Заново. Вернуть стража Севера

‒ Тише, Викки, ‒ чей-то далекий голос подбадривал меня. ‒ Все будет хорошо.

Кажется, это была Ивея.

И я даже попыталась ей ответить, да только язык не слушался. Сейчас все мое тело ощущалась чужим.

Я снова провалилась в темноту. Круг завершился и начался снова. И каждый раз, когда я возвращалась, пустота внутри становилась все ощутимее. Она жила теперь не в груди ‒ она расползлась по всему телу, заполнила каждую клеточку, каждую косточку. Я чувствовала себя высохшим деревом, которое вот-вот рассыплется в прах.

‒ Викки, ‒ голос Ивеи снова пробился сквозь туман. ‒ Ты слышишь меня?

Я попыталась кивнуть. Не знаю, получилось ли.

‒ Вы видели?! ‒ радостный вскрик Деборы наполнил то место, где мы находились. ‒ Она пошевелилась.

И это придало мне сил. Раз я смогла подать знак, что пришла в себя, то могла и попытаться заговорить.

‒ Дерево, ‒ прошептала я.

‒ Что? ‒ переспросила Ивея.

‒ Дерево... выжило? ‒ я с трудом разлепила глаза.

Надо мной склонились три лица. Три встревоженных лица. И почему-то никто не спешил мне отвечать.

‒ Это сейчас неважно, милая, ‒ Дебора решила нарушить молчание первая. ‒ Может, хочешь воды?

Пить хотелось до жути.

‒ Да, ‒ прохрипела я, и Дебора тут же поднесла к моим губам какую-то кружку.

Вода была теплой, с горьковатым травяным привкусом, но я пила жадными глотками, не в силах остановиться. Жидкость обжигала горло, разливалась по телу теплом, и пустота внутри немного отступала.

‒ Тише, тише, ‒ сказала Ивея, отнимая кружку. ‒ Не торопись. А то подавишься.

‒ Еще, ‒ попросила я, желая заполнить пустоту внутри себя, но она покачала головой.

‒ Потом. Слишком много сразу не надо. Заболит живот.

Я откинулась на спину и закрыла глаза. В голове гудело, тело не слушалось, но я была жива. Я дышала. Но была пуста.

‒ Дерево, ‒ снова спросила я, не открывая глаз. ‒ Я ведь уничтожила его?

‒ Нет, ‒ ответил Вернан, но в его голосе я услышала то, что не хотела слышать. Фальшь.

Я открыла глаза и посмотрела на него. Он отвел взгляд.

‒ Не ври мне, ‒ сказала я тихо. ‒ Пожалуйста.

‒ Викторика... ‒ начала Ивея, но я покачала головой.

‒ Дерево мертво, да? Мне надо это з-з-знать...

Голос предательски дрогнул. То ли от слабости, то ли от вины.

‒ Оно... ‒ Дебора запнулась. ‒ Оно высохло, Викки.

Я закрыла глаза. В груди снова заныла пустота.

‒ Я убила его, ‒ прошептала я.

‒ Но ты спасла меня, ‒ произнес Вернан и был прав. Однако он не понимал моих чувств сейчас. ‒ А дерево... Дерево было старым.

‒ Это не оправдание, ‒ мотнула я головой. ‒ Помогая одним ‒ нельзя ранить при этом других. Вы разве не понимаете этого? Не понимаете?

Я еле говорила, но не могла остановиться. Перед глазами полетели черные мушки. Однако у меня все никак не получалось совладать с собственными эмоциями и чувствами.

Меня пугало то, что я способно причинить вред. Пустая. Но опасная. Не для людей вокруг себя. Моя сила так не работала, ведь человеческие процессы были сложнее растений.

Я была опасна для самой себя. И возможно, я не догадывалась о всех гранях своего дара.

‒ Викки, ты спасла человека. Сейчас это главное, ‒ Ивея ласково провела по моим волоса рукой. ‒ Вот, выпей еще жидкости. Уже можно.

Чай был горьким, с мятным привкусом и травяным тягучим послевкусием.

