Любовь только для (не)живых

Хлопнула дверь черного входа. Я затаилась. Кусты, в которых я скрывалась на данный момент (кто бы знал, что мне придется совершать турне по дворовым зарослям?), были погуще и позапущеннее — все-таки задний двор, но если сильно вглядываться, можно было заметить, что в них кто-то прячется.

— Неужто крысы ночью снова в мусоре копались?!

Кухарка, вышедшая, видимо, выкинуть остатки с завтрака, недовольно обозрела место моих поисковых действий. Да, стоит признать, действовала я неаккуратно и весьма наследила.

— Бити, ну что там такое?! — раздался крик повара. — Мусорником налюбоваться не можешь?

— Да тут крысы опять устроили погром! — отозвалась девушка. — Я же говорила мисс Кармеле, что нужно заказать новую крышку. Кто это убирать все будет?

Громко хлопнула дверь, отражая негодование кухарки. Чую, крысам скоро будет дан бой. А они ведь даже не виноваты.

Я шумно выдохнула. Потом вспомнила, что теперь мне это совсем не нужно, попыталась по этому поводу расстроиться, но и здесь ничего не вышло. Раздраженно повырывала из земли несколько пучков травы, забросала все вокруг землей, и стало полегче.

К счастью, никто свидетелем очередной вспышки не стал.

Надо бы выбираться из моего зеленого убежища, пока весь дом окончательно не проснулся. Вопрос только — куда идти? Может, попробовать заявиться в полицию? Вдруг они помогут, увидев, что я вполне вменяемая?

Только вот вряд ли получится дойти без приключений в моем уже не сильно белом наряде. Но об этом я подумала, уже покинув территорию дома. Заозиралась по сторонам, но пока на улице еще не было тех, кто мог поднять крик из-за замарашки, забредшей не в тот район.

На мое счастье, в этой части города у тротуаров была высажена полоса деревьев, создающая прохладную тень летом, поэтому двигаться было не так боязно. Я прошла один квартал, второй — богатые дома начали потихоньку уступать места более простым, а на улицах стали появляться люди, которые по виду словно с одного кладбища со мной вышли.

Парочка бродяг старалась идти незаметно и оставаться в тени, перебегая от одного забора к другому. Двигались они в одном направлении, но совершенно независимо друг друг от друга. Возвращаются откуда-то? Никогда не задумывалась, чем занимаются бездомные по ночам, но выглядели они так, словно ползли с какой-то трудной рабочей смены.

Спешащие по хозяйским поручениям пока еще редкие служанки старательно делали вид, что не замечают оборванцев, наверняка приписывая и меня к этой касте, что было только на руку.

Та, прошлая Ноэми, привыкшая гулять только по красивым ухоженным паркам и порхать из одного знатного дома в другой, точно побоялась бы идти за бродягами не пойми куда. Но нынешнюю меня вперед вел какой-то инстинкт, и он-то как раз был за то, чтобы проследить за непонятными мужчинами. Может, они приведут меня в какое-то место, где я точно сойду за свою. Бездомные же держатся вместе и помогают друг другу?

Мои наивные детские мечты были разрушены в одном из переулков, куда завернул бродяга, на которого я положила глаз, решив, что лучше гнаться за одним зайцем, чем за двумя. Когда последовала за ним, впереди уже никого не было. Я растерянно остановилась, оглядываясь по сторонам. Какой быстрый! Наверное, заметил, что за ним следят, и решил убраться из поля зрения, пока чего плохого не случилось.

— Так, красотка, — хриплый голос послышался почему-то со спины. — Ты чего это удумала?

— Добрый день, — развернулась к мужику лицом. Вблизи его вид был еще непригляднее. Где-то очень глубоко зашевелилось какое-то чувство, отдаленно похожее на страх, но быстро пропало. Я почувствовала аромат чего-то сладковатого, и этот запах меня почему-то сильно взбудоражил. — А…

Собственно, я не знала, что ему ответить, так как и сама была не в курсе, что именно такого я удумала.

— Следишь за мной? — прищурился незнакомец. — Кто послал?

Наверное, чтобы устрашить меня посильнее, он потянулся рукой куда-то за пазуху, вытаскивая устрашающих размеров нож. Полы грязной накидки немного распахнулись, и я увидела огромное красное пятно на темно-серой рубахе.

