Золото и пепел

– Да, ты права, – строго отрезала Адела, не глядя ни на кого. Только на пляшущее пламя. Краем глаза она заметила, как робко улыбнулась сестра, решив, что ее мысль поддержали, но девушка тут же оборвала росток надежды: – А вместе с этим не забудьте дополнить рассказ: ее дядя-вампир почти тридцать лет назад заколол могущественного упыря и тем самым навлек невообразимую опасность на всю их семью. Их скрытность перед вражеским кланом почти ничего не значит для таких могущественных существ. И если на них выйдут – не спасет никто. Смерть за содеянное покажется самым милосердным наказанием.

От этой неизбежной и пугающей правды показалось, что ночь стала еще чернее. Даже яркое пламя костра не могло прогнать тьму и страх, которые на короткий миг поглотили их разум.

– Чему быть, тому не миновать, – как-то меланхолично произнес Энтони, а после неспешно поднялся, с непроницаемым выражением лица. Кивнув на прощание, он ушел прочь, спрятав ладони в карманы куртки. Дорожка, по которой он шел, вела к центру деревни.

– Что это он… – тихо прошептала Катрине, с недоумением глядя ему вслед.

– Я не читала его мысли, поэтому мы, похоже, не узнаем, пока он сам не захочет рассказать. – Луна встала и сладко потянулась. – Ладно, что-то меня в сон клонит. Попрощаюсь со всеми и пойду к себе. Желаю спокойного дежурства.

– Спасибо, Луна, – Адела помахала ей ладонью на прощание.

Когда сестры остались одни, молчание первой нарушила Катрине:

– Я останусь с тобой. – Она сжала руку старшей сестры, вынуждая сосредоточиться на ее взгляде и словах. – Мне кажется, я понимаю, почему ты мало веселишься с нами. Ты либо накручиваешь себя из-за будущего, либо взваливаешь на себя работу почти как дядя Эрнст! Понять можно, ведь по линии наследования рано или поздно очередь вести стаю дойдет до мамы, а после – до тебя, ведь дяди не обзавелись наследниками… – Ладонь Катрине напряглась чуть сильнее, и Адела накрыла ее своей второй. – Но мне в таком случае достанется роль твоей беты, пока у тебя не появятся дети, поэтому не отговаривай меня! Я обязана тебе помогать, и я буду… Я хочу этого! И сегодняшняя ночь не исключение!..

Слова сестры казались простыми, но откровенность в них вызвала настоящие слезы. Они не текли, но пощипывали глаза.

– Ты ведь знаешь, что ты моя лучшая сестра?

Обаятельная улыбка появилась на миловидном личике Катрине.

– Конечно, – усмехнулась младшая, – ведь других у тебя-то нет.

Адела обняла ее, прижимаясь щекой к макушке.

– Других мне и не нужно.

Протоптанные и извилистые тропинки, привычные, как дыхание, вели сестер по хорошо знакомым маршрутам, которые они могли пройти даже с завязанными глазами.

Сегодняшняя ночь, однако, дышала иной, тревожной прохладой. Бледно-голубое, почти призрачное свечение луны, просачиваясь сквозь плотную, шелестящую листву, выхватывало из мрака все, что таил вековой лес.

– Следующую неделю дежурят лисы, наконец-то отдохнем. – Катрине протяжно зевнула, прикрывая рот тыльной стороной ладони. – Нет, все-таки нужно попробовать перетянуть тебя на дневное дежурство. И так хватает ночных похождений в полнолуние.

Аделе оставалось только промолчать, неловко натянув вверх уголок рта. Наверное, получилась кривоватая, жалкая гримаса, но Катрине, занятая осмотром, не обратила на нее внимания.

Она сосредоточенно осматривала периметр, ее взгляд скользил по теням, пытаясь уловить малейшее движение. Сестры шли небыстро, тщательно всматриваясь сквозь строй берез, чьи стволы разрезали ночной пейзаж своей мертвенно-белой корой. Все чувства работали на пределе, обостренные до крайности: слух был готов уловить малейшее трепыхание травинки, заглушаемое учащенным биением собственного сердца; зрение – засечь подозрительную фигуру, затаившуюся за стволом дерева, а нюх – учуять запах, чуждый их родному лесу. Все как всегда, но сегодня «как всегда» ощущалось совсем иначе.