‒ Пей до дна, ‒ настоятельна попросила Ивея, и я послушалась.

С каждым глотком тепло разливалось по телу, и пустота притупилась. Веки стали тяжелыми, мысли ‒ вязкими, а тело ‒ невесомым.

‒ Я... ‒ начала я, но язык стал ватным.

‒ Тш-ш-ш, ‒ сказала Дебора, укрывая меня плащом. ‒ Отдыхай.

‒ Ивея... ‒ прошептала я, чувствуя, как проваливаюсь в темноту. ‒ Твой чай... правда... работает...

‒ Конечно, ‒ услышала я сквозь туман. ‒ Всегда, моя дорогая. А теперь спи. Тебе надо набираться сил.

Глава 8

Лексар

Лаз казался бесконечно длинным. Я полз. Полз. И полз. Потерявшись в пространстве и времени.

И с чего я вообще решил, что это верный путь? Я ведь прекрасно понимал головой, что тварь в эту щель не пролезет. И я бы верил в это и дальше, если бы не одно "но".

Кровь была и здесь.

Не так много, как в ущелье. Но достаточно, чтобы я то и дело чувствовал ее на пальцах.

И всей этой чертовщины я никак не мог объяснить. Неужели эти чудища умели уменьшаться в размере? Или их кости были гибкими и подвижными?

Что я вообще знал о тварях, с которыми вел битву?

Я отогнал бесполезные мысли и пополз дальше. Кровь на пальцах была единственной путеводной нитью.

Мне кажется, прошла вечность, прежде чем лаз расширился настолько, что я смог встать на четвереньки, а потом и выпрямиться. Стены расступились, и я оказался в огромном гроте.

Здесь было удивительно светло. Не от магии пульсаров, а от светящихся грибов, которые росли прямо на камнях. Их мягкое зеленоватое свечение освещало стены, покрытые древними рунами, и пол, усыпанный костями.

‒ Тьма, ‒ прошептал я.

Крупные ребра и черепа напоминали тех тварей, которых я убивал годами. Но здесь были и человеческие останки.

И посреди всего этого великолепия ужаса я увидел костер.

Он горел в центре грота, отбрасывая пляшущие тени на стены, покрытые рунами. Живой огонь. Настоящий. С запахом дыма и горящей древесины. Я не сразу поверил своим глазам. В этом забытом богами месте, где даже время, казалось, остановилось, кто-то развел костер.

Все это казалось таким абсурдным, что я начал задумываться о собственной адекватности. Могло ли быть так, что я погиб в результате падения? А это все лишь мои посмертные галлюцинации?

‒ Не стойте в стороне, лорд-страж, ‒ раздался скрипучий старческий голос откуда-то сбоку. ‒ Подойдите к огню. Согрейтесь.

Я вздрогнул от неожиданности и резко обернулся на голос. Из тени грота вышла фигура. Настолько старая, что, казалось, сама земля помнила рождение этой женщины. Лицо старухи было покрыто морщинами. Такими глубокими, что их легко можно было сравнить с трещинами в скалах. Седые волосы ниспадали до пола. А в выцветших мутных глазах горел нечеловеческий огонь.

Опираясь на потемневший от времени посох, женщина не спеша подошла к костру и опустилась на камень, жестом приглашая меня сесть напротив.

‒ Чего застыл? Неужто боишься древнюю каргу?

Старуха явно надо мной потешалась. Держала меня за глупца.

‒ Кто ты? ‒ спросил я, не сдвинувшись с места.

‒ Я та, кто помнит, ‒ ответила она и сухо рассмеялась. ‒ Та, кто была здесь до того, как первый камень лег в основание Цитадели. Я видела, как строились стены, как возводились башни, как первые стражи давали клятву защищать Север. Я видела, как умирали твои предки, Лексар Рэдмейн.

‒ И что это значит?

‒ Не веришь мне? ‒ хмыкнула старуха. ‒ И не удивительно. Вы, стражи, давно позабыли истину.

