Хэллхиллс | Том 2

На балконе к его счастью и впрямь почти не оказалось демонов, а те, что попались ему на пути, испуганно вжались в перилла и стены.

Мельком окинув балкон, он увидел, что совсем неподалеку проходит несколько аркбутанов2, ведущих к соседней башне с пологой крышей. Уже собравшись забраться на одну из тонких каменных конструкций, Лилиан вдруг услышал знакомый, несколько насмешливый голос за спиной.

– Лилиан, куда же вы собрались? Вам не понравился наш праздник?

Кассиан, выглядел так, словно происходящий вокруг хаос его ничуть не касается: ни в его уверенном голосе, ни в позе не проявлялось ни единого намека на недомогание. Схватившись за единственную возможность, он умоляюще воскликнул:

– Господин Кассиан, пожалуйста, запечатайте меня!

– Думаешь, получится? Твое ядро, кажется, не особо горит желанием снова прозябать в заточении.

– Но я ведь могу навредить кому-то!

Лилиану показалось, что Кассиан просто наслаждается происходящим и поэтому тянет время.

– Умоляю, запечатайте меня, у вас, похоже, больше устойчивости к моему ядру, поэтому…

– Никогда не думал, что меня будут умолять о таком, – с усмешкой произнес он, но все же сделал несколько шагов в его сторону. – Хорошо, но будет не очень приятно. Я тебя предупредил.

Лилиан кивнул, но боль, которая последовала за этим, никак не соответствовала определению «не очень приятно». Юноше показалось, что все его органы стянуло смертельной хваткой и прокрутило несколько раз в разные стороны. Ему с трудом удалось сдержать стон боли. Но этот кошмар не собирался заканчиваться быстро.

Нащупав рукой лавку, он обессиленно сел на нее, крепко схватившись дрожащими руками в подлокотник. В себя он пришел от странного ощущения: нечто ползло по его ноге, перемещалось от бедра к животу и выше, замерло на груди и пробралось внутрь. Стоило этому случится, как все в миг закончилось.

Судорожно выдохнув, Лилиан откинулся на спинку лавки, переводя дух. По щеке стекла капля пота. Взглянув на Кассиана, он увидел, что глаза того явственно светятся алым, но наваждение испарилось через пару мгновений.

– Ну вот и все, – он улыбнулся.

– Почему…

– Такие ощущения?

– Да. Меня не раз запечатывали, не помню, чтобы было нечто подобное.

– У меня свои методы. Но печать не продержится долго, все же ты сильнее меня, поэтому рекомендую как можно скорее обратиться к Грехам.

– Хорошо, в любом случае, спасибо вам.

Мужчина кивнул и зашел обратно в зал. Демоны, все это время напряженно наблюдавшие за происходящим, наконец отлипли от стен и, кажется, выглядели лучше, чем пару минут назад.

Пот ручьями бежал по лицу и шее. В висках стучало, а от тошнотворной слабости кружилась голова. Переведя дух, Лилиан поднялся, с трудом сдерживая подступающий к горлу ком. «Я ходячее бедствие, и надо же было печатям сломаться сейчас!»

«– Лилиан».

Услышав холодный голос в своей голове, юноша невольно вжал голову в плечи.

«– Через десять минут чтобы был готов возвращаться в замок».

«– Хорошо, Герольд».

Стоило ли удивляться, что его брат уже успел прознать о случившемся? Лилиану было даже не интересно, кто успел в этой суматохе сообщить ему, он просто надеялся, что за время, что он мотался по залу, никто не успел пострадать слишком сильно.

Более-менее придя в себя, он, стараясь не привлекать лишнего внимания, вернулся в зал. Казалось, не все еще успели понять, что именно произошло, и с недоуменными выражениями на лицах пытались выяснить это друг у друга.

– Лилиан.

Кальб аккуратно дотронулся до его плеча. Вид у него был потрепанный, но все же выглядел он не так плохо.

– Кальб? Как ты? Кто-нибудь пострадал?

Парень промолчал и опустил взгляд, заставив сердце Лилиана ухнуть вниз.

– У одного демона… – Кальб подбирал слова, вероятно, стараясь меньше ранить друга, – небольшие проблемы с сердцем.

Лилиан с трудом устоял на ногах.

– Насколько «небольшие»? – когда Лилиан не добился от него ответа, то подошел ближе. – Кальб, насколько небольшие проблемы с сердцем?

– У него сердечный приступ.

