Лес грешников Том 3

Озорной Сказочник

Лес грешников Том 3

«Хорошо быть одному, ни от кого не зависеть, ни от чего не страдать,

жить без страхов и боли - всё просто и понятно. Когда ты один, тебя

никто не сможет предать, ты не будешь страдать от потерь. Одиночество - не велика цена; для кого-то это непосильная ноша, но для меня, - грустная усмешка коснулась губ Совина, - никаких проблем». Боль старых потерь отозвалась далёким эхом, напоминая, что так и не исчезла из сердца. «Но теперь это всё в прошлом, мне больше некого терять.

Одиночество, словно защитный кокон: в нём можно спрятаться,

отгородившись от всех. Я привык оставаться один, потому что и в той

другой жизни предпочёл одиночество, это моё решение». Завеса, скрывавшая

воспоминание о другой жизни, по-прежнему непроглядной пеленой лежала на

памяти, но Совин просто знал, что всё было именно так. Одиночество его

не пугало и не тяготило, а скорей было ему привычно. «Наверно, как и в

том мире, столкнувшись с болью потерь, предпочёл отгородиться от всех,

— размышлял лазутчик, идя по улицам города, направляясь в трактир. —

На моих руках больше не будут гибнуть друзья — всё в прошлом. Да,

конечно, без акалита или послушницы я сам могу погибнуть, пусть так, но

и тогда всё пройдёт без боли и страдания, всё просто закончится». В нём

сейчас говорил не апатичный фатализм, а обычное равнодушие.

Две недели назад Совин покинул школу и обосновался в пустующей казарме

добровольцев, в крайней комнате на третьем этаже. За трофеи из тайников

последней команды он смог выручить два с половиной золотых — в

основном за кольцо и амулет шамана, украшенные драгоценными камнями.

Часть он потратил на учёбу, а на ремонт куртки пришлось добавить почти

все свои сбережения. Мастер Жуф запросил четыре золотых, а когда Совин

предложил три, разразился долгой тирадой, утверждая, что и так делает

большую скидку из уважения к наставнице Марте. Лазутчик быстро

поправился, объяснив, что это всё, что у него есть, и попросил сделать

хоть что-то, уложившись в данную сумму. Мастер Жуф, ворча в бороду, ещё

раз осмотрел куртку, порой заявляя в голос, что он не халтурщик и не

умеет делать как придётся, стараясь сэкономить. Но Совин понял: владелец

лавки согласен и ворчит скорее по привычке. В конце концов мастер Жуф,

оторвав взгляд от куртки, произнёс: — Хорошо, сделаю, что смогу, но за качество не отвечаю. И то только из уважения к наставнице Марте.

Куртка выглядела как новая, вот только теперь внутренний слой состоял не

из пластинок, а из кольчужного полотна. Совин не мог сказать, что она

стала легче, но вот в защите явно сильно проигрывала. «Не страшно, —

думал парень, — ведь главная броня лазутчика — это скрытность и

ловкость».

После всех трат в кармане осталось несколько серебряных монет, но Совин

не сидел без дела. Продолжал охотиться в одиночку на мелкие стаи дикарей

в лесу и зазевавшихся гоблинов в старом Мелосе. На жизнь вполне хватало.

Большую часть свободного времени лазутчик тратил на изучение старого

города, а он оказался поистине огромен. Продвинувшись далеко вглубь,

нашёл здание купеческой гильдии — место, где расположилась одна из трёх

банд, контролировавших город. После чего провёл целый день, изучая

окрестности и следя за гоблинами, засевшими внутри. Их было немало,

постоянно мелькали вожаки и громилы, пару раз Совин подметил шаманов.

Само здание гильдии с двух сторон прикрывалось каналами, а с другого

угла отгородилось каменной стеной около пяти метров в высоту. Настоящая

крепость: большие входные ворота надёжно заперты, все окна первого этажа

со стороны каналов наглухо замурованы, на втором и третьем этажах на

окнах добротные глухие ставни, которые с наступлением дня всё же

открывались.

