Лес грешников Том 3

сразу же нашла одобрение среди друзей.

— Отличная идея, — поддержала Доня.

— Я за, — согласился Вихор, хотя обычно постоянно спорил с охотницей

просто из принципа.

— Тогда давайте так, вы в казарму и займётесь баней, — проговорила

Кенси, обращаясь к Совину и Вихору, — а мы за вещами и по пути купим

чего-нибудь на ужин.

— Правильно, — поддержала Диана, — а я пока схожу в штаб и сдам

трофеи, встречаемся на заднем дворе.

Команда разошлась. Не понимая, что ему делать, Дюрен пошёл с жнецом и

лазутчиком. Парни принялись за баню с привычной деловитостью бывалых,

подсказывая новенькому что делать. Натаскав воды и дров, затопили печь,

теперь оставалось только время от времени подкидывать в топку, пока вода

в баке не закипит, а камни не нагреются, вобрав в себя жар.

Расположившись во дворе втроём, ждали прихода остальных, сидели молча,

слова оказались не нужны. И если Дюрен порой кидал вопросительные

взгляды то на Совина, то на Вихора. То жнец и лазутчик просто

наслаждались моментом, словно вернулись в прошлое, когда боль утрат их

ещё не коснулась. Вскоре пришла Диана, передав всю сумму за трофеи

Совину, лишь коротко сказав: «Пусть как всегда будут у тебя». Парень не

стал спорить, лишь кинул незаметный взгляд на Вихора, жнец даже ухом не

повёл, словно это его решение. К тому моменту, когда баня истопилась и

настоялась, вернулись Кенси и Доня. Кроме корзинки с едой, каждая из

девушек принесла собой по рюкзаку с вещами. «Надо и мне завтра всё сюда

перенести, нечего зря за комнату платить», — проговорил Вихор, ни к

кому не обращаясь. Совин не знал, что и думать обо всём происходящем, он

по-прежнему не хотел себя понапрасну обнадёживать, зарубая на корню

любую мысль о том, что команда соберётся вновь. Но они как сорняки,

несмотря ни на что продолжали вылезать, набирая силу.

После бани друзья собрались за большим столом во дворе, как делали это

раньше, вокруг витала по-домашнему тёплая атмосфера. И даже Вихор,

поддавшись моменту, сменил свою обычную колючую манеру поведения на

более приветливую. Непринуждённое общение ни о чём прерывалось весёлым

смехом. Совин ждал, когда кто-нибудь заговорит о своих планах на

будущее, время шло, а эта тема оставалась в стороне. Тогда он сам, желая

навести ясность, словно невзначай спросил:

— Как поступим с деньгами? — проговорил лазутчик, положив на стол

кошелёк.

— Да пусть у тебя пока хранятся, ты же у нас казначей, — беззаботно

ответила Кенси, махнув рукой.

— Да, что там делить, — хмыкнув, согласился с охотницей жнец.

Совин сидел и не верил в происходящее, словно он спит и видит

прекрасный сон, настолько всё вокруг казалось нереальным. А его мысли об

одиночестве сейчас выглядели каким-то бредом выжившего из ума старого

затворника. Скользнув по друзьям глазами, встретился взглядом с Дианой.

Девушка чуть заметно улыбнулась самыми уголками губ, а её глаза словно

говорили: «Вот видишь, всё будет хорошо, я ни за что тебя не оставлю».

От той теплоты во взгляде тлеющий костёр уснувших чувств вспыхнул вновь,

разгораясь в груди с новой силой. Его жар немедля отразился на щеках,

заставив парня в спешке отвести глаза в сторону, чтобы хоть как-то

совладать с наплывом томительной истомы, защемившей сердце.

— А я вот с командой Риза плавал на Бургорские острова охотиться на

бронированных, гигантских ящеров, — хвастливо проговорил Вихор,

похлопав себя по груди, не обращая внимания, что сидел без доспехов.

