Заказ на любовь

– У-у-у, – посочувствовал Маркус, мысленно радуясь тому, что подобная участь обошла его стороной.

– Пойдем, не стоит попадаться на глаза моим невестам раньше времени.

Хмыкнув, молодые люди подхватили тренировочные шпаги и аккуратно вложили в ножны.

Конечно, все прекрасно понимали, что создавшаяся конкуренция позволит определить некую иерархию, а это означало, что охота будет вестись не только на наследного принца, но и на Маркуса и даже на близких приближенных, таких, как Рэндалл. Хотя, чтобы привлечь внимание королевского мага, нужно очень сильно постараться. Доминик достаточно хорошо знал друга, чтобы без угрызений совести дать ему титул самого закоренелого холостяка королевства. Его резкие высказывания, быстрая потеря интереса к мимолетным связям и черный юмор, граничащий с оскорблениями, могли отпугнуть любую благородную даму. В открытую конфликтовать с магом, конечно, никто не решался, ибо чревато, но находились и те безумцы, кто готов постоять за опороченную девичью честь. В основном это были безудержно влюбленные, готовые вызвать на дуэль лорда Алиота. И явно позабывшие о том, что он не только мужчина, которому не зазорно провести ночь с прекрасной дамой, к обоюдному удовольствию обоих, но и человек, принесший победу в трехлетней войне. Рэндалл сильный и многогранный маг, но поскольку основной его стихией являлся огонь, это откладывало некий отпечаток на характер. Если говорить коротко: лорд Алиот очень старался вести себя прилично. Старался, да, но не всегда получалось так, как он хотел.

Невольно в голове кронпринца всплыла недавняя сцена, произошедшая в его кабинете. Наблюдать за госпожой свахой и лучшим другом оказалось… забавно. Два мага так упорно пытались доказать свою правоту, пытаясь переспорить друг друга, что Доминик едва удержался от того, чтобы не засмеяться. Леди Карина, как женщина и королевская сваха, оказалась более чуткой и правой во многих вещах, касающихся женской психологии. Это признавал и кронпринц, и Рэндалл, которому жуть как не хотелось этого делать, но не мог не принять её предложение. Доминик лишь надеялся, что эти двое не переубивают друг друга до конца отбора. Огненная магия и магия любви… Более страшную комбинацию даже представить страшно. В какой-то момент наследнику Алендора даже стало немного жаль своих потенциальных невест, за которыми будут приглядывать эти двое.

– Как думаешь, – прервал его раздумья Маркус, вынуждая обратить на него внимание, – что будет, если не найдется та самая? Ну… – он скривился, будто все те слова, что вертелись на языке, вызывали у него дикую зубную боль. – Достойная, – все-таки собравшись с мыслями, нашел наиболее емкое определение для будущей королевы.

Приобняв младшего за плечи, Доминик лишь грустно усмехнулся.

– Тогда мне будет очень жаль наших детей.

Парень с тяжелым вздохом кивнул, принимая правоту брата. Он, как и Доминик надеялся на лучшее. Для семьи, для всего королевства.

А как дела у свахи?

Последние дни перед подготовкой к маскараду прошли в какой-то невероятной суматохе. Все куда-то бежали, спешили, словно при пожаре, и ни у кого не было ни минутки свободного времени. Кроме меня. Я настолько измаялась от безделья, что просто бездумно шарахалась по дворцу, точно привидение и не знала, чем себя занять. А вот судя по рассказам Грейс, которой удалось выбраться в город, дабы все-таки прикупить себе готовое платье, в салонах красоты был самый настоящий апокалипсис. Записи велись даже в ночное время, из-за чего сотрудникам можно было только посочувствовать. Ведь, для поддержания красоты требовались часы. И я не шучу! Только водные процедуры чего стоили: одна ванна с целебными травами, вторая ванна с пеной, потом скрабирование, дабы обновить кожу, освежающие маски на лицо, затем кожу натирали маслами, чтобы та стала мягкой и бархатистой.

