Научи меня любить

– Не знаю, стоит ли мне соглашаться! Я не принадлежу их кругу и всегда…

– Презирал этих аристократов! – усмехнулся Петька, а я еле сдержал смешок, так некстати рвущийся наружу. Аристократами мой друг всегда называл тех, кто, по его мнению, жил лучше, чем он. – Но при этом лучше любого бедняка знаешь, как нужно правильно преподнести себя и влиться в их колею, – закончил за меня Петька, и тут он оказался прав. Я действительно многое знал о жизни высшего общества. Всем тонкостям богемы обучил меня дедушка. Я долго удивлялся его познаниям ровно до того момента, как во время похорон ко мне не подошел пожилой мужчина в дорогом костюме и с отменным «Ролексом» на запястье.

– Здравствуй, ты Мика, полагаю? – обратился он ко мне тогда. – Я Родриго Каррерас, друг твоего дедушки!

– Чем обязан? – немного грубее обычного ответил я.

– А ты именно такой, каким описывал Габи в своих редких письмах, адресованных мне! – с неприкрытым весельем заверил он.

– Вы знали моего дедушку? – спросил я, сосредотачиваясь на заурядной внешности незнакомца. Слегка полноватый, с аккуратно уложенными седыми волосами и густой темной бородкой, этот мужчина довольно неплохо располагал к себе.

– О, больше, чем ты можешь себе представить! Мы, как бы выразиться проще, выросли вместе. Я жил по соседству с фазендой отца Габи, и наши семьи дружили. Твой дедушка, как, думаю, ты и сам знаешь, был из весьма влиятельной семьи, а мой отец приходился его отцу лучшим другом, как и я для Габи.

Тогда меня это сильно удивило. Конечно, я знал, что мой дед вырос в достатке, но чтобы быть из богатой семьи, слышал впервые. Собственно говоря, так я и сделал кое-какие выводы, а именно, откуда у него такие познания о высшем обществе.

– Ну, я пойду! Если что, обращайся! Вот моя визитка. Здесь адрес, по которому ты сможешь меня найти, – сказал Родриго, протягивая мне бумажную карточку.

"Профессор квантовой медицины!" – в замешательстве прочитал я.

Тем временем мужчина похлопал меня по плечу и направился к воротам, где ждал его припаркованный «Рендж Ровер».

Тогда я еще не знал, что такое случайное знакомство однажды может пригодиться. Не думая ни о чем, я молча разорвал карточку и выбросил ее, а теперь она была бы очень кстати. Где искать друга моего дедушки, я и понятия не имею.

– Вот поэтому я и не знаю, как лучше поступить! – сказал я, возвращаясь в реальность из воспоминаний.

– Думаю, тебе стоит туда пойти! – неожиданно воодушевился Петька. – Так ты точно ничего не потеряешь. Возможно, и заработаешь кое-каких денег, которых непременно хватит на мечту. Идти-то хоть есть в чем? – оглядывая мою весьма поношенную черную футболку и не менее потертые штаны, спросил он.

Конечно, у меня имелась кое-какая одежда, но это годилось разве что для похода в кино с какой-нибудь цыпочкой или для спонтанного выступления в ресторане, как вчера. Да уж, на светский ужин мне нужно было что-то другое. Как это я еще не подумал об этом?

– Хм… вижу, и правда не в чем! – подытожил Петя, заметив мою задумчивость. – Что ж, есть у меня кое-что для тебя. Осталось от одного чересчур любвеобильного любовника матери. Тебе повезло, что он был такой же комплекции, как и ты. Пойдем, – улыбаясь, сказал Петька, бросая на стол пару сотен за заказ.

– Не стоило, я бы и сам смог заплатить. Немного денег при мне еще есть! – проследив за ним взглядом, промолвил я.

– Они тебе нужнее! – крикнул Петька, вставая и направляясь к выходу из кафе.

Вздохнув, я последовал за ним, очередной раз восхищаясь тем, как мне повезло с таким другом, как он.