Жнец стал первым, кто поднял данную тему. — Здоровенные твари, метров

пять-шесть в длину и это без хвоста, тело как бревно, — говоря это,

Вихор словно попытался обнять вековой дуб, — на голове рога, на спине и

боках шипы с локоть, а на хвосте здоровенная булава. Такая не то, что на

смерть зашибёт с одного удара, деревья в щепки крошит, — поняв, что

никто не будет подлавливать его на хвастливом преувеличении, а,

наоборот, с интересом слушают, Вихор залился соловьём. Вначале он

рассказывал о плавании туда, затем о смертельно опасной охоте на местную

живность, а под конец выдал историю о том, как он с командой Риза

сразили огромного и могучего ящера, самого большого когда-либо

обитавшего на тех островах.

— А мы с девами были на юге в джунглях, — начала рассказывать Кенси о

своих с Доней приключениях. — Девам пришло приглашение от городского

главы. Это что-то типа охоты, но можно отказаться, — чуть подумала, —

контракт, вот так это называла Тиара. Туда отправилась половина клана,

главы с нами не было, — и дальше охотница начала рассказывать историю о

своих похождениях. Её рассказ сильно отличался от Вихора, в нём не было

столько героизма, девушка описывала всё более спокойно, зато уделила

больше внимания местам, где побывали, особенно лесам и руинам, скрытым в

них. Правда, не обошла стороной охоту на рогачей. Совин быстро понял, о

ком идёт речь, рогачами добровольцы называли большую группу чудовищ

разных размеров: прямо ходящие на звериных ногах, среди которых

встречаются четырёхногие особи. Руки и торс больше напоминали

человеческие, а вот головы сильно разнились, у одних почти как у людей,

у других морды копытных животных, но у всех без исключения на голове

росли рога.

После того как Кенси закончила свой рассказ, общее внимание

переключилось на Диану.

— Мне сильно похвастаться нечем, мы с Дюреном охотились в паре на

землях проклятого княжества. Не так далеко отсюда, в центральных

имперских землях. Там обитает множество разной нечисти и прочая

мерзость. Самое то для послушницы с паладином, ведь мы оба из храма

Меридит. Я заодно помогла ему немного с обучением, у нас схожие пути.

Слушая Диану, Совин подметил, что в нём нарастает неприязненное чувство

к Дюрену, так словно тот забрал у него что-то важное или сделал

подлость. Лазутчик задумался, пытаясь подавить неоправданный негатив, и

не заметил, что все смотрят на него.

— Что-то случилось? — настороженно спросил Совин, опасаясь, что

мимикой мог выдать себя.

— Ты что, уснул? — беззаботно проговорила Кенси, мы рассказываем, кто

где был. — А ты где и с кем охотился?

— Ааааааа... — с облегчением произнёс лазутчик. — Если честно, сильно

похвастаться нечем. Но у меня есть вопрос, — и он замялся, — я хотел

спросить с нашего возвращения в Мелос, — сделал паузу, — у вас вроде

новые команды, кланы, они не против, что вы уйдёте? — наконец Совин

спросил то, что хотел узнать.

— Я в команду Риза вступил на время, — первым ответил Вихор. — Он

предложил сплавать за хорошей бронёй, не больше. Два тигра в одной стае

не уживутся, — добавил жнец, равняя себя и Риза, вызвав ехидные смешки

у девушек, прекрасно знавших, какая между ними разница.

— А нам у Дев были рады, да и в целом охота прошла хорошо. С ними

весело, — Кенси запнулась, подбирая слова. — Но это всё равно не то,

не наше, — посмотрела на Доню, волшебница кивнула, соглашаясь со

сказанным. — Поэтому, когда Диана вчера предложила собрать старую

команду и поохотиться вместе, мы согласились не думая. А теперь давай

рассказывай, где был, чего видел? — Совин с усилием подавил налезавшую

на лицо широкую улыбку и начал свой рассказ:

— Как я и сказал, хвастать особо нечем. После охоты на орков я временно

сменил школу, — эти слова вызвали удивление у всех сидевших за столом,

— пришлось удалить дерево и посадить снова, — примерно месяца полтора

провёл в школе охотников.

