Апокалипсис Алисы

Алиса вздохнула. Мысль о людном кафе, пусть даже с идеальным синергичным криомуссом, вызывала у неё почти физическое отторжение.

Ей отчаянно хотелось абсолютной тишины. Ей нужно было остаться одной, чтобы переварить этот сумасшедший день. А главное, тот непонятный обжигающий поцелуй у шлюза. Но обижать Мира, который искренне пытался выполнить клятву, данную Андрею, не хотелось.

— Мир, ты чудо, — мягко сказала она, коснувшись его руки. — И Снегирь прав, считая, что с тобой не пропадёшь. Но честное слово, семь часов в песочнице с десятью маленькими гениями выжали из меня всё. Мои процессоры перегрелись. Если я сейчас окажусь в людном месте, у меня случится системный сбой и никакой криомусс меня не спасет.

Мир недоверчиво прищурился, сканируя её взглядом.

— Точно? Не придумываешь, чтобы просто спрятаться в раковину?

— Абсолютно, — Алиса устало улыбнулась и чуть закивала. — Мне нужно просто доползти до кровати, отключить все внешние сенсоры и перезагрузиться. Давай перенесём «Солнечный штиль»?

Велимир разочарованно вздохнул, но спорить не стал. Против «педагогической усталости» аргументов у него не было.

— Ладно, — сдался он, активируя полётный маршрут. — Логика в твоих словах есть. Но знай, дизайн твоего комбинезона — это просто разрыв шаблона! Едва не ослепил ботов-регистраторов.

Магплан бесшумно устремился в темнеющие глубины Мезополиса. Алиса откинулась на комфортную спинку, глядя на пробегающие мимо светящиеся росчерки улиц. Тактичный побег удался. Дома её ждал биомонитор с новым романом Иды Нес. И нетерпеливая мысль о том, что она сможет запереться в комнате и погрузиться в изысканный аналоговый мир автора, бодрила её гораздо сильнее, чем любой самый изысканный десерт Земли Полдня.

Дома было привычно тихо. Велимир проводил ее до самой двери «комнаты молодоженов», подозрительно осматривая помещения на предмет скрытых угроз. И только убедившись, что Алиса надежно заперлась, уехал.

Оставшись в полном одиночестве, в чужом, безупречном доме, Алиса наконец выдохнула. Сбросив базовые кроссовки, не обойденные детскими рисунками, она не зажигая света, прошла к столу и включила комп. Который здесь назывался матриксом.

Алиса вспомнила страницы из интерактивного учебника «Наш общий Дом» для дошкольников, прочитанного ею во Дворце Знаний. От издательства «Образовательный контур Геи»

Как дышит наш город? (Из раздела «Инфраструктура»)

Здравствуй, юный Гражданин!

Ты когда-нибудь задумывался, почему у нас на улицах нет столбов с проводами? Почему магплан скользит над дорогой бесшумно, а для твоего персонального Матрикса никогда не нужно искать терминал зарядки?

В Темные Эпохи люди сжигали черную нефть, грели планету дымом и тянули медные жилы сквозь леса. Это было грязно и очень глупо: ведь наша Гея — это огромный живой организм, самоорганизовавшийся под физическими законами Вселенной - Матрикс. Лидер просто научил нас слышать нашу планету.

Давай разберем, как работает единый логистический контур нашего дома.

1. Дороги-артерии (Транспорт)

Посмотри себе под ноги. Видишь гладкий серый пластик? На самом деле это лишь мягкая шкура огромного зверя. Под ней скрыт толстый слой переработанной стали — скелет старых городов. Когда по этой дороге едет тяжелый магплан, его магнитные ленты снизу цепляются за стальной пол. Но они не только держатся — они разговаривают с ним.

По стальным лентам поверхности бежит переменный ток. Он создает невидимое облако силы, энергию. Магплану не нужны баки с топливом. Он просто впитывает эту силу всем своим днищем. А следом за тяжелыми машинами бегают юркие дорожные магботы, похожие на паучков. Им не нужна своя батарейка — они собирают крошки энергии, которые оставляют после себя поезда, и ползут мыть улицы или чинить трещины прямо на ходу.

Если человек бросит свой уноплан не на парковке, то через час он сам поедет обратно на домашнюю парковку, ведомый энергетическим контуром Геи и Лидером. Точно также работают и домашние боты.