Глава 8

Лина

Сегодняшний вечер был для меня полон трепета, нервы мои звенели, как натянутая струна. Чего нельзя было сказать об Алле. Едва забрезжил рассвет, она уже хозяйничала в особняке, с видом знатока раздавая слугам указания, словно здесь всегда жила. Ее не умолкающая болтовня и разбудила меня ни свет ни заря. Меня так и подмывало сорваться вниз и обрушить на сестру всю свою ярость, но воспоминание о той сцене, когда я своими глазами увидела ее со Стасом, словно пригвоздило меня к постели. Этот эпизод до сих пор не выходил из головы. Удивительно, но сейчас я не чувствовала ни злости, ни терзаний разбитого сердца, особенно после известия о том, что мой «горячо любимый» Стас сделал сестре предложение. Меня это даже пугало. Все мои мысли были заняты другим – Микой. Как он себя преподнесет на этом ужине? В каком виде предстанет перед моей семьей? Мы ведь не обговорили ни единой детали!

Как я могла упустить это из виду? Нужно было хотя бы узнать его адрес, чтобы отправить курьера с костюмом, а не ломать голову над этим сейчас. Да и стилист бы ему не помешал. Не то чтобы Микаэль выглядел плохо, но все же… Отца точно хватит удар, а мама бросится за нюхательной солью. Что касается Аллочки, у нее глаза вылезут из орбит. Но Стас… А вот как отреагирует Громов, я даже представить себе не смела. Мике нужно выглядеть безупречно, иначе нам просто никто не поверит. Это же будет смешно – я и парень не из нашего круга. Пусть он прекрасно пел в ресторане, это еще не значит, что он мне подходит. Эти мысли терзали меня весь день, и к вечеру я совсем выбилась из сил, потеряв всякое желание покидать свою комнату. Но отступать нельзя. На кону мое счастье, да и Микаэль уже в пути. От него пришло сообщение, которое лишь усилило мою тревогу. Я понимала, что этот вечер, еще не начавшись, уже был безнадежно испорчен. Оставались считанные секунды до взрыва.

– Ангелина, поторопись! Все уже собрались в обеденном зале, ждут только тебя, – раздался из-за приоткрытой двери строгий голос матери, и я собрала всю свою волю в кулак.

– Сейчас спущусь! Скажи Тамаре, чтобы она приказала поставить еще один прибор на стол. – Тамара была нашей экономкой, единственной из прислуги, кто входил в нашу семью настолько близко, что ее считали почти родной. – Скоро приедет мой друг. – Крикнула я сквозь дверь, чувствуя неприкрытое удивление матери.

– Друг? И когда же ты успела… – Донеслось до меня, прежде чем в комнату вошла Марианна Вячеславовна. Она, как всегда, скептически оглядела мое светло-розовое платье с открытой спиной, обтягивающее фигуру до колен, и черные туфли на небольшом каблуке, идеально ему подходящие. Волосы я решила оставить распущенными, а на лицо нанесла минимум косметики. Мне вдруг захотелось выглядеть естественно, и, как ни странно, Стас здесь был ни при чем.

– К кому это ты так вырядилась? Ну-ка, выкладывай все начистоту, Лина, – сказала мама, заканчивая пристальный осмотр моей фигуры, что меня, конечно же, взбесило.

– А что, хочешь сказать, у такой, как я, не может быть парня? – Вспылила я, машинально поправляя невидимую складку на платье. Сколько себя помню, я всегда стойко переносила упреки и колкости мамы. Нет, не подумайте, что она меня совсем не любила. Наоборот, Марианна Вячеславовна относилась ко мне с натянутым дружелюбием, иногда показывая, что я ей небезразлична, но лишь тогда, когда ей казалось, что ее мимолетной слабости никто не видит. Но я-то видела. Например, когда она приходила ко мне в комнату. Думая, что я сплю, мама поправляла одеяло и целовала меня в лоб, а затем уходила. Или якобы случайно, для поддержки, клала руку мне на плечо, делая это только тогда, когда отец отчитывал меня за какую-либо провинность. Но в основном мама казалась непробиваемой. Рядом с отцом она никогда не проявляла слабости.

– Почему не может? Просто я думала, что ты по-прежнему сохнешь по Громову, – предположила она, прекрасно зная мою натуру. Раньше я не делала из своей любви секрета. Все знали об этом, разве что сам объект моих грез еще был не в курсе. Хотя это было лишь формальностью. Не удивлюсь, если и он знал. Так, нужно во что бы то ни стало исправлять ситуацию, иначе я рискую выставить себя полной дурой.

– Я просто решила забить на Стаса и двигаться дальше. Тем более если он решил жениться на другой, – стараясь выглядеть спокойной, произнесла я.

