Подонок. Ты – моя игрушка

Присаживаюсь на край садового фонтана и толкаю в воду руку, проводя пальцами по шероховатой стенке внутри. Хочу успокоиться. Не думать ни о чём… Вообще.

От звуков воды какое-то приятное послевкусие на душе и в мозгах. Становится легче…

А потом я поднимаюсь наверх и иду к себе в комнату, когда дверь в ту самую – соседнюю открывается и оттуда выходит довольный Лёха… Без футболки… Твою мать, если бы я только понимал, что за война внутри меня просыпается. Чем они там, блядь, с ней занимались в таком виде?!

– О, даров, вернулся? – спрашивает он спокойным тоном, а я…

Прохожу мимо, так и не ответив, зато проскрипев зубами… Я тупо не понимаю, что за дерьмо со мной происходит…

Глава 20.

Евгения Хомова

Мы с Лёшей примерно до часу ночи болтали обо всём. Я рассказывала, что произошло в нашей жизни. Вкратце, конечно. Об отце лишь маленькую часть, потому что тяжело… Он успокаивал. Сказал, что Ник отойдёт скоро. Что это не навсегда. Говорит, что он другой совсем. Что друг хороший. Что в беде никогда его не бросал. Но я не знаю… Мне не кажется, что он способен перешагнуть. У него порой такой вид, словно он реально готов меня придушить и это очень пугает на самом деле.

Наташка отреагировала смайлом с закатыванием глаз о его друге. Я не стала передавать Лёше, но… Кажется, она вообще не собирается знакомиться и общаться. Да и после моих слов о том, что она девственница, он как-то перегорел. Сразу же замолчал. Так что… Нашим легче. Не хотелось бы создавать неловкую ситуацию между ними.

Ник ведёт себя очень странно. Я понимаю, что связано с тем, что он видел меня голой. И нам обоим неуютно после этого. Я опасаюсь лишний раз попадаться ему на глаза. Хотя на вечеринку пойти планирую. Пусть она состоится только через три дня, а пока я продолжаю общаться с тем самым Женей. Он скидывает мне какие-то тупые видео, а я смеюсь. И тоже делюсь с ним мемами. Создаётся ощущение здорового общения, если не считать, что я его совсем не знаю… Всё-таки мы ни разу ещё не виделись, хотя я бы хотела познакомиться нормально.

Утром после нашего разговора с Лёшей о Нике, просыпаюсь в более-менее нормальном настроении. Зато Ник нет. Потому что не успеваю я достать молоко из холодильника, встречаюсь с ним взглядами, и он буквально испепеляет меня своим. Такой злой после вчерашнего. Волосы торчат в разные стороны, сонный, покрасневшие глаза, напитанная болью гримаса.

– Что… Тоже хочешь? – спрашиваю, забеливая свой кофе, и отдаю ему коробку. – На…

– Так благородно…

– Я и не планировала быть благородной… И вообще… Стучаться надо.

– Это мой дом. Я не привык, что разного рода ш… – замолкает он, стиснув зубы, а потом чуть исправляется. – Я к такому не привык. Нужно закрываться на замок. Поняла?

– Я закрывалась, блин! Или забыла… Я… Ты что думаешь, я специально, что ли?!

– Я в душе не ебу, чё у тебя на уме, хомяк. Так что тупо отвали от меня со своими грёбанными расспросами. Вон иди с принцем своим общайся. И сиськи свои ему показывай…

– Какой же ты урод, – чувствую, как краски приливают к лицу. Господи. Зачем он так вообще?! Я никому и никогда свою грудь специально не показывала. Так обидно становится, а это чудовище садится напротив и утыкается глазами в свой телефон, попивая кофе как ни в чём не бывало.

– Даров, народ… Чё не разбудили…? – разбавляет гнетущую тишину Лёша, появившись из-за угла, и я хотя бы немного выдыхаю, хотя глаза всё ещё красные.

– Ты чё эт, демон, уже успел до слёз её довести? – спрашивает он у Ника, приобняв меня.

– Я чё виноват, что она ноет постоянно? Новопассит прими, хомячиха.

