
Полная версия:
Последний амулет мертвеца

Ольга ОСА
Последний амулет мертвеца
Пролог
— Кияси мояси Ху?
Вот приблизительно так для меня звучат китайцы. Ничего не понятно, но очень, очень интересно! А вот мой Лешка — молодец. Все понимает. Он в свое время учился в Институте дружбы народов, жил в общаге с каким-то китайцем, тот его местным диалектам и научил.
Мы на Хайнане уже три дня. Прилетели в долгожданный, спонтанный романтический отпуск. Нет, это не медовый месяц, хотя, признаюсь честно, я спала и видела, как он достает заветную коробочку…
Просто однажды Лешка пришел домой, посмотрел на меня своим фирменным, пронзительным взглядом и выдал: «Хватит копить на несбыточные мечты, Крис! Надо жить здесь и сейчас. Жизнь одна!»
И мы... точнее, я... взяли все, что я откладывала несколько лет, отказывая себе в шмотках и кафешках. Мой первоначальный взнос по ипотеке. Мы пошли в турфирму, и Лешка так торопился «начать жить», что взял первый же вылет в Китай, на тропический остров Хайнань.
Ну а что? Раз любимый так торопится, значит, меня там ждет грандиозный сюрприз... Неужели наконец-то сделает предложение? Мы вместе уже шесть месяцев. А одна известная психологиня-блогер вещала: «Если мужик не делает предложение в первые три месяца — значит, что-то не так». Но мой просто неторопливый. Размеренный. Самый умный и самый лучший мужчина на свете. Завтрак в кровать приносит, вечером с работы встречает. Мечта, а не мужик! И я уверена, его ждет большое будущее, хоть он пока и в перманентном поиске работы. А я, как профессиональная ведущая, в людях разбираюсь. Выбираю только перспективных. Я в него верю.
Я невольно улыбнулась своим мыслям, вдыхая густой тропический воздух. Первые два дня мы гуляли, изучали колоритный город. А сегодня Лешка загадочно подмигнул и предложил сходить в местное казино.
— Представляешь, Крис! — вещал он. — Ты сможешь увидеть настоящее китайское закрытое казино вживую. Это же нереальный вайб! Здорово же?
Честно? Вообще не понимаю восторгов. Душно, шумно, пахнет дорогим табаком и чужим потом. Но раз любимый хочет... Значит, казино.
И вот сейчас я стою рядом с ним, переминаясь с ноги на ногу в красивых туфлях, а он играет с каким-то тучным, мерзким китайцем. И этот тип нагло, липко и сально скользит по мне взглядом, от которого хочется пойти и помыться с хлоркой. Но я — профессионал. Я держу лицо и приветливо улыбаюсь.
Смотрю на Лешку и... не узнаю своего уютного медвежонка. Глаза безумно блестят, зрачки расширены, губы беззвучно шевелятся, на лбу выступила испарина. А кучка фишек перед ним тает со скоростью летящего в атмосферу астероида.
Интуиция, взращенная на сотнях проведенных корпоративов, забила в набат.
— Леш, — я тихонько тронула его за плечо. — Чего-то мне здесь не нравится... Пошли в отель, а?
— Крис, детка, все под контролем, — он раздраженно дернул плечом, даже не взглянув на меня. — Чего ты начинаешь? Сейчас я отыграюсь. Подожди чутка.
И вот фишки закончились. Совсем. Голый зеленый стол.
Китаец вальяжно откинулся на спинку стула и завел с моим Лешиком тихий разговор, при этом продолжая масляно пялиться на мои ноги. В груди разлился липкий холодок. Недолго думая, я достала телефон. Включила гугл-переводчик в режиме прослушивания. Он, конечно, переводил с китайского кривовато, но суть уловить можно.
Я приставила телефон к уху, имитируя звонок, и натянула на лицо самую беззаботную из своих улыбок.
— Лешик, Надюха звонит с работы. Я поболтаю?
— Да-да, конечно, — отмахнулся он.
Он продолжил вести торг, а я уставилась в экран, читая прыгающие строчки перевода:
«Нравится мне твоя баба» — выдал китаец.
«Так и мне она нравится» — это мой «идеальный» мужчина.
«Предлагаю тебе два варианта. Первый — я возвращаю тебе все, что ты мне проиграл, и забираю твою бабу на одну ночь. Второй — я ставлю все, что ты проиграл, и ровно столько же сверху, а ты — свою бабу. Выиграешь — и деньги, и баба твои. Проиграешь — баба моя. Пока не наскучит».
