Целительница для портального мага

– Болит голова? – спросила я.

Он кивнул.

– И в какой момент заболела?

– По пути сюда.

– У меня есть подозрение, что она у тебя болит каждый раз после использования магии.

Джон пожал плечами.

– Я каждый день ей пользуюсь. И голова болит каждый день, обычно к вечеру, – он вытащил из прически две палочки темного дерева.

Тяжелая масса волос мягко упала, чуть не дотянувшись до поясницы. Я завистливо цыкнула. Джон скрутил плотный жгут и отжал волосы.

– Давай высушу, – предложила я, – Бытовая магия не мой конек, но элементарное целителям подвластно.

Джон колебался одно мгновение, а после подошел, склонил голову.

– У меня очень узкая направленность дара. Могу только работать с пространством, – смущенно пожаловался он.

На ощупь его волосы оказались немного жестковатыми, гладкими, практически шелковыми на ощупь, и очень густыми. Я не сразу опомнилась, что просто глажу волосы Джона и ничего не сушу. Его лицо оказалось так близко. Сейчас можно было рассмотреть черный расширенный зрачок на фоне темной, похожей на крепкий кофе, радужки. Я пару раз ошиблась в заклинании, отчего оно не сработало.

– Извини, сейчас, – пробормотала я.

Но Джон не шевелился и никак не выражал недовольства. Я провела по первой сырой пряди, прогревая ее руками.

– Стихийники и некроманты хорошо сушат, – пробормотала я, чтобы немного разбавить сгустившееся напряжение.

Заодно положила руки на виски, чтобы убрать головную боль. Отчетливо почувствовала чужой, грохочущий в одном темпе с моим, пульс. Легкая прогулка становилась более томной. Я отстранилась, выпуская волосы Джона.

– У тебя мурашки, замерз? – спросила я хрипловатым голосом.

Джон покачал головой, опустил взгляд.

Я посмотрела на шумящую стену дождя. Можно было предложить пополнить его резерв и вернуться домой. В голове крутился легкий способ пополнения.

Джон рядом пошевелился, принялся скручивать волосы снова в жгут, воткнул палочки в получившийся пучок. Я дотронулась до пропущенной пряди у него на плече. Возня возобновилась, но в этот раз вышло криво. Я закусила губу, сдерживая смех.

– Твои волосы против причесок, – со смешком сказала я. – Отдохни. На мои алчные взгляды не обращай внимания, это банальная зависть.

Вроде бы градус напряжения спал. Джон оставил волосы распущенными. Лавочки в беседке залило дождем. Мы стояли по центру, где брызги не доставали, хотя нет-нет, да ударял холодный, мокрый порыв ветра.

– Не вовремя мы, – со вздохом сказала я.

– Потом еще вернемся, если хочешь, – ответил Джон, – Или если решишь больше со мной не связываться, досюда можно доехать на поезде за три часа.

Я улыбнулась.

– Дождь я не могу вменить тебе в вину. Идея-то была отличная.

Джон немного поежился, достал из пространственного кармана китель.

– Удобно, – оценила я.

– У меня там еще, кажется, свитер был, – сказал он, доставая красный свитер.

– Спасибо, не холодно, – я покачала головой, – Пледа достаточно.

Джон убрал свитер обратно. Мы вместе, не сговариваясь, посмотрели в серую даль, туда, где угадывалось море. Даже так я не могла назвать прогулку неудавшейся. Мне нравилось молчать рядом с Джоном и слушать шум дождя, стучавшего по крыше беседки и крупным листьям какого-то цветущего растения, обвивавшего ближайшую ко мне колонну.

– Можно личный вопрос? – спросила я внезапно.

Джон перевел ожидающий взгляд на меня.

– Почему Сона так себя ведет?

Черные глаза снова устремились к морю. Лицо парня сейчас ничего не выражало, и в этом как никогда чувствовались таянгские традиции, – прятать эмоции, лучше промолчать, чем сказать. Хотя Джону недоставало классического лицемерия. Он никогда не притворялся.

– На первом курсе она любила забавляться травлей других учеников. Ты наверняка уже услышала обо мне гораздо больше, чем я сам о себе знаю, – начал он тихо, отстраненно. – Я был удобной мишенью. Уязвимый, не способный дать отпор. Я тогда только и умел мелкие предметы перемещать. Да и что я мог ответить девушке… Я старался избегать людных мест и конфликтных ситуаций, пока однажды она не обрезала мне при всех волосы… Неприятная была сцена… – Джон на некоторое время замолчал, погружаясь в воспоминания, меж его бровей заложилась глубокая складка. – У меня тогда случился спонтанный выплеск сил. В результате я на неделю оказался в больничном отсеке с истощением, а она еще месяц не могла никуда выйти из комнаты, потому что пространство под ее ногами вело ее в непредсказуемые места.