Азарт и любопытство подталкивали Совина совершить вылазку, однако

здравый смысл отговаривал, убеждая, что чересчур опасно лезть в логово

врага, да и зачем? «Можно попробовать ночью», — промелькнула в голове

шальная мысль. На смену ей следом пришли воспоминания, пропитанные

липким, животным страхом, когда он валялся парализованный и мог только

наблюдать. И в голове одна мысль, одна мечта, чтобы тебя не нашли. Эти воспоминания подали ему другую

идею.

На следующий день, вернувшись в старый Мелос, Совин подыскал

подходящее место, им оказался чердак полуразрушенного трёхэтажного дома. Затем выследил отставшего от группы гоблина, после чего перетащил его тело, оставив на улице недалеко от выбранного укрытия и подальше от входов в подвалы. Покончив с приготовлениями, Совин забрался наверх, подавил своё присутствие, и начал ждать.

Солнце медленно клонилось к горизонту и спустя несколько часов скрылось.

Тени становились всё гуще, на небе появились первые звёзды и взошла

луна. Время медленно шло, Совин следил за бездыханным телом гоблина,

лежавшем на мостовой, и отгонял сон. Это оказалось непросто, вокруг

ничего не происходило, город притих и вскоре лазутчик начал клевать

носом, хотелось встать, размять затекшее от долгого сидения тело. «За

такую глупость наставница Марта, если узнает, устроит хорошую трепку»,

— пронеслось в голове. Чтобы хоть немного загладить свою вину, Совин

начал внимательно изучать окрестности, используя навык наблюдения. И

помогло.

Вдруг ухо уловило еле слышный звук шагов, сон как рукой сняло,

воспоминания той ночи вернулись тревожным колоколом, зазвенев в ушах. Н а

спине выступил холодный пот, захотелось вскочить и убежать. Но Совин

остался недвижим, он всё так же сидел на чердаке, не сводя глаз с

мёртвого тела. Вот из темноты подворотни неспешно вышло нечто, одетое в

лохмотья. Фигуру не получалось хорошо рассмотреть, правда, опытный глаз

лазутчика подметил немало деталей. Длинные тонкие руки и ноги, да и сам

обитатель подземелья был гораздо выше, чем хотел казаться, он горбился,

пригибаясь к земле. Осмотревшись по сторонам, «ночной гость» подошёл к

трупу, оглядев тело, взял за руку и потащил в подворотню. Обитатель

подземелья не заметил тонкую верёвочку, привязанную к ноге трупа,

натянувшись, она потащила за собой доску, служившую опорой второй, на

которой лежали камни. Камень упал, раздался звук удара. Гоблин в один

прыжок скрылся в тени подворотни, и вновь повисла тишина.

Одного этого прыжка хватило, чтобы Совин понял, тот быстр и проворен,

несмотря на свою якобы горбатую спину, — очень опасный враг. Прошло

полчаса и ночной гость вернулся, но уже не один, и пусть лазутчик больше

никого не видел, он чувствовал — кто-то остался в подворотне. Гоблин

подошёл к мёртвому телу, подметил верёвочку и палку, к которой та

тянулась, и, закрутив головой, стал озираться по сторонам. Пробежавшись

по первым этажам, поднял взгляд выше. Совин, встретившись глазами с

«ночным гостем», застыл, боясь пошевелиться, два крупных бледно-жёлтых

зрачка словно впились в него. «Он меня заметил», — проскочила в голове

догадка, сея панику в сердце. Но лазутчик, подавив трусливый порыв

кинуться наутёк, остался на месте. Гоблин посмотрел ещё немного, потом

перевёл взгляд на другой дом, никого не найдя, что-то проговорил. Из тени

вышли ещё двое, забрав мёртвое тело, они ушли.

С облегчением выдохнув, Совин перевёл дух, пусть ночная тень многое

скрывала, но уродливую морду обитателя подземелья парень смог хорошо

разглядеть. Она и без светящихся, словно видящих тебя насквозь глаз,

внушала страх. После всего случившегося сон как рукой сняло, дождавшись

рассвета, Совин вернулся в Мелос.