2. Обеденные столики (Сервис)

А теперь посмотри на скамейку в парке или на столик в вагоне маглева. Зачем им такая холодная, твердая поверхность? Это обеденный стол для твоего умного друга Матрикса.

Помнишь наши занятия по физике? Мы учили, что если менять магнитное поле вокруг проволоки, в ней появится ток. Весь пол и вся мебель в общественных местах сделаны ровно для этого. Губчатое тело твоего Матрикса, упакованное в защитную броню, сделано из умной грибницы-мицелия. Она теплая и живая. Внутри неё спит нейроморфное «Желе», ядро Матрикса. В основании мицелиевого корпуса, между ним и защитным корпусом, вплетена плоская медная спираль.

Когда ты ставишь Матрикс на стол, происходит волшебство резонанса. Устройство начинает дышать в такт со столом. Ты можешь почувствовать легкую щекотку в пальцах. Или увидеть, как у лишенного корпуса Матрикса, на спирали проступает тонкий узор инея — это воздух отдает свою влагу, чтобы накормить ядро энергией. В этот момент твой Матрикс пьет невидимый сок города, его энергию, прямо сквозь столешницу.

3. Тоннели-легкие (Логистика)

Но кто доставляет еду, детали для новых домов и покупки? Этим занимаются подземные реки — вакуумные тоннели. Там почти нет воздуха, поэтому грузовые контейнеры летят внутри со скоростью звука.

Как они получают энергию глубоко под землей, где нет окон и солнца? Они едят тепло. Стальные трубы тоннелей согреты движением поездов сверху. Специальные бактерии внутри стенок труб превращают разницу температур между горячей трубой и прохладным воздухом в электричество. Грузовой бот прислоняется боком к стене, словно ящерица на камне, и греется, пополняя запас хода. Инженеры называют это «термоакустическим питанием».

Вопросы для закрепления:

Почему нельзя накормить Матрикс на деревянном пне в лесу?

(Правильный ответ: Потому что дерево — изолятор. Оно глухое и немое, оно не умеет петь песню магнитного поля. Оставшись без контакта со сталью, Матрикс проголодается и перейдет на запасы своего внутреннего ферментатора). Поэтому, отправляясь на природу, всегда бери с собой дополнительный аккумулятор.

Зачем магботы трутся брюхом о стыки дорожного полотна?

(Правильный ответ: Чтобы собрать пьезоэнергию вибрации. Каждый шаг тысяч горожан и проезд каждого состава заставляет пластик мелко дрожать, отдавая лишнее электричество маленьким помощникам Лидера).

Что произойдет, если во всем городе выключится динамическая индукция поверхностей?

(Правильный ответ: Наступит Великая Тишина. Магпланы пролетят по инерции еще несколько километров и плавно опустятся на аварийные опоры. Миллионы Матриксов жалобно моргнут экранами и уснут, показывая символ пустой батарейки. Город не остановится, так как у него есть резервные накопители, но мы все почувствуем себя очень одинокими без теплой пульсации земли под ногами).

Алиса еще не могла привыкнуть к небольшой пластиковой шайбе, которая включалась при разворачивании биоэкрана. И помещалась в специальном тубусе, вместе со свернутым в трубочку монитором. Но, она уже называла себя уверенным пользователем. И больше всего ее прогрессу способствовало творчество сетевой романистки Иды Нес.

Девушка устроилась поудобнее и открыла недочитанную главу.

«Вектор чувств

… Ренс стоял у окна тамбура, глядя на ледяную бурю за бронестеклом. Его сухие натруженные руки машинально крутили в пальцах перчатки термокостюма, которые он так и не надел. Ди сидела в кресле в комбинезоне-утеплителе, обхватив колени руками, и наблюдала за ним.

— Знаешь, — наконец произнёс он, не оборачиваясь, — иногда я думаю, что ты слишком много на себя берёшь. Твоя забота... она ограничивает.

Ди подняла голову, в её глазах мелькнуло что-то похожее на боль.

— Ограничивает? — тихо спросила она. — Или ты просто не хочешь признавать, что нуждаешься в ней?

Ренс резко обернулся.

— Не нуждаюсь! — его голос прозвучал резче, чем он хотел. — Я справлюсь сам. Всегда справлялся.