После посещения купален следовала более приятная процедура по обработке бровей и ресниц. Мастерицы в салонах умудрялись настолько удачно подбирать цвета, что впоследствии даже не требовалось лишнее нанесение краски. Ноготочки тоже не оставались без внимания. Рукам вообще уделялось куда больше внимания, чем лицу, ведь прежде, чем мужчина как следует рассмотрит леди, он поцелует её пальчики. Пожалуй, косметические процедуры можно сравнить с написанием картин (если, конечно, умеешь рисовать). Вот занимаешься живописью самостоятельно, стараешься, ловишь вдохновение, а затем смотришь на результат – вроде и ничего, но на стену в спальню вряд ли повесишь. А вот если картину напишет знаменитый художник, то не зазорно и похвастаться, тем самым показав не только хороший вкус, но и собственный достаток.

Как сказала недовольная Грейс: Заняться им нечем!. С одной стороны, она была права, ведь девушки были и без того привлекательны, а иностранки вообще навряд ли нуждались в местных услугах салонов красоты. Многие родители перед рождением ребенка обращались в храмы, дабы боги благословили еще неродившегося малыша, наградив красотой. Однако как бы не действовало благословение, гены никуда не деваются. И если в роду есть не очень приятные на лицо родственники, то благословение становится жизненной необходимостью.

Проблема заключается в том, что такие семьи каждое поколение вынуждены обращаться в храмы, дабы не всплыли какие-то позорные подробности их внешности. И порой это доходит до паранойи, учитывая, что со временем гены разбавляются. А еще есть принцы и принцессы. Ведь по рассказам писателей и рассказчиков, наследники престола просто-напросто не могут иметь внешних недостатков, так что имидж надо поддерживать. Был еще третий тип людей: те, кто не обращается в храмы и живут вполне счастливо. У этой категории либо нет достаточного количества денег, чтобы внести пожертвования в храм, либо им очень повезло с генами, коих довольно много.

К счастью или же нет, но благословение богов получить достаточно непросто. Нужна уважительная причина, дабы боги пожалели и повлияли на судьбу, и предоставление неопровержимых доказательств того, что эти изменения необходимы. У предков был избыток веса, в связи с которым они были несчастны в браке? Пожалуйста, вот семейный реестр и семейное древо с описанием Августина такого-то, жившего тогда-то. Запрос рассматривается и одобряется. По факту, придраться можно к чему угодно, даже к горбинке на носу, учитывая, как стремительно меняется мода, а с ними и стандарты красоты, но даже за такую мелочь нужно платить. Деньги для храма не блажь и не прихоть, ведь общаясь с богами священники тратят огромное количество сил, буквально торгуя своей душой и жизнью. И одно даже самое маленькое благословение стоит для священнослужителей нескольких месяцев реабилитации. А многие боги весьма прихотливы и жадны в своих желаниях…

И всё же, есть исключения. Например, дети, рождающиеся с умственными отклонениями, или же люди с хроническими заболеваниями, для которых медицина бессильна. В таких случаях, плата берется из уже собранных ресурсов, так что можно считать, что три благословения спасают жизнь четвертого человека. Никто не против, ведь благотворительностью занимаются те, кто хочет это делать, и кто может себе это позволить. Хочешь, чтобы тебе было хорошо? Сделай так, чтобы хорошо стало и другому. Таким образом держится баланс и порядок, а, как известно, добро всегда вознаграждается. Кто знает, ведь спасенный от умственного расстройства ребенок, однажды может стать прекрасным лекарем, который вылечит вас или кого-то из ваших близких от опасного заболевания?

Мне же с внешностью повезло и без всякого благословения. Отец хотя и являлся аристократом уже в восьмом поколении, в нашем роду затесалось несколько странников – так мы называли цыган. Мама шутила, что от них магию любви и способности к гаданию я и унаследовала. А папа, который из всех нас больше всего походил на представителя этого вольного и своеобразного народа, лишь неопределенно хмыкал. Рядом с ним, похожим на огромного медведя, маменька казалась хрупким светлым мотыльком.

А вот собственная шевелюра представляла нечто, что напоминало воронье гнездо. Каштановые кудри было настолько густыми, что требовалось немало усилий, чтобы распутать и расчесать их. Именно поэтому, какой бы уставшей и измотанной я не была после работы или дальней дороги, всегда заплетала их в толстую косу. Не хотелось с утра походить на ведьму больше, чем есть на самом деле. Стоило мне только заснуть с не собранными волосами, как половину следующего дня можно было смело вычеркнуть из жизни. Несколько часов требовалось только для того, чтобы разобрать их на прядки.