Вся эта история произошла три дня назад, а сейчас парень в отличном

настроении направлялся в трактир «У дяди Миши», ловко обходя прохожих.

Ещё в казарме перед уходом он подавил своё присутствие и сейчас старался

ни с кем не столкнуться. Конечно, люди его видели, но не замечали,

скользя глазами как по пустому месту, не задерживая взгляда. А стоит

Совину с кем-нибудь столкнуться, эта аура испарится, сделав его

заметным. Быстро идти не получалось, приходилось петлять, обходя людей

на улице, лазутчик никуда не спешил и устроил из этого своеобразную

игру, специально увеличив маршрут, шёл окружным путём. Уже не раз Совин

пытался так добраться от казармы до трактира, правда, ещё ни разу не

смог, что только подстёгивало азарт.

Не вышло и в этот раз, проходившая мимо пожилая дородная женщина вдруг

резко отшатнулась, увидев совсем рядом чёрную кошку, и налетела на

Совина, ойкнула, не ожидая столкновения, отшатнулась обратно, а после

залилась бранью в адрес неведомо откуда взявшегося парня. Посчитав за

лучшее не начинать разговор, лазутчик поспешил удалиться.

У дяди Миши, как всегда, было многолюдно, народ веселился. Сделав заказ,

Совин расположился за небольшим столиком под лестницей, не самое лучшее

место, зато здесь он оставался незаметным для других, а сам отлично

видел зал. «Девы битв» сегодня вернулись в город и сейчас гуляли,

празднуя за большим столом. Среди толпы весело гуляющих добровольцев

глаза быстро выделили друзей. Весёлая болтушка Кенси в свободной тунике

и рыжими волосами, собранными в пышную косу, а рядом как всегда

стеснительная и молчаливая Доня, только Дианы не было видно. Зато рядом

с ними стоял Вихор, хвастаясь своими подвигами. Все трое весело

смеялись, а их лица светились от счастья. На душе у Совина стало тепло и

радостно: у друзей всё хорошо, а это значит, что распустив команду, он

поступил правильно. Лазутчик с упоением наблюдал, как общаются Кенси,

Доня и Вихор. Его тарелка давно опустела, а медовухи осталось на

донышке. Уходить не хотелось.

А кроме того, по залу летал манящий аромат, заставляя рот наполняться

слюной. Сегодня дядя Миша колдовал на кухне, об этом рассказал помощник,

стоявший за барной стойкой. Совин поглубже вдохнул пленительный аромат и

память услужливо подсказала — жареная картошка. Он уже слышал о

фирменном блюде хозяина трактира, но ещё ни разу не попадал на него. Как

говорили, дядя Миша готовил редко, по настроению, и хоть блюдо казалось

простым, у него оно выходило как-то по-особенному. И вот по залу понесли

первые тарелки с жареной картошкой. Совин боролся с сомнениями: с одной

стороны, его манил аромат, заполняя рот слюной, а с другой — он опасался

встречаться с друзьями. «Зачем, ведь у них всё хорошо и так», —

твердила одна часть его сознания. «Да я быстро, туда и обратно, никто и

не заметит», — отвечала вторая. Совин не знал, как поступить, но сил

сопротивляться манящему аромату оставалось всё меньше и, наконец, он

решился. Выбрав момент, ужом проскользнул к барной стойке, заказал

порцию картошки и кружку медовухи, развернулся, собираясь обратно.

Как вдруг его кто-то поймал за руку. Обернувшись, Совин увидел Диану.

— О, привет, давно не виделись, отлично выглядишь! — проговорил

лазутчик, искренне радуясь встрече.

— Привет, да, прошло немало времени, — согласилась девушка, улыбаясь в

ответ.

— Видел Кенси и Доню, недавно вернулись? — поспешил задать вопрос

Совин, чтобы не пришлось врать, отвечая самому.

— Я не пошла к девам, охотилась с другой командой, — удивила своим

ответом Диана, — девчонок видела, но ещё не подходила, стоит

расспросить, где побывали.