Ди медленно поднялась, и текуче подошла к нему вплотную.

— А кто сказал, что ты должен справляться один? — её голос был тихим, но твёрдым. — Почему ты отказываешься от моей помощи? От моей любви?

Он отступил на шаг, словно её слова обожгли его.

— От любви я не отказывался. Но, ты должна быть в безопасности! — почти прорычал он. — Потому что, я не могу потерять ещё кого-то, кого люблю!

Ди покачала головой.

— Ты думаешь, что защищаешь меня, но на самом деле, ты просто строишь стену между нами. Стену из своего так называемого долга и ответственности.

Ренс сжал кулаки.

— Мой долг — защищать тех, кто мне дорог! Это и есть моя любовь.

— А как же я? — её голос дрогнул. — Как же моя любовь? Разве я не имею права решать самой? Разве я не могу быть рядом с тобой, разделяя как твою любовь, так и свою собственную?

Он отвернулся к окну, не отвечая. Ди вздохнула.

— Знаешь, что самое печальное? — тихо произнесла она. — Ты боишься не потерять меня. Ты боишься, что я увижу тебя настоящего. Уязвимого. Живого человека со своими слабостями.

Ренс резко развернулся.

— Я не слабый!

— Нет, — спокойно согласилась Ди. — Ты не слабый. Ты просто живой человек, которому нужно научиться принимать любовь, а не только отдавать её.

Она развернулась и неспешно направилась в жилой отсек, надеясь, что он ее остановит и скажет: идем вместе.

Но, он не остановил. Дверь за ней закрылась, оставив его наедине с мыслями. Ренс смотрел ей вслед, чувствуя, как внутри что-то надламывается.

«А вдруг, — подумал он, — она права? Может быть, я действительно строю стену. Но как мне перестать быть тем, кем я стал?» Ренс усмехнулся. Люди всегда хотят простых ответов на сложные вопросы.

Он вышел в шлюз. И отправился чинить разбитые бурей терминалы связи.»

Контраст между ледяной бурей за бронестеклом и бушующими внутри героев чувствами, вызвал у Алисы мурашки по телу. Истории Ренса и Ди захватили Алису с первых строк. Но, чем дальше она читала, тем сильнее внутри бился колокольчик узнавания. В их диалогах сквозила глухая, незаживающая боль Антарктиды. Замкнутый гиперответственный Ренс, который привык все нести на своих плечах, и чуткая, но сильная Ди, пытающаяся пробиться сквозь его «стену». За которую герой выталкивал любимую женщину ради её же безопасности. Они не могли отпустить друг друга, но и вместе по-настоящему тоже быть не могли. Их трагедия во многом в том, что они были нужны друг другу, но говорили на разных языках. И ни один из них не умел перевести свои чувства так, чтобы другой понял. У девушки защемило сердце. Кто бы ни прятался под псевдонимом Иды Нес, этот человек любил на разрыв, вопреки всем протоколам Лидера. Алиса выключила матрикс. Читать запоем такие книги у нее не получалось. Романы Иды Нес пробуждали в ней многое, что стоило вспомнить и переосмыслить. Задумчивая, она сходила в санитарную комнату и легла спать.

Постепенно уставший мозг начал сдаваться. Реальность истончилась, и в сновидения Алисы, ломая строгую геометрию Мезополиса, ворвались живые, теплые, пахнущие деревянными игрушками, персонажи Астрид Линдгрен. Они весело, с хохотом прыгали по четкой административной сетке, которой была расчерчена кипельно-белая страница огромной, бесконечной книги. Затем воображаемая страница с тихим шелестом перевернулась, унося озорных сказочных героев в темноту. На ее месте возникла новая сцена: тяжелый металлический воин в глухих доспехах и тонкая, сотканная из чистой, яростной плазмы девушка. Они кружились в медленном, завораживающем танце прямо на остром лезвии границы между абсолютным светом и вечной тьмой.