– Тем более если его избранница твоя сестра! – Поправила мама. – И прошу впредь не забывать об этом. Надеюсь, твой… хм… друг тоже богат, иначе… Мне бы не хотелось сюрпризов с твоей стороны, Лина, – намекая на мою любовь устраивать сцены на званых вечерах, добавила она и, не дожидаясь, когда я последую за ней, вышла из комнаты.

– Я тоже на это очень надеюсь! – Бросила я, в последний раз оглядывая себя в зеркале, прежде чем спуститься вниз.

– Милый, подай мне соль, пожалуйста! – Услышала я слащаво-приторный голос сестры. Такое поведение было в стиле Аллочки. Она всегда любила чрезмерное внимание к своей персоне.

– Какой же вы обходительный, Станислав! Моя дочь точно будет за вами, как за каменной стеной, что очень важно в наше время! – С присущей издёвкой сказал отец, и я, как всегда, мгновенно уловила, что он лишь делает вид, будто ему нравится Громов. На самом деле это было далеко не так.

"Интересно, как ты будешь вести себя в присутствии Мики, папа?" – Подумала я, злорадно улыбаясь. Судя по тому, что мой отец не особо был впечатлен выступлением талантливого музыканта, похоже, и сейчас бы не воспылает к нему уважением.

Натянув на лицо маску спокойствия, я наконец вошла в зал. Все присутствующие тут же обратили на меня внимание.

– Линочка, присаживайся, дорогая! – Произнес отец с фальшивой улыбкой.

– А я уже думала, что ты не придешь! – Хмыкнула Алла, и по ее виду было видно, что она бы хотела, чтобы я и вовсе не выходила из своей комнаты. Ведь Стас все же, пусть на несколько минут, но окинул мою фигуру плотоядным взглядом.

– Здравствуй, Лина! – Любезно сказал он и, изображая джентльмена, вдруг встал со своего места, обогнул стол и отодвинул стул позади меня. Эта его внимательность совершенно не понравилась сестре, что меня, конечно же, позабавило. "Привыкай, Аллочка, скоро он будет моим", – про себя подумала я, присаживаясь.

Сегодня я должна была сидеть напротив Стаса, что немного нервировало и в то же время радовало меня. Ведь приборы, которые я приказала подготовить, положили по соседству со мной, а следовательно, это значило, что Мика вскоре расположится рядом. Только к большому сожалению он почему-то опаздывал. Неужели запутался с адресом и поехал в другую сторону?

– Мы ждем еще кого-то? – Бросая взгляд на пустое место, спросил отец.

Как только я собралась с духом, чтобы ответить, со стороны входной двери раздался протяжный звонок. Наш дворецкий, Игнат Сергеевич, тут же поспешил открывать, а все присутствующие, кроме разве что Стаса, с нескрываемым любопытством устремили взгляды на меня. Громов, как всегда в своем безразличном репертуаре, сосредоточенно нарезал у себя в тарелке отменно прожаренный стейк, и ему совершенно не было дела до новоприбывших гостей. Даже если нас почтит президент собственной персоной, Стас останется верен себе. "Ну, это мы еще посмотрим!" – Решила я, вставая.

– Простите! – Воскликнул дворецкий, прерывая трапезу, которая еще даже не началась. – Там один человек! Он утверждает, что считается женихом Ангелины Ильиничны, – добавил он, а я от волнения прикрыла глаза.

О, что же творилось в зале в этот момент! Алла вдруг хихикнула себе в руку, мама протяжно вздохнула, а Стас безразлично продолжал есть.

– Жених? – Удивился отец. На лбу у него залегла морщинка, глаза потемнели от сдерживаемой ярости, ладони сомкнулись в кулаки, и мне вдруг стало не по себе. Ну почему у него такая реакция? Почему, когда Алла находит себе кого-то, он с любезностью принимает его у себя дома, а когда мне улыбается счастье, готов проткнуть вилкой нас обоих? Жаль, ответа я не знала, да и особо не хотела знать.

– Не совсем, Игнат Сергеевич, похоже, все не так понял. Мика – мой парень, папа! – Тут же нашлась с ответом я, про себя решая отчитать позднее Мику за такую самодеятельность. Не дожидаясь реакции отца, я поспешила к главным дверям. Представление начиналось, и отступать теперь было нельзя.