Грызя яблоко, которое Грейс принесла с рынка, неспешно прогуливалась по саду. Погода была чудесная, под стать грядущему празднику. Вообще, несмотря на суету, весь воздух буквально был пропитан какой-то особой атмосферой волшебства. Честно сказать, в глубине души очень сильно надеялась, что Доминик встретится со своей будущей невестой, их взгляды пересекутся, и кронпринц поймет, что она та самая. Увы, на чудо рассчитывать не приходилось. Его Высочество в принципе дал ясно понять, что в браке мало заинтересован и выберет ту, которая окажется наиболее удачливой.

Вообще все это было весьма странно. Доминик явно не пренебрегал отношениями, да и к женщинам в целом относился хорошо, но создавалось впечатление, что брак пугал его. Не хочет брать ответственность за будущую жену? Навряд ли, учитывая, что на него, как на наследника престола, уже возлагалась большая нагрузка, а королева разделяет непростую должность супруга. Насколько помню, среди правящей семьи никто не прослыл тираном или женоненавистником, да и слухов о мужеложстве тоже не было. Возможно, сказывался тот факт, что Его Высочество был сильным воином, который мог погибнуть на очередном поле битвы и оставить свою супругу молодой вдовой. Если это так, то весьма благородно думать о будущем девушки, которая, в случае чего, останется одна с кучей проблем. Однако вряд ли в ближайшем будущем снова разразится война. Нам уже одной хватило, спасибо.

Я вздохнула, ведь какой бы ни была причина, одна вещь всё равно не изменится: Доминику предначертано стать королём и выбрать себе супругу. Либо отбор покажет, кто из девушек самая хитрая и изворотливая, либо принц по-настоящему влюбится. Остальные же варианты – иллюзия выбора.

Болезненно поморщившись, украдкой потерла ноги. Костюм для бала, как и было обещано, доставили вместе с обувью и украшениями. Дабы избежать неловкости из-за новой обуви, решила попробовать разносить, чтобы туфли немного сели по форме ноги. К вечеру бегать в них буду, а вот первые часы… Где-то справа раздалось журчание воды, судя по всему от фонтана. Остановившись, сделала несколько шагов вперёд, найдя среди зелёной ограды незаметный проход в другую часть лабиринта. Выкинув веточку от съеденного яблока, свернула в проем, желая исследовать новую часть сада. Не тут-то было. Точнее, я оказалась не единственной любительницей отдохнуть в тени сирени и полюбоваться на фонтан.

– Госпожа Рэгл, добрый день, – улыбнулась Камелия, поднимаясь и приседая в книксене. Книгу она не захлопнула, но убрала за спину.

– День добрый, – вернув ответную улыбку, а затем, не удержавшись, добавила: – Не думаю, что во дворце стоит читать книги, которые нужно прятать. Вас могут неправильно понять.

Леди Альконт внезапно рассмеялась и подняла книгу на уровень глаз.

– Прямо как вы? – спросила она, давая возможность прочитать название.

– "Сплетение миров. Путешествия через безвременье"?.. – признаться, я ожидала чего угодно, но только не учебник по физической магии. От абсурдности ситуации даже забыла о больной ноге, расхохоталась, вытирая невольные слезы. – Вы абсолютно правы, подобную литературу действительно тяжело понять. Пожалуй, благородные дамы из старшего поколения действительно могут осудить вас.

Леди Альконт нервно улыбнулась и тихо спросила:

– Вы никому не расскажете? – я аж опешила от подобного вопроса. Видимо, на моем лице всё можно было прочесть и без слов, потому что девушка поспешила добавить: – Просто старшие считают, что главное предназначение леди – это удачный брак. Но как брак может быть удачным, если женщина не может поддержать мужчину и дать ему совет?

Заинтригованная её словами, я все-таки села на скамью, деловито закинув больную ногу на здоровую. Оправив складки платья, устроила подбородок на пальцах. Упершись локтями в колени, с любопытством склонила голову к плечу.

– Расскажете подробнее о ваших мыслях? – видеть себя со стороны не могла, но догадываться о том, как ярко вспыхнула аметистовая радужка, свет которой был заметен даже при ярком солнечном дне. Такое часто бывало, когда я была слишком взбудоражена или когда применяла любовную магию. А вот со стороны, наверное, выглядело пугающе.

Вот и сейчас леди вздрогнула, но, к моему удивлению, взгляд не отвела. Наоборот, выпрямилась сильнее и прижала к груди книгу, как будто та была самым охраняемым сокровищем.