Он замолчал.

– Сейчас у вас другие отношения, – заметила я.

Джон пожал плечами.

– Я не вижу разницу. Я снова объект непонятной одержимости. И не знаю, что лучше.

– И эта одержимость у нее уже три года? – спросила я.

– Не знаю. Я не поддерживал общение, – бесстрастно ответил Джон, – Но сейчас она напросилась в нашу группу, и все стало слишком очевидно.

Я вздохнула.

– Она не выглядит заинтересованной работой в команде.

– Я знаю. Я уже пытался ее заменить. Но она дочь ректора, – Джон нахмурился, – Потакающего всем ее желаниям. Но во время сессии все пятерки ждет комиссия. Я подал рапорт, который там рассмотрят.

– Ты на нее зол. А если она все-таки хочет работать в команде? – задумчиво произнесла я. – Вдруг мы ошибаемся?

В голове метались панические мысли. А смогу ли я пройти эту комиссию с моими паническими атаками и страхом замкнутого пространства?

– Тогда будет работать в другой команде, – пожал плечами Джон. – Я и сейчас не уверен, что Ли Сона ничего не вытворит. Как ей доверять в более сложных условиях?

Я пожала плечами и посмотрела на Джона. Он, прищурившись, смотрел в даль. Джон так просто обид не прощает. Не хотелось бы мне с ним поссориться и ощутить всю эту холодность на себе.

Глава 16

– Можно теперь мне задать личный вопрос? – повернулся ко мне Джон.

Черные глаза смотрели с интересом. Что он придумал? Я кивнула.

– Расскажи о своей жизни дома, – попросил Джон, – Если тяжело рассказывать, то не надо.

Я задумчиво на него посмотрела.

– Не вся моя жизнь дома связана с войной, – ответила я, – Я росла беззаботно в любящей семье потомственных магов. Перед войной я уже год, как выходила в свет. Классическая жизнь дочери богатой семьи. Мне нашли жениха, но он ушел на фронт. Мой отец решил не отдавать меня замуж, пока все не закончится, и ушел служить в целительский корпус, брат за ним. Я еще год доучивалась дома под присмотром дедушки и бабушки, а потом тоже отправилась на войну, – я задумчиво смотрела на понемногу светлеющую полосу неба над морем. – Там тоже были не только ужасы. Пришлось много работать. Я сначала была в тылу, потом линия фронта подобралась и к нам.

Я замолчала. Дальше рассказывать я была не готова.

– А что с женихом? – спросил Джон.

– Погиб в первый год.

– Ты его любила? – спросил он тихо.

– Это был союз по договору. Мы почти не виделись до помолвки, – я дернула плечом. – Но все равно восприняла это довольно тяжело. А потом на моих глазах многие умирали, и он просто стал одним из длинного списка погибших.

В этот момент я себя почувствовала такой старой. Хотя, что я видела, кроме больничных коек и бесконечного потока раненых?

Джон все это время внимательно смотрел на меня.

– А потом ты выгорела, – сказал он спокойно.

Я кивнула.

– Нас тогда спасли маги империи, всех выгоревших забрали на борт и предложили стать гражданами империи. У нас не лечат выгоревших магов. А так появился шанс.

– Ты не жалеешь о том, что так получилось? – спросил Джон.

Я покачала головой. И легко приподняла уголки губ в улыбке.

– Я скучаю по семье, но рада этой возможности. Теперь моя жизнь здесь.

Джон кивнул. Его выражение лица сложно было понять. Но я подозреваю, что он, как и я прежде, старался не выдать жалости.

Дождь вскоре закончился. Но мы никуда не торопились, ждали, когда лужи немного уйдут, и смотрели на море, беспокойно бившееся в парапет. Туча ушла дальше, и горизонт из-за дождя казался туманным.

– Давай, перенесемся в город, – предложил Джон, кивнув на видневшиеся в отдалении домики.

– А что с резервом? – спросила я.

– На это хватит, – беспечно пожал плечами парень.