Лилиан закрыл лицо руками и глубоко выдохнул. Он был в одном шаге, чтобы превратиться в массовую убийцу. Умей он контролировать свою силу хотя бы на десятую долю, всего можно было бы избежать.

А теперь он с такими проблемами еще и решил обучать точно такого же ребенка. Масштаб его самоуверенности во истину не имел обозримых границ.

Герольд прибыл даже раньше, чем обещал. Поникшего и подавленного брата он обнаружил в комнате для отдыха, поодаль от зала, где возобновилось празднование, несмотря на трагическую пропажу нескольких участников торжества.

– Кто тебя запечатал? – сурово спросил он, осматривая шею и руки Лилиана, на которых не было ни одной знакомой печати.

– Кассиан, – глухо отозвался юноша.

– Что?! – в унисон с Герольдом возмутился и Кальб. Кажется, последний не переносил отца даже тогда, когда он помогал его друзьям. Но дело оказалось не в этом.

– У него своеобразные методы работы с магией, как ты себя чувствуешь? – Кальб принялся осматривать его, вероятно, пытаясь отыскать признаки увечий.

Лилиан рассказал про свои ощущения, заставив брата помрачнеть еще больше обыденного.

Он выпрямился и направился в зал, Лилиан, боясь, что Герольд с горяча может сказать чего-то лишнего, устремился следом за ним. Кальб замыкал всю эту процессию.

– Глава Кассиан! – рявкнул Герольд, вложив в обращение минимум вежливости.

– О, Герольд, рад тебя видеть, – глава династии появился перед ним, снова покачивая в бокале темно-алую густую жидкость. – Вы пришли осведомиться о здоровье своего брата?

– Какой метод вы использовали при запечатывании Лилиана? У него нет печатей?

– Я? Метод запечатывания души3.

Герольд, кажется, окончательно сорвался с цепи.

– Простите, но о чем вы вообще думали?! Вы хотели, чтобы он умер?

– Лилиан подверг риску жизни моих гостей. Когда на кону стоит выбор из одной жизни и нескольких десятков, я, очевидно, выберу жизни своих гостей. А что ты скажешь, Герольд?

Пока Кассиан говорил, его глаза горели мрачным огнем власти, явно давая понять, кто здесь должен возмущаться.

– Предвосхищая твои возмущения, я не мог использовать иной метод, объемы моего ядра не позволяют мне наложить на него печать Маммона.

Герольд кипел от гнева, но держал себя в руках, явно стараясь не испортить сложившиеся отношения между их династиями.

– Ясно, – сквозь зубы прошипел он. – В таком случае, будьте любезны явиться завтра на процедуру наложения печатей.

– Всенепременно.

– Всего доброго, – бросил Герольд и, схватив брата за руку, потащил его к выходу.

– До свидания, – Лилиан рассеянно поклонился на прощание.

– До встречи, Лилиан, – Кассиан продолжал загадочно улыбаться, смотря им вслед. – А ты, что же, не станешь провожать наших уважаемых гостей?

Кальб промолчал. Он замер, не зная, как поступить.

«– Спасибо за вечер, Кальб, я был рад провести с тобой хоть немного времени», – услышал он мягкий голос в голове.

«– Да не за что. Надеюсь, в следующий раз все будет намного лучше».

***

Вернувшись в замок, Лилиан первым делом проверил Аки: тот все еще крепко спал, распинав одеяло и подушку, лежа в кровати, раскинув ноги и руки в разные стороны. Хоть где-то был порядок.

Готовясь ко сну, Лилиан только хотел переодеться, чтобы принять ванну, как вдруг в комнату нагрянул Герольд. Сдержавшись, чтобы не стукнуть брата плечиками, на которые он хотел повесить рубашку, Лилиан глянул сначала на него, а потом на спящего Аки, намекнув, что если тот проснется, его укладыванием он будет заниматься сам.

– Что ты хотел? – шепотом спросил он, подавив легкую вспышку гнева.

– Завтра утром состоится церемония запечатывания.

– Хорошо.

Несмотря то, что диалог, кажется, был закончен, Герольд не спешил уходить.

– Что-то еще? – Лилиан поднял голову и встретил обеспокоенный взгляд брата. Отложив вещи, он выпрямился. – Герольд?

– Как ты себя чувствуешь?

– Неплохо, устал только немного.

– Кассиан… Как он поспел запечатать тебя таким кустарным методом.

– Я сам попросил его.

