ГАЛСТУК-УДАВКА

Женя, добрый вечер. Сегодня ты была очень красивая. Особенно в этом платье. Хотел сказать ещё в офисе, но не при всех.

Она улыбнулась и набрала ответ:

Спасибо большое. Приятно слышать.

У меня завтра вечером в доме шашлыки. Мясо замариновано по хорошему рецепту, вино приличное. Небольшая компания. Буду очень рад, если ты присоединишься. Могу заехать за тобой.

Женя замерла, уставившись в экран. Пальцы зависли над клавиатурой. В памяти против воли всплыли холодные, поджатые губы Дмитрия. Плечи мгновенно зажало — ожило старое, въевшееся под кожу ощущение глухой обороны. Женя сделала глубокий вдох, стряхнула оцепенение и быстро застучала по клавишам:

Спасибо за приглашение, Артём. Звучит очень вкусно и душевно, но, к сожалению, не смогу. Я беру отпуск за свой счёт на следующей неделе — едем с родителями и дочкой на море, во Владивосток. Давно планировали эту поездку.

Ответ пришёл через пару минут:

Жаль, очень жаль. Владивосток — это отлично, море всегда лечит. Когда вернёшься — обязательно отметим твой отпуск. И это платье ещё раз надень. Приятного отдыха!

Женя отложила телефон. В груди разлилось забытое тепло. Мужчина проявил внимание — красиво, деликатно, без напора. Это было… целительно.

***

Семь дней пронеслись на одном дыхании. Каждое утро сквозь открытое окно на съёмной квартире проникал плотный, влажный запах соли и глухой гул портовых кранов. Взятая в аренду праворульная малолитражка со скрежетом брала крутые владивостокские подъёмы, увозя их на Русский остров, к мысу Тобизина. Женя подолгу сидела на краю серой, обветренной скалы, опустив ноги к воде. Ветер швырял солёные брызги в лицо, Ника рядом собирала гладкие тёмные ракушки в подол платья, а родители молча пили чай из термоса. Женя смотрела на пенные гребни прибоя и ловила себя на том, что её тело наконец-то расслабилось.

Морской воздух быстро стер с лица Жени офисную бледность – на чётких скулах появился легкий золотистый загар. Порывы постоянно путали её длинные тёмно-каштановые волосы, но она впервые не пыталась перехватить их заколкой, оставляя распущенными.

Особенно запомнился вечер в известном кавказском ресторанчике на набережной. Официанты в национальных костюмах пели и плясали лезгинку между столиками. Когда узнали, что у мамы Жени юбилей, её с песнями вытащили в центр зала. На голову под оглушительные аплодисменты торжественно водрузили огромную папаху и вручили рог с вином. Ника в восторге хлопала в ладоши и требовала «ещё танцев!».

В середине недели они съездили в Приморский Сафари-парк. Ника кормила с рук доверчивых оленей, а потом они долго стояли у вольеров хищников. Крупные тигры вальяжно бродили прямо среди деревьев за высоким ограждением. Один из них подошёл совсем близко. Ника, затаив дыхание, прижалась к перилам и замерла, глядя на него широко раскрытыми глазами. Из-под отросшей детской чёлки, которую Женя так и не успела подстричь, на огромного зверя смотрел чистый первобытный восторг.

— Мам, смотри, какой большой… — прошептала она. — Он на меня смотрит!

Женя улыбалась и снимала дочь на телефон, пока та увлечённо рассказывала, как обязательно станет укротительницей тигров, «но только доброй».

Время от времени телефон вибрировал от сообщений Артёма. Переписка оставалась легкой:

— Как проходит отдых? Море уже тёплое?

— Тёплое! Сегодня купались в бухте, вода как парное молоко.

— Рад за вас. Отдыхай, как следует. Здесь без тебя в офисе скучновато. Когда возвращаетесь?

— Через три дня уже.

— Отлично. Буду ждать. Привези мне морской воздух в багаже.

Женя ловила себя на том, что ждёт этих весточек. Приятно было знать, что дома о ней думают не просто как о функции, матери или работнике, а как о привлекательной женщине.

