Афродизия

— Не стесняшка, — я скорчила гримасу, передразнивая его. — Просто не хочу кутаться в домашний уют. Потом придется снова одеваться и ехать домой — сомнительное удовольствие для меня.

— Зачем тебе ехать домой? Останешься у меня, — утвердительно сказал он. — Я всё равно собирался завтра с утра тебя забрать.

— Куда?

— На дачу. Там круто. И змей нет, — уточнил он.

— Дим, ну у меня вообще-то были планы, и я не хочу их менять. По крайней мере, так спонтанно — точно не могу.

— И какие же у тебя планы? — разочарованно выдохнул он.

— Встречаюсь вечером с подругами.

— С Ариной?

— Да, и еще с одной. Мы втроем договорились увидеться.

— А на поздний вечер что?

— Да не знаю… может, пойдем куда-нибудь потанцевать.

— О, вот тут я тебя и перехвачу, — он расплылся в широкой улыбке. — Потанцуете в знакомом клубе, я там буду, и ты под присмотром.

— Ну, я спрошу у девочек, что они об этом думают.

— Спроси. Думаю, Арине я понравился, она не откажет такому очаровашке, как я.

Я посмотрела на него с улыбкой. Он продолжил:

— Раз завтрашний день не мой, значит, сегодня ты проводишь вечер со мной. Снимай свои брюки, не обсуждается.

Я рассмеялась:

— Дима…

— Давай-давай, — он подсел ближе и слегка похлопал ладонями по моим бедрам, затем встал и направился на кухню. — А Дима пока выберет вино к блинам. Будешь?

Я кивнула. День выдался таким, что отказываться от бокала вина не было сил.

Проводив его взглядом, я поймала себя на том, что все-таки стесняюсь оставаться в одной лишь футболке. Я потянула край ткани вниз, оценивая длину.

Дима достал вино из шкафчика под барной стойкой, поставил бутылку и два бокала на поверхность. Он выпрямился и посмотрел на меня — я все еще сидела на месте, нервно теребя футболку.

— Алин, — позвал он. Я обернулась. — Хочешь, дам что-нибудь на низ? Думаю, ты в этом утонешь, но из квартиры сегодня не выйдешь в любом случае. Сходи в спальню, посмотри в шкафу, может, что приглянется.

Я встала и критически осмотрела себя: футболка едва прикрывала треть бедра. В целом — приемлемо.

— Дай тогда полотенце. Хочу принять душ после этого тяжелого дня.

— В ванной все есть.

Я указала пальцем на дверь напротив, вопросительно глядя на него.

— Куда хочешь, — он подмигнул, разливая вино по бокалам. — Но мне было бы приятно знать, что ты плескалась именно в моей ванной.

— Странные у тебя фетиши, — усмехнулась я и направилась в сторону спальни.

В ванной комнате я сразу заметила шкаф. Внутри, как и ожидалось, лежали аккуратно сложенные полотенца, а на вешалке висел халат — видимо, Дима о нем забыл. Я взяла полотенце и встала под горячую воду. Мне казалось, только здесь я смогла наконец расслабиться. Воспользовавшись мужским гелем для душа с приятным свежим ароматом, я вышла из кабинки, вытерлась и снова надела белье с футболкой. Волосы до конца высушить не удалось, пришлось лишь слегка промокнуть их полотенцем. Покрутившись перед зеркалом и убедившись, что футболка прикрывает все, что нужно, я вернулась в гостиную.

— У тебя в ванной был халат, а ты мне его не предложил, — съехидничала я.

— Но я смотрю, ты решила его не надевать и порадовать меня? — парировал он.

Я не понимала, как ему удается всегда выходить победителем из диалога. О халате я, конечно, не вспомнила — после душа мне было слишком жарко. Очень хотелось найти достойный ответ, но слова застряли в горле.