Глава 16

Утро принесло Алисе странный дискомфорт. Тишина, обычная и знакомая… теперь казалась… неполной. Она прислушалась. Дело было не в отсутствии звуков просыпающегося города и гула моторов Земли Полночи. Не хватало чего-то другого. Ровный, едва уловимый шелест климатических панелей в комнате. Безупречно переработанный мир Лидера, лишённый внешних изъянов. Всё вокруг оставалось привычно беззвучным. Но эта привычная тишина теперь царапала диссонансом острого дефицита. Словно из идеального «пряничного домика» выдрали главный элемент. Без него защитная броня этого дома, казалось, осыпалась. Андрея не было. Снегирь, который умел гасить любые ментальные бури одним своим присутствием, улетел в Макрополис.

Она спустилась в гостиную, на ходу поправляя ворот базового комбинезона, разрисованного детьми. Алиса решила носить его на работу, пока не заработает денег. Вместо Андрея в гостиной её ждал Тимур. Он сидел на стуле, откинувшись на спинку, но всё равно слегка сутулился, несмотря на свой высокий рост. В его тёмных, сосредоточенных глазах читалась хладнокровная стабильность, которую он тщательно демонстрировал. Сжатые в замок руки лежали на столе. На запястье тускло поблёскивал стандартный гражданский браслет белого цвета — резкий контраст с чёрным ПУЛом его младшего брата.

— Доброе утро, Алиса, — произнёс Тимур, поднимаясь.

В его голосе мгновенно проявился бархатный шарм зрелого мужчины. Он улыбнулся, но улыбка коснулась только губ, не затронув глаз: они оставались непроницаемыми.

— Андрей не просил приглядеть за тобой, видимо, решив, что ты со всем отлично справишься сама. Но я старший брат, а ты его гостья, и он оставил тебя одну. Одиночество — не лучший компаньон для юной девушки в чужом городе.

Алиса внутренне подобралась. Его фразы звучали подчёркнуто вежливо, светски, немного вкрадчиво. Слишком много глянцевого лоска и уверенности в словах, которые на самом деле были далеки от правды. Тимур явно не знал ни про Велимира, ни про Исаевых. Он искренне верил в то, что говорил, и эта слепая убежденность в эгоизме брата пугала ее сильнее намеренной лжи.

Пусть её красный диплом здесь и затроллил Лидер своими тестами, но, кроме диплома, у неё была еще целая жизнь. И чувствовать людей Земля Полночи научила её отлично. За этим напускным покровительством Тимура она видела несчастного, одинокого ребёнка, который пытается обесценить брата, чтобы купить чужое расположение. Но любви Татьяны ему всё равно не достанется. Потому что весь её внутренний резервуар был до капли вычерпан Андреем.

— Спасибо, Тимур, но я вполне справляюсь, — произнесла Алиса сдержанно. — Я способна позаботиться о себе. И я здесь не одна — у меня есть друзья.

В её голосе звучала уверенность, которая немного сбила Тимура с толку. Он явно не ожидал такого прямого ответа.

Тимур мягко, но настойчиво перехватил инициативу.

— Справляться со всем самим — этому нас учит Лидер, — тихо произнёс он, наклоняясь через стол в её сторону. — Нам внушают, что все вокруг увлечены любимым делом, что это высшая форма самореализации. Но ты ведь уже заметила подвох, верно? Люди здесь настолько поглощены своими великими задачами и протоколами, что напрочь забывают о тех, кто находится рядом с ними.

Алиса замерла с ложкой в руке. Его слова попали точно в цель, она вдруг услышала в них эхо своего иррационального недоверия к этому тепличному миру Великого Заботливого Координатора Земли.

— Забывают? — переспросила она, поднимая на него янтарные глаза.

— Именно, — на губах Тимура мелькнула короткая улыбка, тут же погасшая. Как будто он радовался, что девушка заглотила наживку. — Педагогика контура образования растит гениев в рамках заданных алгоритмов. Но сам Лидер — это просто гигантская бесчувственная машина Заботы. Он не умеет и никогда не научится просчитывать живые человеческие чувства. Он кастрировал эмпатию, заменив её сытой эффективностью. В этом мире тепло дает только энергетический контур, но не люди.

Алиса внимательно слушала, ловя каждое слово. Тимур говорил чертовски логично. Эта его неожиданная глубина и искренняя страсть заставили её по-новому взглянуть на парня. Он действительно видел изнанку «пластикового рая»? Внутри неё шевельнулось странное, едва уловимое предчувствие. Словно этот идеальный подкат был слишком безупречно выверен, чтобы быть чистой импровизацией. Но её бешеная эмпатия заставила Алису отмахнуться от сомнений: в эту секунду Тимур казался ей слишком настоящим.