– Что? – кажется, новость никак не укладывалась в картину произошедшего в глазах Герольда. – Сам?

– Да, он единственный, кто никак не поддался влиянию вырвавшейся энергии. Я попросил Кальба, но ему стало плохо и… В общем, пусть Кассиан и сделал не совсем привычную печать, я все же благодарен ему за помощь. Боюсь, если бы не он, могло произойти все что угодно.

Герольд долго молчал, прежде чем сказал:

– Ясно. Если тебе станет хуже, дай знать.

– Хорошо.

Герольд кивнул и наконец ушел. Лилиан, сбросив вещи, забрался в ванну по самый подбородок и облегченно выдохнул. Волнистые волосы, собранные в высокий пучок, то и дело норовились упасть в воду, сколько бы юноша не пытался их уложить. Совсем отчаявшись, он и вовсе расплелся, позволив белым прядям расплыться по водной глади. «Надеюсь ни с кем не случилось ничего серьезного из-за меня. Вот если бы у меня были рога…»

Из-за своего врожденного недуга Лилиан порой и вовсе не ощущал себя демоном – особенно сильно в первые дни после установки печатей, так как от человека его отличало только наличие ядра, от которого все равно не было никакого проку.

Поджав ноги к груди, он положил подбородок на колени и глубоко вздохнул. В теплой, едва горячей воде его всегда клонило в сон, и этот раз не стал исключением.

Поборов сонливость, он все же вымылся, высушил, как смог, намокшие волосы, решив отложить помывку головы на завтра, и натянул длинную пижамную рубашку с шортами. Раньше он спал в одной рубашке, но теперь, когда рядом всегда был Аки, он не мог позволить себе подобной вольности.

Тихо пройдя в комнату, он взглянул на мальчика, который умудрился занять почти всю кровать, несмотря на свои скромные размеры. «А может, я просто лягу в его комнате? Хотя бы одной ночью смогу выспаться», – подумал Лилиан.

В комнате Аки было прохладно, а кровать была нетронута, словно с тех пор, как Лилиан предложил ему спать вместе, на ней даже не сидели. Перед тем как лечь, он взглянул на время. Стрелка перевалила за три часа ночи. «Какой кошмар, я же завтра просплю церемонию. Надеюсь, Герольд велел служанкам разбудить меня к нужному времени…»

Но беспокоится о том, что он проспит, не пришлось. Еще до того, как солнце озарило его лицо первыми лучами, Лилиан проснулся от странной тяжести на груди. Открыв глаза, он увидел, что Аки устроился рядом и наполовину тела лежал на Лилиане. Вид у него был до того умиротворенный и милый, что Лилиану не хватило духу разбудить его, даже несмотря на возможность задохнуться.

Погладив мальчика по голове, он взглянул на часы. Ему удалось поспать всего четыре часа; неудивительно, что голова гудела от боли, а глаза ныли от малейшего движения. Засыпать сейчас было опасно – он мог запросто проспать до самого обеда, так что нужно было придумать способ, как не уснуть, при этом не отрывая головы от подушки. Он снова взглянул на Акиманая. «Похоже, он ночью проснулся и понял, что меня нет… Как же стыдно. Надо было все-таки лечь рядом», – подумал он тогда.

Спустя где-то двадцать минут Аки вдруг зашевелился, и Лилиан приготовился получить первый тычок под ребра, но, к его счастью, мальчик просто перевернулся на другой бог, почти целиком скатившись с груди юноши. Решив, что это его шанс, он как можно бережнее переложил его на кровать и поднялся. Все тело затекло от лежания в одной позе, так что он сделал несколько упражнений, чтобы немного разогнать кровь и энергию по организму, как в груди вдруг что-то болезненно сжалось. Впервые страх умереть заставил его замереть. «Это ведь не простое запечатывание, стоит быть аккуратнее… – подумал он. – Но почему Кассиан решил использовать именно этот метод, он явно неединственный!»

– Лили, почему ты ушел ночью?..

Сонный голос Аки заставил Лилиана отвлечься от размышлений.

Акиманай сидел на кровати и сонно моргал.

– Когда я проснулся, тебя не было в комнате, я тебя тут нашел. Тебе не нравится со мной спать?..

– Нет, просто… – «Просто у меня от тебя синяки остаются», – Ты иногда ночью пинаешься, мне немного… больно.

Услышав это, Аки вдруг весь залился краской и опустил голову.