Я ничего не понимал. Но странное дело, я чувствовал, что эта странная женщина не врет мне. А еще я почему-то знал, что вреда она мне не причинит. Хотя могла бы. Точно могла.

‒ Лорд, в ногах правды нет. Подойдите к огню.

Огонь манил теплом, и я вдруг понял, как сильно замерз. Пальцы онемели, одежда промокла от грязи и крови, в груди кололо от каждого вздоха. И я рискнул. Двинулся к костру прямо по костям. Они хрустели под моими ногами, подобно сухим веткам. И каждый шаг напоминал мне, что я здесь не первый.

Я опустился на камень напротив старухи и единственное, что нас разделяло ‒ огонь.

‒ Вот так-то лучше, ‒ сказала старуха, и ее морщинистое лицо осветилось улыбкой.

‒ Кто вы такая? ‒ снова повторил я свой вопрос.

‒ Раньше твои предки знали мое имя. Трепетали от него. Боготворили. Но, получив силу, заперли меня в этих стенах, ‒ она обвела грот рукой. ‒ И позабыли свою клятву, данную мне.

И тогда женщина подняла руку, и на кончиках ее пальцев заискрился снег. А вокруг нас закружил ветер. Такой знакомый. Такой родной. Но в то же время абсолютно чужой.

‒ Ну что, есть мысли, кто я такая?

Глава 9

Лексар

Я смотрел на снежинки, танцующие в воздухе. На то, как ветер нежно касается волос старухи, и в груди начало расти понимание. Догадка казалась такой дикой, что я даже не мог произнести ее вслух.

‒ Вижу по глазам, что ты все понял, лорд-страж. Но раз смелости не хватает озвучить свои мысли, то я сделаю это за тебя, ‒ старуха прищурилась. ‒ Да, именно я даровала твоему роду силу. Я передала вам часть своего ветра.

Женщина была невероятно стара, но все же век людской конечен. Не могла она быть причастна к тем давним событиям. Не могла. Но я вновь не чувствовал лжи с ее стороны.

Возможно, старуха попросту была сумасшедшей, живущей в горах. Одиночество довело ее до безумия. Не иначе.

‒ Что, не веришь мне?

Видимо, недоверие все же отразилось на моем лице.

‒ Меня звали Вента, ‒ между тем продолжила она. ‒ Я была Хранительницей Севера, Лексар. Я была могущественна, но не всесильна. И как любая одинокая женщина, хотела тепла, ‒ в последнем слове чувствовалась горечь.

‒ Ты отдала свою силу из-за любви?

‒ Я хотела защитить того, кого любила, ‒ пожала Вента плечами. ‒ Разве ты бы не захотел защитить того, кого любишь любым доступным тебе методом? Даже если это означало отдать часть своей души.

Я резко дернулся. Ее слова ударили куда-то в самое сердце, и перед глазами вдруг всплыл облик Викторики.

‒ Я бы отдал все, ‒ слова слетели с языка легко. Я совершенно не сомневался в том, что произнес. Странно было осознавать, что за эти несколько недель женщина, которую я выбрал в качестве политического союза, стала для меня чем-то большим. Чем-то, ради чего стоило рисковать, бороться и, возможно, даже умереть.

‒ Так я и думала, ‒ довольно хмыкнула Вента. ‒ В этот раз все действительно получилось.

‒ В этот раз? ‒ переспросил я, чувствуя, как холодок пробегает по спине. ‒ Что ты имеешь в виду?

Вента посмотрела на меня долгим взглядом, и в ее мутных глазах мелькнуло что-то похожее на лукавство.

‒ Ты догадлив, Лексар. И уже знаешь ответ на свой вопрос.

Она подняла руку, и ветер вокруг нас закружился сильнее, поднимая пепел от костра, заставляя пламя плясать.

‒ Я столько лет ждала, чтобы изменить ход событий. И много надежд возлагала на твою мать. Ведь ее сила была схожа с силой твоей жены. Но Венера была раздавлена и подавлена. Она желала, чтобы ее муки прекратились. Но Викторика…

‒ Ты вернула ее обратно во времени?