Он спрятал в пространственный карман плед и снова предложил мне свитер. Но было уже не холодно. Выглянуло солнце и принесло с собой тепло.

Джон взял меня за руку. Шаг, дезориентация, и мы появились на мокрой, типично узкой для Таянга улочке в телепортационной арке.

Я сразу почувствовала знакомый холод, побежавший по венам, пробирающийся к груди. Я крепко вцепилась в руку Джона и быстро потянула его подальше от арки. Он, не задавая вопросов, бежал рядом.

Остановиться я смогла, только когда резкий отток магии прекратился, завела Джона в небольшой дворик. Мне не понравилось его неровное, тяжелое дыхание.

– Что это было? – тяжело произнес он.

Лицо у него было бледное, на лбу выступил пот, глаза помутнели.

– На тебя сильнее действует, – отметила я, – Присядь.

Джон шагнул было к лавочке, но упал прямо в лужу, теряя сознание. Мой мозг сразу отбросил панику, всколыхнувшуюся было, когда я почувствовала воздействие грамония. Я немного оттащила Джона от грязи, еще больше пачкая, но, здраво оценив свои силы, до лавочки решила не пытаться дотянуть. Вдруг ему нужна срочная помощь? Я перевернула парня на спину, заклинанием срезала пуговицы и распахнула китель с рубашкой. Положила одну руку на солнечное сплетение, другую на сердце, сосредоточилась на его энергии. Резерв был абсолютно пустой. И казалось бы, целый, повреждений не было. В таком состоянии отлежаться, выпить крепкого сладкого чая, и все будет в порядке. Только почему я ощущала, как дрожали магические каналы, будто у выгоревшего человека? Обычный целитель не увидел бы здесь патологии, но через меня прошло столько выгоревших магов, что я по косвенным признакам уже ощущала близкую катастрофу. Сила лилась в него еле ощутимым ручейком. Да уж, к этому магу искать и искать ключик… Что же сейчас делать? Ножа под рукой не было. Значит, кровавый ритуал не провести. Надо бы привести его в себя, а то так все без толку.

Я запустила легкий импульс, приводя Джона в сознание. Он медленно моргнул, пытаясь сообразить, что происходит, попытался привстать. А я, не давая себе времени на колебания и смущение, прижалась к его губам своими. Джон застыл, не ответил. Мне нужно было, чтобы наше дыхание смешалось. Я провела языком по его нижней губе. И только тогда его губы разомкнулись. Джон удивленно вдохнул. Сила потекла. Трети резерва было достаточно, чтобы маг оказался вне опасности, но я довела до половины. Если мои догадки верны, то так будет правильнее.

Неожиданно рядом раздался резкий женский голос. Нас явно отчитывали на таянгском. Я резко вскочила. Джон поднялся следом, покачнулся. Я его подхватила под руку.

– Не так резко, – тихо сказала я.

– Уже нормально, – также тихо ответил Джон.

– И никакой магии! – предупредила я.

Он извинился перед обнаружившей нас женщиной на таянгском и поклонился, снова при этом чуть не свалившись. Она разжалобилась, и в результате коротких переговоров нас пустили на тесную веранду. Пока Джон смывал грязь с волос и застирывал одежду, я сидела под строгим взглядом хозяйки и пила лимонад.

– Маги, – коротко и с сильным акцентом сказала хозяйка на имперском, – Раны?

– Силы кончились, – ответила я, пытаясь отряхнуть грязь с коленей, но только больше размазывала.

Женщина покачала головой. Взгляд у нее все еще был осуждающим.

– Жених? – спросила она.

На отрицательный ответ женщина снова закачала головой и сказала что-то по-таянгски.

– Только жених! – попробовала она перевести свои слова.

Я смущенно кивнула. Тогда ко мне смилостивились и оставили в покое.

Глава 17

Джон вернулся через десять минут с мокрой головой, в коротких цветных штанах и пестрой фланелевой рубашке, выданных добродушной хозяйкой.

Он поблагодарил женщину от нас обоих. Тогда нас оставили отдыхать на веранде.

Джон некоторое время молчал. В воздухе повисла тяжелая неловкость.

– Ты ничего не подумай, – сказала я смущенно. – Это был просто один из способов прямой передачи сил в резерв. Нормально же не получается…

Звучало жалко. К тому же я все-таки позволила себе больше, чем требовалось. Слишком эта передача была похожа на самый настоящий поцелуй. Безответный только…

– Я понял, – тихо ответил Джон, рассматривая мелкие оранжевые цветочки на синей ткани, обтянувшей его колени.

