Читать книгу Последний амулет мертвеца (Ольга ОСА) онлайн бесплатно на Bookz (2-ая страница книги)
Последний амулет мертвеца
Последний амулет мертвеца
Оценить:

4

Полная версия:

Последний амулет мертвеца

А я тут. В белых коротких шортах. С голыми ногами до самого «ой».

Надо б переодеться, чтоб не привлекать внимание.

Легко сказать. Денег — ноль. Знакомых — ноль. Понимания, где я, — минус один.

Я посмотрела на свои ноги и представила, как мои белые шорты превращаются в белые клешеные брюки. Было б здорово…

И…

Шорты на моих глазах начали удлиняться.

Пока не превратились в брюки.

Я хлопнула глазами. Нет. Не исчезли. Моргнула еще раз — пожестче. Все еще брюки. Белые. Клешеные. Как мечтала.

Потрогала руками.

И…

Мои руки просто провалились сквозь «ткань» и коснулись кожи на ногах.

— О-фи-геть! Да это ж иллюзия!

Проходящая мимо тетка в чепце покосилась на меня, как на умалишенную. Я ей улыбнулась самой лучезарной из своих улыбок. Тетка ускорила шаг.

Ничего не понятно, но очень интересно.

Ладно. Надо б найти ночлег. Может, консульство… Пусть меня домой отправят. Хотя какое, к черту, консульство, если я, похоже, даже не на своей планете. И тут я похолодела. А что если я реально подавилась шавермой, купленной на ворованные деньги, и… и… и я умерла?

А это тогда что? Рай? Ад? Чистилище?

Я тряхнула головой. Волосы — рыжие, свои, еще не крашенные ни разу этой краской, о которой я тогда даже не подозревала — хлестнули по щекам.

Отставить панику!

Я от китайских бандитов сбежала не для того, чтобы сейчас растечься лужицей жалости к себе. Война план покажет. И я пошла в ту сторону, где мне показалось — больше домов.

Через пару шагов я заметила, что «брюки» стали прозрачнее. Как будто кто-то убавил резкость в фотошопе. Я нахмурилась и мысленно добавила плотности. Так-то лучше.

Я пока не понимала, как это работает. Но раз работает — значит, будем пользоваться.

Я забрела на местный рыночек.

Шум, крики, запахи — свежего хлеба, жареного мяса, рыбы, каких-то специй, которых я в жизни не нюхала. Прилавки, навесы, корзины с фруктами непонятного происхождения — что-то фиолетовое, пупырчатое, с хвостиком. Люди в юбках, в плащах, в смешных шляпах с перьями. Я глазела на все это, как ребенок в зоопарке.

Обратила внимание на деньги, которыми расплачиваются. Монеты. Медные, серебряные, какие-то совсем мелкие, бронзовые. У меня с собой китайские юани. Они здесь не котируются — в этом я была уверена примерно на сто процентов. Но кушать очень хочется. Желудок уже не ныл — он откровенно скандалил.

И тут я увидела, как пацаненок украл у мужика кошель.

Шустрый такой, лет десяти, босой, в драных штанах. Подрезал на ходу — красиво сработал, если бы я не следила за толпой, не заметила бы.

Отлично.

Я юркнула за ним. Проследила до переулка. И там, когда он остановился перевести дух, — схватила тщедушное тельце за ворот.

— Воровать нехорошо!

— Отпусти, дылда!

— И оскорблять тоже.

Пацан заизвивался, как уж на сковородке. Худой, легкий, одни кости и злые глаза.

— Чего ты хочешь? Шакалам сдашь?

— Пфф, вот еще! Делись давай!

Пацан аж дергаться перестал и ошарашенно на меня уставился. Видно было, как у него в голове крутятся шестеренки — такой вариант развития событий в его картину мира не вписывался.

— Ну а что ты хотел? — я пожала плечами. — За все надо платить. Украл, выпил, в тюрьму! Не хочешь в тюрьму — делись.

Пацан все так же глядя на меня пятирублевыми монетами в глазах, медленно достал кошель из-за пазухи. Я ловко вырвала кошель из его рук, одновременно его отпуская.

— Эй! Это мое!

— Не «Эй», а Крис.

И я абсолютно спокойно открыла кошель. Вытащила деньги. Пересчитала их — не быстро, медленно, с чувством, с толком, под его возмущенное сопение. Ровно половину отдала мальцу. Вторую половину убрала в карман шорт, которые все еще были брюками.