Вента запрокинула голову назад и сухо рассмеялась.

‒ У меня нет такой силы. Не я вернула ее обратно, а она сделала это, Лексар.

‒ Викторика?

‒ Дар твоей жены куда более невероятен, чем ты мог предположить.

‒ Но при чем здесь ты?

‒ Я? Я всего лишь наблюдатель, ‒ в голосе старухи послышалась усталость. Ветер вокруг нас исчез и стало тихо. ‒ В прошлый раз ты остался холоден. Как и все стражи Севера до этого. Самовлюбленные, ‒ Вента с отвращением сплюнула, и ее глаза, казалось, потемнели. ‒ Думали только о своей силе, о своей власти. А тех, кто их любил, воспринимали как инструмент. Как средство для продолжения рода. Именно тогда я поняла, что они все заслуживают смерти. Да, меня заточили в этом месте. Оставили умирать в одиночестве в этом каменном мешке. Но твои предки не учили, что от любви до ненависти всего один шаг.

‒ Ты... ‒ я подскочил с места, и руки непроизвольно потянулись к поясу. Где, увы, было пусто. ‒ Ты создала виверн?

‒ Я породила их, ‒ Вента смотрела на меня исподлобья. ‒ В муках. В боли. В отчаянии. Они мои дети, в некотором роде. Моя месть твоим предкам.

‒ Но виверны убивают невинных, ‒ сказал я, сжимая кулаки. ‒ Они убивают женщин, детей, тех, кто не имеет отношения к прошлому.

‒ Такова плата за обман, Лексар. Вы забрали то, что вам не принадлежало. Поэтому ваше тело в любой момент может не выдержать. Сосуд треснет, если не снять излишки. Стражи Севера нашли прекрасное решение. Вы силой берет в жены одаренных женщин. И думаете, что поработив их, сможете выжить. Но это не так. Лишь любовь способна вас спасти, ‒ Вента тоже встала. И сделала это так легко и грациозно, будто была молодой девушкой. ‒ Мои виверны будут убивать до тех пор, пока не умрет последний страж Севера, в чьем сердце нет места для тепла.

‒ Но ты ведь сказала, что я изменился!

‒ А речь не о тебе, Лексар. Но знай, что на тьму я отвечу еще большей тьмой, ‒ Вента с силой стукнула посохом по полу.

И мир вдруг поплыл. Руны на стенах грота вспыхнули ослепительным светом, а затем погасли. Костер взметнулся к потолку и распался на тысячи искр, заставляя меня зажмуриться.

И когда я открыл глаза, Венты и костра уже не было. Только древние кости и тишина. Тишина, которая давила на уши, напоминая, что я здесь совершенно один.

Глава 10

Лексар

Неужели мне все это привиделось?

Я в этом сомневался. Хотя иного объяснения происходящему у меня пока не было.

Может, внутри грота собирался дурманящий газ? Но если так, то я вряд ли бы пришел в себя, а видение продолжилось бы. Возможно даже до тех пор, пока я бы не испустил последний вздох.

Но что же это тогда было?

Подсказка богов? Или бред уставшего разума? Второе было куда логичнее, учитывая тот абсурд, который вещала старуха.

Думать об этом я сейчас точно не собирался. Нужно было срочно выбираться из этого места.

Я осмотрелся по сторонам. Кости виверн лежали на прежних местах. Как и человеческие останки. Очень странное кладбище, если так подумать. Тем более, что прохода для виверн я так и не обнаружил. Помимо того лаза, откуда выбрался я, здесь был еще одна щель. И твари туда точно было не пролезть. Не раздумывая, я двинулся туда.

И каково же было мое удивление, когда я обнаружил кровавый отпечаток ладони. Мужской. Кровь была еще свежей.

Что же, значит, мне точно сюда.

И я протиснулся в проход. Каменные стены сдавили меня с двух сторон, и каждый вдох отдавался болью в ребрах. Падение с высоты давало о себе знать. Казалось, сама гора пыталась раздавить меня, не пустить туда, куда я так настойчиво стремился.