— О, как, — не сдержалась Кенси, — и чему учился, у кого?

— Прыжки, пробежки, кувырки и прочее, никаких боевых навыков. А обучал

меня Бугрод, леопард туманных лесов, — ответил Совин.

— Знаю такого, то есть видела пару раз, — улыбнувшись, пояснила

охотница. — Жаль, в пятнашки играть не умеешь.

— Не умею, но научусь, — уверенно проговорил лазутчик. — Потом

вернулся в свою школу, после удаления обучение пришлось начать с самого

начала, правда всё шло гораздо быстрее и легче. Да и что бы ни говорила

наставница Марта, обошлось дешевле. Правда, — Совин сделал паузу, — до

конца нагнать всё, чем владел, я так и не успел. Потом немного

поохотился в Мелосе, помог новичкам освоиться, а дальше мы встретились с

Дианой. Вот и всё.

На улице стемнело, ночная тьма затянула небо и лишь звёздочки крохотными

фонариками светились далеко в вышине. Несмотря на то, что завтра снова

рано вставать, друзья засиделись допоздна, расходиться никому не

хотелось.

На следующий день во время охоты Совин стал более пристально

приглядываться к умениям друзей, пытаясь лучше понять, на что они

способны. Доня, создавая одним заклинанием пять магических зарядов,

могла уложить двух гоблинов, или, создав один большой, нанести громиле

тяжёлую рану. Её магические путы стали гораздо прочней и могли за раз

удерживать больше врагов и даже для крупных и сильных противников

щупальца из тени становились серьёзной преградой. Девушка улучшила свой

контроль, и это позволило повысить силу заклинаний. Как результат облако

морока теперь летало со скоростью выпущенной стрелы. Услышав похвалу в

свой адрес, волшебница с виноватым видом подметила, что стихийная магия

ей так и не покорилась.

Кенси подняла уровень боевых навыков не только владения луком, стала

пользоваться пращой, запуская тяжёлые ядра в цель, те пробивали лёгкую

броню, оставляя опасные раны. Также в целом улучшила свою скорость и

подвижность. Решив продемонстрировать всё, на что способна, Кенси

довольно быстро уложила громилу, всадив в него несколько ядер, вначале

уничтожив коленный сустав и обездвижив противника. А после точным попаданием в голову добила гоблина, его не спас даже кожаный шлем.

При следующей стычке, с кукри

наголо пошла в рукопашную; вертясь волчком, охотница наносила увечья и

не старалась убить противника сразу. Подрезала мышцы и сухожилия, лишая

подвижности или оставляла тяжёлые, кровоточащие раны. Правда за такое

геройство после боя получила дружный выговор от друзей, только один

Вихор остался доволен поступком охотницы, хоть и высказал похвалу в

своей манере.

Сам же жнец не упускал возможности покрасоваться: его рывки преодолевали

большие расстояния за раз, да и летал он быстрее. Владение тенью так же

заметно подросло, теперь во время «скольжения по тени» он мог нанести не

только колющий выпад, но и рубящий удар. Держа меч двумя руками, он

заканчивая скольжение, начинал проворачивать корпус как Тихрен, складывая

силу и скорость обоих движений в единую атаку, из-за чего удар выходил

поистине страшным. Удачно поймав момент, он чуть не развалил вожака

гоблинов на две части. Кроме этого, войдя в азарт и желая покрасоваться,

Вихор подставился под атаку, заблокировав летящий в него палаш щитом из

собственной тени. Выглядело очень впечатляюще. Вот только Совин понимал,

если ударит не гоблин, а орк, теневая защита этого уровня не выдержит.

Дюрен, отстававший от остальных, тоже показал себя с лучшей стороны,

доказывая свою пользу для команды, отлично справляясь с ролью танка. В

отличие от Буна, парень орудовал одноручным оружием, держа во второй

руке треугольный щит, примерно метр в длину и сантиметров семьдесят в

ширину по верхней кромке. Паладин не только принимал атаки на щит, но

мог им неплохо ударить, оглушая врага, или же заставить его на мгновение

вспыхнуть, ослепляя нападавших гоблинов. Да и его одноручный молот не

стоило списывать со счетов: оружие отлично справлялось с бронированными

противниками, нанося серьёзные раны. Одна Диана не могла

продемонстрировать свои новые навыки, но в команде и так каждый знал, на

что способна послушница и полностью ей доверяли.