– Прости! Я не хотел! Я постараюсь больше не пинаться, правда-правда! И то лекарство я буду пить, обещаю!

– Лекарство?

– Ну… которое тот странный дядька выдал.

– Лекарь?

– Угу.

Так выходит, лекарство не возымело эффекта, потому что Аки просто не принимал его. Лилиан ощутил первый укол в сердце.

– Аки…

– Я буду пить, обещаю! Правда-правда! Только не отдавай меня, пожалуйста!

Он подскочил с места и вцепился в его рубашку, да так, что нитки затрещали, а костяшки его маленьких пальцев побелели.

– Я никому тебя не отдам, – устало начал уверять его Лилиан. Он и впрямь даже не думал об этом, но, видимо, не услышав знакомого доброго тона, Аки разбушевался еще сильнее.

– Я буду хорошим, правда! – впервые за время их знакомства Лилиан увидел, как по щекам мальчика бегут ручейки слез. Окончательно обессилев, Лилиан сел на пол и раскрыл руки для объятий, в которые Аки мгновенно бросился, вжавшись всем телом.

– Все в порядке, правда. Мы с тобой квиты.

– А?.. – шмыгнув носом спросил Аки, отстранившись, чтобы посмотреть ему в глаза.

– Я лег спать без тебя, а ты не стал пить лекарства. Ты мне соврал, и я тебе. Но теперь давай не будем врать друг другу, хорошо?

Аки долго-долго смотрел ему в глаза, все еще щурясь из-за слез, но в итоге охотно кивнул и вытер лицо ладонями.

Лилиан устало улыбнулся и, прижав мальчика к себе покрепче, прикоснулся губами к его лбу.

***

– Итак, все собрались?

Лилиан окинул взглядом зал, в котором помимо него были также брат, Кассиан, Кальб, Вальтер-Август – отец Лилиана и Герольда, – Люцифер и Маммон.

Август был мрачен, как грозовая туча, но не произнес ни слова с начала церемонии.

Сатана жестом подозвал к себе Лилиана, и тот сделал несколько шагов навстречу.

– Прежде чем мы начнем, – у Маммона в руках появился небольшой листок бумаги. – В связи с тем, что печати оказались не очень надежными, я посчитал своим долгом доработать ее.

Он протянул листок, на котором, вероятно, было написано усовершенствованное заклинание по наложению печати. Сатана пробежался взглядом по тексту, после чего перевел задумчивый взгляд на Маммона.

– Ты уверен?

– Абсолютно.

– Я согласен на все, если это поможет обезопасить окружающих демонов.

Сатана повернулся к хрупкому силуэту Лилиана. Взгляд юноши был наполнен суровой решимостью.

– Хорошо, но ты должен понимать, что теперь твои способности будут заблокированы абсолютно.

Лилиан дрогнул.

Сатана внимательно наблюдал за тем, как меняется его выражение лица. Он уже думал отложить новое заклинание, как вдруг от юноши донеслось тихое:

– Я согласен.

– Благодарю тебя за мудрое решение, – Сатана коротко поклонился, заставив Лилиана замереть от напряжения. – В таком случае, можем начать ритуал. Кассиан, снимите печать.

– Сейчас.

Лилиан закрыл глаза и морально подготовился к очередной вспышке боли, но все, что он ощутил, это легкое шевеление в районе груди, за которым последовала очередная волна магии. Юноша никогда не ощущал себя настолько наполненным силой, но и это чувство исчезло, как только тяжелые узоры Маммона припечатали его к полу. С трудом устояв на ногах, он судорожно вздохнул и наконец открыл глаза. На руках снова красовались браслеты, успевшие стать родными.

– Печати занимают большую часть тела, чем раньше, – предупредил Маммон, с каким-то мрачным удовольствием на лице. – Помимо шеи, рук и ног, она теперь еще и на спине.

Услышав это, Лилиан ощутил, как в груди что-то болезненно надломилось. Вспомнив свою любимую рубашку, которую он надевал еще вчера, парень ощутил, как глаза начала застилать щиплющая пелена.

– Лилиан, лично благодарю вас от лица всех демонов, – Сатана вновь поклонился ему, в очередной раз вогнав юношу в краску. – Вы оказали нам всем невероятную услугу.

Лилиан буркнул что-то нечленораздельное, поклонился ему и отошел к брату. Вид у него был до того потерянный, что Герольд спросил:

– У тебя точно все в порядке? Пока участники все на месте, может, сменим печати?