Я подошла и встала с другой стороны барной стойки. Взяв второй бокал, сделала глоток вина, надеясь, что прохладный напиток поможет вернуть мозгу хоть каплю уверенности. Дима наблюдал за мной с той самой полуулыбкой.

— Знаешь, — наконец произнесла я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, — я подумала, мне так будет комфортнее. У тебя здесь слегка душновато.

Я поставила бокал и оперлась локтями на стойку, слегка выгнувшись. Футболка при этом немного задралась. Дима сделал шаг, вплотную приблизившись к стойке. Бросив хитрый взгляд через мое плечо, он подался вперед, сокращая расстояние между нами до минимума.

— Я не против. Ходи как хочешь, — прошептал он. — Могу включить кондиционер на обогрев.

Он протянул руку и принялся играть кончиками пальцев с влажной прядью моих волос. Его прикосновения обычно вводили меня в оцепенение, но сейчас я хотела продолжить эту игру.

— Твои мокрые волосы — одна из моих слабостей, — тихо добавил он, не отрывая от меня взгляда.

— Ты же говорил, что у тебя нет слабостей, — я слегка покрутила ножку бокала.

— Я говорил, что ты — моя слабость. Твой взгляд, когда ты злишься; то, как ты поджимаешь губы или откидываешь волосы, когда что-то увлеченно объясняешь; как вытираешь губы после поцелуя…

Я неосознанно поджала губы. Он медленно прикрыл глаза, подаваясь ко мне еще ближе, но в этот момент раздался звонок в дверь. Я вздрогнула и едва не уронила бокал, успев перехватить его в последний момент.

— Наш ужин, видимо, приехал, — выдохнул он с легкой досадой и направился к двери.

Уже у самой двери он обернулся и бросил:

— Прикройся.

Я отошла за барную стойку, чтобы меня было видно только по пояс, и невольно улыбнулась.

Дима вернулся с пакетом еды и поставил его на стойку.

— Тут посидим или за стол?

— Хочу тут, — я запрыгнула на барный стул и принялась разбирать пакет.

Достала пару салатов и четыре небольшие тарелочки в термоупаковке — видимо, там были блины, они оказались горячими. Я расставила все и посмотрела на Диму. Он молча наблюдал за мной, держа в руках две вилки. Я вопросительно приподняла бровь:

— Что такое?

— Ты сейчас необыкновенно милая.

Он подошел, дважды коснулся губами моих губ, положил передо мной вилку и сел рядом. Я проводила его взглядом и спросила:

— А что за салат?

— Что-то с курицей и еще чем-то.

Я подтянула к себе блинчик и поинтересовалась:

— А нож есть?

Дима кивнул и достал два ножа, один из которых передал мне. Я отрезала кусочек и закрыла глаза, пробуя его. Блинчик был с курицей, грибами и в сливочном соусе — божественно вкусно. Или я просто была так голодна после своего легкого обеда?

Видимо, мы оба проголодались, потому что первый блин съели в полной тишине. Открывая салат, я спросила:

— Что за доставка? Ты так быстро заказал, будто знал, где самые вкусные блины.

Я улыбнулась, а он ответил:

— Да у нас тут ресторан прямо за углом, там огромное меню. Благодарю хозяина заведения: всегда можно заказать что-то новое.

— Ты сам не готовишь?

— Вообще готовлю, и вроде даже съедобно. Но сейчас нет времени, да и вернулся я недавно из Китая, часто ужинаю с друзьями, так что особой необходимости нет.

— Интересно. Я вот тоже не люблю готовить для себя одной. Поэтому по вечерам часто перебиваюсь салатами или легкими закусками.

— Не совсем правильное питание, — заметил он.

— Ну почему же? Завтракаю я правильно, всегда стараюсь. Обед на работе тоже адекватный, а вечером — ну, бывает. Иногда, конечно, готовлю по вдохновению или когда гости заходят. А еще люблю готовить у мамы: у нее огромная кухня, настоящее пространство для творчества.