– Для мужчины женщина должна, в первую очередь, составлять приятную компанию. А чтобы скрасить время, придется либо быть умнее, либо разделять все интересны мужа.

– Но многие мужчины до сих пор не могут смириться с мыслью, что леди умеет думать, – заметила я. – Это задевает их самолюбие, ведь женщина, по определению, должна быть глупее и не лезть в мужские дела.

Камелия пожала плечами и, немного потоптавшись, села рядышком.

– Вы тоже считаете, что занятие наукой – это глупость?

– Я – нет, – нахмуриваясь, ответила вполне серьезно. – Даже наоборот, в восторге от того, что вы сторонница новых идей. Согласитесь, будь как-то иначе, у нас до сих пор существовали бы законы о том, что женщинам запрещено получать образование, кроме домашнего, участвовать в дебатах и заниматься творческой деятельностью.

И с этим сейчас трудно было не согласиться. Как я уже говорила, отец нашего короля был человеком продвинутым, потому дал полную свободу для молодого поколения. Теперь привилегией считалось не то, кто убьёт больше дичи на ежегодной охоте, а то, какой вклад ты внёс в развитие страны. Созидатели, кстати, были из их числа. Юные дарования, которым дали возможность и повод разгуляться. И, как бы мой отец не был против того, чем я занимаюсь, даже он не мог запретить мне бросить сватовство. Новый закон "О ведении личного дела женщинам, связанных узами брака и леди, достигшим брачного возраста" четко гласил следующее: независимо от социального и семейного положения, любая дама имеет право быть индивидуальным предпринимателем и вести своё дело, как в столице, так и за её пределами.

Конечно, для этого требовались кое-какие сбережения, ведь покупка кабинета или целого здания требовало немалых вложений. А ведь в некоторые организации требовался ещё найм сотрудников, которым надо было платить ежемесячную зарплату. Но бизнесом дело не ограничивалось, и многие леди стали пробовать себя в роли поэтесс, писательниц, актрис и художниц. К слову, сентиментальные романы, написанные рукой женщины в обществе приобрели небывалую популярность. Если прежде подобную литературу избегали, поскольку были писаны мужчинами, любящими всё опошлять (романы ведь велись от лица главного героя), то сейчас книги стали более чувственными, трепетными и эмоциональными.

Поскольку любовная литература рассчитала на молодых девушек, то она и пишется таким образом, чтобы ассоциировать себя с главной героиней. А главный мужской персонаж – это сборник всевозможных достоинств и талантов. Красив, богат, талантлив, благороден, хитёр, в меру надменен (аристократ, как-никак), обаятелен, любезен, дерзок… Но лишь с одной единственной может быть покорным и ласковым. Конечно, после выпуска подобных романов забот у меня прибавилось. Да, возможно для кого-то он не будет столь красив, богат, силён или талантлив, но все мы разные, и у каждого свои вкусы и предпочтения. Если мне, чисто визуально, не нравится человек, это не значит, что для моего клиента он будет едва ли не воплощением мечты.

Это же касается и обучения. Новое, как и старое, не всегда плохо. Нужно уметь находить компромисс и быть открытым к новым идеям и знаниям. Не обязательно делать это для кого-то, чтобы заслужить доверие или прославиться. Порой достаточно сделать это для самого себя, ведь неизвестно где и когда новообретенные знания могут пригодиться.

Наверно, то же самое касалось и леди Альконт, которая жила хоть и в большом, но достаточно отдалённом городе. Пожалуй, принцессам Мэрайе и Аните из соседнего государства добираться было куда ближе, нежели этой девушке. Поэтому неудивительно, что пока я вдохновленно рассуждала о преимуществах нового закона, леди Камелия жадно слушала.

– Святые боги! – воскликнула она, подскакивая и едва ли не хлопая в ладоши. – Спасибо вам! Огромное спасибо!

– За что? – изначально казалось, что девушка чувствует себя максимально некомфортно, но сейчас она будто бы расцвела. Щеки раскраснелись, глаза взбудоражено блестели, а несколько пшеничных прядей, выбившиеся из причёски, придали ей слегка безумный вид.