Мика

– Привет! – слова сорвались с губ, стоило ей появиться в дверном проеме. По дороге в этот элитный поселок, где гнездился дом Ангелины, уверенность била ключом. Но стоило оказаться перед трехэтажным особняком, обителью этой надменной особы, как запал угас. Хотелось развернуться и бежать, несмотря на внушительный путь, проделанный в автобусе под любопытными взглядами пассажиров. Всему виной был мой внешний вид. Петька не соврал, когда говорил о подходящем костюме. И сейчас, в глубине души, я благодарил его пропахшую грехом мать за эту услугу. Она, элитная проститутка, часто вращалась в кругах богемы и деньгами не разбрасывалась. В отличие от Петьки, который скорее спал бы на улице и питался объедками, чем принимал подачки матери, которыми она пыталась откупиться за свой образ жизни. И я его понимал. Сабина Михайловна, или красотка Саби, как ее называли богачи, чувствовала вину перед детьми, но не могла отказаться от привычной роскошной жизни. Однажды состоятельный клиент, во время бурной оргии, столкнулся с собственной женой. В ярости та вышвырнула его из отеля в чем мать родила. Его дорогой вечерний костюм, в котором он явился на званый ужин и подцепил Сабину, остался валяться на полу возле кровати. Саби, недолго думая, прибрала вещицу к рукам. "Добро не должно пропадать!" – коротко бросила она, собираясь выручить за него приличную сумму.

– Выглядишь так, словно родился на самой вершине! – хмыкнул Петька, оглядывая меня в костюме. – Только прическу нужно подправить. Есть у меня одна стилистка на примете. – Он достал телефон и, видимо, набрал Катьку Гришину. Эта девица жила напротив Петьки и часто строила ему глазки с балкона. А еще она училась на стилиста и могла преобразить кого угодно за скромную плату, что меня несказанно радовало. Каждая копейка была на счету, особенно если я собирался уехать. Неизвестно еще, сколько заплатит Ангелина за мою помощь.

– Петь, я у тебя в долгу! – сказал я, похлопав друга по плечу.

– Да брось, на то мы и друзья, чтобы помогать друг другу. А теперь пошли. – ответил он, и мы направились к дому Катьки.

Целый час она колдовала над моими непослушными кудрями и зачесав на бок преобразила их на славу.

Теперь я, при полном параде, предстал перед девушкой, которая вот уже вторые сутки не выходила из головы. И это было плохо. Плохо для меня, плохо для нее и, возможно, плохо для всех.

Глава 9

Лина

– Э… Здравствуй… Мика! – с запинкой пролепетала я. Серьезно, я ожидала чего угодно, но чтобы Микаэль настолько преобразился – даже предположить не смела. Он выглядел так, словно только что сошел со страниц глянцевого журнала People, или закончил запись сольного альбома. Темно-синий костюм сидел на нем безупречно, словно был сшит на заказ, а волосы были уложены в роскошную, модную прическу. Темные кудри, ранее растрепанные, теперь лежали мягкими волнами, и у меня вдруг возникло непреодолимое желание их взъерошить. На лице играла самоуверенная улыбка, словно говоря: «Ну, вот видишь, я тоже могу выглядеть под стать вам». Но больше всего меня поразили его темно-зеленые глаза. Они смотрели прямо в душу, и в их глубине я увидела свое отражение.

– Может, пригласишь гостя в дом, Лина? Негоже ему стоять на пороге! – рявкнул отец, вмиг оборвав нашу безмолвную дуэль взглядов. Честно говоря, мы бы еще долго так простояли, если бы не его вмешательство. Преображение Мики меня ошеломило, и я уже боялась даже представить, что он еще припас в своем арсенале. «Ну что ж, сам напросился, папа», – хмыкнула я мысленно, обращаясь к отцу и наконец отводя взгляд от Мики.

– Похоже, он не успокоится, поэтому нам следует поскорее покончить с этим фарсом! – обретя дар речи, прошептала я. С уверенным видом оглядываясь по сторонам, Микаэль наконец переступил порог. Я ожидала услышать какую-нибудь остроумную колкость, или увидеть, как он разворачивается, чтобы уйти, но Микаэль снова удивил меня. Он, как ни в чем не бывало, продолжал играть роль моего парня. И в подтверждение этого вложил свою руку в мою, отчего по коже побежали мурашки.

– Что ты делаешь? Это лишнее! – запротестовала я, но Мика и не думал отпускать меня. Он, напротив, еще крепче сжал мою ладонь, а второй рукой приобнял за талию.

– Веди! – просто бросил он, и мне на мгновение показалось, что я ощущаю его ухмылку.