– Не нужно, – глухо отозвался юноша. – В этом нет необходимости, я чувствую себя нормально.

Герольд еще какое-то время внимательно его рассматривал, после чего глубоко вздохнул и перевел мрачный взгляд на Кассиана, который о чем-то препирался с сыном, который все это время не отрывал пристального взгляда от Лилиана.

– Герольд, мне нужно будет обсудить с тобой кое-что важное.

Когда они покинули церемониальный зал при помощи печати перемещения, так услужливо предоставленной Маммоном, Лилиан остановил брата в нескольких шагах от его кабинета.

– Что именно?

– Зайдем.

Герольд занял место за своим рабочим столом, в то время как Лилиан так и не решился сесть, оставшись стоять неподалеку от двери.

– Что же ты стоишь? – кажется, мужчина начал все больше сомневаться в том, что его брату действительно «нормально». – Садись куда-нибудь.

– Я постою. – Когда он уже поднялся, Лилиан неожиданно резко его осадил: – Герольд, не нужно.

Мужчина послушно сел на место.

– Что ты хотел обсудить?

– Аки… Он такой же, как я.

Кажется, Лилиану даже не придется уточнять, что именно он имел ввиду.

– Серьезно?

– Да, – юноша пересказал результаты встречи с лекарем, умолчав только о странном клейме между лопаток мальчика.

– И что… ты намерен делать?

Услышав это, Герольд, кажется, не проникся к Акиманаю большей симпатией. Скорее наоборот.

«Я не знаю. Сейчас, когда я абсолютно лишен силы, мне не удастся научить Аки чему-нибудь стоящему. Я даже не смогу научить контролировать его силу, а она совсем скоро точно даст о себе знать», – именно это крутилось на языке Лилиана в тот момент, но он не мог этого произнести. У него в голове то и дело всплывали назидательные слова брата.

«Тогда не жалуйся на тяготы воспитания».

Не мог же он прямо сейчас сознаться, что всего за две недели эти самые «тяготы» заставили его страдать от мигреней и недосыпа!

– Я хочу, чтобы в осваивании ядра ему помогал Сэмюэль.

На какое-то время Герольд застыл.

– Какой Сэмюэль? Неужели, ты говоришь про нашего злополучного дядю?

– Да.

– Лилиан, это исключено! – Герольд поднялся с места, видимо, не в силах больше сдерживать эмоциональный порыв. – Ты просто представь, как это будет смотреться: отпетый преступник, возвращенный из ссылки, занимается воспитанием бродячего мальчика, которого принял в семью один из господ! Ты этого хочешь?

На фоне его возмущенных восклицаний раздался странный звук, но разъяренное лицо брата напротив не позволило Лилиану отвлечься.

– Я не совсем понимаю, почему тебя это так возмущает.

Лилиан был слишком юн, в общем-то, как и Герольд, чтобы успеть встретиться с их средним дядей лично: тот был сослан в ссылку еще до их рождения и вот-вот должен был вернуться, как судачили об этом на вчерашнем банкете.

Когда Юго Минамикадзэ устроил первую осаду на близлежащий городок, Сэмюэль только-только стал командиром своего небольшого отряда – будучи вторым сыном, ему вряд ли удосужилось бы добиться чего-то большего за пределами армии, поэтому в этом вопросе его судьба была предрешена, – и в тот момент по распределению был отправлен как раз на погашение первых всполохов восстания. Но ему не повезло встретиться там лицом к лицу с самим Юго. Отряд Сэмюэля был взят в заложники, но в итоге, из пяти демонов выжил только командир, потому что, в отличие от своих товарищей, согласился присоединиться к восставшим.

Но Юго погиб, а его соратники мигом оказались на мортеме. От ужасной участи Сэмюэля спасла только его кровная связь с главой династии. Но это не уберегло его от наказания. Помимо ссылки, он также был публично отречен от фамилии и теперь был ничем не лучше рядового демона, живущего в самых ужасных условиях на низах колец.

Зная все это, Лилиан был более чем уверен, что за более чем пятидесятилетний срок отбывания наказания, Сэмюэль успел осознать свои ошибки и раскаяться.

– Даже если рассуждать логически, Сэмюэль столько времени провел без магических способностей, ты думаешь, он отличный кандидат, чтобы научить кого-то владением магией? Лилиан, ты в своем уме?

Укол обиды заставил юношу поджать губы. Он уже успел несколько раз пожалеть, что в принципе озвучил брату свои идеи.