Дима указал на второй блин:

— Это кому?

— Я наелась, — усмехнулась я.

— Я тоже. Точно больше не будешь?

— Нет, — я покачала головой, делая глоток вина.

— Хорошо.

Дима убрал остатки в пакет и отодвинул его в сторону.

— Спать еще не хочешь?

— Пока нет.

— Тогда бери бокал, пойдем на диван, посмотрим что-нибудь. Я только быстро раскидаю документы.

Мы перебрались на диван. Дима принялся разбирать бумаги, раскладывая их по стопкам, не меняя того, как я их разложила, только некоторые выбрасывал. Я тем временем искала интересный фильм и остановилась на ужастике. Включила его, поставила на паузу и стала ждать Диму. Он закончил с документами, выбросил ненужное в мусорное ведро, а остальное убрал в комод.

— О, интересный выбор, — заметил он, увидев экран.

— Если ты сегодня спас меня от моего главного кошмара, то мне больше нечего бояться, — я пожала плечами.

— Верно.

Дима откинулся на спинку дивана, а я устроилась у него на груди. Он укрыл нас пледом, и мы начали смотреть фильм. Кино оказалось довольно посредственным, и внимание Димы было полностью сосредоточено на мне. Его пальцы медленно скользили по моему плечу, поднимаясь к шее и возвращаясь обратно, отчего на теле возник шквал мурашек. Я невольно поерзала, но он не остановился — теперь уже всей ладонью принялся изучать мою кожу.

От этого прикосновения внутри всё отозвалось такой приятной дрожью, что я, смутившись, решила сменить позу. Я отодвинулась и легла к нему чуть спиной, вытянув ноги в другую сторону. Похоже, Дима воспринял это как вызов: он тут же подвинулся, вытянул ноги вслед за моими и притянул меня к себе так, что я оказалась буквально между его колен. Я замерла, чувствуя, как заливаюсь краской, и попыталась вернуться к просмотру. Лучше бы я не двигалась: теперь я ощущала его горячее дыхание на своей шее, а Дима, воспользовавшись близостью, начал медленно и осторожно гладить меня по бедру. Мое дыхание сбилось, а он, казалось, оставался совершенно невозмутимым, продолжая внимательно следить за сюжетом фильма. Затем слегка наклонился, и его губы почти коснулись моей кожи за ухом. Он не поцеловал, лишь выдохнул, но заставил меня вздрогнуть всем телом.

— Тебе не нравится фильм? — его голос прозвучал низко, с едва уловимой хрипотцой, которая никак не вязалась с его показным равнодушием к происходящему на экране.

Я попыталась ответить что-то вразумительное, но из горла вырвался лишь тихий, сдавленный звук. Дима усмехнулся — я почувствовала это по тому, как дрогнули его плечи, прижатые к моей спине. Его рука, до этого замершая на бедре, медленно, дразняще поползла вверх. Забравшись под футболку, он принялся изучать изгиб моей талии, проводя пальцем вверх и вниз. Затем он переместил руку к спине и расстегнул замок бюстгальтера, отчего я всхлипнула, затаив дыхание. Он спустил с моих плеч лямки одну за другой и легким движением вытянул белье из-под футболки.

Его ладони, освободившись от лишней ткани, тут же вернулись под футболку, теперь уже ничем не сдерживаемые. Он прижался плотнее, и я почувствовала, как бешено стучит его сердце. Дима медленно повел рукой вверх, очерчивая контуры лопаток, а затем замер, едва касаясь кончиками пальцев чувствительной кожи у основания шеи. Зачем губами провел дорожку из поцелуев от шеи до уха, чуть прикусив мочку уха. Я не смогла сдержать стон. Дима прошептал мне на ухо:

— Ты сводишь меня с ума, Алина.