Воздух застрял в легких. Сердце пропустило удар, а потом забилось так, что зазвенело в ушах. Я весело, хотя голос предательски дрогнул, прощебетала в телефон:
— Ой, Надька! Тут так красиво и так жарко! — Я повернулась к столу. — Лешик, я в туалет. Не скучай.
Чмокнула его в потную, колючую щеку. Развернулась на негнущихся ногах и пошла в сторону уборных. Последнее, что успел уловить и перевести микрофон, была фраза Леши:
«Конечно, играем!»
Сука! Какой же он гад!
Меня замутило. Он реально поставил меня на кон. Он проиграл все наши... нет, все мои деньги! Он просто безработный нахлебник. Игроман. А я — дура слепая, поверившая в сказку! Не выиграл ни одной партии, а теперь решил отыграться моим телом?!
Я влетела в туалет. Сбрызнула ледяной водой горящее лицо.
Так. Кристина. Спокойно. Самобичеванием, слезами и проклятиями займемся потом. В безопасном месте. Сейчас нужно выбираться. Попасть в отель. Забрать паспорт, наличность, если этот урод ее не выгреб, и пулей в аэропорт.
Я приоткрыла дверь туалета на пару миллиметров. И тут же бесшумно ее захлопнула. В коридоре уже стояли два китайских мордоворота в строгих костюмах. Ждали свой выигрыш.
Вдох-выдох. Что я сейчас могу?
Я лихорадочно оглядела кабинку. Узкое окно под самым потолком. Можно, конечно, попытаться пролезть, но где гарантия, что мои бедра там не застрянут? Висеть попой кверху — перспектива так себе.
Дальнейший осмотр показал, что над кабинками, под самым потолком, есть техническая ниша — что-то вроде широкой полки. И я туда идеально влезу. Но мордовороты знают, что я в туалете. Надо сбить их со следа.
Я залезла на унитаз, дотянулась до окна и открыла его нараспашку. Даром, что потолки здесь низкие. Сжала в руке свой телефон... Прости, друг. И со шлепком выкинула его в темноту улицы. Пусть думают, что я вылезла, спрыгнула и в панике обронила аппарат.
Сама же подтянулась, закинула тело на пыльную полку и максимально вдавилась в стену, слившись с тенью. Я даже дышать перестала.
Не прошло и пяти минут, как в дверь туалета начали агрессивно долбиться.
— Крис! У тебя там все хорошо? — раздался медовый голос предателя Лешика. — Выходи, детка! Хозяин казино приглашает нас на ужин. Очень хочет с тобой лично познакомиться!
Урод. Тварь. Проиграл. Быстро, однако.
Дверь в туалет просто вынесли с петель. Я зажмурилась, слыша грубую китайскую речь. Хлопнула дверца моей кабинки. Повисла пауза. И тут с улицы, сквозь открытое окно, донесся приглушенный рингтон моего выброшенного телефона. Лешка звонил. Песня вопила на весь переулок: «Нравится мне, когда ты голая по квартире ходишь...»
Снизу раздались возбужденные голоса мордоворотов. Лешка им что-то торопливо и заискивающе объяснял. Топот ног. Дверь туалета хлопнула, и они умчались на улицу ловить беглянку.
Ну давай, Кристина, включай голову. Тебя проиграли в казино. Но ты сбежала. Куда их в первую очередь поведет этот бывший парень? Конечно, в отель. Там мой паспорт. А это значит только одно: в отель мне точно нельзя. Надо попасть в консульство. Вопрос: где на этом тропическом острове консульство? Ладно. Разберемся. На Хайнане много русских, кто-нибудь поможет. Сейчас главное — выползти из этого здания незаметной.
Я тихо, стараясь не скрипеть пластиком, выбралась из своего спасительного укрытия. Выглянула в коридор. Мордоворотов не было. Зато в приоткрытую дверь зала я увидела того самого жирного китайца — он стоял спиной ко мне, яростно жестикулируя.
Вжимаясь в стенку, я добралась до неприметной двери в конце коридора и толкнула ее. Кухня. Бинго! В любой ресторации или клубе на кухне всегда есть выход на задний двор.