Старшая из сестер знала, что Рык и Клык гуляют далеко и не приблизятся, пока она не подаст свист. Но что-то неуловимое, проникающее под кожу, все равно напрягло Катрине. Она дернулась, резко повернув голову направо, туда, где величественно возвышались темные громады гор. И затормозила.

Ее выразительные, широкие брови вмиг нахмурились, подчеркивая растущую нервозность, словно мрачные тучи, предвещающие бурю. Адела, чувствуя изменение в сестре, взглянула на ее руки: та незамедлительно выдвинула когти. Длинные, черные и острые, они гнулись книзу, словно серпы, готовые разорвать любую опасность.

Внезапный, ледяной поток ужаса пронзил сознание.

«ЗДЕСЬ УПЫРИ! – крик Луны, переданный телепатически, оглушил изнутри, раскаленным клеймом обжигая мозг. Сестры непроизвольно зажали виски, словно пытаясь удержать рассыпающееся сознание, но быстро пришли в себя, собрав остатки воли. – Основной удар пришелся на нас, центр. Патрульные, как можете, держите позицию. Лисы Валль, просыпайтесь! Нужна по…»

Передача оборвалась, и сердце Аделы будто провалилось в ледяную яму, сковывая дыхание.

Она повернулась налево, к тому направлению, где сейчас сражались все ее родные, прислушиваясь к каждому шороху, каждой фантомной ноте битвы, всей душой надеясь, что перевес будет на их стороне и Луна сможет снова выйти на связь. К счастью, между новым и прошлым сообщением не прошло и половины минуты:

«Повторяю: все, кто может, направляйтесь к нам! Лисы, волки. Кому враг не по силам, старайтесь попасть в свой дом – им не переступить порог без разрешения! Патрульные, это и вас касается. Не рискуйте лишний раз. Здесь полным-полно новообращенных, но попадаются и черноглазые старожилы!»

Гнетущая тишина, сменившая резкий телепатический крик, зазвенела в ушах, как звон разбитого стекла. Адела и Катрине были далеко, отрезаны от эпицентра ужаса, и не могли слышать отголоски бойни. Или, быть может, это был лишь эффект стресса, парализующий слух и разум.

Снова вампиры терроризируют их. В прошлый раз эти твари забрали жизнь дедушки Рейдара, больше дюжины его верных гамм и безвинных питомцев Аделы. И кто сказал, что сегодня жертв будет меньше, а не напротив?

Там, в центре, сейчас ее дяди, мама, кузен, фруэ Мэй, Луна с ее родителями… Каждое имя отзывалось болью в сердце. Конечности Аделы затряслись, и она сжала вспотевшие ладони в кулаки, пытаясь отбросить нахлынувшие эмоции, которые сейчас были бесполезны, даже вредны.

Треск ветки – такой неожиданный и оглушительный в этой нависшей, звенящей тишине, как выстрел из одного из дядиных дробовиков, – резким эхом пронесся по лесу, прервав болезненные переживания Аделы и заставив ее сфокусироваться на реальности.

Она метнула взгляд туда же, куда безотрывно глядела Катрине, и в ту же секунду ее ногти удлинились, превращаясь в острые, как бритва, волчьи когти.

Адела поравнялась плечом к плечу с Катрине, вставая в оборонительную позицию: они выставили руки вперед, предплечьями прикрывая грудь, а ноги расставили для лучшей опоры, готовые к молниеносному прыжку или защитному выпаду.

Упырь соизволил заявить о себе, намеренно издавая звуки ходьбы – тягучие, волочащиеся, словно шарканье об землю. Еще пара тресков, и из непроглядной тьмы, словно призрак из кошмара, мертвец выглянул на освещенный луной участок.

Пугающе бледный оттенок кожи казался почти серо-голубым. Одежда заметно поношенная: простая клетчатая рубашка, выцветшая и местами порванная, и старые джинсы, испачканные грязью и чем-то темным, похожим на кровь.

Глаза – одновременно такие голодные, жаждущие, полные лютого, первобытного гнева, но при этом совершенно пустые, не выражающие ровным счетом ничего, словно вместе с телом умерла и вся эмпатия, вся человечность. Радужки переливались, как грани рубина, но в этом не было ничего прекрасного, только пугающая, чуждая красота. Белки вокруг них налились кровью, будто лопнувшие капилляры, придавая взгляду безумный, хищный блеск.