Рука сама вытянулась вперед, блеснули когти, а из горла вырвалось утробное рычание.

Нож со звоном выпал из хватки оборванца, он задергался, заорал и рванул со всех ног куда подальше, оставляя в моих ладонях накидку, у которой лопнули гнилые завязки.

— Нежить!

Я прокашлялась, провожая взглядом испуганного человека. Ладно, видимо, то, что я посчитала за инстинкт выживания, вынудивший следовать за бездомным, на самом деле оказалось реакцией на едва заметный запах крови, который почему-то очень сильно меня манил. Инстинкт «что бы нам сожрать».

Нет, ну что за гадость в голову лезет!

Сражаться с собой — всегда дело трудное. Но когда второе «я» уж слишком самостоятельное, битва приобретает совершенно новые краски.

Пришлось приложить огромную силу воли, чтобы запихать кровожадное нечто обратно на задворки разума. Оно было против, раздраженно шипело, но мне в результате удалось отвоевать себе ясность мыслей.

Устало потерла переносицу. Попахивает больницей для душевнобольных. Мартин — второй мой братец — частенько пугал меня этим заведением. Дескать, неугодных жен мужья зачастую объявляют умалишенными и отправляют туда, запирая до конца жизни.

Сжала в кулаке грязную ткань накидки. Ничего, меня туда уже все равно не пустят — наличие души у нежити вообще сильно под вопросом. Наверное... Я не маг и, тем более, не некромант, который в таких вещах разбирается.

Где бы мне найти такого, который лоялен к восставшим убитым девушкам? Да еще и достаточно умелого, чтобы смог разобраться в моей проблеме. Мне нужен какой-нибудь... любитель разгадывать загадки. Достаточно молодой, чтобы мог допустить возможность переговоров с нежитью, но уже закончивший Академию. Доверия к адептам нашей столичной обители знаний у меня было немного. Потому что пример их абсолютной безголовости обитал у нас дома. Я столько историй от Доминика наслушалась... Да и как проникнуть в Академию, чтобы найти там нужного мага? Территория хорошо защищена, и простому прохожему туда не попасть. Легче уж в полицию. Да и работают там лучшие из лучших.

И они меня испепелят еще на подходе к Управлению.

Размышляя, надела трофейную накидку и натянула капюшон как можно больше, скрывая лицо. По инерции засунула руки в карманы и в левом неожиданно нащупала что-то бархатное.

— Ух ты! — это оказался кошель, до отказа набитый монетами. Золотыми. Так тот оборванец был воришкой? Тогда понятно, чего это он так занервничал, когда решил, что за ним следят.

Жаль, что золото не может вернуть меня к жизни. Или подсказать, что делать дальше. Было бы просто прекрасно, если бы решение просто взяло и пришло ко мне из ниоткуда.

Пришло кое-что другое. Непонятное. Будто толкнуло в грудь, вышибая из тела, и я оказалась... где-то. Здесь не было ничего. Одно огромное Ничего, даже не было уверенности, что я сама существую. Может, в этом и дело, что больше нет?

Окончательно потеряться в непонятном нечто не успела — меня пинком вышвырнуло обратно, да еще и с такой силой, что, кажется, пронесло по земле метра два. Но это ощущение оказалось фантомным: я лежала, свернувшись калачиком у замызганной стены все в том же переулке, изображая труп. Впрочем, это становится делом уже почти привычным.

Дня как ни бывало, на город опустились сумерки. Причем, судя по всему, уже совсем поздние — скоро на небе начнут появляться первые звезды.

Голова трещала нещадно. С трудом встала сначала на четвереньки и только потом поднялась на ноги. Оперлась рукой о стену. Перед глазами плясали черные мушки и, кажется, меня начало тошнить.

«Кладбище!»— скомандовало внутреннее чудовище, опять вылезшее наружу, и я даже спорить не стала, чувствуя его правоту. Кажется, это было жизненно важно.

Кое-как ковыляя, двинулась вперед. Чисто по наитию, сама не понимая, как это выходит. Мне даже путь сам не запомнился, слившись в одно сплошное невнятное пятно. Вернуть себе контроль над телом получилось только почти у самого склепа. И в этот раз не я отвоевала его, а меня принудительно вернули на место. Словно мое кровожадное «я» чего-то испугалось.