Его пальцы сжали мои бедра — неожиданно грубо, отчего у меня перехватило дыхание. У меня перехватило дыхание, и я не смогла вымолвить ни слова. Затем он нежно погладил те места, где только что держал меня, и уже громче добавил:

— Но я хочу еще немного побыть в этом состоянии. Если тебе не понравился фильм, пойдем спать.

Я развернулась к нему. В его глазах не было ничего, кроме жадного, нескрываемого желания. Сглотнув ком в горле, я едва слышно ответила:

— Пойдем.

Я аккуратно выскользнула из его объятий, поправила футболку и подняла с пола бюстгальтер.

— Куда мне? — спросила я.

Он удивленно посмотрел на меня:

— В спальню.

Я уверенно направилась туда, пытаясь восстановить сбившееся дыхание. Дима немного отстал. Когда я вошла в комнату, включила торшер и отодвинула край одеяла, он прошел мимо меня прямиком в ванную. Вскоре послышался шум воды. Я улыбнулась своим мыслям. Легла в кровать, укрылась и, глядя в окно, подумала: уже второй раз он останавливает себя на самом интересном. Это интриговало.

Через пять минут Дима вышел из ванной и лег рядом. Он дважды поцеловал меня в висок и один раз — в плечо. Я обернулась к нему:

— Нет-нет, я, пожалуй, сегодня обойдусь без поцелуя на ночь.

Я улыбнулась и отвернулась обратно. Он притянул меня к себе, обнимая со спины.

— Спокойной ночи, Алина.

— Спокойной ночи, Дима, — ответила я с улыбкой.

Через пять минут я уже спала в его объятиях.

Глава 10

Глава 10.

Ночь прошла спокойно. Проснувшись среди ночи, я почувствовала, как Дима тихо дышит рядом. В его объятиях я ощущала себя защищенной от всего мира: не было ни жарко, ни неудобно — было идеально. Я поймала себя на мысли, что хочу запечатлеть этот момент навсегда. Перед тем как снова погрузиться в сон, я почувствовала, как его рука чуть крепче прижала меня к себе за талию. Я не отстранилась — наоборот, прижалась ближе, позволяя себе раствориться в нем.

Утром я открыла глаза от яркого солнца, заливавшего комнату. В квартире стояла абсолютная тишина. Димы на кровати не было. Я потянулась за телефоном: 9:40. Не так уж и поздно. Интересно, где он? В квартире не было слышно ни звука. Я усмехнулась про себя: вряд ли он сбежал из собственного дома.

Тихо встав, я направилась в ванную. Вспомнила, что вчера видела в шкафу дорожные наборы. Открыв дверцу, я действительно обнаружила целую полку с миниатюрами: зубные пасты, щетки, шампуни. Взяв один из наборов, я привела себя в порядок. Только выключила воду, как услышала звук входной двери. Дима вернулся?! Я вышла в коридор и чуть не столкнулась с ним.

— Доброе утро, — сказал он, обнимая меня.

— Доброе, — ответила я, прижимаясь к нему. — Где ты был?

— Выходил кое-что докупить. Завтрак уже готов, — он махнул рукой в сторону кухни. — Как будешь готова — жду за столом.

Он протянул мне небольшой пакет в красивой подарочной упаковке. Я улыбнулась:

— Это что, мне?

Дима, не отвечая, направился на кухню. Я пошла следом.

— Какая-то косметика, — бросил он через плечо, включая кофемашину.

— В смысле «какая-то»? — я остановилась у стойки и наконец открыла пакет. Внутри оказалась целая коллекция средств премиум-класса.

Я посмотрела на него. Дима лениво отвел взгляд, явно не желая вдаваться в подробности.

— Дим, ну… кто тебе помогал? — спросила я, едва сдерживая смех, разглядывая изящные баночки.

Он положил локти на барную стойку и подпер подбородок рукой.

— Я просто зашел в магазин и попросил консультанта собрать всё, что может понадобиться девушке с утра.