Подошвы его видавших виды ботинок были заметно стерты – этот мертвец добирался до Рёсслюнга, применяя нечеловеческую скорость.

Но даже чудовищность его облика и леденящий ужас, сковывающий Аделу и, кажется, даже Катрине, не смогли скрыть от них осознание страшной правды: этот упырь, вернее, гуль, ведь умом и собственной волей он явно не блистал, будучи лишь марионеткой в чьих-то руках, еще годы назад был обычным человеком.

Эрландом Доккеном, которого во время командировки сбил пьяный водитель. В больнице изо всех сил старались спасти его жизнь, однако шансы были тщетными, и мужчина скончался на глазах жены и дочерей в реанимации, оставив их жить с вечной болью утраты.

– Pappa?[83] – дрожащим, едва слышным шепотом выдохнула Катрине, и гуль, лишь носивший оболочку их любимого отца, метнулся к ним, уже целясь в самые уязвимые места, в ту точку, где тело было наименее защищено, в сердце, где таилась вся их боль и уязвимость.

V . Эмер

–О

на уснула, – коротко бросил Винсент, облокотившись со скрещенными руками о дверной косяк и вглядываясь в сосредоточенный профиль Эмер. Приемная мать стояла за порогом на крыльце и будто прислушивалась к восточной стороне, где у костра остались родственники и гости. В ее позе читалось напряжение: плечи чуть поданы вперед, словно она готова была в любой момент сорваться с места, а пальцы, лежавшие на перилах, побелели от сдерживаемой силы.

И тут с небольшим перерывом к ним пришли сообщения Луны о вторжении. А через считанные минуты мимо пробежало несколько патрульных. Кто-то уже был запятнан кровью – своей и вампирской.

Мужчина заметил, как непроизвольно его мать сжала деревянные перила, глядя в плотный мрак ночи и мелькавшие в нем фигуры. Ее дыхание на миг сбилось, а в глазах, обычно спокойных и уверенных, вспыхнула тревога.

– Я обязан защищать Аниссу и не побегу к ним сломя голову, – твердым тоном произнес он. – Кроме нас с тобой, поблизости нет никого, кто на это способен.

Эмер кивнула, сходясь во мнении, и обернулась к сыну.

– Мэй и Энтони станут для вампиров неприятным сюрпризом, – принялась размышлять она на полтона тише. – Они без труда воспламенят их мертвую кровь изнутри с помощью магии, те и шевельнуться не смогут. Эрнст точно уже успел сплотить своих волков: он отличный стратег и явно знает, что делать. Помощь Берже в отдаче приказов, против которых не защититься даже упырю, тоже неоценима. Они справятся, я уверена. – Но голос ее дрогнул на последнем слове, и она сама это почувствовала.

Решив последовать совету Луны, Эмер и Винсент вошли в дом. Внутри было тихо и душно; тишина казалась неестественной, будто сам воздух застыл в ожидании.

«Мы сдерживаем их, – ментально докладывала Луна. – Адела и Катрине, что там у вас? Жду ответа».

Эмер и Винсент напряженно сидели на диване, тоже ожидая ответа от них. Казалось, оборотни-лисы не шевелились и даже не дышали. Эмер чувствовала, как сердце бьется чаще, отдаваясь глухими ударами где-то в горле. Она сжала подлокотник, чтобы не выдать дрожи.

«Адела? Катрине? – Тон Луны заметно напрягся. – Где вы? Ответьте!»

От волнения все сжалось внутри. Еще секунду Эмер буквально сверлила взглядом стену, а после решительно вскочила – уже готовая сорваться с места, – как вдруг приказ беты Варгманн остудил ее порыв:

«Я сканирую ваши последние мысли и знаю, что вы хотите сделать, Эмер. Но Эрнст четко попросил меня отдельно передать вам двоим: не рыпаться и сидеть в доме. При первой же возможности мы направим гамм девочкам на выручку».

– Han driver jo og tuller med oss![84] – рявкнула она куда-то в сторону, словно там стоял ее сводный брат и неодобрительно качал головой. Женщина обернулась к сыну, резко взмахнув руками. – Мы на общей территории, мы оба вожаки, но я почему-то должна следовать его приказам, когда неизвестно, что с девочками?!