– Подожди, как ты думаешь провести моего отца? А если он узнает тебя? – вдруг остановилась я, виня себя за то, что не подумала об этом раньше. Хоть Микаэль, переодевшись в дорогой костюм, и не был похож на вчерашнего музыканта, но все же… Его могут узнать, блин…

Заметив мою растерянность и разочарованный взгляд, Микаэль, продолжая улыбаться самодовольной улыбкой, сказал:

– Не переживай, Лина! Я справлюсь!

И мы, как ни в чем не бывало, наконец вошли в зал. «Интересно, что ты собираешься делать», – подумала я, ни капельки не расслабляясь.

– Позже я непременно поговорю с тобой и, поверь, объясню, как следует вести себя моему… эм… парню, – прошептала я, в глубине души понимая, что его решение притвориться моим женихом – это уже перебор.

– Конечно, объяснишь, а пока я буду вести себя так, как подобает твоему будущему мужу, – самоуверенно прошептал он мне прямо на ухо, обдавая жаром все тело. «Боже, да что это со мной!» – одернула я себя, стараясь выглядеть заинтересованной, так как сейчас, затаив дыхание, на нас все смотрели, и то, что Стас был в их числе, слегка порадовало меня.

– Советую поубавить слегка темп! Ты всего лишь мой парень, да и то это временно! – гневно прошипела я, переводя взгляд на отца. Сейчас мне, как никогда, была важна его реакция. Но папа, похоже, как и остальные, не распознал в Мике того музыканта, который играл накануне в ресторане в честь моего дня рождения.

– Советую быть полюбезней со своим женихом, а иначе я могу и передумать! – казалось бы, вовсе не обращая внимания на любопытные взгляды посторонних, ответил Микаэль, отчего мне вдруг стало неловко перед ним.

Стас вдруг поднялся и направился к нам. Он хотел было снова включить джентльмена, чтобы отодвинуть для меня стул, но Микаэль опередил его. Продолжая обнимать, он вдруг усадил меня к себе на колени.

– Брось дурачиться! – пискнула я, ощущая под собой ощутимую выпуклость, и это открытие обожгло меня настоящим огнем, а на щеках выступил красноватый румянец.

– Я всего лишь выполняю роль твоего жениха! Прояви заинтересованность, Лина! – с трепетом прошептал мне на ушко Микаэль, и мне вдруг показалось, что мы здесь совершенно одни. Лицо вспыхнуло, а на щеках появился заметный румянец. «Похоже, то, что я предложила ему, было настоящей ошибкой», – подумала я в душе, ища предлог поскорее встать с его колен.

– Хм… Не представишь ли нам новоиспеченного гостя, дорогая? – вдруг вклинился отец в наше затянувшееся перешептывание. На его лице отчетливо проявлялась заинтересованность Микой, и я ломала голову, как он до сих пор не узнал его.

«Вот он, предлог!» – сказала я себе, тут же вставая с колен Микаэля, который наградил меня лишь довольной улыбкой чеширского кота. «Да тебе лишь бы полапать меня!» – мысленно воскликнула я, одаривая Микаэля гневным взглядом.

– Это Мика, мой друг, папа! – сказала я, присаживаясь на соседнее место. Почему-то слово «парень» так и осталось висеть в воздухе.

– Какое экзотическое имя! Микаэль – ведь так вас зовут, не правда ли? – слащаво-приторным тоном спросила Алла, все это время с неприкрытой злобой в глазах комкая салфетку, лежащую на коленях. Оно и понятно, ведь все то внимание, которое ранее было адресовано ей, теперь принадлежало мне.

– Микаэль Мария Санчес! – представился мой так сказать парень, и мне вдруг показалось, что это не настоящее его имя. Имя, конечно, верное, а вот все остальное вызывает сомнение.

– О, вы итальянец? – весело воскликнул отец, и по его голосу стало понятно, что он в восторге от этого открытия, что мне было непонятно.

– Я испанского происхождения! – подчеркнул Микаэль. И, замечая удивление на лицах моей родни, тут же добавил: – Мой дедушка – выходец из Мадрида, еще в молодости он переехал в Россию, да так и остался здесь до самой своей кончины.