Я быстрым, уверенным шагом пошла между металлическими столами, выискивая нужную дверь. Поварята китайского разлива с ножами и сковородками в руках в шоке следили за моими передвижениями. Я же шла и лучезарно улыбалась. Как будто так и задумано. Периодически кивала им и выдавала бодрое: «Нихао!»
И вот она, дверь. Я толкнула ее и вывалилась в удушливую тропическую ночь. В лицо ударил запах гниющих отходов и специй. Свобода.
Делаем ноги. Телефона нет. Банковских карт нет. Налички нет. Я даже байк взять в аренду не могу... А вот угнать...
Да, я в безвыходном положении. Я крадучись подошла к припаркованным у черного входа скутерам. Спасибо этому недоделанному игроману, хоть ездить научил.
Сегодня мне везет: в замке зажигания одного из стареньких байков беспечно торчал ключ. Я бесшумно села в седло, завела мотор и рванула с места в карьер.
Куда ехать, я не знала. Но мозги работали исправно. Наверняка на прокатном или рабочем байке стоит GPS-маячок. Значит, надо скинуть его где-то подальше и продолжать путь пешком.
Я гнала по ночным улицам, пока не выехала к побережью. Бросила байк прямо у кромки песка и побрела дальше своим ходом. Ночь была непроглядно темной. Адреналин отпускал, оставляя после себя дрожь в коленях, дикую жажду и звенящую усталость. Сон накатил лавиной. Я просто рухнула на какой-то пластиковый лежак прямо на пляже и мгновенно вырубилась.
Из тяжелого, муторного сна меня выбил громкий голос на ломаном русском:
— Не наша отеля. Уходить! Уходить сюда!
Я с трудом продрала глаза. Голова гудела.
— А... где я?
Китаец-охранник в униформе попытался что-то объяснить, махнул рукой и упрямо повторил:
— Не наша отеля. Уходить!
— Да ухожу я, ухожу! — огрызнулась я, растирая затекшую шею.
Живот свело от дикого голода. Я огляделась и увидела через дорогу большой туристический автобус с включенным мотором. Туристы! Там точно должны быть русские, кто-то же должен дать мне позвонить!
Я рванула к дверям, где стояла гид с планшетом.
— Комната 1475? — строго спросила она, преграждая путь.
— Эээ... — замялась я.
— Быстро в автобус! Только вас все ждут! — рявкнула она и тупо впихнула меня в прохладный салон.
Ну ладно... Доедем до места — там и спрошу.
Автобус тронулся. Я прислушалась к говору в салоне и похолодела. Русских тут не было! Сплошная иностранная речь. Смешанная экскурсия? Кажется, отельный гид что-то про такое рассказывал. Мы ехали долго. Вскоре автобус припарковался, и толпа вытряхнулась на залитую утренним солнцем площадь.
Мы приехали к знаменитой 108-метровой статуе богини Гуаньинь. Трехликая великанша возвышалась над морем, сверкая белизной. Помолиться, что ли? Авось чудо случится и консул сам спустится с небес на голубом вертолете.
Гид встала перед группой и начала на беглом, ломаном английском вещать про историю локации. Я не слушала. Все мои мысли метались по кругу: как выжить, где взять телефон и... как бы поесть.
— Экскурсия рассчитана на полтора часа, — громко скомандовала гид. — Гуляйте и подходите к автобусу. Запишите номер!
Я метнулась к ней, открыв рот, чтобы спросить про консульство или полицию, но она демонстративно вставила в уши наушники, отвернулась и ушла в салон с кондиционером. Отличный, мать вашу, сервис. Хорошо, что я за эту экскурсию не платила.
Я побрела к подножию колоссальной статуи. Монументальная. Красивая. Внушающая трепет туристам. И... абсолютно ненастоящая. Я всегда искренне верила, что боги — это лишь красивая выдумка, чтобы было чем пугать непослушных детей. Ну, и еще отличный способ заработка на доверчивых людях.
Я подошла к чаше, где верующие оставляли деньги. Вот так просто. Постояли, мысленно попросили богиню милосердия о здоровье или богатстве, бросили купюры и ушли.
«Самый легальный развод на деньги простых обывателей», — хмыкнула я.
Я оглянулась. Вокруг никого не было. Мой взгляд прикипел к ярким купюрам.
— Ну что, уважаемая богиня, — прошептала я, глядя на безмятежное каменное лицо. — Вам все равно, а мне эти деньги сейчас нужнее. Мне выжить надо.