Винсент явно не знал, что ответить. Только опустил взгляд на сцепленные в замок руки и глубоко вздохнул. Но через ничтожные секунды улыбнулся и тихо посмеялся. Понимая, что это совершенно неуместно, он поднял взгляд на мать и объяснил свой порыв:

– Ты всегда учила меня прежде всего думать головой, не лезть на рожон. В Париже я ослушался тебя, пусть и осознавал последствия. А сейчас и ты хочешь нарушить собственное же правило?

– Ох, Винсент… – покачала Эмер головой, сложив на груди руки, будто защищая грудную клетку от холодного порыва ветра. – Я никогда не жалела себя. Целеустремленно шла, как ты выразился, на рожон. Мне не жаль отдать жизнь за любимых и родных. Тебе же я усердно вкладывала это в голову, потому что ты – мой сын и наследник нашей стаи. За тобой будущее, и, конечно же, я хочу, чтобы ты был в безопасности.

– Не такой уж я и особенный, каким ты меня делаешь, – пожал Винсент плечами. – Ты альфа, и любой, кого ты сделаешь оборотнем, может без труда занять мое место.

Горечь от слов Винсента подступила к горлу Эмер, но она не позволила себе даже судорожного вздоха. Как донести до него, что, пусть они и не родные по крови, он значит для нее куда больше, чем думает?

Когда семнадцать лет назад знакомые из модельного агентства шепнули ей, что ее бывший молодой человек, Кэмерон, скончался, она даже посетила его похороны – пусть расстались они в прошлом весьма паршиво. Тогда и оказалось, что мужчина еще до их знакомства нагулял ребенка, но бросил его с матерью, узнав, что сын болен неизлечимым заболеванием.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Моя проблема – наша проблема (фр.).

2

«Ателье Поля Жирардо» (фр.). Название является авторским вымыслом и не имеет отношения к реальным объектам.

3

Красавица моя! (фр.)

4

Поторапливайся! (фр.)

5

Идем, идем! (фр.)

6

Твоя проблема – наша проблема (фр.).

7

Дамы и господа, прошу вас проследовать за мной для произнесения заключительного слова (фр.).

8

Этот зал полностью увешан произведениями одного-единственного художника (фр.).

9

Юный гений написал все это менее чем за один год карьеры (фр.).

10

Впечатляюще, не правда ли? (фр.)

11

Да, впечатляюще… в самом деле (фр.).

12

Откуда вы? (фр.)

13

Из Нью-Йорка (фр.).

14

Третий путь (от фр. tiers état) – состояние женщины, которая осознанно выбирала безбрачие, но при этом не уходила в монастырь, оставаясь жить в миру. Обладая безупречной репутацией и наличием церковного одобрения, такая женщина посвящала себя благотворительности, молитве и добрым делам, фактически ведя светскую религиозную жизнь, оставаясь при этом в своих владениях.

15

Но судьба та еще сука (фр.).

16

Извините, что прерываю вас, дамы… (фр.)

17

Это твой племянник, Жад? Уж больно похож! (фр.)

18

Боюсь, вы ошиблись (фр.).

19

Ничего страшного, мы ограничимся тем, что будем любоваться вашей очаровательной персоной сегодня (фр.).

20

Полагаю, вы мадам де Лекён? (фр.)

21

Она самая (фр.).

22

Могли бы мы поговорить с глазу на глаз? (фр.)

23

Передашь красавчику, что я с удовольствием поболтала бы с ним, если он не против (фр.).

24

Отпусти ее (фр.).

25

Не смей им командовать, мальчик (фр.).

26

Пойдем, мой дорогой (фр.).

27

Подождите меня в той комнате, мадам (фр.).

28

Мужские разговоры, как правило, не для женских ушей (фр.).

29

Ах, вы говорите как мой прадед, хотя на вид такой прилетный юноша… (фр.)

30

Ну хорошо – только помните, что заставлять даму долго ждать не комильфо (фр.).

31

Банши – дух-предвестник смерти в ирландской мифологии.

32

Дриада – нимфа, обитающая в дереве и связанная с ним жизнью.

33

Добрый вечер (фр.).

34

Скажите, вы не видели наверху одного мужчину? (фр.)

35

В любом случае, я проверю (фр.).

36

Благодарю… (фр.)