И тут услышала за спиной:

— У меня в кошельке был маячок для отслеживания! Нам сюда!

Голоса — мужские, уверенные. И тяжелый топот сапог следом — несколько пар. Стража. Обокраденный мужик, похоже, оказался не промах — пошел не ругаться на рынок, а сразу в стражу, с маячком наперевес. Умно. И очень не вовремя.

— Вот блин! Бежим, мелкий!

И мы рванули.

Через рыночные ряды — задели прилавок с какими-то глиняными горшками, за спиной грохот, мат, — через узкий переулок, через чей-то двор с развешенным бельем, — простыня хлестнула меня по лицу, пахнуло мылом, — снова в переулок, за угол, еще за угол. Пацан бежал, как заяц, — я с трудом за ним успевала. Хорошо хоть босоножки на мне были без каблука — иначе ковыляла бы, как цапля, и давно уже сидела бы в местной каталажке.

Наконец, выдохшись, мы остановились в каком-то тупичке. Пацан смеялся — беззвучно, трясясь всем своим худеньким телом. Потом ткнул в меня пальцем:

— Ого! Ты штаны потеряла, пока бежала!

Я опустила глаза. И правда — на бегу не до концентрации было, брюки растаяли, остались мои белые шорты, с рваным, кстати, краем — тоже на бегу где-то зацепила.

Я хмыкнула.

— Есть такое. Ладно, пора прощаться. В следующий раз убедись, что тебя точно никто не видел.

И, подмигнув пацаненку, я вышла на шумную улицу рынка — предварительно вернув себе «брюки».

Надо купить поесть.

Я медленно шла вдоль прилавков, принюхиваясь. Ммм… Какие плюшечки. Румяные, золотистые, посыпанные чем-то вроде корицы, лежат горкой на деревянном подносе. Рот наполнился слюной. Я подошла к торговке — круглой тетке с добрыми глазами, — протянула монетку. Та что-то мне буркнула — то ли «на здоровье», то ли «проваливай», я не разобрала, — но плюшку дала.

Я взяла плюшку и медленно пошла, попутно смакуя нежный горячий мякиш. Внутри — что-то вроде повидла, сладкое, тягучее. Я прикрыла глаза от удовольствия. После суток без еды это было божественно.

Но далеко я отойти не успела.

На меня просто заорали:

— Куда прешь, дылда рыжая?!


Глава 2

Я чуть не подавилась ароматным мякишем. Огляделась по сторонам, ища глазами наглую базарную торговку. Никого. Прохожие спешили по своим делам, не обращая на меня никакого внимания.

— Эй! Покажись! — буркнула я в пустоту. — А то из-за угла оскорблять мы все горазды!

— Так ты еще и слепая вдобавок. Под ноги надо смотреть!

Я на автомате опустила глаза. И если бы за секунду до этого я не проглотила кусок выпечки, то он бы просто вывалился у меня изо рта.

Прямо передо мной на брусчатке сидела... белочка.

Реальная. Живая. Рыжая. Белка!

Она стояла на задних лапках, сложив передние на пушистой груди, и недовольно отстукивала ножкой (?) по камню, глядя на меня снизу вверх с явным превосходством.

— Что вылупилась, рыжая? Белок никогда не видела? — пискляво, но очень чётко произнесла животинка.

— От рыжей слышу, — на автомате парировала я.

И тут же замерла. Все. Приплыли. Я словила белочку. В прямом, так сказать, смысле. Вот оно, рыжее, пушистое доказательство сидит прямо передо мной и права качает. Значит, вариант с попаданием в другой мир отменяется. Я либо умерла от той шавухи, либо лежу сейчас где-то в подворотне Хайнаня, пускаю пузыри от тяжелого пищевого отравления и вижу галлюцинации.

Я молча, абсолютно отрешенно развернулась от предмета моего сумасшествия на сто восемьдесят градусов и пошла в противоположную сторону.

Ну белочка... Ну словила... Ну бывает. У людей вон и зеленые человечки по стенам ползают. Может, меня еще откачают?

— Эй! Ты куда пошла?! Мы еще не договорили! — донеслось мне вслед.

Так, главное правило работы с галлюцинациями: если сделать вид, что я ее не слышу, то она сама развеется. Ведь так? Я начала ускорять шаг, стараясь слиться с толпой и не слышать этот возмущенный беличий голос. Говорящая белка... Нет, ну а что такого? Автобусы вон в моей коме летают без колес, почему бы и белкам не разговаривать?