Следов крови больше не было. Только темнота, холод и мое тяжелое дыхание.

И вскоре лаз вильнул, расширился, и я вышел в небольшую пещеру. В глаза мне тут же ударил свет. Ослепляя и лишая ориентации в пространстве. Зато я отчетливо слышал вой ветра. И хвала богам, воздух тут был свежим.

Я нашел выход. Но... Не нашел того, кто оставлял за собой следы крови. Следы, по которым я сюда и вышел.

Когда глаза привыкли к свету, я смог осмотреться. Только вот ничего примечательного не заметил. Обычная пустая пещера. Таких в Хребте можно найти сотни.

Прямо у выхода я снова увидел кровь. Свежую. Алую. Она ярким пятном горела на снегу.

‒ Тьма, ‒ прошептал я и двинулся по следу. Неужели раненый рискнул выйти прямо в бурю?

Если так, то он точно бежал. Бежал от меня!

Кровяные пятна вели из пещеры наружу, в снежную круговерть. Буря не стихала, ветер хлестал по лицу, сбивая с ног, но я упрямо шел вперед, низко пригибаясь к земле, чтобы не потерять след.

Но судьба сегодня была явно настроена против меня.

Я замер, вглядываясь в белое безмолвие. След обрывался резко. Будто человек, оставивший их, просто исчез: растворился в воздухе или взлетел на небо. Впереди был огромный примятый пласт снега. И больше ничего. Никаких отпечатков ног, ни капель крови. Ни-че-го!

‒ Куда ты делся? ‒ прошипел я, оглядываясь по сторонам.

Буря выла. Снег летел прямо в глаза, но я упрямо вглядывался в белую пелену. И вдруг, метрах в двадцати впереди, я заметил движение. Силуэты. Не один. Несколько. Темные фигуры, смутно различимые в снежной круговерти, двигались в мою сторону.

Я пригнулся, инстинктивно потянувшись к поясу за мечом, но его не было.

‒ Твою ж мать! ‒ выругался я, готовясь к худшему.

Фигуры приближались. Я различал их все четче. Тяжелые плащи, меховые шапки, оружие в руках. Стражники?

Стражники!

Бойцы вышли на меня с поднятыми мечами. Но как только до них дошло, кто именно перед ними стоит, оружие медленно опустилось. Стражники рассматривали меня во все глаза, будто перед ними стоял оживший мертвец, а не их лорд.

Первым опомнился сержант Торн. Широкоплечий мужчина с грубым лицом и глубокими морщинами, которые вырезали на его щеках безжалостные ветра Севера.

‒ Тьма, ‒ выдохнул он, делая шаг вперед. ‒ Лорд Рэдмейн? Не может быть! Вы... Вы живы?!

Глава 11

Лексар

На обзорной вышке мне доложили о том, что вот уже два дня как меня считали убитым. Растерзанным виверной. И что все это подтвердила моя сестра.

Сейчас с Нортлэнде траур. Больше бойцам ничего не было известно.

Сказать, что я был шокирован ‒ ничего не сказать. И меня больше всего удивляло не то, что Эланор подтвердила мою смерть. Она действительно могла так подумать. А то, что никто не стал искать подтверждение обратному.

Ко всему прочему, я не мог понять, куда подевались мои тени. И почему от них нет никаких вестей.

Единственное, что было ясно ‒ я должен был попасть в резиденцию как можно скорее. Да только ветер в груди все еще находился в стадии неконтролируемой взрывной смеси. Одно использования и я рисковал выгореть.

Мне нужно было время для восстановления сил. Правда, сидеть на месте в мои планы не входило.

‒ Мне нужен конь, ‒ сказал я, глядя на сержанта Торна. ‒ И небольшой отряд.

Торн посмотрел на меня долгим взглядом. Конечно, он видел мое состояние и хотел возразить, но против приказа своего правителя он не мог пойти.

‒ Слушаюсь, лорд! ‒ он повернулся к своим людям. ‒ Рейф, Харальд, Гуннар.