– Слышь, Ник, не стегай, – затыкает его Лёша. – Чё там по завтраку, дорогуша?

– Я бы что-нибудь приготовила, но там…

– У кого-то руки из жопы просто растут, – перебивает он, а мне хочется кинуть ему что-нибудь в лицо.

– Там Агата Степановна уже готовит. Вот-вот будет готово, – сообщаю Лёше и решаюсь игнорировать Ника. Будто его здесь вообще нет. Потому что уже не могу с ним. Слишком сложно.

Болтаем с Лёшей. Затем приносят завтрак. И мама с Сергеем тоже к нам присоединяются. У всех хорошее настроение, кроме конечно и так понятно кого. У него всегда вид такой, словно его обидели. И душа чёрная как смоль. Даже в одном помещении находиться тяжело. Такая аура.

– Ник, ты чего такой сегодня? – спрашивает Сергей Николаевич. – Слышал, ты поздно вернулся. Всё норм?

– Норм, – отвечает, поглощая яичницу, а я поглядываю на него искоса и слушаю Лёшины шутки на ухо. Он опять пытается поднять мне настроение, а мне хочется узнать, что такое у Ника случилось. Он выглядит даже несчастнее, чем обычно. Неужели это правда из-за нашего общения с Лёшей? Он думает, я забрала у него друга? Так я не хотела… Даже не думала.

Кушаем мы быстро, и я собираюсь на учёбу. Лёша обещал, что будет сдерживать своих друзей, так что проблем в универе у меня быть не должно.

Еду я с ним на машине. Ник, разумеется, едет на своей.

– Он сегодня совсем хмурый…

– Походу, поцапался со своей…

– С чего ты взял?

– Да по роже вижу… Не говорил ещё, но… Просто определяю уже. Когда срутся, он так себя ведёт. Но они же сладкая парочка просто. Хер расцепишь. Спрошу…

– Нет, не надо, я не хочу знать! – тут же выпаливаю, на что Лёша ржёт.

– Пиздец вы с ним смешные, конечно…

– Смешные… О чём ты? – хмурюсь, а он качает головой.

– Ни о чём, хома… Всё норм будет. А Вано с Тохой вообще не бойся. Они норм пацаны…

– Но мне так не показалось…

– Да прошутили просто. Придурки, вот и всё…

– М-м-м… – молчаливо смотрю в окно, вспоминая вчерашний позор. Надеюсь, охранник ничего мне сегодня не скажет.

Лёша паркуется возле ворот, и мы сразу же идём внутрь. Он будто закрывает меня ото всех. Конечно, у него куча друзей. Особенно девчонок. У него как-то получается со всеми держать связь. И не самую обычную, кстати…

– Что с лицом, малыыыыш… – тут же обращается к нему какая-то девушка, состроив жалостливую гримасу. Обнимает его, причём так крепко, словно они в отношениях. Но такого точно не может быть.

– Да так… Прилетело малость…

– Вы меня сегодня до слёз доведёте… Твои красивые голубые глазки не должны так страдать, – хмурится она, а меня что-то подташнивает от такого сюсюканья. Хотя обычно я не осуждаю, но тут прям слишком…

– А кто ещё? – спрашивает Лёша, насторожено приподняв одну бровь.

– Да Кира же не пришла… Расстались же…

– В смысле? – спрашивает он, а я ненароком навостряю уши. Не знаю вообще почему… Ощущаю, что сердце ускоряется. Моментально разогнавшись до критической скорости, создаёт ощущение наполненности внутри, словно давит на рёбра… Ему не хватает места, а мне не хватает совести не подслушивать чужие разговоры. Тем более, о Нике, блин… Что я творю?

– Ну Ник козлина бросил её вчера… Ты не знал?

– Нет… – отвечает Лёша, а потом накрывает меня своей ручищей, склоняясь к уху и насмехаясь. – Вот видишь, Жека… Всё ещё прозрачнее, чем я думал… Наш бедолага втрескался по уши…

– В кого? – хмурюсь я, пытаясь понять смысл его умозаключения. И мне это совсем не нравится.