Юркнула за один из могильных памятников, не понимая, что вызвало такую реакцию. Разве у нежити есть эмоции? Мне показалось, что я их все окончательно и бесповоротно растеряла.

Наш фамильный склеп находился чуть дальше, и подойти к нему незамеченным было невозможно — он был построен на небольшом возвышении, и рядом никаких могил не было.

Пригнувшись, перебежала к другой статуе, стоявшей чуть ближе к зданию. Дальше только линия клумб с цветами, и все. Осторожно выглянула, пытаясь понять, откуда может идти угроза.

Она вышла из склепа. Ненадолго застыла, а потом села на ступеньки, о чем-то задумавшись. Я заскрежетала зубами. Тот маг!

Глава 4

Эмиль Сорианно

Приближение нежити он почувствовал, едва она прошла через кладбищенские ворота — сработал оставленный маячок. Эмиль наскоро все перепроверил. Ловушки на всякий случай сделаны, пентаграмма начертана, якорь в ее центре оставлен.

Почти всегда у восставших в этом мире имелся предмет, который и не давал уйти обратно за черту. Обычно, если это оказывалось что-то не сильно большое, умертвия старались забрать якорь с собой, чисто инстинктивно. Магическая вещь прибавляла сил и даже поначалу возвращала часть человеческих эмоций.

Знающие — некроманты, что решили нарушить закон и жить после смерти — заранее выбирали себе какую-то дорогую сердцу вещь, чтобы привязать себя к ней.

Но обычным умертвиям везло не всегда. Все зависело от того, как именно произошло оживление — вариантов было множество. Стечение обстоятельств, природные явления, истончение границы между миром живых и мертвых и так далее.

У бедной Аматто (а он действительно сочувствовал юной девушке, что умерла так рано) в качестве якоря оказался шелковый поясок от поминального платья. Вещь маленького размера, за что призывающему можно было бы поставить плюс на экзамене, но быстро портящаяся, что однозначно минус.

Некромант фыркнул — профессиональная деформация какая-то. Но этого второкурсника он обязательно найдет, как закончит здесь. Надо же что-то делать со столь самостоятельным дарованием, что оживляет аристократов.

Эмиль вышел из склепа, присел на ступеньки, ожидая, когда нежить покажется. Она затаилась за одной из могил и медлила, наблюдая. Долго скрываться все равно не сможет — без якоря скоро останется совсем без сил.

Нападет или попросит все закончить?

Когда еще разум не до конца потерян, и ты осознаешь, что превращаешься в чудовище, становится по-настоящему страшно. И уж лучше уйти на перерождение душ,, чем стараться еще немного протянуть в этой. Ведь, как яро утверждают жрецы Светлейшего, все в этом мире раз за разом проживают новые жизни

Например, на прошлой неделе Эмилю пришлось упокаивать совершенно добродушного дедка. Тот сам не понял, зачем восстал и что ему тут надо. Добрался до стража кладбища и потребовал себе некроманта. А то у него вообще-то жена тоже недавно ушла, и дедушка собирался как можно быстрее переродиться, чтобы встретиться с ней в следующем воплощении.

Но чаще, конечно, все было совсем наоборот. Магия смерти разрушала сознание, извращала, и легкого упокоения не получалось.

Эмиль, конечно, надеялся на первый вариант, но и к бою был готов.

Девушка вышла на мощеную дорожку. Мужчина наклонил голову на бок, оценивая изменения за день. К сожалению, почти ничего не было видно, так как нежить где-то раздобыла накидку. Старую, местами рваную, идеально помогающую создать образ нищенки. А неплохо, к такой обычные люди и приглядываться не будут.

И тут она его удивила. Начала осторожно двигаться к лестнице с таким видом, словно ее тут и нет вовсе. А если кто-то что-то и заметил, так это у него проблемы с воображением. Бочком-бочком — раз ступенька, два, три…

— Я тебя вижу, — решил намекнуть Эмиль, потихоньку призывая силу и готовясь сражаться.

— Тебе кажется, — заверила его нежить и быстро-быстро рванула в склеп, словно могла от него там спрятаться. Прошлая встреча ее, видимо, ничему не научила. С другой стороны, ее можно понять — сил осталось совсем мало, якорь зовет к себе, и соображать получается совсем плохо.

Гнаться за ней некромант не стал — дождался звука сработавшей ловушки, возмущенного визга и только после этого неторопливо поднялся.