Трое стражников отделились от группы и встали рядом. Крепкие, молодые. Я одобрительно кивнул.

‒ Мы готовы, лорд, ‒ сказал один из них, которого, кажется, звали Рейф.

‒ Через час выезжаем, ‒ сказал я. ‒ Готовьте коней.

Пока стражники собирались, я подошел к краю башни и посмотрел вперед, туда, где в дымке бури угадывались огни Цитадели. Ветер трепал мои волосы, швырял в лицо колючие снежинки, но я не чувствовал холода. Только странную болезненную пульсацию в груди.

Слова старухи не выходили из головы, как бы я их не гнал. Вента подтвердила факт возвращения Викторики во времени. Но в этом я уже и сам не сомневался. Настораживало другое: старуха мстила моему роду за бесчувственность и тьму. Тьму, которая происходила прямо сейчас.

И это не давало мне покоя.

Если отбросить мысль, что мне все привиделось, то Вента прямым текстом сказала, что рядом со мной есть еще один страж севера.

Абсурдное заявление!

Может, она имела в виду не кровного стража, а того, кто носит этот титул формально? Но это было смешно. Титул Стража Севера принадлежал только моему роду. Передавался по наследству. От отца к сыну и от деда к внуку. Никто из чужаков не мог претендовать на него.

Тогда что? Просто бред? Галлюцинация умирающего разума?

‒ Лорд Рэдмейн, ‒ раздался голос Торна за спиной. ‒ Кони готовы.

Я кивнул и, покинув башню, направился к лошадям.

Но прежде чем уехать, я вдруг вспомнил важную вещь.

‒ Тайвин Спун, ‒ я посмотрел на сержанта. ‒ Как он справляется со своим назначением?

Лицо стражника странно вытянулось. Он смотрел на меня во все глаза, будто я спросил нечто глупое.

Не такой реакции я ожидал!

‒ Докладывайте!

‒ Лорд... ‒ Торн запнулся, и я понял, что мне не понравится то, что я услышу. ‒ Но как же? Вы же...

‒ Хватит мямлить! ‒ я уже не пытался скрыть раздражение.

Сержант Торн подобрался и выдал:

‒ Тайвин... В первом же бою, когда из лаза вылезла огромная виверна... Он... Его... Он подошел слишком близко, и тварь утащила его под землю.

Я стиснул зубы до боли.

‒ Хотите сказать, что он погиб уже неделю назад? И вы не сообщили мне об этом?

‒ Сообщал, лорд! ‒ возразил Торн вполне убедительно. ‒ Я дважды посылал отчет. В день, когда Спуна утащила тварь. И после поисков. Так как тело или останки не были обнаружены, я предложил считать стражника погибшим.

‒ Но вам должно было прийти подтверждение, что я ознакомлен с отчетами.

‒ Оно и пришло, ‒ заверил меня мужчина. ‒ С королевской печатью.

Я прищурился, вглядываясь в лицо Торна.

‒ С королевской печатью? ‒ переспросил я. ‒ Вы уверены?

Но было видно, что мужчина не врет.

‒ Да, лорд. Печать Альштеров. И подпись. И приказ: считать этот вопрос закрытым. Поэтому я был уверен, что вам донесли.

В курсе я не был. И теперь ко всем моим вопросам добавился еще один: зачем король провернул все это за моей спиной? Какие уели преследовал?

И выяснить это я собирался в самое ближайшее время.

‒ Вы служите мне, Торн, ‒ закончил я разговор. ‒ Не забывайте об этом.

Запрыгнув в седло, я обратился к своему отряду:

‒ За мной!

И мы двинулись вниз по склону, в сторону Цитадели.

Глава 12

Викторика

‒ Тебе лучше? ‒ Ивея подала мне воды, и я отстраненно поднесла ее к губам. Пить я вроде бы хотела, но чувствовала себя настолько вымотанной, что даже это действие вызвало во мне дикую усталость. ‒ Викки, так нельзя!

‒ Что нельзя? ‒ апатично спросила я. ‒ Я ведь ничего не делаю.