– В тебя…

Глава 21.

Никита Хорольский

Они бесят меня так, что я уже и от дружбы готов отказаться. Нихера не хочу вообще. Два задрота. Ещё и стоят там в обнимку, сюсюкаются. Уродцы… Всё утро мне нервы мотали. В этом доме теперь четыре моих врага. Четыре! И должна приехать пятая! Я свихнусь, нахрен, точно!

– Даров, Ник… Это чё правда? – подплывают ко мне парни, когда подъезжаю к универу и паркуюсь. Они думают, я мысли читать умею или как?

– Чё?

– Что ты Киру кинул… Уже весь универ болтает, – ржёт Вано, пожав мне руку через окно. Я выхожу к ним с Тохой и закуриваю сигарету.

– Не знаю… На паузу просто поставил… – пинаю асфальт, потому что бешусь. На ровном месте просто начинаю раздражаться. Ещё и Кира, блин, языком своим треплет. Я, конечно, знал, что так будет. Потому что когда к твоей персоне проявляют столь пристальное внимание, то и к личной жизни тоже. Если не вдвойне.

– М-м-м… А Лёха где?

– А Лёха теперь в отряде пилоток, хули…

– В смысле?

– В смысле он не со мной ехал. Вёз эту…

– О-о-о понятно, – усмехается Тоха. – Вы ток не раздеритесь…

– Если надо будет… – тушу окурок и смотрю на то, как они заходят вместе в корпус. Всего бомбит просто изнутри. Сладкая парочка, блядь.

– Лан, идём…

На первой паре сижу и залипаю, ощущая, что весь мир настроен против меня. Мама сто лет не звонила… Только пишет сообщения, расспрашивая о том, выбрана ли дата свадьбы и так далее. А я в душе не ебу. Меня никто в такое не посвящает, да я и знать не хочу…

После уже достаю свой полуразъёбанный телефон, блин. Надо купить новый, а у меня руки не доходят. Это она его угандошила. Всё из-за неё…

«Я подумал, что пойду на вечеринку», – отправляю ей сообщение, и мне тут же приходит ответ.

«Да? Я рада. Очень! Там встретимся!».

«Ага, обязательно».

Чувствую себя каким-то идиотом. Её сиськи мне всю ночь, блин, мерещились… И это бесит больше всего. Почему просто не могу вытравить её из своей башки и не думать, а?! Ладно бы там первоклассные дойки третьего размера были… Так нет же… Так и груди-то толком нет. Ну, двойка максимум… Если не единица, нафиг. И чего так в памяти засела?! Эти острые соски, словно пики отпечатались в мозгу и уже все нервы мне вымотали…

«Раз ты сестра Хорольского, значит, твоя мама мутит с его батей, да?»…

«Ну, они вместе. Да. А что?».

«Ничего, просто спросил. Давно?».

«Я не знаю. Я вообще не знаю об их отношениях. Кстати… Об отношениях. Все вокруг болтают, что Хорольский расстался с девушкой».

«М… а ты что думаешь об этом?».

«Ничего. Раздосадована. Мне кажется, он стал ещё злее, чем был».

«Куда уж злее», – пишу ей и скриплю зубами.

«Ну или придурковатее».

«Ахахахаха», – отправляю, а самому хочется заткнуть ей рот, блин. Гадина тупая.

– Слышь, – толкает Лёха в плечо.

– Чё тебе?

– Чё лицо такое кислое?

Сворачиваю экран и смотрю на него волком.

– Лёх… Честно. Я не хочу общаться.

– Бля, братан… Не надо на меня злиться. Я нихера не делал. Женьку и пальцем не трогал и не собираюсь…

– Ты… Блядь, ты всерьёз думаешь, что мне не похуй на это? Мне вообще срать чё у вас с ней. Забирай её к себе домой и живите счастливо, я тебе даже руку пожму за это, не вопрос!

– С-с-сука… Да чё же ты такой тупой, а…

– Сам тупой.

– Харэ, парни, препод ща запалит, – шипит на нас Вано. – Потом побазарите.