Тут до моего слуха донесся нарастающий шум за спиной. Я рефлекторно развернулась, и в этот момент прямо мне в грудь пушечным ядром вписалась та самая белка. Острые коготки вцепились в мою футболку.

— Че встала как вкопанная?! Ходу давай, ходу! И спрячь меня, быстро! — заверещала она, пытаясь забиться мне под мышку.

Я подняла глаза и увидела, как к нам, расталкивая торговцев, на всех парах несутся двое стражей правопорядка в форменных камзолах.

Бежать бессмысленно — догонят за два шага. Да и, может, это вообще не ко мне? Но, судя по тому, как они сфокусировали на мне взгляд, — именно ко мне.

Так. Мои иллюзорные штаны на мне? На мне.

— Не шевелись и молчи. Ясно? — прошипела я сквозь зубы.

Я сказала это так грозно, что белка ошалело сглотнула и лишь торопливо кивнула.

А я зажмурилась на секунду и представила, во всех мельчайших подробностях, что на руках у меня сидит не белка, а маленькая, рыжая, пушистая кошечка с белым пятнышком на носу.

Хорошо. Теперь штаны. Блин, они от волнения почти исчезли, опять просвечивают коленки!

Надо как-то удерживать концентрацию на двух предметах одновременно и при этом непринужденно пообщаться со стражей. Вдох-выдох. Я профессиональная ведущая, я проводила корпоративы, где дрались не на жизнь, а на смерть. Я справлюсь. А потом найду библиотеку. Нужно срочно понять, как с этими голограммами работать. И кажется, я все же не умерла, а реально оказалась в магическом мире с говорящими белками. Потому что галлюцинация оказалась не эфемерной, а очень даже живой, теплой и с бешено колотящимся сердцем.

— Доброго дня, несси! — один из стражей тяжело дыша затормозил прямо передо мной. — Можно вашу белку?

— Здравствуйте, господа, — я захлопала ресницами с самым невинным видом. — Какую белку?

— Мелкую рыжую воровку, что у вас на руках! — нетерпеливо выдал второй страж.

— Простите... — я возмущенно выгнула бровь. — Зачем вам моя кошка? И почему вы ее называете воровкой?

Я приподняла белку, скрытую под иллюзией кошечки, на уровень своего лица и укоризненно цокнула языком:

— Рыжуля, я не поняла? Ты снова сосиски у мясника воровала? Но тебе же нельзя столько жирного! Животик болеть будет! А уж какая вонь потом от тебя по всему помещению...

Боже, какой же бред я несу! Но... стражи, тяжело дыша, ошалело уставились на мою «рыжую кошку».

— Простите, несси... Обознались, видимо, — первый страж сконфуженно потер шею. — Белка тут на рынке промышляет. Ворует безбожно. И ладно бы орехи таскала... Так она, зараза, дорогие ювелирные украшения ворует у зевак! Вот зачем белке золотые броши, спрашивается?!

Мужики синхронно почесали затылки.

— Еще раз извините. Ввел в заблуждение окрас вашей кошечки. Доброго дня. Увидите наглую белку — скажите любому из стражей. Мы давно уже ее ловим.

Они козырнули и разочарованно побрели прочь, вглядываясь в толпу.

— Фух! — выдохнула белка мне в грудь. — Чуть орехов тебе в руки не наложила от страха!

— Вот давай только без твоих «орехов» мне в руки, — поморщилась я, поудобнее перехватывая пушистое тельце. — Что украла? Показывай!

Но белка не спешила хвастаться добычей. Она уставилась на меня черными бусинками глаз.

— Ты менталист? Почему они видели во мне кошку?

Я лишь хмыкнула и, аккуратно придерживая животинку на сгибе локтя, подошла к зеркалу, выставленному у одного из антикварных лотков.

— Мать моя, белочка! Я кошка! — взвизгнул зверек, увидев свое отражение. — Эй, рыжая! А ну быстро расколдовала меня обратно!

— Эмм... Тут есть небольшая загвоздка, — протянула я.

Я быстро отошла с причитающей белкой подальше от людских глаз, в подворотню.

— Какая еще загвоздка?! Я не хочу быть кошкой! У меня престиж!