Я подошла к нему, поцеловала в щеку и прошептала: «Спасибо». Затем, ткнув пальцем в баночку крема для кожи 35+, с улыбкой добавила:

— Мне, если что, двадцать семь.

Я прищурилась и еще раз чмокнула его в щеку. Дима взял крем из моих рук и долго смотрел на этикетку, осознавая прокол.

— Ну… маме подарю, ей будет приятно, — он громко поставил баночку на стол. Было видно, что он расстроился.

Я подошла со спины, встала на носочки, обняла его за плечи и тихо сказала:

— Спасибо, Дим. Девушка-консультант, видимо, тебя не совсем поняла, но мне очень приятна твоя забота. Если остался чек, можем вернуть.

— Ничего не подошло? — он обернулся, внимательно глядя на меня.

Я не смогла скрыть улыбку и покачала головой:

— Ну, кроме бальзама для губ. Клубничный.

Дима закатил глаза и сложил руки за головой:

— Это я сам на кассе взял. Мне нравится, когда твои губы пахнут сладостью.

В этот момент мне стало его так жалко — как ребенка, который очень старался сделать подарок, но его не оценили по достоинству. Я нанесла бальзам, проскользнула между ним и барной стойкой и, потянувшись, поцеловала его — долго и нежно, стараясь оставить частичку клубничного вкуса на его губах.

Дима замер и ответил на поцелуй; его руки, до этого скрещенные за головой, медленно опустились, обхватывая мое лицо.

— Значит, нужно облажаться, чтоб ты стала такая нежная? — прошептал он, едва отстранившись.

Я тихо рассмеялась, чувствуя, как по телу разливается приятная волна.

— Ты очень старался, Дим. Это было… мило. Даже с учетом косметики для кожи девушек чуть постарше.

— Садись, — он кивнул на стул. — Завтрак остывает. Я приготовил сырники, ты ведь говорила, что любишь их.

Он достал из духовки тарелку с восемью аппетитными сырниками, покрытыми золотистой корочкой.

— Не может быть! Ты сам их готовил? — я восторженно закружилась вокруг него.

— Садись, кому говорят, — улыбнулся он, ставя передо мной чашку кофе.

Вдруг он подхватил мой пакет с косметикой и отправил его прямиком в мусорное ведро.

— Что ты делаешь?! — я подскочила, пытаясь перехватить его руку.

— Всё, завтракай, пожалуйста, — он твердо указал на стул.

— Дим, ну это глупости! Можно же всё вернуть… И вообще, там была зубная щетка, она-то тебе чем помешала?

— Сходишь и купишь всё, что захочешь, — отрезал он. — А я пока разнесу эту консультантку.

Я попробовала сырники — это было невероятно вкусно. Именно так, как я люблю: с идеальным количеством сахара. У Димы получилось просто отлично.

— Какой у тебя был запрос к консультанту, что она так промахнулась с выбором? — спросила я.

Дима облокотился на столешницу и задумчиво произнес:

— Я сказал, как есть: «У меня ночевала девушка, у которой, скорее всего, нет ничего для утренних процедур». Попросил собрать хорошую косметику на её вкус.

— Но, может, она и собрала на свой вкус? Может, ей 35+?

— Да нет, это была молодая девчонка, улыбчивая.

Я пожала плечами, но не стала озвучивать свои мысли. Подумала лишь, что консультант, скорее всего, сделала это специально — из какой-то женской вредности к незнакомке, для которой мужчина пришел покупать косметику. К тому же в пакете были крема, маски — что угодно, но только не то, что нужно для утреннего ухода .

Дима тем временем молча листал что-то в телефоне, периодически хватая сырник, откусывая его и запивая кофе. Вдруг в комнате завибрировал мой телефон. Я встала и прошла в комнату. Звонила Арина.

У меня все из головы вылетает от этого Дмитрия Петровича...

— Алло, моя крошка! — ответила я, стараясь придать голосу как можно больше радости.