Отворачиваемся друг от друга, и мне реально хочется подраться, аж кулаки чешутся. Как до пятницы в таком режиме провести, не знаю. Идти туда – не идти… Как сделать так, чтобы она больше никогда не появлялась в моей жизни? Что сделать? Я даже душу дьяволу готов продать…

Потому что не вывожу уже… Ничего из этого дерьма…

***

Несколько дней проходят в привычном режиме. Лёха всё ещё живёт у нас. Я – не плохой человек. И другом всегда был нормальным. Выгонять точно бы не стал. Но он будто нарочно мне под шкуру лезет. И так, и эдак с ней контачит. Смеются, фильмы смотрят. Пока я от лица лоха Жени переписываюсь с ней и даже заказываю для неё букет цветов с доставкой в пятницу около пяти вечера. Как раз дома будет. Готовиться к свиданке с несуществующим кавалером, блядь.

Кира писала, я некоторое время игнорил. Потом ответил, что пытаюсь переварить развод родителей. Что мне сейчас тупо не нужны отношения. Она снова рыдала. Не появлялась и сегодня в том числе. Возможно, придёт в понедельник, не знаю… Вечерами я уезжаю из дома тусить с парнями, а Лёха проводит всё своё свободное время с новой подружкой, будь она не ладна.

Я стараюсь перестать думать об этом. Прихожу очень поздно, чтобы не видеть их. И утром уезжаю раньше всех. В универе ещё как-то удаётся держать себя в руках, потому что они порознь в основном, но у меня ощущение, будто уже начали мутить, просто на глазах не палятся… Не знаю. Или это уже мои больные фантазии… Догадки…

В пятницу с самого утра отец и его новая пассия заявляют, что уедут на свидание. На какую-то, блядь, ферму за городом. Надеюсь, он потеряет её где-нибудь в загоне или в куче навоза. Я буду искренне рад…

Лёха начинает потреблять спиртные напитки сразу как возвращаемся с пар. Между нами снова завязывается неприятный разговор. Палит мой ноут с букетом, ещё и насмехается, гондонище… Не хватало, чтобы понял, что это я, блин, сделал… Потому что как истинный мудак всё ей сразу же расскажет.

– Это чё? Решил вину загладить?

– Не твоего ума дело.

– Не жмись ты… На, выпей… – тянет он мне стакан с бухлом. А мне и так тошно, ещё нажраться щас не хватало, чтобы всех там отпиздить и загреметь за решётку.

– Не хочу.

– Ник… Забей, правда…

– Не могу забить. Заебало всё…

– Тебе расслабиться надо. Вот и всё… И если тебе будет легче, у меня правда ничего с твоей Женькой не было.

– Она не моя, блядь! И похер мне чё у вас было, а чё не было! Хоть ебитесь за пределами дома! Мне насрать! – толкаю ему стакан обратно и обливаю его джинсы. Честно, мне поебать. Если сейчас бычить начнёт, буду драться.

– Воу-воу… Всё. Полегче, друг… Вот хера ли ты сделал, а?! Твою мать… Пятно теперь останется! Сука! – он уходит из комнаты, а я тем временем пыхчу от негодования, когда мимо моей приоткрытой двери проходит довольный хомяк. Буквально бежит вниз на крыльях, потому что в дверной звонок звонят, и только потом до меня доходит, что приехала её заебанная подружка.

– Привееееет!!! Привет, моя! Господи! Малыш! – слышу визги, а потом и…

«Доставка…». Судя по всему, потому что я слышу голос курьера.

– Ох, нифига себе… Твоей маме?

– Не знаю… – прислушиваюсь и угораю, встав возле лестницы.

– Для Евгении Х… Распишитесь…

– Огооооооо, – тут же вылетает изо рта её подружайки. – Дурной тон… Офигеть… Ну и потратился. Кто этот щедрый ухажер?!

– Прекрати, Наташ…

– Блин, я так писать хочу, столько в дороге терпела… Расскажешь потом, ладно? Где тут у вас туалет?!