Черные волосы закрывали лицо Джона, но мне показалось, что я видела красноту, поползшую по его шее к лицу.

– Что произошло? – спросил, наконец, он.

– В арке где-то был спрятан грамоний, – серьезно сказала я, радуясь возможности отвлечься. – Я ни с чем не перепутаю это ощущение.

Джон поднял на меня серьезный взгляд и задумчиво нахмурился.

– Это камень, который находится в магических источниках? Его добыча у нас запрещена.

– Как и у нас, – невесело ответила я, – Но даргорнийцы активно используют его в войне. Их цель – уничтожить магию.

– Как действует грамоний? – спросил он, – Меня будто по голове ударили, и такая слабость…

– Голова болит? – всполошилась я, – Я ее не проверяла, не до того было.

– Терпимо, – отодвинулся Джон, – Ты и так сильно выложилась.

– У меня резерв куда больше, чем у любого обычного мага, я же целитель, – я подошла и, не слушая возражений, положила руки ему на виски.

Он довольно сильно ударился головой, я заметила небольшую ссадину на носу и шишку на лбу. Джон прикрыл глаза, когда я запустила лечебную магию. Шишке со ссадиной я помогла, но все равно потребуется время, чтобы они полностью прошли. Я чувствовала его легкое волнение от моей близости, пульс выдавал его с головой. Как будто… как будто я ему нравлюсь. Если подумать, он с первого дня знакомства так на меня реагировал. Почему тогда не ответил на поцелуй? Я опустила руки и отошла.

– Я заметила кое-что странное, – сказала я, стараясь вернуть мысли в рабочее русло, Джон немного повернул голову, внимательно меня слушая. – У тебя были признаки выгорания, хотя по факту только резерв опустел.

– Что это значит? – спросил он.

– Скорее всего, у тебя формируется вторая искра. От этого и головные боли.

Джон удивленно ко мне повернулся.

– И она выгорела? – медленно спросил он.

– Я быстро среагировала, – ответила я, – И думаю, что спасла ее. По крайней мере, сейчас никакого выгорания нет. Необходимо будет провериться у специалиста.

На губах Джона медленно расплылась улыбка, глаза превратились в два сияющих полумесяца. Я невольно залюбовалась.

– Только возьми меня с собой, когда пойдешь, ладно? – спросила я, – Похоже, твои головные боли связаны именно с этим.

Джон кивнул.

– Спасибо. Всегда мечтал о второй искре, нормальной, – сказал он искренне.

Я улыбнулась.

– Теперь надо постараться ее сберечь, пока не активировалась.

– Надо только кому-нибудь сообщить о происшествии, – заметил Джон, улыбка сразу погасла. – Это очень серьезно.

Он взял со стола пластинку коммуникатора, которую перед стиркой достал из кармана брюк, и быстро что-то набрал на ней, затем поднес к уху. Джон явно звонил кому-то близкому, потому что после краткого изложения ситуации, ему пришлось долго убеждать собеседника, что с ним все в порядке.

– Я звонил дедушке, а он передал переговорник бабушке, – смущенно пояснил он.

Я немного грустно улыбнулась. Как давно я не получала никакой весточки.

Через полчаса за нами пришли. Дедом Джона оказался высокий, стройный таянгец. Понятно, от кого Джон унаследовал рост. А еще высокие скулы и шикарные волосы. Даже в довольно почтенном возрасте седины у него почти не было заметно. Мужчина кивнул внуку и окинул внимательным взглядом меня.

– Это Наоми Бланк, она моя целительница… – Джон запнулся и смущенно исправился, – Целительница нашей команды. Я тебе про нее рассказывал. А это мастер Ли Мину, мой дедушка.

Мастер Ли с теплой улыбкой кивнул на мой поклон и достал из пространственного кармана стопку одежды.

– Можешь пока переодеться, – сказал он Джону и повернулся ко мне. – Вы выбрали необычную специализацию для целителя, мисс Бланк.

Он говорил на асконийском чисто, без акцента, и даже обращение было не традиционное для Таянга. Я смущенно кивнула.

– Джон передал мне ваши слова о той листовке. Вы очень ответственная девушка, – заметил мастер Ли.

Я вскинула взволнованный взгляд.

– Ту организацию проверили?

Мастер Ли улыбнулся.

