Отыскать друг друга

А я сидела среди них, дракон Пип в одной руке и новый дневник в другой, и позволила себе почувствовать то, чего не чувствовала уже несколько недель.

Надежду. Маленькую, хрупкую и мерцающую, как пламя, но она была там. Всё ещё там.

Но ночь пришла, как она всегда приходила.

Мои друзья ушли домой, свет их фонаря качался вниз по тёмной улице, пока не исчез.

Я прокралась обратно в дом, мои подарки прижаты к груди и оглядела кухню.

Пустые бутылки, холодную плиту и стул, где раньше сидела мамочка.

Тут же я подумала о Честере.

Где он был сегодня? Был ли он в безопасности? Было ли ему тепло? Думал ли он когда-нибудь обо мне, как я думала о нём?

Я не знала. Я не знала ничего, кроме того, что он исчез, а папа стал другим и мир превратился в холодное, тёмное место, которого я не понимала.

Ночные визиты случились уже дважды на этой неделе. Я перестала пытаться понять их. Некоторыми ночами я лежала без сна и слушала шаги. Некоторыми ночами я молилась, чтобы они не пришли.

Шаги пришли той ночью.

Я услышала их в коридоре — тяжёлые, неровные, как всегда — и закрыла глаза, прижав Пипа к груди и притворившись, что сплю.

Дверь скрипнула, открываясь.

Запах виски заполнил комнату. И я ждала, моё сердце колотилось, моё тело застыло, мой разум дрейфовал куда-то далеко, куда боль не могла добраться.

Я обещаю. Клятва на мизинцах.

Я держалась за эти слова, как за спасательный трос.

Я держалась за воспоминание о мальчике с серо-зелёно-карими глазами, который пообещал на мизинце, что увидит меня снова.

Я держалась за надежду, что где-то там, за холодом и тьмой, и вещами, которых я не могла понять, он тоже думал обо мне.

И я выжила.

Я не знала как.

Я не знала почему.

Но я выжила