— Хорошая идея, рад был увидеться, — проговорил лазутчик, собираясь

уходить, но девушка по-прежнему держала его за руку.

— А как у тебя дела? — спросила Диана, смотря в глаза.

— Всё отлично, — ответил Совин, постаравшись придать себе небрежный

вид, — охотился, всё как всегда.

— Где, с кем? — продолжала расспрашивать девушка.

— То там, то здесь, ты же знаешь, лазутчик нужен всем, — проговорил

Совин, аккуратно пытаясь высвободить руку.

— Как и послушница, — взгляд девушки стал более пристальным, казалось,

она хочет заглянуть внутрь и узнать, что у друга на сердце. — Так с кем

и где?

— Везде понемногу, одно время помогал новичкам освоиться в Мелосе, —

всё с тем же беззаботным видом сказал лазутчик.

— Понятно, — поговорила девушка, смягчив взгляд и успокоившись, и

потом вдруг добавила, — так, может, поохотимся вместе? Нам как раз

лазутчика не хватает в команде.

— М-да... — замялся парень, не ожидая такого предложения. — А знаешь,

да, как-нибудь стоит, отличная идея, договорились. Ладно, я пошёл, — но

девушка по-прежнему держала его за руку.

— Так может, завтра? — припирая его к стенке, спросила Диана.

— Завтра можно было бы, но я занят, дела, — неуверенно проговорил

Совин, — а так, идея неплохая, хотел бы, но не могу, — говоря это, он

кидал быстрые взгляды по сторонам, опасаясь повстречаться с кем-то ещё

из друзей.

— Совин, прошу тебя, не ври мне, я же всё вижу по глазам, — тихо и

очень грустно сказала девушка, — я была там, я шла этим путём, он ведёт

в никуда. Уж поверь м не. Это вы помогли мне оттуда выбраться и всё

осознать, и я тебя там не оставлю. Позволь мне помочь, не отворачивайся.

— Так у меня же всё хорошо, — ответил Совин, но голос его выдавал с

головой.

— Значит, завтра утром встречаемся на старом месте. Пообещай мне, что

придёшь, — сказала Диана, приблизившись и с надеждой смотря в глаза.

Девушка по-прежнему держала друга за руку, боясь потерять.

— Ладно, я приду, — согласился Совин, сделал паузу, — обещаю, — и,

подтверждая сказанное, повторил, — завтра утром на старом месте.

— До завтра, — сказала Диана, продолжая смотреть в глаза другу, вдруг

вспомнила, что держит его за руку, засмущалась и сразу отпустила,

добавив с лёгкой улыбкой на губах, — до завтра.

Совин вернулся за свой стол, в голове всё перемешалось, мысли путались,

сбивая с толку. Первой в голову пришла идея трусливо спрятаться,

затаиться и никуда не ходить, оставив всё, как есть. Вскоре принесли

картошку и медовуху, и лазутчик, не успев всё хорошо обдумать, решил

отложить до возвращения в казарму. А сейчас он насладится едой.

Картошка, нарезанная крупной соломкой, обжаренная до светло-золотистого

цвета, местами с более тёмной хрустящей корочкой, манила одним своим

видом. Над тарелкой поднимался прекрасный аромат с лёгкими нотами приправ

и душистых трав. Недолго думая, Совин насадил на вилку несколько

ломтиков и отправил в рот, с упоением начал пережёвывать, наслаждаясь

вкусом. Да, картошка от дяди Миши — это нечто особенное. Сделав добрый

глоток медовухи, отправил в рот вторую порцию, на зубах захрустели

обжаренные до коричневого цвета корочки, дополняя момент.

И хоть Совин был сыт, но не смог остановиться, пока не доел всё до

конца. Довольный, откинувшись на спинку стула, лениво потягивал медовуху

из большой деревянной кружки.