Герольд глубоко вздохнул, увидев, что его брат мрачно молчит и немного сбавил накал.

– Может, мы попросим выписать к нам нескольких специально обученных демонов? Они помогут Аки решить его вопрос с ядром. Я уверен, в Аду полно талантливых заклинателей, которые бы могли его научить всему, что следует.

«В отличие от тебя», – ты это забыл сказать», – подумал Лилиан, но все же кивнул.

– Тогда я попрошу…

– Нет! – Лилиан перебил его. – Не нужно никого просить. Ты мог бы сделать это сам? Пожалуйста.

– Почему?

– Я боюсь, что информация о том, что Аки аномальный, заставит всех еще более настороженно к нему относится. Давай повременим с оглаской, к тому же, я уверен, что у нашего отца полно других забот…

– Я тебя понял, можешь не выдумывать оправдания.

Лилиан смущенно фыркнул.

«Лишь бы Аки подружился хотя бы с одним из приглашённых преподавателей».

65 глава

Кален открыл глаза.

За последние несколько дней он уже сделал это так часто, что давно сбился со счета. Время растянулось, и он не мог понять, спал он всего пару часов или несколько дней подряд.

Когда к нему вернулась способность более-менее осознанно мыслить, он перевернулся на бок. Перед глазами была уже маленькая палата на стадионе, а его собственная комната.

Сделав вдох, он удивился: боль, мучавшая его при предыдущих пробуждения, почти отступила. «Может, я смогу сесть?»

К его удивлению, обстановка вокруг была уже иная: по всей видимости, пока он спал, его из палаты стадиона переместили в собственную комнату в замке.

И действительно, тело его слушалось, а за легким движением пальцем не следовал дискомфорт, что заметно его ободрило.

– Вижу, тебе стало легче.

Парень вздрогнул. Он рассчитывал в очередной раз увидеть лицо Камелии, но голос говорящего был ниже и суше.

– Почему вы здесь?..

Сэмюэль сидел, прикрыв глаза.

– Мой ученик был отравлен, разве я не могу поинтересоваться его состоянием? – наконец он поднял на Калена ничего не выражающий взгляд. – Недавно у тебя была лихорадка. Как ты чувствуешь себя сейчас?

– Нормально.

Кален хотел встать, но магическим порывом был посажен обратно в кровать.

– Куда тебя все так тянет? Ты едва на ногах держишься.

– Где Артур?

– Там же, где и был.

Кален снова бухнулся в кровать и зарылся в одеяло по самую голову. Ох, лучше бы это оказалось страшным кошмаром!

– Когда я смогу приступить к тренировкам?

– Не раньше, чем через две недели.

– Что?! – Кален выбрался из кровати.

– Помнится, когда-то ты даже стремился к прогулам, – не удержался от колкости Сэмюэль, а на его холодном лице появилось нечто похожее на улыбку. – Желаешь восполнить пробелы?

– Сейчас другая ситуация, – насупился парень.

Он потянулся.

Перепады в настроении Сэмюэля ему были разительно непонятны и даже слегка пугали, но пока в ход не шел хлыст, Кален был готов мириться с любыми странностями.

Сэмюэль вдруг поднялся с места.

– Через несколько минут придет Мадая, оставлю тебя на нее.

Вспомнив давний скандал, разразившийся между лекаркой и тренером на почве его травмы, Кален вполне мог понять, почему Сэмюэль желает скрыться побыстрее.

И точно: стоило ему уйти, как сразу в дверях появилась Мадая. Учитывая, что ее речь началась не с привычного потока ругани в адрес Сэмюэля, они, видимо, и впрямь разминулись.

– Юный господин наконец-то пришел в себя, – констатировала она с радостью в голосе. – Я очень рада.

– Что это был за яд? – поинтересовался парень, с интересом косясь в сторону подноса с едой, который принесла женщина.

– Скажу честно, я впервые столкнулась с ядом подобного толка. Поэтому его выведением занималась не я.

– Не вы? – Кален вновь повел плечами, как бы проверяя, что болевых ощущений и впрямь не было. – Кто же тогда?

– Твой тренер.

– Сэмюэль?

– Кто ж еще, или у тебя много тренеров? – Мадая протянула парню поднос. – Сначала я его не подпускала, но, когда мое лечение не дало никаких результатов, все же решила прислушаться к его рекомендациям. Как бы он мне не нравился, все же, в магических отравлениях он знает побольше моего.