– Это секретная информация, но будьте уверены, вас услышали, – уверенно сказал он. – Ни о чем не волнуйтесь. Ваша задача – спокойно учиться.

– Спасибо, – меня немного успокоили его слова.

Мастер Ли с интересом меня рассматривал.

– Ваш отец, верно, на войне? – спросил он.

Я кивнула.

– И отец, и брат.

– И вас не избежала эта доля, раз вы здесь, – серьезно кивнул мастер Ли.

Я снова кивнула. Почему-то я робела под его внимательным, добрым взглядом. Представляю, как выглядит в глазах мастера эта прогулка и оговорка Джона. Пожилой маг явно решил, что у нас свидание.

– Я рад, что вы теперь с нами и с Джоном.

У меня по щекам поползла краснота от этих слов. Джон торопливо появился из смежной комнаты в черной спортивной одежде. Одновременно к нам вышла и хозяйка с подносом, заставленным чайником с чашками и маленькими тарелочками со сладостями.

Женщина взволнованно заговорила на таянгском. Но мастер Ли и ее мастерски успокоил и вещественно поблагодарил за помощь.

Глава 18

На улице к нам подошел молодой мужчина в военной темной форме.

– Генерал Ли, мы обнаружили даргорнийского агента неподалеку от портальной арки, – доложил он, – Он из-за дождя прятался в доме неподалеку и пропустил появления господина Ли с девушкой.

– Это вас и спасло, – кивнул генерал Ли, потом серьезно посмотрел на внука, – Вы кому-то говорили, что появитесь сегодня здесь?

– Мы спонтанно решились на прогулку у моря, – задумчиво ответил Джон. – Ты думаешь, что могли охотиться именно на меня?

Генерал ничего не ответил, но и так все было понятно. Его звание и было ответом.

– Пока будем придерживаться версии, что даргорнийцы ловят портальных магов, – сказал он строго, бросив взгляд на военных, оцепивших арку. – Нас слишком мало, и наше уничтожение будет серьезным ударом для империи. В ближайшее время старайтесь не покидать академии. А если решите выйти, держитесь людных улиц. Про то, что нужно избегать портальных арок, надеюсь, не нужно говорить.

Джон кивнул.

– Я вас перенесу, – решил генерал Ли и протянул нам руки.

Он доставил нас сразу на территорию академии, к главным воротам.

– Рад был познакомиться, мисс Наоми Бланк, – сказал он на прощание. – Надеюсь, это не последняя наша встреча.

Через мгновение он исчез.

Джон неуверенно посмотрел на меня и сказал:

– Извини, прогулка не удалась.

Я хмыкнула.

– Зато я ее точно не забуду.

Джон робко улыбнулся.

– В целительский корпус? – предложила я.

Джон качнул головой.

– Надо идти в клинику к доктору Лу Сон Янгу. Здесь нет специалистов по нужному профилю.

Еще было непоздно, поэтому мы решили не откладывать визит. К тому же клиника находилась не так далеко от академии, всего в двадцати минутах ходьбы. Медсестра в приемном отделении выслушала наши жалобы и велела ждать. Доктор Лу Сон Янг, классический сухощавый таянгец средних лет с длинной, тонкой косой, принял нас только через полчаса и ворчливо велел изложить проблему.

Я коротко описала произошедшую сегодня ситуацию и упомянула головные боли.

– Я не разбираюсь в этой области. Вы не могли бы посмотреть, сохранилась ли вторая искра? – спросила я.

Доктор Лу нахмурился и посмотрел на Джона более внимательно.

– Портальный маг? Вам нужно было обратиться сразу, как почувствовали головные боли. Ложитесь на кушетку.

Целитель долго задумчиво рассматривал ауру Джона, а после подозвал меня.

– Вы видите ауру?

Я кивнула.

– Но на ней пока не видно искру, – заметил доктор. – Как вы поняли, что она есть?

Я описала ощущение дрожи магических каналов и добавила:

– Я не раз видела выгоревших магов. И в первые полчаса им можно помочь, дав резко тридцать процентов от их резерва.

Доктор Лу кивнул и надел специальные очки, вторую пару протянул мне.

– Формирующуюся искру никак не увидеть, – заметил он, – Хорошо, что вы так внимательны. Возле резерва мы можем только заметить, как каналы немного меняют цвет. У портальщиков он немного в сиреневый уходит, но здесь явный красноватый отлив появился.