Шаги Татьяны Снегиревой никогда не были громкими, но всегда несли с собой шлейф едва ощутимого, морозного сквозняка. Разговор с Тимуром оборвался мгновенно, стоило ей показаться в арке, ведущей в гостиную.

Ей было за пятьдесят, но она запретила как домочадцам, так и Лидеру упоминать свой точный возраст. На Земле Полдня, где старость и болезни были оттеснены прогрессом, её пепельные волосы, собранные в безупречно строгий хвост, и гладкая кожа выглядели вызывающе моложаво. Светло-серые глаза, точно такие же, как у Андрея, но лишённые его фирменной ироничной теплоты, смотрели на комнату с инженерной расчётливостью — как на схему, где каждая деталь должна занимать предназначенное ей место. На её узком запястье поблёскивал синий ПУЛ. Татьяна искренне гордилась своей должностью руководителя сектора городской логистики, хотя никогда не выставляла это напоказ — её амбиции целились гораздо выше.

— Доброе утро, дети, — Татьяна мило улыбнулась, но эта улыбка напоминала безупречную маску из белого полимера.

Она скользнула взглядом по Тимуру, и в этом секундном контакте Алиса не увидела ни капли материнского тепла. Пасынок оставался для неё лишь удобным инструментом в отлаженной схеме. Татьяна повернулась к девушке, и её взгляд мгновенно стал скорбным и праведным.

— Алиса, дорогая, тебе, должно быть, так одиноко без Андрея. Мальчик совсем себя не жалеет в этих бесконечных командировках. Его Вектор ответственности перед обществом слишком силен. Не нужна ли тебе поддержка? Мы ведь почти одна семья теперь, — она «заботливо» наклонила голову, а затем, не дожидаясь ответа, перевела строгий взгляд на парня. — Тимур, ты ведь как раз едешь в восьмой сектор СКС? Будь добр, проводи Алису на работу. Не оставлять же её одну в подавленном состоянии.

Тимур внутренне подобрался, его сутулость исчезла. Для него любое задание Татьяны было шансом выиграть хотя бы кроху её одобрения.

— Конечно, — быстро ответил он. — Я вызову магплан.

Алиса решила не рубить с плеча, поблагодарила обоих и согласилась на предложение. Парень ее интересовал. Не как мужчина, а как человек, которому нужно помочь. Как там говорил Андрей, помощь нуждающимся должна быть бесплатной. Девушка расширила эту модель до «нуждающемуся человеку нужно бескорыстно помочь, даже если он об этом не просит». Ведь Лидер поступает точно также. К тому же, она уже пообещала себе, что снимет с Тимура изнуряющее бремя бесплодной погони за образом матери. Но не в лоб, а исподволь. Протоколы Лидера не прощают вторжения в чужие границы. Один неверный шаг — и на её счет прилетит лишний штраф.

Когда они сели в салон, пахнущий той самой тепличной стерильностью, то есть вообще ничем, Тимур снова включил обольстителя. Магплан плавно сорвался с места, не издав ни звука — ни тебе рева мотора, ни вибрации асфальта. Сплошной магнитный консенсус.

— Знаешь, Алиса, — Тимур снова сложил руки в замок, на коленях, бросая на девушку быстрый взгляд. — Я вижу, что ты другая. В тебе есть … нечто, чего нет у местных граждан. Ты не боишься сомневаться в Лидере, на тебя не давит его авторитет. Мы могли бы чаще общаться. Давай я встречу тебя после смены? Покажу тебе настоящий город, без этих пастельных фильтров.

Его подкат был очень техничным, но Алиса вовремя вспомнила маленькую деталь. За Тимуром тенью следовал призрак Варвара Шторм. Эта рыжая валькирия-невролог со своей манией макиавеллизма наверняка уже выжала досуха и Костика, и Тимура. А, возможно, что и из Мира что-то вытрясла так, что он даже не заметил. Чтобы составить на Алису досье. А значит, раскрывать Тимуру свои секреты или жаловаться на Лидера было бы верхом глупости. Она не хотела ранить Тимура, но и становиться частью чужой схемы тоже не хотела.