— Я понятия не имею, как снимать эту вашу иллюзию, — честно призналась я. — Я просто больше не концентрируюсь на образе. Значит, скоро само должно спасть.

Белка, сидя у меня на руках, задумчиво почесала ухо.

— О! Так ты иллюзионист! Магия иллюзий. Редкий и крайне полезный навык в нашей сфере... А ты в какой банде состоишь?

— Банде? — пришел мой черед удивляться.

В итоге, пока моя иллюзия медленно таяла, возвращая белке ее законный облик, пушистая прохиндейка просветила меня об устройстве местного криминального мира. Оказалось, в столице существует огромная Гильдия воров. В нее входят как одиночки, так и целые банды.

В банде хорошо и комфортно. Тебя поят, кормят, есть надежная крыша над головой, тебя защищают свои. Но при этом ты почти все, что зарабатываешь непосильным воровским трудом, отдаешь главарю. И именно главарь решает, куда тебя отправить на дело и как жестоко наказать в случае провала.

Когда ты одиночка — ты свободен. Ты всего лишь платишь небольшую мзду самой Гильдии за то, что у тебя есть доступ к общей доске заданий. Ты можешь выбирать, за что браться. Правда, там есть строгая градация репутации.

Вступаешь в Гильдию как неизвестный новичок — и сначала можешь рассчитывать только на самые низкооплачиваемые, черновые задания. Вроде «снять кошку с дерева за три медяка» или «проследить за неверным мужем». Выполнил десять таких заданий без косяков — переходишь на уровень выше, можешь брать заказы подороже. Проходишь этот квест успешно? Идешь еще выше.

Самые крутые, опасные и высокооплачиваемые заказы (вроде кражи артефактов из закрытых хранилищ) — это последняя ступень доверия. Находясь на ней, ты можешь выбирать абсолютно любые задания и диктовать свои условия.

Но одиночки редко добираются до топов. Обычно они сидят на среднячковых заданиях. Если ты работаешь один, то физически многого не сможешь сделать (особенно когда попадается заказ для целой группы взломщиков). Ну и еще жирный минус быть одиночкой: крышу над головой, документы и пропитание ищи сам. И не стоит забывать про конкуренцию: в банде за тебя открутят голову любому, а будучи одиночкой — изволь стоять за себя сам в темном переулке.

— Так... Суть понятна, — кивнула я, переварив информацию. — Работать на чужого дядю и отдавать ему свои кровные я не собираюсь. Мне и на Земле в агентствах этого хватило. Так, рыжая, рассказывай: где эту вашу Гильдию найти и сколько стоит в нее вступить?

— От рыжей слышу. Я — Жужа, — гордо вздернула нос белка.

— Очень приятно, Жужа, — я искренне улыбнулась. — А я Крис.

— А ты чего это удумала? — подозрительно прищурилась она. — В одиночки податься?

— Ну а чего мне остается делать? — я развела руками. — Я без документов... Непонятно где... А быть на рабских условиях в банде и отдавать все деньги жирному боссу? Нет уж. Увольте. Наелась.

Жужа несколько секунд сверлила меня взглядом, потом решительно хлопнула лапкой по своему пузику.

— Хорошо. Уговорила. Вступаю в твою банду! Пошли регистрироваться в Гильдию.

Я аж опешила от такой незамутненной наглости! Вот это прохиндейка! Сначала просит ее спрятать, потом оценивает мою магию, а теперь сама набивается ко мне в команду, еще и подавая это как одолжение!

Но спорить я не стала. От местной я не отставала, а гид по этому сумасшедшему городу мне сейчас жизненно необходим. Надо вступить в Гильдию, взять первое задание и найти, где переночевать. Так все и началось. Наш дуэт.

Глухой голос Генри вывел меня из уютного транса воспоминаний.

— Приехали, несси Кристина. База.


Глава 3

— Вот. Заказ выполнен. Где мой гонорар?

Я положила перед Гинтером тонкую синюю книгу — ту самую, из-за которой я чуть не сварилась в бальном платье и познакомилась с мужиком, пахнущим Hugo Boss. Книга глухо стукнула о столешницу. Гинтер даже не дрогнул — только скосил на нее глаз, оценил, кивнул своим мыслям.

Передо мной толстый мужичок, а по совместительству — мой куратор в гильдии. На самом деле — он единственный, кто согласился нас курировать.