«А всё-таки не стоит скрываться», — подсказывало чутьё, — «бояться

нечего, сходим пару раз вместе на охоту и снова пойдём каждый своей

дорогой. Ещё не хватало, чтобы Диана начала меня искать, подключив к

этому делу остальных друзей. Вот тогда действительно станет сложно

доказать, что у меня всё хорошо». Допив, лазутчик внимательно осмотрел

зал, народ по-прежнему весело отдыхал, подметил друзей. Диана сейчас

общалась с Доней и Кенси. «Пора», — решил он, после чего покинул

трактир незамеченным.

Проснувшись ранним утром, Совин потянулся и встал. «Интересно, куда

Диана и её команда захотят направиться?» — промелькнуло в голове.

Закончив с защитой, одел поверх куртки перевязь со стилетами, дальше

кинжал и топорик убрал в висевшие на ремне ножны и чехол. Проверив перед

выходом всё ещё раз, взял накидку и двинулся к лестнице, спустился вниз

и направился к городским воротам. В голове пустота, сегодня всё будет

иначе, у той команды точно есть лидер, а значит, Совин может не

беспокоиться из-за ответственности, лежавшей на его плечах.

Сегодня он пришёл первым. «Наверно слишком рано встал», — решил парень.

Прислонившись к стене, начал ждать, когда соберутся остальные.

— Доброе утро, — поприветствовала Диана, подойдя к другу.

— Доброе, — проговорил Совин слегка удивлённо, послушница пришла не с

командой, а в паре с паладином. Поковырявшись в памяти, он вспомнил его.

Это был Дюрен — единственный выживший из новичков в охоте на орков.

— Остальные скоро подойдут, — прочитав удивление и сомнение во взгляде

лазутчика, пояснила Диана. И словно в подтверждение её слов, совсем

рядом раздался весёлый и такой знакомый голос.

— Всем доброго утра, — громко и звонко поприветствовала собравшихся

Кенси. Совин, не веря, перевёл глаза на охотницу, а опытный взгляд,

словно на автомате, быстро подметил изменение во внешнем виде подруги.

Добротная куртка с коротким рукавом до локтя явно скрывала внутри

защитные стальные элементы, длинные перчатки с щитками на внешней

стороне руки, новый более длинный лук, два кукри на поясе, второй колчан

на пояснице, праща и пара мешочков с ядрами.

— Совин, как я рада тебя видеть, — добавила девушка и, недолго думая,

заключила друга в объятья, — я скучала.

— Здравствуй, отлично выглядишь, — негромко проговорила Доня с

приветливой улыбкой на лице и, привыкшая более сдержанно выражать свои

чувства, просто помахала рукой. Новая сутана на волшебнице, с виду

простое платье, но Совин готов был поспорить, что и эта одежда скрывает

усиленные части, так же в глаза бросился более элегантный посох, пара

широких браслетов на руках, украшенных рунами и камнями, и небольшой

кулон на шее, состоявший из крупного прозрачного кристалла.

— Я очень рад всех вас видеть, — честно ответил Совин, сбитый с толку,

не понимая, что происходит, бросил вопросительный взгляд на Диану, такой

встречи он точно не ожидал.

— Ещё не все, — с лукавыми искорками в глазах проговорила в ответ

девушка. Парень подсознательно понял, кого имела в виду Диана, но не

успел это осознать.

— Смотрите и восхищайтесь мной великолепным и непобедимым, разящим

врагов направо и налево, — горделиво проговорил Вихор, скрестив на

груди руки, стараясь придать себе брутальный вид, — ликуйте, ибо

сегодня я пойду с вами и значит любой из врагов, что осмелится встать на

пути, будет повержен. — На лице жнеца играла самодовольная улыбка —

представление удалось, и главный зритель, он сам, был в восторге. У

Вихора полностью изменилась броня, она состояла из отдельных элементов,

лежавших внахлёст, покрытых твёрдыми чешуйками, размерами с крупное

яйцо. На голове шлем без забрала и сапоги с усиленным носком и защитными

щитками на голени. Из ножен торчал новый меч, немного шире предыдущего и

с удлинённой рукоятью.

— Ну что, куда пойдём? — спросила Диана, обращаясь к Совину.