— Ну привет, Лиса-Алиса. Любовь совсем тебе совесть из башки выбила? Ты мне совсем не пишешь. Я ведь и обидеться могу.

Я забегала глазами по полу:

— Нет-нет! Я люблю тебя больше всего на свете. Я виновата, я исправлюсь!

— М-м-м, — промычала Арина в трубку. — Не знаю даже... Мы с Ниной сегодня встречаемся в семь, в том ресторане, где праздновали её день рождения. А вот с тобой я хочу увидеться в три.

В комнату зашел Дима. Разведя руками, он беззвучно спросил: «Кто это?»

Я пару секунд смотрела на него, пока из динамика не раздалось:

— Алло-о-о, блин, Алина. Ты меня слышишь?!

Дима тут же заулыбался, подошел ко мне и громко сказал:

— Привет, Арина! Как дела?

Теперь наступила очередь Арины молчать. Через пару секунд она ответила:

— Привет, Егор.

Дима удивленно посмотрел на меня, я — на него, потом на телефон.

— Какой к черту Егор? — возмутился Дима.

Арина громко расхохоталась в трубку:

— А вот не надо подслушивать чужие разговоры, Димочка!

Мы засмеялись. Арина продолжила:

— У меня всё круто, а у тебя как?

Дима забрал у меня телефон и включил громкую связь:

— Я сегодня хотел провести день с твоей подругой, а ты её у меня забираешь. Как у меня могут быть дела?

Арина рассмеялась:

— Ты ошалел? Вы каждый день на работе видитесь, а мне эта коза даже не пишет, как ты появился! Я тебе так просто Алину не отдам.

Я стояла в полном шоке. Что у этих людей в голове? Ладно Арина, но Дима… Хотя чему я удивляюсь?

Дима притянул меня за талию, прижимая к себе. Его голос звучал с той самой уверенностью, которая всегда выбивала меня из колеи.

— Арина, дорогая, — проговорил он в динамик, не сводя с меня глаз, — Алина — девушка занятая, у неё табу на отношения. После работы времени почти нет, и внимания мне достается не так много, как хотелось бы.

— Ого! Ну, это уж точно твои проблемы, что ты ничего не успеваешь и не умеешь убедить её нарушить это «табу»! — голос Арины в трубке звучал ехидно, но довольно.

— Может, у тебя получится. Я в долгу не останусь, — Дима посмотрел на меня с самодовольной улыбкой. — Например, вечером, когда вы наговоритесь, я хотел бы позвать вас в один знакомый клуб. Обещаю крутые коктейли и отличную компанию.

— Сплетен будет много, Дима, — вставила она.

— Сплетни — это хорошо, — отозвался он. — Я тоже знаю парочку.

— Ой, дурак какой-то, но на клуб я все равно уже согласилась, — отрезала Арина. — Алина, жду тебя в кафе на углу Александрова. И не опаздывай, в три.

— Поняла, буду вовремя, — ответила я, чувствуя, как лицо заливает краска.

Дима нажал на «отбой» и вернул мне телефон. Он выглядел так, словно только что выиграл что-то очень важное.

— Ну вот, — сказал он, слегка ущипнув меня за бок. — Теперь у тебя есть официальное разрешение.

Я поджала губы. Не зная, что на это ответить, я молча вернулась на кухню, села за стол и принялась доедать завтрак. Дима устроился рядом и продолжал лыбиться.

— Сейчас начало двенадцатого. Мне нужно домой, собраться, — сказала я.

— Доедай, я тебя отвезу.

Я выдохнула:

— Хорошо.

Аппетит пропал, появилось неприятное ощущение, что я уже опаздываю. Я еще немного поковыряла сырник, всё-таки доела его, пошла переодеться и собраться.

Дима быстро накинул куртку, и мы поехали к моему дому. По дороге я решила спросить:

— У тебя какие планы на день?

— Поеду к Андрею.