Как же все ржали в тот день, когда я с белкой заявилась и спросила, где взнос можно внести… Всерьез нас тогда никто не рассматривал. Еще бы… В мужской промысел — девка решила войти. С рыжей белкой на плече. С выражением лица «ну и чего вы ржете, мужики, работать когда начнем».

А вот Зрящий — как называли Гинтера Вона в гильдии — решил дать мне шанс.

Одновременно со мной пацан пришел. Непонятного возраста. Тощий как жердь. Кожа да кости. Глаза — голодные, злые, цепкие. Такие глаза бывают у тех, кто ел последний раз позавчера, а в последний раз спал под крышей — вообще не помнит когда.

Так нам устроили соревнование.

Рынок. И ровно час на то, чтоб обчистить прохожих. Попадемся стражам — наша проблема. Ну и в гильдию можем больше не соваться. Через час побеждает тот, кто больше наберет.

Правда, Жуже запретили участвовать. Как оказалось, моя белочка — очень известная воровка в «узких кругах». Когда ее мордочка — в своей натуральной рыжей красе — появилась в гильдии, половина присутствующих хором выдохнула «эта…», а вторая половина потянулась проверять карманы. Я тогда еще подумала: ну всё, с кем я связалась.

И да. Что интересно. Белку, кроме меня, никто не слышал.

Для всех она просто пищала.

Жужа потом мне с умным видом заявила, что мне просто крупно повезло, что я ее слышу. Иначе сгинула б без нее. Рыжая интриганка.

Сейчас уже и вспоминать не хочется тот час на рынке.

Украла я, на самом-то деле, не много. Руки у меня тогда дрожали, иллюзии держались так себе, а главное — я поняла, что красть у живых людей, пусть даже у теток в чепцах и мужиков в цилиндрах, — это тебе не кино смотреть. У тебя при этом внутри все сжимается в маленький холодный узелок и ноет.

Просто Кеша — так звали моего соперника — попался стражам.

Увы.

Ну и Зрящему пришлось отвечать за свои слова.

Но я его еще ни разу не подвела.

И бралась за все, что бы ни давал.

Поэтому за шесть неполных месяцев я выросла почти до уровня ооочень дорогих заказов. По сути остался всего один заказ до верхней ступени. Очень надеюсь его как можно быстрее получить.

— О! Волшебница наша явилась. А шустро ты! — Гинтер хлопнул пухлой ладонью по книге, потом убрал ее куда-то под стол — у него там, видимо, был сейф, или волшебный карман, или просто бездна. — Деньги можешь в кассе получить, ну и сразу оплатить взнос.

Я кивнула.

Расчет получила быстро — девица на кассе отсчитала монеты, не глядя мне в глаза (меня тут вообще мало кто жаловал взглядом), ссыпала в кошель, подвинула. А вот взнос с меня взяли конский.

Я уставилась на цифру в квитанции. Моргнула. Еще раз моргнула. Нет, не померещилось.

— Почему такая сумма?

— Зрящий сказал, что ты уже не одиночка. Ладно, когда у тебя лишь белка была, но теперь у тебя свой прикормленный водитель и еще пацан в помощниках. Все. Это уже банда. Кстати, какое название мне зафиксировать?

У меня аж челюсть отвалилась.

Да, я с казематов выкупила пацана, который тогда со мной соревновался. Он за несколько месяцев стал еще худее — хотя куда там, казалось, уже некуда. Выгребла я его оттуда с одной задачей: мне просто нужен был помощник. Я же хотела перейти на высшую ступень — и нужен был преданный мне человек. А кто будет более преданным, чем человек, которого вытащили из тюрьмы и накормили.

Ну а водитель… Так он лишь по вызову, как обычный таксист, приезжает!

— Ну а белка вообще не человек! — я возмущенно всплеснула руками. — Прости, Жужа!

Я посмотрела на напарницу — та сидела на моем плече, скрестив лапки на пузе, и была полностью согласна с моим негодованием. Даже хвост у нее подрагивал от праведного гнева.

— Гинтер, где справедливость?!

— Крис, девочка, — Зрящий сложил руки на своем необъятном животе, и живот от этого жеста будто еще немного вырос. — А я что могу? Приказ сверху: как только у одиночки появляется напарник, все. Это банда. А у тебя по сути банда с самого начала была.

И он выразительно посмотрел на белку.