37

Моя дорогая (фр.).

38

Кнопка запуска и выключения двигателя.

39

Вам чего? (фр.)

40

Позови сюда свою хозяйку (фр.).

41

И поживее (фр.).

42

Вы (фр.).

43

У смерти, без сомнения, черные глаза… (фр.)

44

Полагаю, мы должны поговорить? (фр.)

45

Да, мадам (фр.).

46

Проходите и следуйте за мной (фр.).

47

Не сочтите меня грубой, просто я прекрасно знаю, что ничто из моего бара не придется вам по вкусу (фр.).

48

Вы вампиры не из рода Вильруа, я знаю их всех поголовно (фр.).

49

Расскажите наконец, зачем пожаловали ко мне? (фр.)

50

Всего-навсего спросить, известно ли вам месторасположение вашей госпожи, Колетт Вильруа (фр.).

51

Прошу прощения, мы отвлеклись (фр.).

52

Не поясните, зачем вам нужна эта информация? (фр.)

53

Боюсь, это не входит в список ваших тревог (фр.).

54

Однако в ваш входит (фр.).

55

Делайте со мной что хотите. Не имею ни малейшего понятия, где сейчас обитает эта дьяволица (фр.).

56

Колетт забрала моего племянника, Маэля, насильно сделав частью своей армии, и тем самым оборвала наш род. Она посчитала, что фамильяры де Лекён больше не нужны ей, хотела избавиться от меня и крестного отца Маэля (фр.).

57

Но племянник пообещал служить ей верой и правдой, если она позволит нам умереть… своим путем. С тех пор мое влечение к жизни поддерживают только дорогая выпивка и забота о месье Пети (фр.).

58

Что такое, месье Пети? (фр.)

59

Готово, месье (фр.).

60

«Список приглашенных» (фр.).

61

Партер – положение, при котором хотя бы один из борцов находится на коленях, сидит или лежит на полу.

62

Винт – вращение тела вокруг своей продольной оси на 180, 360 или более градусов.

63

Доброе утро! (фр.)

64

Сентрал-Парк-Тауэр (англ. Central Park Tower) – жилой небоскреб, расположенный на 57-й улице на Манхэттене.

65

«Травы и Традиции» (англ.). Название является авторским вымыслом и не имеет отношения к реальным объектам.

66

«Барлоу Индастриз» (англ.). Название является авторским вымыслом и не имеет отношения к реальным объектам.

67

Виконт – почетный дворянский титул в Западной Европе, стоящий в иерархии выше барона, но ниже графа. В прошлом такие люди помогали графам управлять землями или заменяли их.

68

Большое спасибо! (ит.)

69

Дружище (фр.).

70

Сукин сын (ит.).

71

Не дергайся, иначе свой хребет будешь по углам искать, как кусочки пазла (фр.).

72

Кто вы, черт возьми?! (фр.)

73

Рёсслюнг (от норв. Røsslyng «вереск»). Название является авторским вымыслом и не имеет отношения к реальным объектам.

74

Утро (норв.).

75

Привет (норв.).

76

Мой милый кузен (норв.).

77

Фрилуфтслив – скандинавская (преимущественно норвежская) философия жизни и образ мышления, дословно переводящийся как «свободная жизнь на свежем воздухе».

78

Ревенант – оживший покойник, который возвращается из могилы с конкретной целью. Имеет физическое, часто полуразложившееся тело.

79

Нахцерер – своеобразный вампир-мертвец, начинающий пожирать свой саван и собственную плоть прямо в могиле, из-за чего живые родственники начинают чахнуть и умирать. Затем он может выбраться наружу.

80

Ветхала - злой дух, который вселяется в человеческие трупы и заставляет их оживать. Ожившие тела не разлагаются и могут нападать на людей.

81

Драуг – оживший мертвец, охраняющий сокровища в курганах. Обладает невероятной физической силой и способностью менять размер.

82

Ниссе – дружелюбные мифологические существа из скандинавского фольклора, являющиеся аналогом славянского домового. Обычно описываются как маленькие человечки или гномы ростом с ребенка, с длинной седой бородой, в шерстяной одежде и остроконечных (чаще красных) шапочках. Если их уважать, то они будут помогать по хозяйству, присматривать за домом и домашним скотом.

83

Папа? (норв.)

84

Да он просто издевается! (норв.)