— Это нечестно! — заявила нежить, пытаясь отлепить ступни от пола. В голосе появились нехорошие рычащие нотки.

— Почему же? — Эмилю несколько раз прописывали штрафы за беседы с нежитью, когда это не было необходимо, но он все равно не мог удержаться.

— Потому что! — она вскинула голову, капюшон упал, давая рассмотреть искаженное гневом лицо. Зеленые глаза горели — свидетельство о почти полном превращении. До него, по идее, еще долго. И разговаривать в таком случае она не должна. — Я просто... просто хочу забрать свое! А ты мешаешь! Почему ты мне мешаешь?!

— Такова уж моя работа, — развел руками некромант, весьма озадаченный такой экспрессией. Напоминало чисто женскую истерику, а не злость умертвия. И если Эмиль прекрасно знал, что делать с последним, то первое всегда вводило его в ступор.

— Работа? — она прекратила дергаться и стараться выпутаться из ловушки, остановила на мужчине взгляд, который стал куда более осмысленным, чем секунду назад. — Работа! Ты не просто маг, верно? Ты некромант?

Эмиль ответить не успел — нежить вновь затрепыхалась и взвыла совершенно дурным голосом:

— Пусти-и-и!

Магический узор угрожающе затрещал, готовый вот-вот распасться. Мужчина напрягся, готовый отправлять девушку в небытие, но тут она вдруг осела на пол, словно вмиг обессилев.

— Мир не повидала, замуж не сходила, ни с кем не поцеловалась, на королевском балу не побывала, — начала перечислять нежить абсолютно спокойным тоном, словно не она тут секунду назад буйствовала. Некромант застопорился, слушая неисполненный список девичьих мечт. — Так меня еще и убили! И сейчас убьют во второй раз. А справедливость, спрашивается, где?

Тут она замолкла, забавно скосив глаза к переносице. Во время всех недавних брыканий прическа, и так державшаяся на честном слове, распустилась окончательно, и несколько прядей упали на лицо, загораживая обзор. И на фоне черных волос очень сильно выделялась седая, почти что белая крупная прядь.

— Я еще и поседела ко всему прочему! — трагично закончила девушка и легла на каменный пол.

Эмиль совершенно был сбит с толку. Такой темпераментной нежити он еще не встречал.

***

Ноэми Аматто

Не знаю, на что я надеялась, пытаясь проскользнуть мимо мага. За глупые решения ответственность точно брать не собираюсь.

Мне просто до зубовного скрежета было необходимо попасть в склеп — чудовище внутри выло и бесновалось, требуя идти вперед, и очень сложно было ему отказать.

К чему именно я так стремилась, поняла, лишь зайдя внутрь. Около каменного возвышения, на котором все еще стоял гроб, лежал белый пояс от моего платья. Едва я на него взглянула — голова тут же взорвалась болью.

Мне словно туда кто-то очень настырный запихнул огромный мешок чувств и эмоций, для которых в черепной коробке уже совсем не было места.

Пришел страх, неверие, растерянность и ужас, который, если честно, я бы ощущать не хотела больше никогда.

Бросилась за поясом, откуда-то зная, что как только возьму его в руки, все устаканится.

Но почти сразу же куда-то вляпалась! Взяла и прилипла к полу, словно кто-то патокой там намазал.

А потом все окончательно пошло прямиком в Бездну. Как говорит Мартин — случился коллапс. Даже подумала — ну и пусть это маг меня убьет уже окончательно, чтобы не мучилась больше. Выдала все обиды разом, выплескивая переживания. Как будто я на пару минут ожила.

В конце осталось только опустошение.

Легла на спину, сложив руки крестом на груди. Все, можно добивать.

Но мужчина не спешил. Осторожно приоткрыла один глаз — стоит, думает о чем-то, рассматривает. Заклинание вспоминает?

«Можно сейчас быстро перевернуться, цапнуть его за ногу, уронить и перегрызть шею», — поступило предложение.

Упрямо сжала зубы. Я леди из рода Аматто, и не буду никого кусать за ноги! Тем более у него штаны грязные.

Открыла второй глаз. Некромант все еще медлил. Даже больше: осторожно присел на корточки и провел надо мной рукой, что-то проверяя. Ну вот, зря тормозил, я уже как-то передумала упокаиваться.

— Ты сказала, что тебя убили?