– За то, что выслушали, – ничуть не смутилась она, рукой смахивая локон с глаз. – Видите ли, у нас в Цересе в основном пожилое поколение, мы стараемся лишний раз не обсуждать новые законы и то, чем хотим заниматься. Не одобрят, – с губ ее сорвался тяжелый вздох. – Матушка родом отсюда, она и привила мне любовь к наукам. Сама она преподаватель, преподаёт в гимназии естествознание. Но сами понимаете: провинция! – девушка на секунду скривилась, но тут же поспешила исправиться, натянув на лицо приветливую улыбку.

– А отец ваш как реагирует? – осторожно уточнила я.

– Хорошо, – пожала плечами, – он вообще яростный поклонник всего нового.

Понимающе кивнула, ну да, глава торговой гильдии по определению не мог быть недальновидным. Кожа и дорогие ткани – это то, чем пользовались регулярно, но это и то, что требовало безостановочного совершенствования.

Вдруг леди Альконт как-то замялась. Лицо её растеряло весь тот детский восторг, и в одночасье стало очень серьёзным, будто она решала какую-то очень сложную задачу.

– Госпожа Рэгл, позволите спросить? – вопросительно вскинув бровь, кивнула. А девушка холодно спросила: – Почему из всех леди, предложенных Его Высочеству, я попала в этот список? Мы были польщены, когда получили приглашение, но также прекрасно понимаем, что у меня минимальные шансы. Какой бы богатой ни была моя семья, но мы всё ещё являемся простолюдинами. Какая от меня выгода будет стране и Его Высочеству? Если захочет, то он может просто приказать, и мы исполним это.

Почему-то, глядя в её серьезные голубые глаза, в которых и не было намека на холодность, мне захотелось смеяться. Оглядевшись по сторонам, будто нас мог кто-то подслушивать, поманила девушку поближе. Камелия доверчиво наклонилась поближе. А я, понизив голос до зловещего шепота, грозно провозгласила:

– Пути богов неисповедимы, – и расхохоталась, когда леди Альконт отпрянула от меня, глядя во все глаза. – А воспользуетесь вы этой возможностью или же упустите – зависит лишь от вас самих. Вопрос лишь в том: хотите вы этого или нет? – Камелия вздрогнула, будто сказала нечто жуткое, или же мои слова действительно прозвучали как угроза. – Честно сказать, мне абсолютно всё равно, кто станет королевой. Вам, людям, это может быть не совсем понятно, но я не привыкла сомневаться в выборе своей покровительницы, именно поэтому мое дело и процветает. Для меня же главное, чтобы в конце все были счастливы, правда. Мы все люди взрослые и прекрасно понимаем, что королева может быть лишь одна, а остальным шестерым, к сожалению, придется отправиться домой. Но даже при таком не самом радужном исходе я искренне желаю, чтобы Амия была милостива. К каждой из вас. Семь девушек способны создать семь историй, но по какому именно пути будут разворачиваться события – никому не известно. Даже богам, – поднявшись с насиженного места, поправила подол платья, убирая появившиеся складочки. – Хочу дать добрый совет: поступайте по совести. Никто не станет держать вас здесь насильно, но если пребывание здесь в тягость, то уступите.

Прищурилась, внимательно наблюдая за малейшими изменениями в её лице. Мелькнуло непонимание, удивление, которое тут же сменилось недоверием, а затем и смущением. Леди Альконт, видимо, всерьез задумалась о том, чего она хочет на самом деле. Пройти отбор и стать королевой с кучей подданных? И, самое главное, заполучить сердце принца? Но стоит ли игра свеч? Не каждому дано выдержать груз ответственности и не каждому дано бороться за то, что, возможно, тебе и не принадлежит. Эти девушки идеальны, но… Ведь никто не спрашивал, хотят ли они быть здесь.

– Я… – она сглотнула, потупилась, сильнее прижимая к себе книгу. – Я ведь могу подумать, верно?

– Можете. Однако, разговаривать нужно не со мной, не с господином магом и даже не с Его Величеством Дрогбаром. Но, к сожалению, с кронпринцем Домиником можно будет поговорить лишь после церемонии приветствия. Если, конечно, удастся его поймать…

Окончание фразы: "Что будет весьма затруднительно сделать, ведь на Его Высочество будет направлено столько внимания", – так и осталось висеть в воздухе, не произнесенное вслух.