Я удивленно кивнула. В этих очках было видно не просто сияющее переплетение магических каналов, а мельчайшие подробности и цвета каналов, а также застарелые повреждения в области головы, отличающиеся более бледным цветом.

– Хорошо, – кивнул целитель, позволяя Джону встать, – Вы будете ходить ко мне на лечение дважды в неделю, запишитесь у медсестры. У вас застарелые травмы от магического перенапряжения, оттого могут быть боли. А вы, мисс, приходите на практику в мою клинику. Немного разберетесь в наших методах лечения выгорания. Вы же в одной команде, я правильно понял?

Мы кивнули.

– Вам это пригодится. Искры еще не видно, а нагрузка слишком сильно влияет на Ли Джон Вона. Угроза потери второй искры довольно серьезная.

– Спасибо за помощь, – я поклонилась. – Когда мне к вам приходить?

– Давайте в следующие выходные, – улыбнулся мастер. – Я вас оформлю. Как ваше имя?

– Наоми Бланк.

После прощания Джон серьезно на меня посмотрел.

– Ты не обязана ради меня вешать на себя дополнительную нагрузку.

Я недовольно цыкнула.

– И каким я буду целителем, если не смогу помочь своему главному пациенту? К тому же это очень любопытно, у нас нет таких методик лечения.

Джон выглядел растерянным и несколько растроганным.

– Теперь буду переживать, что ты уйдешь из команды к мастеру Ли.

Я рассмеялась.

– Не уйду.

Когда я вернулась, в комнате была только Гуин. И это было замечательно. Не было необходимости терпеть лицемерие и скрытую язвительность Лиён.

После душа я рухнула на кровать, забыв даже привычно открыть форточку. Но это сделала за меня Гуин.

– Лиён ужасно взбесилась, – поделилась Гуин, – Готовься.

Я поморщилась и задумчиво протянула:

– Я не понимаю, что Джон такого сделал, чтобы заслужить столько слухов.

Джон совсем не походил на дамских угодников, а я их достаточно повидала за время службы в военном госпитале. А еще был очень скромен, даже по сравнению с обычными парнями.

Гуин хмыкнула.

– Он просто слишком гордый и принципиальный, вот это и не понравилось некоторым девчонкам, – сказала она. – На первом курсе дочь ректора к нему цеплялась. Он поначалу терпел, а потом научился давать отпор. С ним никто сейчас не связывается, если не хочет нарваться на мудреную пространственную месть.

Мстительный, значит? Таким он мне нравился больше, чем несчастной жертвой.

– А с Лиён все вообще просто, – продолжила рассказывать Гуин. – Она на третьем курсе тоже начала по нему с ума сходить. И в один из дней пошла его караулить с коробкой конфет, как у нас принято. Я не знаю, что именно у них произошло, но вернулась она очень злая все с той же коробкой. После она и пустила слух, что Джон тайком встречается с девчонками.

– Думаешь, она что-то увидела? – не знаю, почему я в это включилась, но больно уж здраво звучали слова соседки.

– Да просто отказал, – сказала Гуин. – Из-за незаконного происхождения на Ли Джон Вона смотрят немного свысока. Многие девчонки думают, что он должен быть рад любому вниманию с их стороны. А когда все оказывается не так, как они ожидали, начинают мелко мстить слухами.

В комнату зашла Лиён, и наш разговор сразу затух. Я ожидала вопросов, может, даже обвинений, но Лиён меня проигнорировала и скрылась в ванной. Чувствую, что завтра пожну часть славы Джона. Но после сегодняшних переживаний нервничать из-за слухов не хотелось, да и не было моральных сил. И я впервые заснула без снотворного, чтобы посреди ночи перепугать соседок криком… Мне снова снился тот подвал. Грамоний так легко всколыхнул тяжелые воспоминания.

Я долго лежала в темноте и смотрела на колышущуюся от ветра шторку. Горечь и тревога терзали мою душу. Смогу ли я когда-то жить нормальной жизнью? Магический контур мне вылечили, но для полного исцеления этого было недостаточно.

Глава 19

Наутро меня преследовали шепотки и снисходительные взгляды. Брут с удивлением спросил:

– А ты им чем насолила?

Я пожала плечами и потянулась к рису с яйцом. Ли Сона бросила на меня злой взгляд и сосредоточилась на еде. Когда подошел Джон, перешептывания усилились. Ему тоже досталась лавина презрительных взглядов. Но он, уже привычный к этому, сделал вид, что ничего не происходит.