Морщусь, представляя, как кто-то будет ссать в наш унитаз. И весь покрываюсь иголками, а тем временем она уже поднимается, а я делаю вид, что равнодушно спускаюсь вниз. Наши глаза встречаются. Её голубые, прям как у Лёхи, и мои, пропитанные ненавистью ко всему живому.

– Ты должно быть Ник… – бросает, пока я прохожу мимо, и даже не думаю знакомиться с ней.

– Ссать будешь – смыть не забудь, – отгрызаюсь следом.

– Не волнуйся, я нассу тебе под дверью. Смывать не придётся, – выдаёт она ответно, и я качаю головой пока иду на кухню. Такая же сука, как её подруга. Так и знал, блядь.

Вижу, как хомяк довольно несёт цветы от Жени Т. и ставит их в только что набранную водой вазу. Прям-таки от счастья сияет, как кура-гриль на прилавке.

– Смотри не тресни.

– Да пошёл ты… Сегодня прекрасный день. И даже ты мне его не испортишь, мудила, – выдаёт она, проплывая мимо меня, а потом нюхает букет.

Надо было всё же аммиаком побрызгать… Глядишь, вскинула бы свои четыре лапы кверху ещё перед вечеринкой…

Глава 22.

Евгения Хомова

Букет мне очень понравился. Даже более чем… Ощущение, что выбирали с душой. И мне приятно, что он так позаботился перед нашей первой официальной встречей.

«Спасибо большое, но не стоило тратиться».

«Надеюсь, ты улыбнулась? Я хотел тебя порадовать».

«Улыбнулась, конечно», – отправляю Жене и следую с Наташей наверх, пока она ругается с Лёшей. Очевидно, он ей не нравится, хотя я не понимаю почему… Он ведь правда хороший. Во всяком случае, намного лучше и приятнее Ника уж точно.

Чувствую себя сегодня такой загадочной. И букет мне прислали, и подруга приехала… Отчего-то у меня какое-то приятное послевкусие внутри, и ещё предвкушение прекрасного вечера. А уж когда Наташка достаёт из своего рюкзака шампанское, сомнений не остаётся. Вечер точно обещает быть томным и чудесным…

На этот раз подруга даёт мне своё платье. Красивое персиково-бежевого оттенка или даже цвета шампанского, с кружевом и тонким силуэтом. Я буквально не могу насмотреться на себя в зеркало. Она мне и волосы уложила, и подкрасила глаза… Лёгкие стрелки, тушь, румяна…

Красивая… Действительно красивая и возможно даже немного взрослая…

Боюсь идти вниз, если честно. Боюсь его взгляда. Его осуждения, а ещё очевидно того, что он может одним своим словом испортить мне весь настрой и желание куда-либо идти, но на этот раз Ник очень сильно меня удивляет…

Когда мы спускаемся, перепалка происходит между Лёшей и Наташей, а не между нами, и это немного скрашивает нашу совместную поездку, ведь пьяный Лёша привлекает всё внимание на себя. А Ник просто молчит и изучает меня, словно экспонат в музее… Я ведь вижу, что смотрит. Но понять не могу, что ощущает при этом. И что я ощущаю тоже… Странный трепет в груди.

– Сядешь ко мне на колени? – звучит из уст Лёши, и я чуть не давлюсь, если честно. Но Наташка быстро находит, что ответить. У неё так всегда. Она за секунды любого на место поставит. Талант…

– Слюни подбери…

– Я могу тебя обслюнявить, детка…

– Мы точно с ним поедем?

– Ну… – задумчиво отвечаю, пока голова немного кружится. – Лёша выпил, так что…

– Я отвезу, – какого-то чёрта заявляет Ник, а Наташка так на него смотрит после этого, что я готова сгореть от стыда. Улыбается и смущает меня до ужаса.

– Я же говорила… Твой-твой, – бормочет мне на ухо довольно.

– Прекрати, это не так!

– Ага, я что слепая по-твоему? – смеётся, пока идём до машины, а парни тащатся позади. Не слышу о чём они говорят, мне и Наташки хватает, потому что она несёт всякое, а мне отдуваться…

Когда садимся в машину, всё Лёшино внимание теперь на её ногах и платье, а я не знаю куда себя деть. Но самым кошмаром служит момент, когда я ловлю глаза Ника в зеркало заднего вида… И он так на меня смотрит, что у меня внутри всё сворачивается в клубок. Я понять не могу, что такое… Ему не нравится? Или нравится? Зачем он с ней расстался? Почему сканирует меня так, словно играет с огнём?