– Соболезную вам! – довольно искренне произнес мой отец, что меня очень удивило. Он еще никогда так себя не вел, как в этот вечер. Слегка взволнованная своим открытием, я перевела взгляд на маму, лицо которой мгновенно побледнело, а в глазах читалась неприкрытая злоба. «Интересно, что ее так разозлило?» – подумала я, впадая в задумчивость. Отец, похоже, и вовсе не заметил этого, или сделал вид, что не видит. Тем не менее, он продолжал:

– По молодости я знавал одну семью из Испании, – окунаясь в воспоминания, вдруг сказал он, отчего мама чуть было не вскочила из-за стола. – Имя Мартинез вам ни о чем не говорит? – в лоб спросил он, отчего Микаэль слегка напрягся, но его волнение длилось лишь секунду и так и осталось незамеченным, кроме меня.

– Простите, я незнаком с ними! – резче обычного ответил Микаэль, вдруг схватив мою руку под столом. Что ж, я обязательно спрошу его обо всем чуть позже, – решила я в ответ на его жест, подмигивая ему.

Обстановка в помещении накалилась до предела. Отец, впав в задумчивость, больше не спрашивал ни о чем. Мать продолжала со злостью в глазах сверлить ни в чем не повинную вазу, стоявшую на столе. Алла молча ела кокосовый десерт, который больше всего на свете любила, а я прокручивала в голове фамилию, которую ненароком случайно услышала за столом.

– Чем занимаетесь, Микаэль? Недвижимость, финансирование, ссуды в банке? – в лоб спросил Стас, своим вопросом спасая тягостную обстановку, витавшую за столом, и я мысленно отдала одно очко Мике за то, что он всё-таки вызвал любопытство в этом мужчине. Но в то же время я почувствовала напряжение от того, что Громов таким прямым вопросом загнал Мику в тупик.

– Маркетинг! – уверенно заявил Микаэль, чем слегка ошарашил меня.

– О, как интересно! И кто вы по профессии? – вклинился мой отец, засыпая Мику новым вопросом. «Зря ты это сказал! Мой отец как никто другой знает толк в маркетинговой сфере. Так, нужно прекратить это, пока не стало слишком поздно!» – подумала я, порываясь сказать хоть что-то, что поможет Мике не наговорить лишнего. Мой отец непременно захочет проверить его по базе, и мой друг вряд ли пройдет проверку.

– Моя компания производит элитные автомобили и является одной из самых востребованных во всем мире! – без прикрас нашелся Микаэль, не понимая до сих пор очевидного.

– Как интересно! И как давно вы знакомы с моей дочерью? – вставила вдруг мама, все это время до сих пор не высказавшая ни слова, что было странно. Ведь она всегда любила поговорить на славу. Оно и понятно. Марианна Вячеславовна уже проверяла Мику и ждала момента, где он непременно облажается.

Но и здесь Микаэль не растерялся. Создавалось такое впечатление, что он получает удовольствие от сыпавшихся провокационных вопросов в его сторону.

Неожиданно он взял мою холодную и напряженную ладонь в свою и демонстративно поднес к губам, отчего мое тело превратилось в желе, а тепло снова распространилось по венам. Все с интересом проследили за его поступком, отчего я просто не смела отдернуть руку.

– Мы с Линой познакомились вчера в ресторане! – прямо, без капли лжи сказал он, и я негодующим взглядом дала понять, что теперь-то точно нашему фарсу пришел конец, ведь прошлым вечером я ни с кем не знакомилась, разве только с одним довольно наглым музыкантом, которого чуть было не поцеловала. Но об этом точно не следует знать никому.

– Я заехал туда к другу, чтобы отдать одну вещь, и наткнулся на эту красоту! – продолжил Микаэль, и я на миг подумала, что теперь-то нам сложно будет выкручиваться из всего этого. «Как это ему удается с легкостью лгать и не краснеть при этом?» – подумала я, вдруг понимая, что совсем ничего не знаю об этом человеке.

– Любовь с первого взгляда, значит? – спросила Алла с явным недоверием, бросая косые взгляды в нашу сторону.

– Именно! – смотря в эту минуту только на меня, заверил Микаэль. – Как только я встретил Лину, мгновенно влюбился и уже не мыслил жизни без нее.

Его слова на мгновение повергли меня в шок. Вдруг показалось, что Микаэль говорит истинную правду, ведь так искренне он произносил каждое слово, отчего любой, наверное, поверил бы. Вот и я, похоже, не осталась равнодушной. Это уже точно перебор. Стас, например, так и пышет негодованием. Вон как буравит меня взглядом. Так смотрят настоящие ревнивцы, или те, кто только сейчас понял, какой бриллиант упустил. У меня же не разыгралось воображение?