Я быстро сгребла горсть купюр, сунула их в карман шорт и быстрым шагом пошла прочь, пока не нагрянула охрана.
Надо купить еды.
Спустя десять минут я стояла у местной палатки с чем-то, отдаленно напоминающим нашу шаверму. Жадно, обжигаясь, я кусала жирное мясо, почти не жуя.
Я подняла голову и посмотрела на небо. Облака над заливом клубились странно, густо. И вдруг из этих белых барашков прямо рядом со статуей начало формироваться... лицо. Огромное женское лицо.
Я замерла с набитым ртом. Ну, у меня определенно богатая фантазия на фоне стресса, но эти облака смотрели на меня очень, очень недобро.
Я на автомате сглотнула крупный кусок шавермы. И тут же поперхнулась. Воздух перекрыло. Я зашлась в жутком кашле, слезы брызнули из глаз. Только не хватало помереть под статуей из-за того, что подавилась едой, купленной на ворованные деньги!
А в голове вдруг четко, раскатисто и гневно зазвучал голос, от которого завибрировали кости:
«Не потерплю воровство в своем храме! Вернешься назад, лишь искупив свой гнусный поступок!»
Чего, блин?!
В следующую секунду я осознала, что мир вокруг замер. Птицы зависли в воздухе. Шум волн стих.
А небо... Небо над моей головой вдруг стало похоже на дно океана. Бескрайняя толща воды, искрящиеся кораллы, плывущие тени рифов.
И в следующий миг этот невозможный, перевернутый океан просто рухнул на меня всей своей тяжестью.
Темнота. Я даже не успела вскрикнуть.
Глава 1
И теперь вылетают голуби.
Отлично! Все идет по плану.
Белоснежные птицы с мягким хлопаньем крыльев взмывают над головами гостей, кружат под сводами бального зала, ловя своими иллюзорными крыльями отблески тысячи свечей. Из-под масок — восхищенные «Ах!» Дамы прижимают веера к груди, кавалеры снисходительно улыбаются, как будто сами такое могут. Лорд, устроивший бал — не помню, как его зовут, да и плевать, если честно — довольно крякает где-то в центре зала. Доволен, старый павлин. А я довольна, что он доволен. Отвлекся.
Голуби — моя работа. Иллюзия. И держать ее — то еще удовольствие. Это как жонглировать: один шарик — легко, два — нормально, три — уже надо подумать, а шесть десятков белых пернатых, каждый из которых должен махать крыльями по-своему, не слипаться с соседом и не растворяться в воздухе на глазах у публики — это, скажу я вам, спорт.
В висках давит. По спине между лопаток ползет первая капля пота. Корсет этого проклятого платья жмет так, что я, кажется, скоро начну дышать ушами.
"Ну, Жужа, твой выход, девочка. Не подведи." — мысленно взмолилась я.
И видимо, моя наглая напарница услышала, потому что секунд через десять восторженные «Ах!» сменились другим гулом.
— Ох! Смотрите, белка на дороге!
— Она умирает?!
— Не трогайте ее, она заразная!
— Да вы что, лекаря! Матушке стало плохо!
Шум нарастает, перекатывается, как волна от входных дверей к центру зала. Шелестят юбки — дамы массово разворачиваются посмотреть. Кто-то истерично взвизгивает. Кто-то басовито командует «расступитесь!». Голоса стихают за моей спиной — толпа утекает туда, к парадной лестнице, где, видимо, моя рыжая артистка демонстрирует предсмертные конвульсии такого качества, что любой театр отвалил бы ей годовой контракт.
Пока белка отрабатывает свой гонорар — я быстро сделаю то, зачем сюда пришла.
Я юркнула в приоткрытую дверь библиотеки.
Здесь — тишина. Плотная, книжная, пахнущая старой кожей, пылью и воском. После бального зала с его духотой, духами и чадом свечей — как нырнуть в холодный пруд. Я на секунду прикрыла глаза. Отпустила голубей — пусть растворяются, уже не нужны. В голове сразу стало легче, будто кто-то вынул из нее тугой узел.
Так. Без лирики. Работаем.
Я целенаправленно пошла к синему ряду. Да, в этой библиотеке все было распределено по рядам разного цвета — удобно, если ты хозяин. И не очень удобно, если ты вор, которому заказчик описал книгу в стиле «ну, синенькая такая».
Третья стойка от входа. Пятая полка сверху. Книга в синей обложке.
Я подошла. Задрала голову.