Ну да. Жужа у нас белка-рецидивистка. С личным делом в архиве гильдии, с репутацией, с нажитым имуществом в виде схрона где-то в дупле — координат которого она не раскрывала даже мне.

Гинтер вздохнул:

— Я итак для тебя выпросил поблажку в платежах. Все же ни одного промаха.

Я стиснула зубы.

Нет, он, конечно, прав. По-своему. По-гильдейски. По той логике, по которой «семья» — это банда, «работа» — это кражи, а «справедливо» — это столько, сколько скажет Зрящий. Логика у них тут своя, и спорить с ней — все равно что спорить с ценой на хлеб. Можно. Но хлеб от этого не подешевеет.

Потом резко выдохнула:

— Спасибо, Гинтер. Но мы теперь на мели. Дай тогда еще заказ. Но так, чтоб нам потом было на что поесть.

Зрящий почесал бороду.

Борода у него была знатная — рыжеватая, с проседью, лопатой на пол-пуза. Он ее чесал, когда думал. Я уже выучила этот жест — когда борода идет снизу вверх, значит, думает всерьез. Когда сверху вниз — просто тянет время.

Сейчас борода пошла снизу вверх.

— Есть у меня один заказ… Но он все же не для девочки, Крис. Без обид.

Я вздернула бровь.

Гинтер хорошо знал этот взгляд.

Вызов принят.

Он тяжело вздохнул, повозился под столом, достал папочку. Темно-коричневая, с какой-то выдавленной эмблемой — вроде закрытого глаза. Положил передо мной.

— Это заказ из высшей лиги, если ты понимаешь, о чем я. И если ты его провалишь… нормальных заказов тебе потом ох как долго не видать. Ты уверена, что готова рисковать? Тебе до верхней ступени всего один успешный заказ остался.

Я подвисла.

Он, конечно, прав.

Высшая лига — это не прежние задания. Это другой уровень. Другие ставки. Другие сроки. И другие последствия — если облажаешься, тебя не просто вернут на средние заказы, тебя обратно до самого низа могут скинуть. До «снять кошку с дерева за три медяка». И будешь ты, Крис, всю оставшуюся жизнь снимать этих треклятых кошек, пока не поседеешь.

И если мы сейчас облажаемся, то не видать мне домика, а Жуже орешков.

Я посмотрела на подельницу.

— Рискуем, рыжая?

— От рыжей слышу. Конечно, рискуем! Так же гораздо веселее.

И я четко увидела алчный огонек в ее глазах.

Знакомый огонек. Этот огонек у нее зажигается в двух случаях: когда она видит грецкий орех размером крупнее обычного — и когда речь идет о больших деньгах. Жужа у нас натура предприимчивая. Если бы белки могли открывать банки — она бы уже владела филиалом.

Гинтер лишь покачал головой, когда я взяла папку.

Как только я к ней прикоснулась — запястье обожгло знакомой болью.

Печать принятия заказа.

Короткая вспышка, укол, будто иглой под кожу, — и на внутренней стороне запястья проступил черный узор. Тонкий, витой, напоминающий закрытый глаз — тот самый, что был выдавлен на обложке. Теперь он исчезнет лишь после выполнения задания.

Или провала…

Но там ее уже будет снимать гильдия. И мало того что это больно — так это еще и затратно. За снятие придется платить. Я один раз видела, как снимали печать у провалившегося воришки — мужик, здоровый, с ручищами как у кузнеца, орал так, что в соседнем квартале посуда звенела. А после еще неделю ходил с перебинтованной рукой и смотрел на мир так, будто мир лично ему что-то задолжал.

При Гинтере, разумеется, я смотреть папку не стала.

Сунула под мышку, кивнула Зрящему, подхватила Жужу — и мы отправились домой.

А вот дома — в съемном флигеле старинного особняка одной доброй бабулечки — мы впятером сели, раскрыли и стали изучать.

Почему впятером?

Ну… Зрящий прав… У меня за шесть месяцев действительно организовалась мини-банда.

Хотя я это называла — кружок по интересам.

Итак.

Я. Жужа. Кеша. Разумеется, Генри — да-да, мой водитель тоже в доле, и я ни капли об этом не жалею: сколько раз он наш зад с Жужей спасал, просто вовремя подъехав. Ну и… барабанная дробь!.. Несси Адалия Гораль. Бабулечка с острым умом и хорошей памятью, у которой я и снимала флигель.

bannerbanner