‒ Вот именно! ‒ возмутилась подруга.

Но как ей можно было объяснить, что происходило со мной внутри в этот момент. Что пустота съедала мысли и чувства, как черная бездонная воронка.

Ивея села на стул напротив меня. И хоть я смотрела в окно, где сейчас Вернан рубил дрова для печи, все равно чувствовала на себе ее пристальный взгляд.

‒ Расскажи мне. Ты можешь поделить со мной чем угодно, вдруг тебе станет легче.

‒ Не станет, ‒ я качнула головой, продолжая наблюдать за тем, как к советнику подошла Дебора и стала помогать складывать поленья. ‒ Пока я не заполню пустоту, она никуда не денется.

‒ И в этом могут помочь только деревья, ‒ Ивви тоже уставилась в окно. Теперь мы обе подглядывали за ничего не подозревающей парочкой.

‒ Нет, ‒ призналась я. ‒ Не только.

Я выдержала паузу. Слова застревали в горле, потому что я еще никогда и никому не объясняла, как работает мой дар. И почему мои родители так легко продали меня лорду Рэдмейну. И денег заработали, и статус подправили, и избавились от позора семьи.

‒ Викки, ‒ Ивея взяла меня за руку. ‒ Ты можешь сказать мне все. Что бы это ни было.

И мне захотелось открыться. Я так долго никому не доверяла. Но Ивея... Общение с ней было лучшим, что я изменила в этой новой жизни.

‒ Я могу брать энергию у мужчин, ‒ выдохнула я. ‒ Не только у деревьев. Но только... Только определенным способом.

‒ Каким? ‒ спросила она, и ее пальцы сжали мои чуть сильнее.

Я отвела взгляд. За окном Вернан и Дебора складывали поленья, перебрасываясь короткими фразами, не замечая ничего вокруг.

‒ Во время близости, ‒ прошептала я. ‒ Когда мужчина и женщина... Когда они делят постель. Не отнять, не украсть. Взять то, что он готов отдать.

Я заметила, что Ивви на долю секунды перестала дышать. Вряд ли она ожидала, что я признаюсь в чем-то подобном.

‒ Поэтому мои родители сослали меня в пансионат. Там мне должны были привить правильные моральные ценности, чтобы я служила одному мужу. Моя грязная сила порочила мой род, ‒ я горько хмыкнула, только сейчас понимая, как ужасно это звучало. Да, я действительно изменилась. И смотрела на свою жизнь совершенно под другим ракурсом. ‒ И лишь Эдвардиан мог оценить мой дар по достоинству. Ему нужна была такая как я. Для Лексара. Для его верного вассала. Я пригодилась там, где в итоге никто не успел проверить мою силу на себе.

По крайней мере, в прошлой жизни. А в этой... Разделил бы Лексар со мной ложе? Позволил бы забрать излишки силы? Стал бы мне настоящим мужем?

По спине пробежал холодок. А вдруг я этого никогда уже не узнаю?

Я старалась верить в то, что Лексар жив. Но сейчас, с пустотой в груди, это давалось куда сложнее.

И как будто прочитав мои мысли, Ивея уверенно произнесла:

‒ Лорд Рэдмейн вернется к тебе! Иного и быть не может. Что бы там не говорила глупая Эланор, стража нельзя так легко убить. Нельзя! Однако, ‒ подруга прищурила глаза. ‒ К моменту его возвращения ты должна быть полна сил.

Ивея ударила кулаком по столу, заставляя меня вздрогнуть от неожиданности. Но внутри меня ничего не отозвалось. Должно было… Только вот сейчас мою душу покрывал толстый слой льда.

‒ Кто знает, как произойдет ваша встреча и что именно будет думать о всех нас лорд Рэдмейн. Силы будут нужны тебе и для того, чтобы убедить Лексара в своей непричастности ко всему случившемуся, ‒ Ивея встала и посмотрела на меня сверху вниз. ‒ Король уверен в твоей вине и может ввести стража в заблуждение. Понимаешь?