За следующие четыре дня жизнь вошла в привычное русло, словно и не было

полугодового расставания, друзья действовали чётко и слаженно, оставляя

Диану без работы. Вечерами команда собиралась во дворе казармы; следуя

примеру Кенси и Дони, туда же перебрались и остальные. За эти дни Совин

с друзьями хорошо почистил руины старого города от мелких банд и,

значит, напоследок стоит выбрать цель покрупней. Лазутчик хорошо изучил

форпосты за то время, пока гулял по старому Мелосу в одиночку. Накануне вечером объявил всем о завтрашней цели. «Давно пора, а то сколько можно всякую шушеру гонять», — довольно проговорил Вихор, и остальные считали также.

И вот сегодня команда подобралась к добротному двухэтажному зданию с

маленькими окнами, казалось, тяжесть времени и разорение, свалившееся на

город, обошли его стороной. Данный форпост на первый взгляд не имел

слабых мест для скрытного проникновения, но сейчас команда достаточно

сильна, чтобы пробиться в лоб. Специально выбрав банду без шамана, Совин

обезопасился от возможных магических сюрпризов, что сильно упрощало

штурм.

Подобравшись как можно ближе, добровольцы залегли, выжидая момента.

Вначале Кенси точными выстрелами сняла часового, сидевшего на крыше, ещё

двух ходивших по земле убрали Совин и Вихор, выскочив из засады, и

следом вся команда кинулась к распахнутым дверям. Крупный громила

попытался закрыть тяжёлые створки ворот, но тут же погрузился в

магический сон; гоблин, кинувшийся к нему, в попытке разбудить,

подставился под стрелу. Ещё пара секунд и вырвавшийся вперёд жнец

оказался в дверном проходе, не отвлекаясь на спящего громилу, добил

раненого гоблина и схватился с ещё двумя спешившими на помощь.

Увернувшись от атаки, Вихор рубанул наотмашь, оборвав жизнь одного из

наседавших на него врагов; отступив на шаг назад, уклонился от выпада,

скользнул влево, готовый контратаковать. Как вдруг раздались сухие

щелчки тетивы, жнец среагировал, инстинктивно выбросив левую руку

вперёд, создавая теневой щит; одна стрела, пробив возникшую в воздухе

преграду, истратила убойную силу, бессильно ударилась о нагрудник, не

причинив вреда, вторая пролетела мимо, а третья угодила в спину рядом

стоявшего гоблина. Окинув взглядом зал, в котором находился, Вихор

подметил трёх лучников, засевших на втором этаже. Пробиваться одному

опасно, да и ни к чему — главную задачу он выполнил.

Вскоре подоспели остальные. Хорошенько размахнувшись, Дюрен раскроил

череп спящему громиле, затем активировал защитные чары, его доспех и щит

начали излучать неяркий свет. Надёжно перекрывшись щитом, паладин

двинулся вперёд, привлекая внимание к себе. Вновь щёлкнула тетива, две

стрелы бессильно отскочили от щита, а третью отразил барьер.

Воспользовавшись моментом, Совин и Вихор разбежались в разные стороны,

укрывшись под вторым ярусом как под навесом, оказались в недосягаемости

для лучников. Кенси, скрываясь за могучей спиной паладина, высунулась на

мгновение и пустила стрелу в сидевшего наверху, гоблин в последнюю

секунду отскочил в сторону, избежав ранения.

Скрывшись за опорой площадки второго этажа, Совин выжидал момента для

резкого рывка вверх, по звуку шагов понял — к врагу прибыло

подкрепление, но это ничего не меняло. Бросил взгляд на товарищей, Дюрен

медленным уверенным шагом приближался к лестнице, ведущей наверх. В этот

раз из-за спины товарища высунулась Доня, запустив во врага магический

снаряд, и спровоцировала ответную атаку.