В ответ на его вопрос ко мне пришел уже привычный гнев. Я резко села, за что тут же получила нечто жалящее в лоб. Легла обратно, решив, что так безопаснее.

— Да.

— Но в газетах было написано, что у Ноэми Аматто остановилось сердце, — возразил маг. Мне показалось, что мое заявление его заинтересовало.

— У меня не было сердечной болезни! — возразила яростно. — А еще я ничего не помню в день смерти!

— Воспоминания об этом моменте зачастую затягиваются дымкой, — он был настроен скептично, но не перебивал, все еще водя надо мной руками.

Вообще все это выглядело весьма неприлично — лежащая я и нависший надо мной некромант. Так еще и рядом никого! Это могло бы стать настоящим скандалом, будь я жива.

— А я не помню целый день, — ко мне начало возвращаться спокойствие. А вместе с ним и способность здраво мыслить. Судьба сама свела меня с магом смерти. Которого, кажется, совсем несложно перетащить на свою сторону — вон как внимательно слушает! — Ничего, с самого утра.

— Интересно, — пробормотал мужчина себе под нос. Холодные пальцы коснулись лба. Да у него кожа ледянее, чем у меня!

В висках неприятно застучало, где-то в отдалении послышались чужие голоса, сливающиеся в один сплошной гул. Перед глазами поплыл какой-то туман с сиреневым отливом.

Замотала головой, сбрасывая чужую руку. Неприятно!

— Воспоминания заблокированы, — в голосе некроманта послышалось удивление.

А я о чем?

— Значит, кто-то хотел что-то скрыть! — объявила радостно. — Следовательно: что-то тут нечисто!

Мужчина хмыкнул, оперся руками о колени и поднялся.

— Значит, отведу тебя в Управление, — вынес он приговор, — посмотрим, что спрятано за заклинанием.

— Нет! — я снова села. Подергала ногами — все еще приклеены. — Меня туда нельзя!

— А это еще почему?

— Меня же там упокоят после-е-е, — провыла на одной ноте. Мужчина нахмурил темные брови.

— Прости, но это так и так уже предрешенный конец. Подумай сама, разве тебе хочется становиться чудовищем? Это сейчас ты разговариваешь и мыслишь, а совсем скоро все это заменят только инстинкты нежити. Наверняка они и сейчас уже пытаются захватить твой разум.

«О, да!»— радостно согласился некто внутри.

— По-моему, это больше похоже на раздвоение личности, — ляпнула я.

— Можно и так назвать, — он не стал со мной спорить, — но суть-то одна.

— А если я справлюсь? Если не стану чудовищем? — пустила в голос слезливых ноток. На отца обычно такое действовало, и он смягчался.

Некромант издал что-то отдаленно похожее на смешок.

— Я такого еще не видел.

— Увидишь! — заверила его. Что-то в его взгляде заставляло меня продолжать торговаться. Да даже то, что он вел со мной беседы, уже говорило о том, что он не совсем закостенелый поборник правил и законов. — Давай договоримся, а? Я даже заплатить могу.

Вытащила из кармана накидки бархатный кошель и продемонстрировала блондину.

— Ты еще и обворовать кого-то умудрилась? — мне опять удалось его удивить.

— Я полна талантов! — приосанилась гордо. — Ну, пожалуйста! Вдруг я останусь такой же, как сейчас?

Он заколебался. Сомнения боролись со вбитыми в подкорку законами.

Я нервно закусила губу, ожидая ответ.

— Знаешь, что, — он задумчиво поскреб пальцами по щеке, — можно сделать так…

— В Яльрендо час ночи. Небо ясное, осадков в ближайшее время не ожидается, ветер два метра в секунду, — произнес чей-то женский голос. Абсолютно безэмоциональный и какой-то потусторонний.

Я напряглась, настороженно оглядываясь по сторонам. Кто это?

Некромант оставался абсолютно спокойным, только мимолетно коснулся плеча. Ему нормально, что тут какие-то женщины погоду озвучивают?

— Здесь призраки? — спросила почему-то шепотом. А вдруг кто-то из предков решил так оригинально поучаствовать в нашем разговоре?

— Нет, это мой артефакт, — мужчина опять потянулся к правому плечу, снимая с него что-то серебристое.

Я пригляделась: он держал в ладони небольшое серебряное перо. Украшение было выполнено крайне искусно, словно настоящее птичье перо просто покрыли серебристой краской. Кончик едва заметно мерцал зеленым, как этакий маячок.