Да чтоб вас бездна сожрала.
Здесь ВСЕ книги синие. Темно-синие, светло-синие, с золотыми корешками, с серебряными, с какими-то вензелями, без вензелей, толстые, тонкие, одна вообще бархатная — глазам больно смотреть.
Как же книженция в заказе значилась? Вспоминай, Крис. Время поджимает.
— Легенды… — забормотала я себе под нос, ведя пальцем вдоль корешков. — Легенды дна… Нет, не дна… фу, что за ерунда… легенды…
И передо мной вырастает мужская рука. С нужной книгой.
— «Легенды Донного озера»?
Голос — низкий, бархатный, с легкой усмешкой. Чарующий, зараза. У меня по позвоночнику пробежала щекотная искра — чисто рефлекторно, тело реагирует быстрее мозга.
Я поднимаю глаза на обладателя этого голоса.
И подвисаю.
Красивый мужик. Нет, не так. Красивый МУЖИК. Широкие плечи, обтянутые черным, явно дорогущим камзолом. Глаза цвета расплавленной карамели — теплые, с золотистыми прожилками у зрачка, смотрят с ленивым интересом из-под простой черной маски. А на волевом подбородке — милая ямочка. Прям такая, в которую хочется ткнуть пальцем и сказать «тю-тю-тю».
Пахнет от него чем-то цитрусовым, холодным, свежим — я на секунду зависаю, потому что запах до одури знакомый. Что-то из прошлой жизни. Флакон в дьюти-фри, темная коробочка… Hugo Boss, что ли? Вкусный был аромат. Очень вкусный.
Мозг тут же включает тревожную сирену.
От таких мужиков стоит держаться подальше. Да и в принципе от мужиков. Спасибо, из-за одного такого красавчика я уже оказалась в другом мире — и, знаете, второго раза я как-то не планирую.
— Благодарю, нессер.
И я ловко схватила книгу из его руки — быстро, профессионально, не задерживая пальцы на его пальцах, хотя они, зараза, были теплые и аккуратные, с коротко подстриженными ногтями — и шмыгнула между стеллажом и этим шикарным телом.
Протискиваться пришлось вплотную. Плечо проехалось по его груди — твердой, как дубовая доска. На секунду я оказалась практически в его объятиях — он не шевельнулся, не отступил, только, кажется, слегка приподнял руку, чтобы меня пропустить, и от этого движения волной накатил цитрус.
Я выдохнула только с другой стороны стеллажа.
Потом замерла. Что-то в его молчании мне не понравилось. Он даже не возмутился. Не спросил, кто я, что я тут делаю, почему хватаю книги. Просто стоял и смотрел — я спиной это чувствовала.
Повернулась к нему. И нагло заявила:
— Вы меня не видели. Чао!
И, послав ему воздушный поцелуй, скрылась за дверью.
Фух.
Хорошо, что это бал-маскарад и все в масках. Даже если этот красавчик обо мне и расскажет — описать точно не сумеет. Да и я позаботилась о своих приметных рыжих волосах — заранее их покрасила временной краской. Она меня уже не раз выручала: действует ровно три часа и просто испаряется с волос, правда, потом голову надо мыть сразу, иначе чешется так, что хоть на люстру лезь. Да, я, конечно, могла бы и иллюзию себе на волосы наложить, но тогда ее бы пришлось постоянно поддерживать — а это резерв. А резерв мне сегодня нужен был для голубей.
Я скользила по коридору быстро, но не бегом. Бегущая дама в бальном платье — это как табличка на груди «вяжите меня». А дама, идущая решительным шагом с чуть скучающим выражением лица — это дама, которой стало дурно от духоты и которая направляется подышать. Нормально. Обычное дело.
В главный зал я заходить не стала — обогнула по галерее, выскользнула через боковую дверь на террасу, оттуда — вниз по лестнице в парк, оттуда — к парадному подъезду с другой стороны. Шум у лестницы все еще стоял — дамские «ах», мужские басы, чей-то капризный голос требовал нюхательную соль.
Я вздохнула. Интересно, как там Жужа. Сбежала уже или ее там еще реанимируют?
Ответ пришел мгновенно:
— Эта бешеная белка меня укусила! Ловите ее!
Ясно. Спектакль окончен.
Делаем ноги и идем на базу.