Не теряя больше ни секунды, Совин вскарабкался по опоре на площадку,

оказавшись наверху, выхватив топорик и стилет, налетел на ближайшего

врага. Обманный выпад заставил гоблина сместиться влево и следом точный

удар стилетом в область шеи. Совин хотел прорваться к лучникам как можно

быстрей, но следующим ему дорогу перегородил вожак, высокий и поджарый,

с небольшим щитом и истоком в другой руке. Уклонившись от первого

выпада, лазутчик постарался достать противника, но дистанция оказалась

слишком большой. Пользуясь преимуществом в длине рук и оружии, вожак

начал теснить Совина, понимая, что ширина площадки не позволяет человеку

обойти, вынуждая атаковать в лоб. Отскочив на пару метров назад,

лазутчик, перехватив стилет, швырнул его; клинок, угодив в ступню, нанёс

незначительную рану. Хватило и этого, чтобы гоблин ненадолго отвлёкся,

резкий рывок и Совин оказался почти в упор с противником, и следом серия

колющих атак в незащищённый бок. Осев на площадку, вожак открыл

возможность для стрельбы ближайшему гоблину, тот уже натянул лук, но не

успел спустить тетиву. Несколько магических снарядов один за другим, ударили по нему. С другого фланга врагов теснил Вихор, а в лоб шёл Дюрен,

закрывая от обстрела девчонок. Паладин, наконец, достиг лестницы и начал

подниматься. Последние двое гоблинов, испугавшись, кинулись наутёк.

Не желая упускать «свою добычу», Вихор мощным рывком догнал в коридоре

одного, пронзив его мечом, и тут же кинулся дальше. Настичь второго жнец

смог только в зале у самого входа, первым ударом по ногам свалил на пол,

а дальше в ход пошёл меч. Подняв глаза, Вихор увидел группу гоблинов, не

меньше десятка, они стояли в другом конце зала и не спешили атаковать, с

боковых коридоров к ним постоянно сбегались новые. К тому моменту, когда

друзья нагнали Вихора, врагов собралась немаленькая банда: трое громил,

пара вожаков и полтора десятка мелочи.

— Идём в лоб, — скомандовал Совин. — Дюрен первый, Диана замыкаешь.

Кенси, Доня, бейте при первой возможности. Мы с Вихором прикроем с

флангов. Двинулись. Выйдя из коридора, добровольцы собрались в плотную

группу и небыстрым шагом двинулись на врага. Кенси, выскочив из-за

спины паладина, всадила две стрелы в одного из вожаков, Доня, дочитав

заклинание, создала большой магический заряд и точно запустила его в

громилу. Гоблины оставались на месте, лишь криками и рёвом выдавая свою

воинственность. Опасаясь ловушки, Совин закрутил головой, но ничего не

заметил, да и чутьё лазутчика молчало.

Подпустив людишек поближе, из рядов гоблинов вышел громила, скидывая

медвежью шкуру и распрямляя спину. Он оказался просто огромным, на

голову выше всех, кого Совин встречал в старом Мелосе, без брони и почти

без одежды, тело украшало множество шрамов, в одной руке он держал

ужасающего вида палицу, а в другой зазубренный тесак. Воткнувшуюся в

него стрелу синекожий гоблин просто не заметил, и словно этого оказалось

мало, резанул по груди тесаком, пуская себе кровь. За несколько секунд

ярко-голубая кожа приобрела красноватый оттенок, а изо рта вырвался

гневный рёв. Впав в боевое бешенство, громила кинулся на людей, увлекая

всю банду за собой.

«Дюрен, он твой. Кенси, Доня, бейте по остальным», — резким отрывистым

голосом скомандовал Совин. Охотница одну за другой пустила две стрелы в

наступающего врага, волшебница, дочитав заклинание, создала пять

магических снарядов, ударила по бежавшим в первых рядах. Раненые падали

под ноги, их, не замечая, затоптали свои же.