— Куда? — растерянно, то ли сказал, то ли спросил лазутчик, всё

произошедшее только что сбило с толку, пробежался взглядом по друзьям,

все смотрели на него, ожидая ответа. — В старый Мелос? — неуверенно

проговорил он.

— Что? — удивлённо выпалил Вихор. — Какие могут быть гоблины, Совин!

Ты чего, одурел совсем или ослеп вконец? — остальные хоть и молчали,

но всем видом поддерживали сказанное жнецом.

— Я всё понимаю, каждый из нас стал сильнее, — заговорил лазутчик

более уверенным голосом, наконец наведя порядок в мыслях. — Но поймите,

мы не виделись полгода и мне надо понять, кто на что способен. А это

лучше делать как раз-таки со слабыми врагами в хорошо изученном месте.

Не кидаться же сразу на сильного и опасного противника, — повисла пауза,

друзья обдумывали услышанное. — К тому же у нас новый танк, —

добавил он, указывая на Дюрена. После этих слов Кенси, Доня и Вихор

обратили внимание на стоявшего рядом паладина.

— А я даже как-то и не подумала об этом, — задумчиво проговорила

Кенси, — не зря ты был нашим лидером, — добавила она, улыбнувшись.

— Да ты вообще редко думаешь, пугало, — едко подметил Вихор и хотел

продолжить, но охотница его опередила.

— Не старайся, я ещё вчера поняла, как сильно ты по мне скучал, но

условия те же, — и она покачала указательным пальцем, — вначале

придётся признаться.

— Вот ещё глупости, — буркнул жнец, — пошли, а то обоз пропустим.

Добровольцы, покинув город, погрузились в телеги и отправились в сторону

старого Мелоса. Сидя в одиночестве Совин размышлял о случившемся.

«Ничего страшного, поохотимся вместе день, может два, а потом друзья

разойдутся по кланам и командам. И всё вернётся на свои места», —

успокаивал себя парень. Хотя в груди появилось странное робкое чувство,

надежда, что команда снова соберётся вместе. Замотав головой, Совин

постарался избавиться от него, ведь он уже выбрал свой путь и если

поддаться соблазну и начать мечтать и фантазировать, потом при встрече с

реальностью останется только горечь разочарования.

Сегодня охота превзошла все ожидания, после первой стычки Совин понял,

что друзья не сидели на месте и сильно выросли, обучившись новым навыкам

и умениям, отточив старые. Доня теперь вместо одного магического снаряда

выпускала пять, Кенси била из лука быстрей, дальше и точнее, а Вихор

носился сломя голову, не замечая усталости. Понимая, что и ему нельзя

ударить в грязь лицом, Совин повёл друзей изведанным заранее маршрутом

от банды к банде, устроив настоящий марафон. Времена совместной охоты не

прошли бесследно, друзья отлично понимали друг друга и действовали

слаженно. Лишь Дюрен выбивался из общей картины, но сейчас отлично

справлялись и без танка. Правда, и Диана осталась без работы, и чтобы

совсем не сидеть без дела, девушка, решив поразмяться, перешла в первую

линию. Подхваченный наплывом позитивных эмоций и азартом, Совин забыл о

времени и даже о том, что они больше не команда. Казалось, не просто

вернулись старые деньки, когда они вместе охотились и жили под одной

крышей, а это их новая улучшенная версия. До вечера, когда настало время

уходить, они успели подраться шесть раз.

За разговорами и воспоминаниями путь до нового Мелоса пролетел

незаметно, и только войдя в город, Совин понял, что пришло время

прощаться. Натянул на лицо беззаботную маску, чтобы не выдать себя ни

словом, ни жестом. Лазутчик мог пытаться убедить себя в чём угодно, в

правильности своих поступков и принятого решения, хотя врать себе было

глупо. Ему не хотелось оставаться одному, особенно после сегодняшней

охоты, когда воспоминания прошлых счастливых дней нахлынули, захлестнув

с головой. Но выбор сделан, а значит, придётся врать друзьям, отыгрывая

роль до конца, главное, у остальных всё хорошо. Как вдруг:

— Слушайте, а давайте истопим баню, — неожиданно предложила Кенси и