— Зачем тебе артефакт, сообщающий прогноз погоды? — я была в замешательстве. Обычно маги стараются окружить себя нужными магическими вещами, которые могут помочь в трудную минуту. А у него перо-метеоролог вместо погона на правом плече.

— А как я еще узнаю, нужно ли мне брать зонтик, выходя из дома? — он дернул уголком рта в подобии улыбки. — Это семейная вещица, пришлось смириться. Вот что — отдам его тебе на время.

— Я не фанат говорящих перьев, — отозвалась, на всякий случай пряча руки за спину. Вдруг эта штучка обладает еще какими-нибудь опасными свойствами? Например, испепеляет всех, кроме хозяина?

— Не сомневаюсь, — он крутанул артефакт в пальцах, что-то прикидывая в голове, — но я на него настроюсь из любой точки света.

— И? — все еще не могла понять, что он задумал.

— Посидишь эту ночь здесь, — постановил маг, — я вернусь завтра около четырех дня. И тогда решим, что же будет дальше.

То есть это проверка — стану ли я окончательно невменяемой или нет за это время.

— Согласна?

А у меня есть еще варианты? Остается поверить ему на слово, что он не вернется сюда с целым отрядом для упокоения излишне разговорчивой нежити.

Кивнула.

Блондин щелкнул пальцами, освобождая меня из ловушки. Осторожно встала, не разрывая зрительного контакта. Он тоже наблюдал за мной — вдруг, освободившись, нападу.

Нет уж, не дождется.

— Ладно, — вздохнул некромант, словно сам не веря, в то, что делает. — Держи.

Он протянул мне перо. А я ему в ответ кошель с золотом.

— Об оплате поговорим позже, — качнул головой.

Пожала плечами и спрятала деньги обратно в карман накидки. Взяла артефакт — кончик как будто засветился ярче. К счастью, больше никаких эксцессов не произошло.

— И еще, — он обошел меня по дуге, — возьми свой пояс.

Я обернулась. Некромант стирал ногой что-то на полу. Может, там был начертан какой-то магический узор, мне невидимый?

Но поднимать с пола полоску белой ткани он не стал, оставив ее лежать. Я еле сдержалась, чтобы не кинуться к нему, оттолкнуть в сторону и забрать вещь.

— Вроде все, — вздохнул мужчина. На лбу у него четко обозначилась поперечная морщинка — происходящее ему совершенно не нравилось. — Проверим твои слова.

— А может, ты побудешь здесь? — вдруг предложила я. — Последишь за мной, убедишься.

Мне просто жутко не хотелось оставаться одной. Дома я всегда была в окружении людей. Камеристки, служанки, родственники — в одиночестве оказаться было почти невозможно. И кто же знал, что это может дарить ощущение спокойствия? Раньше меня такая суматоха раздражала.

— К сожалению, не могу. Хоть это и было бы гораздо безопаснее. Но я и так опаздываю на дежурство, — ответил он отказом, — как-то не предполагал, что весь процесс затянется.

Я уже почти была готова напроситься с ним, лишь бы не сидеть всю ночь в склепе, но промолчала, все равно же не возьмет. Для некроманта я пока что сродни артефакту с замедленным взрывным действием. Не угадаешь — вдруг в какой-то момент случится огромная неприятность.

— Ну и ладно, — фыркнула, скрещивая руки на груди, — с родственниками пообщаюсь.

— Их тут много, на всю ночь хватит, — отозвался некромант, пасом зажигая факелы на стенах зала, — только не зли предков, самой же хуже будет.

Я тут же вообразила, как мужчину завтра встречает целый отряд умертвий из рода Аматто и требует извинений за непочтительное со мной обращение. А потом мы ровным строем идем к королю и настаиваем на включении нежити в реестр разумных существ.

Глава 5

Эмиль Сорианно

— Леон, — Эмиль окликнул начальника у дверей, — есть минутка?

— Да, давай в кабинете поговорим, — инспектор махнул рукой, зовя за собой, — что такое?

Повезло, что он, судя по всему был не слишком занят — в таком случае вообще бы ни на секунду не замедлился, бросил бы короткое «потом», и все.

Эмиль зашел вслед за Леоном и застыл у двери. Начальник зарылся в стеллажи с документами, судорожно что-то ища.