Камелия выглядела задумчивой, а я не стала углубляться в эти мысли. Попрощавшись до вечера, мы поспешили разойтись: леди Альконт через парадный вход, я же через оранжерею. Больная нога вновь дала о себе знать. Поморщившись, замедлила шаг, воровато огляделась по сторонам и, плюнув на правила приличия, с блаженным стоном стянула злосчастные туфли. Сдавленные и стёртые в кровь ступни покалывало, будто не в состоянии поверить, что их больше ничего не сдерживает, а маленькие ссадины неприятно защипало. Тем не менее эта боль ушла на второй план, а её место занял неподдельный азарт. Честно сказать, не представляла, зачем наговорила всё это леди Альконт, но чувствовала, что те слова были вернее всего.

Обращаясь к нераспустившимся бутонам чайных роз, тихо спросила:

– Я ведь правильно поступила, да, Амия?

Аметист на кольце заискрился сиреневыми искорками, а отделившийся от перстня крохотный светлячок осел на ближайших бутонах. Цветы, будто человек, пробудившийся ото сна, вздрогнули, встрепенулись и нехотя раскрылись, принеся в стены оранжереи свой чудесный, неповторимый аромат. Маленькие, хрупкие и невероятно нежные они определенно радовали глаз. Кажется, богиня сегодня была в хорошем расположении духа, это радовало.

– Госпожа сваха? Признаться, каждую нашу встречу вы выглядите весьма… Эффектно, – раздался за спиной уже знакомый до зубного скрежета голос.

Сильнее сжала в руках свои туфли и, мысленно досчитав до десяти, повернулась.

– Добрый день, господин Алиот. Вы тоже ничего, – я сама любезность и, в отличие от него, иронии в моем голосе ни капли.

Маг действительно выглядел превосходство: бордового цвета рубашка с золотыми узорами на воротнике и манжетах выгодно подчеркивала его желтые глаза, скорее для красоты, нежели для теплоты, на плечах висел темный камзол. Графитового цвета брюки обтягивали длинные ноги, уходя в голенища мягких, тщательно начищенных кожаных сапог. Как всегда, одет с иголочки, что аж бесит, да ещё и демонстративно выделяет цвет своей магии. Я же, если вспомнить в первую нашу встречу была одета в обычное домашнее платье и старую цыганскую шаль. Во вторую была уставшая и неумытая, а подол платья и сапожки были испачканы в дорожной пыли. А сейчас и вовсе босиком, нарушая все мыслимые и немыслимые правила. Матушка бы, увидев меня в таком виде, в обморок слегла. Взгляд его упал на мои голые ступни в тонких чулках, и губы мужчины дрогнули в какой-то странной то ли улыбке, то ли усмешке. Немедленно захотелось опустить подол пониже, но, увы, тот едва доставал до щиколоток. Вместо этого я широко улыбнулась и, скрестив на груди руки вместе с туфлями, гордо вздернула нос.

– У вас ко мне какое-то дело, господин королевский маг?

– У меня? К вам? – от искреннего изумления в его голосе стало даже обидно. – Абсолютно никакого!

Неопределенно передернула плечами, мол, какого чёрта тогда понадобилось меня окрикивать?

– Ну раз у вас ко мне абсолютно никакого дела, – выразительно посмотрела на мужчину исподлобья, непрозрачно намекая на свое недовольство, – то я, пожалуй, пойду. Ногам холодно, не хочу подхватить воспаление.

Не менее выразительный, чем мой собственный, взгляд: "В чем проблема просто надеть туфли?" – был мне ответом. Вряд ли мужчины вообще знакомы с таким понятием, как неудобная обувь и стёртые ноги, учитывая, что сапоги делались из мягкой кожи, чтобы на охоте не спугнуть дичь. Женская же обувь, особенно новая, была довольно жёсткой, из-за чего визуально уменьшала размер ступни. Конечно, со временем туфли разнашивались и приобретали форму ноги, но первые несколько дней – это сущая пытка, учитывая, что за день ступня все равно отекала.

Маг поклонился, я тоже сделала весьма неловкий книксен, стараясь не морщиться от саднящей боли в ногах. Развернувшись, хотела было поскорее уйти, но странное покалывающее чувство, разлившееся от ступней до самой середины бёдер, заставило замереть и прислушаться к своим ощущением. Мягкий холодок сменился живительным теплом, а ноги будто окунулись в плотное, пуховое одеяло. Удивлённо взглянув на свои пальцы, заметила, как исчезает покраснение, возвращая здоровый вид.