Подпустив поближе впавшего в боевое безумие гоблина, Дюрен применил

вспышку света, это не остановило громилу, но дезориентировало его, и

первая атака палицы пролетела мимо. В ответ паладин достал врага

молотом, но тому оказалось нипочём. А следом до добровольцев добежали

остальные, стараясь, словно волна, захлестнуть «глупых людишек».

Команда распалась, и тут же в нескольких местах закипел бой. В центре

Дюрен сражался с громилой, никто из гоблинов не рискнул помочь собрату,

прекрасно понимая, что обезумевший берсерк, не задумываясь, зашибёт

любого, кто подвернётся. Неподалёку Совин и Диана отбивались от

наседавших на них зеленокожих, из-за спин которых, ловко орудуя

алебардами атаковали двое вожаков. Пара громил и остальная мелочь

теснили Вихора, Кенси и Доню. Двое самых прытких, уже успели

познакомиться с мечом жнеца и сейчас валялись на полу. Помогая другу,

девчонки, пятясь, осыпали наступавших магическими зарядами и стрелами.

Совин, уклонившись от выпада алебарды, следом провалил на себя

зеленокожего, точным ударом всадил топорик в затылок. Лазутчик решил

воспользоваться подвернувшимся моментом, проскользнуть в образовавшуюся

брешь, и добраться до вожаков, но путь ему тут же преградил новый враг,

а звук алебарды, разрубающей воздух, заставил отскочить, уходя от атаки.

Рядом дралась Диана, раздавая увесистые оплеухи зазевавшимся гоблинам.

Дюрен, приняв на щит очередную тяжеленную атаку, заскрипел зубами, но

устоял и в ответ угостил громилу молотом. Казалось тому всё нипочём,

хоть паладин точно слышал, как после одного из его ударов треснули

ребра. Выкинув всё лишнее из головы, Дюрен старался действовать с

холодным расчётом, по возможности уворачиваться от страшнейших атак

соперника, если не получалось, то принимал на щит. И бить, бить в ответ

каждый раз, когда подворачивался шанс. Враг просто пёр вперёд, сыпя

атаки, не замечая ответных ударов молотом. А Дюрену оставалось лишь

надеяться, что его щит продержится дольше, чем тело гоблина.

Отступая, тройка добровольцев очень быстро оказалась в углу, и тут

вперёд пошли последние двое громил, желая в решительном натиске

покончить с людишками. И не заметив, угодили в западню: сотканные,

словно из тени, щупальца обвили их тела, сковывая движения. Стоявшие

позади зеленокожие замерли в нерешительности, боясь подойти.

Воспользовавшись моментом, Вихор ткнул свой клинок в зазор между шлемом

с глухим забралом и нагрудником, а Кенси практически в упор всадила

стрелу в прорезь для глаз второму.

Совин отступил, уходя от размашистой атаки, палаш лишь рассёк воздух, и

этим тут же воспользовалась Диана, приложив гоблина посохом по голове.

Вдруг оказалось, что добровольцев от вожаков отделяет последний

зеленокожий. Ловко проскользнув вперёд, лазутчик поравнялся со стоявшими

во втором ряду, подсел, всадив каждому в ногу по стилету и нырком ушёл

дальше, касаясь пола руками, перешёл в кувырок и вновь разорвал

дистанцию, отвлекая на себя внимание противника. Звук удара - и последний

зеленокожий оказался на полу. Теперь их осталось двое на двое.

Подловив впавшего в боевое бешенство громилу, Дюрен снова использовал

вспышку света, уклонился от летящей дубины, и что было сил ударил в

грудь. Внутри затрещали ломающиеся ребра, молот пробил грудную клетку.

Гоблин зашатался и упал замертво. Переводя дух, паладин окинул взглядом

зал, друзья добивали последних врагов. Это победа.

Обыскав дом и собрав трофеи, друзья не направились обратно в город, а

двинулись к следующему форпосту. Совин всё просчитал наперёд:

добровольцам удалось незамеченными проникнуть внутрь. Пока гоблины