Я уже не знаю, куда смотреть, когда мы подъезжаем к месту. Естественно, напрягаюсь, когда Лёша выпрыгивает первым и подаёт мне руку… У Ника при этом, кажется, все мускулы на лице дёргаются. Но я подаю ему её и аккуратно следую вперёд с Наташкой, пока их ссора не достигла критических масштабов.

Уже там теряю Ника из виду, и оно к лучшему. Потому что я не могу сконцентрироваться на отдыхе. Тем более, что друзья постоянно собачатся, и некоторое время приходится сидеть одной и помалкивать, периодически натыкаясь на холодный взгляд своего сводного брата, проходящего мимо и здоровающегося со всеми подряд.

– Приветик, ты кто такая…

– А… Эм… Я не знакомлюсь… Жду друга, – отвечаю какому-то парню, который с противной дотошностью изучает мои ноги. Так, что приходится оттягивать платье вниз.

«Жень… Ты не приехал?».

Проверяю телефон снова и снова, как дура… Но он даже сообщения мои не читает, блин.

«Если ты стесняешься или… Я не из тех, кто будет осуждать».

– Ты с первого курса? – неожиданно подходит ко мне ещё один парень, и я уже плачу куда-то во вселенную, когда же Наташка вернётся, а?! Она сейчас чистит своё платье от пролитого Лёшей шампанского… Ну что им всем от меня нужно?!

– Да, но я жду своего парня, – нагло вру, лишь бы отстали, а потом Наташка с Лёшей наконец возвращаются… И я выдыхаю. Фууууф…

Через несколько минут после этого начинаются какие-то танцы, и Лёша тащит меня туда, чтобы я тоже оторвалась, но у меня какое-то стеснение внутри. Я не могу расслабиться. Совершенно… А причина тому – угнетающий взор, что витает вокруг, будто коршун, дожидаясь момента, когда я буду наиболее уязвима. Его карие глаза… В них точно есть что-то от лукавого.

Потом какой-то парень хватает мою Наташку за жопу, и я совсем не ожидаю, что парни начнут драться из-за этого, но Лёша с Ником буквально за секунды заставляют меня отпрыгнуть назад, избивая того парнишу, пока Наташка вцепляется в меня обеими руками.

– Наташ… Ты что натворила?!

– А я что?! Я ничего… Он меня лапал… Пусть огребает…

– Ужас… – наблюдаем за всем этим, и у меня ещё сильнее кружится голова. Не вечеринка, а катастрофа. Повсюду кровь, и мы уже такие прилично выпившие…

А затем Наташке звонит её мама. Они с ней вообще в странных отношениях. Она ей не доверяет, от слова совсем, а Наташа, между прочим, одна из ярых приверженцев секса после свадьбы… Мне кажется, что она своего Колю доломает. И он на ней женится в итоге. Потому что на ней невозможно не жениться. Она же у меня идеальная. Во всех смыслах. Сильная, независимая, гордая…

Я снова остаюсь одна. Лёша ушёл за ней, а я чувствую, как внутри всё колется, потому что Женя продолжает меня игнорировать.

– Эй… Сводная сестрёнка Ника! – слышу со стороны грубый женский голос, и вздрагиваю, покрывшись мурашками. Серые глаза смотрят на меня с ненавистью и яростью. Я даже немного цепенею на месте.

– Эм… Что…?

– Ты охренела совсем, сучка, его царапать?! – выдаёт девушка в толпе своих подружаек, пока я смотрю на неё и не моргаю.

– Не нужно меня оскорблять. Я вообще не знаю, кто ты и какое тебе дело.

– Я его девушка!

Ну, как будто я этого сразу не поняла… Видела же их уже возле металлоискателя. Какая же она противная, а… Сразу не понравилась.