Девушка улыбнулась так, как учили на педагогическом факультете в Российской Федерации, мягко, дружелюбно, но с четко очерченными границами. Пришло время ломать чужие сценарии.

— Спасибо, Тимур, это очень мило с твоей стороны, - она свободно откинулась на спинку сиденья. — Но вынуждена отказаться. У меня на этот вечер уже большие планы. Мы с Дианой идем в кафе. Сам понимаешь, чисто девичьи разговоры. Мужчина в нашей компании будет третьим лишним.

Схема, которую ему так заботливо прописала Варвара, получив щедрый пас информацией от Татьяны, дала болезненный сбой на втором этапе.

Едва магплан затормозил рядом с Сектором Образования, Алиса быстро попрощалась и выскочила наружу, чувствуя, как на лбу выступила легкая испарина. Ложь сорвалась с губ слишком легко, но теперь её требовалось срочно легализовать. Оказавшись в спасительной толпе пешеходной галереи, она сразу поднесла белый браслет к лицу.

— Лидер, — негромко позвала Алиса, сворачивая к аудитории группы «Альфа». — Мне нужен исходящий вызов. Одиннадцатый сектор, Спасательная Экстренная Служба. Диана Исаева.

— Запрос обрабатывается, — ровно отозвался император человечества — Гражданка Исаева сейчас находится на дежурной смене. Перезвонить позднее?

— Нет, пожалуйста, это важный социальный звонок, - вспомнила она лайфхак Андрея.

Внутри браслета коротко пискнуло, а затем послышался чистый быстрый голос Дианы:

— Исаева на связи.

— Диана, привет, это Алиса, невеста Андрея, — быстро заговорила девушка, лавируя между спешащими наставниками, родителями и магботами-няньками ведущими детей в игровые зоны. — Прости, что отвлекаю, но мне срочно нужно спасти одного человека от ментального кризиса. То есть меня. Ди, выручай. Сегодня вечером нам жизненно необходимы чисто девичьи посиделки в каком-нибудь кафе. Ты как?

На том конце провода на секунду повисла тишина — Диана явно переваривала напор «нелинейной» гостьи из Земли Полночи. Затем Диана коротко хмыкнула:

— О как. Важный социальный вызов? Похоже, Снегирь улетел, а его консервативная мамаша уже попыталась встроить тебя в свою систему координат. Угадала? Ладно, договорились. Моя смена в СЭС заканчивается в семнадцать ноль-ноль. Заберу тебя на своем уноплане в половине шестого. Посмотрим, насколько прочна твоя психика для настоящих женских разговоров. Конец связи.

Браслет тихо пискнул, закрывая канал. Алиса облегченно выдохнула и направилась в группу «Альфа». По которой, несмотря на трудности адаптации к новым условиям труда, уже успела соскучиться. Там нет интриг, там есть дети, песочница и понятная задача.

Кафе-мороженое «Солнечный штиль» полностью оправдывало свое название. Кремово-белые тона, мягко струящийся дневной свет, высокие узкие окна и спокойная уютная атмосфера. Алиса уже посещала его однажды. Но тогда им с Андреем пришлось бежать от разъяренной Варвары, а Мир прикрывал их отступление. Теперь же она расслабленно проникалась атмосферой полного штиля.

Напротив сидела Диана. Внешне она казалась хрупким подростком с изящными азиатскими глазами и аккуратным длинным каре, собранным в хвост. Но Алиса знала, что за этой лёгкостью прячется стальная выдержка спасателя и та глубокая, интуитивная мудрость женщины, которая способна до конца понять сложный характер своего мужчины и научиться доставать из него наружу самые лучшие черты. Диана умела держать удар и не становиться каменной. Даже если в этом была огромная заслуга Барса, принявшего на себя большую часть общих ударов, Алису все равно восхищала эта девушка. Рядом с ней напряжение будто рассеивалось, как пыль.

— И тогда этот умник из охраны порядка выдает мне: «Твои этические протоколы мышления нуждаются в калибровке feedforward!» Что значит: «Твоя система принятия решений не умеет предсказывать этические последствия, и её нужно перенастроить на упреждающий режим» — Диана со смехом отправила в рот ложку мятного сорбета. — Представляешь, Лись? Они даже в постели, наверное, без конца сверяются с этическими Протоколами!

- Может быть, они выучили их наизусть? – смеясь, предположила Алиса.