Маг.мобиль уже ждал у входа. Генри всегда пунктуален — за это и получает побольше, чем обычные местные таксисты, как я называю извозчиков маг.мобилей. Чёрная, обтекаемая машина мягко гудела, зависнув в своих законных двадцати сантиметрах над брусчаткой, руны по корпусу тускло переливались синим. Генри кивнул мне через лобовое — молча, как всегда. Он вообще мужик немногословный.
Как только я села — тут же открыла окно.
Как раз вовремя.
Рыжая молния влетела в уже трогающийся мобиль — приземлилась мне прямо на колени, растрепанная, с торчащими в разные стороны усами и очень недовольной мордой.
— Ну что, рыжая, не зря я там страдала?
— От рыжей слышу, — огрызнулась я, захлопывая окно. — Вот. Книга у меня.
Я вытащила из потайного кармана «Легенды Донного озера» и покрутила перед ее носом. Темно-синяя обложка, золотое тиснение, корешок потрепан — обычная старая книга. Ничего особенного. Но за нее нам обещали такую сумму, что я три дня спать не могла — все пересчитывала в уме, сколько это в обычной жизни.
— Фи… — Жужа брезгливо тронула лапкой корешок. — И кому-то не жаль денег ради какой-то книжонки.
— Жужа, мы же договаривались. Не обсуждать наших заказчиков. Чем они шибанутее — тем быстрее мы заработаем на собственный домик и…
— …кучу орешков, — мечтательно закончила белка, укладываясь на моих коленях пушистым полукольцом.
Да, моя напарница — наглая рыжая белочка. С пышным хвостом, умными черными глазами-бусинами и языком, которому позавидовала бы любая торговка на рынке. Она со мной с первого дня нахождения в этом странном мире, куда меня закинула Богиня Гуаньинь. Да, боги существуют. Сама в шоке, но это факт — факт, с которым я до сих пор не очень понимаю, что делать.
В этом мире я уже без малого шесть месяцев.
Пока Генри, по своей привычке запутывать следы, плутал по городу, увозя нас на базу, я откинулась на кожаную спинку сиденья и позволила себе выдохнуть по-настоящему. За окном плыли фонари — не газовые, не электрические, какие-то свои, с теплым янтарным светом внутри стеклянных шаров. Проезжали поздние прохожие. Проплыла, важно задрав нос, карета без лошадей.
Я смотрела на эту карету — и меня понесло.
Шесть месяцев. А кажется — вчера.
***
Темнота как наступила, так и резко исчезла.
А вот меня чуть не сбил автомобиль.
Без колес!!!
По виду — машина, но… плывущая по воздуху, буквально в двадцати сантиметрах от земли. Более того — ни звука! Ну, кроме клаксона и чего-то нечленораздельного из приоткрытого окна. Что-то вроде «куда прешь, безмозглая!» — но на незнакомом языке, который я почему-то понимала. Этот момент я уже потом в голове прокрутила. А тогда — тогда у меня все мысли свелись к одной: «йошкин кот».
Я огляделась.
Ну да. Я стою посреди дороги.
Перешла на тротуар — ноги на автомате, потому что мозг в этот момент занят был совсем другим, — и стала внимательно изучать окружение.
Таких летающих машинок было много. Да что там машины — автобус! Реальный автобус, плывущий по воздуху! Длинный, с рядами круглых окошек, с какой-то вывеской на боку — буквы незнакомые, но я почему-то прочитала «Южный маршрут, 14». А еще была карета. Без лошадей, без колес, но… с кучером! Солидный такой дядька на козлах, в цилиндре, с кнутом — непонятно для чего, бить-то некого. И она тоже проплыла мимо меня.
Оттуда выглянула женщина с кислым лицом. Посмотрела на меня. Скривилась еще больше — хотя куда там больше. И скрылась снова за шторкой.
И чем я ей не понравилась?
Посмотрела бы я на нее. Сначала в казино проиграли — ладно, не я проиграла, а тот, из-за кого я тут вообще. Потом ночь на пляже на лежаке — спина до сих пор помнит деревяшки. А затем меня вообще небом прибило!
Я посмотрела на себя.
И тут до меня дошло.
Я не видела ни одного человека, ни мужчину, ни женщину… в шортах. Дети — да, пара мальчишек прошмыгнула мимо, оба в коротких штанишках до колена. Но женщины — максимум в брюках. И то — с моего наблюдательного пункта таких я видела мало. В основном юбки. Длинные, в пол, с какими-то рюшами, подъюбниками, непонятно чем еще.