– Поздравляю. А от меня тебе что нужно? – спрашиваю, стараясь максимально спокойно и равнодушно оценивать ситуацию. Если они захотят драться, то их как бы… Шесть, а я уже одна…

– А я тебе сейчас покажу что, тварина! – нападает на меня словесно, но и делает выпад, после чего я вдруг чувствую, как меня отдёргивают за плечо и закрывают собой так, что я оказываюсь позади него… Глядя на его каштановый взъерошенный затылок.

– Кира, не стегай, а. Пошла отсюда.

– Ник…

– Иди вон, поболтай лучше со Шмелевым, ты же не наговорилась…

– Ник, это вообще не то, что ты подумал…

– Да мне насрать, я ничё не подумал. Иди, говорю. Ты свободна.

Его голос и впрямь звучит так, словно он её бросил и перегорел. Но мне от этого не легче. Ведь всё выглядит так, словно мы с ним… Будто я и он…

– Ты её что… Теперь защищаешь?! – встаёт она в позу и смотрит на него волком, пока меня трясёт прямо за ним. Если честно, кажется, что я скоро сознание потеряю. – Сам же трепался, как её ненавидишь! Получается, ты врал мне?! Вы всё-таки трахались?! – выпаливает, отчего меня вообще начинает тошнить, и я сразу же сваливаю оттуда, потому что мне максимально неприятно это слышать. Ещё и позорит меня при всех. Я, если честно, очень удивлена, что он вообще меня загородил и заступился. Единственная логичная причина в том, что не хотел сцен при всех. Особенно о том, что у нас якобы что-то есть. Ему, наверное, и самому неприятно это слышать, учитывая, как сильно он меня ненавидит.

– Ебанутая ты, Кира… Голову подлечи, – слышу за своей спиной, после чего вылетаю на улицу и начинаю идти куда глаза глядят… Прохладный воздух моментально окутывает плечи, и я обнимаю себя за них, ощущая как дрожь расходится по всему телу… Слёзы накатывают на глаза. Я хотела хорошо провести вечер, а теперь ощущение, что все будут считать меня какой-то скрытой шлюхой Хорольского…

Чем дальше я ухожу, тем больше об этом думаю…

Звуки музыки становятся тише и мне немного страшно. А ещё холодно…

Но вдруг я слышу, что позади меня раздаются отчётливые шаги… В этот момент моё сердце и вовсе падает куда-то в пятки…

Глава 23.

Никита Хорольский

Что за дичь я творю – не знаю. Иду за хомяком, как её собственный хвост, потому что боюсь, что с ней в таком вот виде что-нибудь случится и самого себя понять не могу. Какая мне, нах, разница?! Ну и случилось бы! И что теперь?! Нет, не смогу вот так просто…

Она от страха еле ноги перебирает. Ещё и платье это блядское слишком короткое, чтобы что-то скрыть. Жопа, спина, сиськи… Ник, прекрати уже, а… Пусть хоть в колодец упадёт. Ты должен радоваться! Но почему-то не радуюсь, нет… Вовсе нет.

Ещё и Кира выбесила пиздец просто. Я впервые ощутил себя свободным. Будто оковы сбросил прямо там при ней. Ибо нахуя мне такие нездоровые отношения? Можно ли сказать, что это всё благодаря ей, не знаю… Но почему-то ощущаю себя лучше от осознания, что наконец всё прекратил. С концами.

Даже если мне сейчас приходится следить за этой блондинистой дрянью… Вот кто так одевается, а?! Кто?! Она там решила вообще всё внимание на себя привлечь? И вторая тоже, блин… Вырядились как две малолетние проститутки… Нет, конечно. Я пизжу… Красивое на ней платье. Просто бесит пиздец. Особенно, что к ней там подходили подряд, наверное, человек десять просто. И хотя она их шила, мне от этого явно не легче. Внутри горит, сука… Надо было точно Лёхе втащить тоже. За одни только взгляды и танцы. Гондон, сука, штопанный… Не может свои руки под замком держать. Всё время надо на нервы мне действовать. В беде бы я его не бросил, но потом хотелось в отместку по его роже следом пройтись…