— Он говорил, что хочет отдохнуть на выходных.

— Когда? — удивленно спросил Дима.

— На работе заходил ко мне, мы болтали, и он сказал, что хочет отключить телефон и побыть в тишине.

— Ну, меня это не касается. В худшем случае у меня есть ключи от его квартиры — просто завалюсь туда.

— От твоего внимания, я смотрю, никому не спастись.

— А вот это обидно, — с улыбкой сказал он.

— Но всё-таки все добровольно, — уточнила я.

— Исключительно по обоюдному согласию.

Мы подъехали к дому. Я вышла, Дима — следом за мной. Я хотела попрощаться, но по его виду поняла, что уезжать он не собирается. Я открыла калитку, вошла, и он проследовал за мной. Я не знала, как спросить, надолго ли он…

Я вошла в квартиру, сбросила тренч и направилась в комнату. Дима, сняв куртку, прошел на кухню и, усевшись на стул, погрузился в телефон. Я не знала, с чего начать свои сборы, и просто бесцельно бродила из угла в угол.

Мой «марафон» прервал его голос:

— Я побуду у тебя? Отвезу тебя к Арине, потом поеду к Андрею. Обещаю, мешать не буду.

Я поняла, что он не собирается уходить, и, в сущности, была не против.

— Тогда развлекай себя сам: кофе, чай, телевизор... Больше у меня ничего нет. Ну, еще книги.

— Разберусь, — коротко ответил он.

Я собрала косметику, схватила полотенце и нижнее белье и скрылась в ванной. После душа я занялась собой: нанесла макияж чуть выразительнее обычного, добавила волосам объема и текстуры. Оделась и повязала полотенце сверху, потому что не захватила с собой халатик. Когда я вернулась на кухню, чтобы поставить чайник, Дима отложил телефон, схватил меня за талию и посадил на колени; его пальцы коснулись моих волос, а затем скользнули по шее. По телу тут же пробежала дрожь. Я замерла, молясь, чтобы он не заметил моей реакции, но куда там.

— Как же мне это нравится, — прошептал он, медленно проведя рукой от шеи до ладони, исследуя небольшие пупырышки на моей коже.

Чайник закипел и отключился. Я попыталась встать, и полотенце соскользнуло, упав ему на колени. Быстро закрутив его обратно, я увидела его улыбку и поднятую бровь.

— Чайник, — выдохнула я и поспешила к шкафчику. Достав чашку, бросила туда пакетик и залила кипятком, не оборачиваясь. Схватив напиток, я почти сбежала к шкафу, чтобы поскорее одеться.

Дима пересел на другой стул, откуда ему было удобно наблюдать за комнатой и за мной. Я открыла дверцы шкафа и коснулась рукой щеки — она горела. «Что ж, Дима, ты всё равно играешь в свои игры, никогда не доводя их до конца».

Я сбросила полотенце, оставшись в одном белье, и начала перебирать вещи на вешалках. На улице было прохладно, и к вечеру вряд ли станет теплее.

Я выбрала облегающее платье глубокого винного оттенка, игриво открывающее одно плечо. Бросив его на кровать, я даже не обернулась: я чувствовала на себе взгляд Димы и знала, что он не сводит с меня глаз. Усмехнулась про себя: надевать колготки — занятие не из сексуальных, так что с этим я решила повременить. Прикрыв дверцу шкафа, я подошла к кровати и медленно, с наслаждением натянула платье. Поправив ткань и встряхнув волосами, я подошла к зеркалу, оценивающе разглядывая себя.

— Не перебор? — наконец нарушил тишину голос Димы.

Я медленно повернулась к нему, чувствуя, как платье приятно облегает кожу. Дима сидел в кресле, скрестив руки на груди, и его взгляд, тяжелый и изучающий, скользил по мне с такой откровенностью. Он не скрывал своего напряжения, но было видно, что ему очень нравится, как я выгляжу.