Лес грешников Том 3

назад, во время вторжения пиратов и южных орков, Форс отправил

добровольцам сотню буханок, что привело к повышенным потерям среди

солдат. Поднялся скандал, и его понизили. И этот гарнизон — бывшая

первая кодра первого брига четырнадцатой «Камнерождённой» триги.

— Потери любви не прибавляют, — грустно проговорил Совин.

— Вот только всего, что нам не хватало, лежало на складах, и поставки

намеренно задержали. Да и если добровольцы не удержались, посыпалась бы

вся оборона. Кто-то решил подставить нашего командира и расплатился за

это нашими жизнями. Вот это точно выродки.

Пока Совин и старый вояка вели беседу, Кенси одержала верх со счётом

пять-три. Подуставшая и раззадоренная победами, она не хотела уходить:

её могло остановить только поражение. И вот против охотницы вышли сразу

трое арбалетчиков - из десятки лучших стрелков в лагере. Бой вышел

жаркий. Кенси использовала не только лук, но и дротики: смогла выбить

одного и ранить оставшихся, а потом её выбили.

Кенси стояла усталая и счастливая; на лице играла довольная по-детски

милая улыбка. — «Было весело», — шепнула она сама себе. Девушка

взглядом гуляла по собравшимся на трибунах. Солдаты хлопали и весело

кричали: они поздравляли, но не своих товарищей, а Кенси - и не с

поражением, а с победой. Сегодня охотница завоевала их уважение. Это

чувствовалось во всём: громких хлопках, выкриках поддержки, в голосах,

восторженных взглядах и мимике. Солдаты были в восторге от того зрелища,

что устроила охотница, и признавали её силу - от этого как-то по-особому

грело внутри. Подняв руку, Кенси громко произнесла: «Мы ещё вернёмся

и поиграем!». В ответ солдаты выкриками поддержали предложение повторить.

Прошло почти три недели. Несмотря на все требования Вихора, команда не

спускалась ниже третьего яруса. И вот в последний день перед отъездом,

добровольцы наткнулись на «караван»: больше десятка рабов тащили

различные грузы, рядом сновали вольные, а всех их охраняли когти и клыки.

Совин собирался пропустить крыс, но у Вихора нашлись другие планы - он

ясно дал понять, что либо они атакуют по плану, либо жнец начнёт атаку

сам.

Лазутчик отдал команды Кенси и Дони и сейчас ждал. Дважды щёлкнула

тетива – и стрелы воткнулись в ноги двух рабов, державших большие

носилки. Раненые крысы запнулись, и всё полетело на пол пещеры. Следом

Доня всадила большой магический снаряд в крупного клыка.

Крысы остановились, послышались крики, а Кенси и Доня продолжили бить.

Быстро разобравшись, что происходит, клык и пятеро когтей кинулись к

волшебнице и охотнице. Пущенная стрела подранила одного бегущего,

пятёрка магических снарядов уложила другого – расстояние быстро таяло.

Как вдруг, выскочив из укрытия и преграждая путь крысам, появился

паладин. Подпустив врагов поближе, Дюрен использовал вспышку света, а

следом из засады напали Вихор и Совин.

Атака была отбита, и стрелы с магическими снарядами продолжили лететь в

основную толпу крыс. Собравшись, враги кинулись единой гурьбой, желая

смести отряд. Добровольцы встретили атаку всем, чем могли. Кенси

стреляла почти не целясь, пуская стрелу за стрелой в ряды нападавших.

Доня, подпустив поближе, использовала магические путы. Вихор с фланга

рывком прорвал ряды врага и оказался в тылу, внося хаос. Крысы гибли, но

продолжали идти вперёд. Вот из врагов осталось только трое клыков,

пятёрка когтей и пара вольных.

Совин искал возможность подобраться к одному из клыков: тот здорово

орудовал двумя тесаками, а его доспех имел мало уязвимых мест. Лазутчик,

нащупав возможность, пошёл в атаку, уклонился от выпада. Следом крыс

отскочил назад, разрывая дистанцию. В воздухе что-то просвистело и

сильно ударило по ноге. Боль парализующими волнами расходилась по

мышцам. Лазутчик глянул на врага и только сейчас приметил, что, кроме

клинков в руках, на хвосте располагался утяжелитель. Клык победно взвыл

и кинулся добивать, но был встречен тычком посоха в голову: простой

короткий выпад при сложении встречных скоростей нанёс нешуточный урон.

Крысу зашатало, и он отступил. Воспользовавшись моментом, Диана наложила

целебные чары на ногу лазутчика. Пользуясь короткой передышкой, Совин

кинул взгляд по сторонам. Из врагов остались трое клыков и двое когтей;

вольные где-то жались в стороне, просто изображая агрессию. Один из

клыков оттеснил Вихора в сторону – у того по левой руке текла кровь:

теневой щит не смог полностью сдержать удар мощного противника. Второй

клык и пара когтей наседали на Дюрена, пытаясь пробиться к Доне и Кенси.

«Я к Вихору, а ты заканчивай здесь», — скомандовала Диана и побежала к

жнецу.

Одновременно с этим Доня погрузила здоровенного крыса с двуручным

топором в магический сон, а Дюрен ударил молотом. Врагов становилось всё

меньше. Подбежав к другу, Диана атаковала клыка со спины, нанесла мощный

удар посохом в коленный сустав – тот повалился на спину. Этим тут же

воспользовался жнец: рывком сократил расстояние и нанёс выпад, следом

крутанулся, рубанув клинком, словно плетью, оставил глубокую рану — враг

повержен. Осмотревшись вокруг, Вихор понял, что они победили. Рядом

стояла Диана и накладывала целебные чары. «Ещё немного, и можно будет

начинать собирать трофеи. А этот дурачок Совин хотел отсидеться. Сразу

же видно, они нам не ровня. А завтра уже уезжаем, так хоть не с пустыми

руками. Да разве этим дурням объяснишь».

Вечером команда вернулась в лагерь – пора собираться: завтра они

возвращались в новый Мелос. Совин поймал себя на мысли, что это место

стало чуточку своим. Теперь даже Вихор не возражал от сбора стрел. Хотя

в целом поведение жнеца начинало напрягать: впереди предстоял ещё один

сложный разговор. Совин не был уверен, что от слов будет толк, но он

лидер этой команды, а значит должен попытаться – и неважно, чего он хочет

сам.

Прошло почти двое суток: позади осталась дорога в неудобных телегах, и

сейчас Совин шёл в штаб сдать трофеи, а все остальные направились

прямиком в казарму. Перед тем как выдать деньги, оценщик потребовал,

чтобы парень поднялся к Андеру. Постучав в дверь и получив разрешение,

лазутчик вошёл в кабинет.

Когда Совин возвращался из штаба в казарму, его больше не беспокоил

возможный разговор с Вихором – теперь появилась проблема посерьёзней. По

приходу он собрал команду за столом во дворе и произнёс:

— Объявлена охота. — Эта новость вызвала у друзей испуг. Успокаивая

товарищей, Совин поспешно добавил: — Но это другая охота: будет

проходить зачистка территории.

— Это как? — спросил Вихор, словно ожидая подвоха. Первый шок от