Накануне отъезда из Владивостока Женя всё-таки написала мужу:

— Дмитрий, вернусь послезавтра. Давай решим вопрос с алиментами. За два месяца ты перевёл меньше, чем мы договаривались. Есть возможность помогать больше? Ника растёт, расходы только увеличиваются.

Ответ пришёл сухой, с привычной иронией:

— Сразу с претензиями? Я свою зарплату ещё нормально не видел. Будет возможность — переведу. Не надо меня пилить, я и так помогаю.

Женя закрыла переписку и тяжело выдохнула. Ничего нового. Просто очередной укол.

***

В Хабаровск вернулись в воскресенье вечером, а уже в понедельник утром Женя снова сидела за своим рабочим столом. Михаил, руководитель отдела, подошёл к ней минут через сорок после начала трудового дня — как всегда подтянутый и бодрый, в простой белой рубашке.

— Женя, с возвращением. Как отдохнула? — спросил он со своей широкой, приветливой улыбкой. — Сразу включайся, пожалуйста. Появился новый поставщик по горелочному оборудованию, нужно быстро согласовать техническое задание, подготовить проект договора и просчитать все условия. Материалы я тебе переслал на почту.

— Хорошо, Михаил, сейчас займусь.

Чуть позже к ней подошел Артём. Увидев Женю, он искренне улыбнулся, и в глазах мелькнула настоящая радость. Его взгляд быстро скользнул по ее посвежевшему лицу и чётким скулам.

— Вернулась! Отлично выглядишь, загар тебе идёт. Как море?

— Спасибо. Море было прекрасным, — ответила она тепло.

— Очень рад тебя видеть. Если будет тяжело после отпуска — говори, помогу.

Днём, когда в кабинете остались только Женя, Лена и Катя, Женя негромко поделилась:

— Девчонки, а у меня тут история.… Перед отпуском Артём приглашал меня на шашлыки к себе в дом. Обещал мясо, вино и «небольшую компанию». Я отказалась из-за поездки.

Лена и Катя обменялись скептическими взглядами.

— Ну надо же, какой затейник, — хмыкнула Лена. — Он ведь недавно точно так же нашу Татьяну зазывал. Тоже, кстати, разведённую. Та ответила отказом, а потом растрезвонила всем подряд. Говорила, он буквально проходу ей не давал, так настойчиво приглашал.

— Серьёзно? — нахмурилась Женя.

Катя крутнула в пальцах ручку и сухо бросила в сторону двери:

— Да обычная схема. У него спорт такой: новенькая симпатичная появляется — надо самоутвердиться, поставить галочку.

— Или мы просто завидуем, — ехидно протянула Лена, наклоняясь ближе. — Женя у нас, вон какая загорелая красотка приехала. Он сегодня с тебя глаз не сводил. Так что имей в виду… и не обольщайся особо. Мало ли что ему нужно.

Лена многозначительно повела бровью и уткнулась в монитор.

Вечером дома этот разговор вылетел у Жени из головы в одну секунду.

В почтовом ящике лежал белый плотный конверт. Женя вскрыла его прямо в прихожей, пробежала глазами первую страницу — и замерла. Казённый шрифт судебной повестки по делу о расторжении брака расплывался перед глазами.

Дмитрий всё-таки подал на развод. Дата на штемпеле била наотмашь: он отнёс заявление в первый же день её отпуска. Свидетельство о заключении брака он, видимо, втихомолку вытащил из ящика комода — тогда, когда они ещё жили вместе, а он только планировал выставить её за дверь. Пока Женя верила его вранью про «пожить у друга», этот трус за её спиной хладнокровно готовил документы. Но обида почти сразу сменилась злой, трезвой усмешкой.

На часах было уже поздно — суд закрылся. На следующее утро Женя через судебный портал отправила официальное ходатайство: «Прошу предоставить максимальный срок для примирения сторон — три месяца».

Не ради сохранения семьи. Исключительно чтобы не дать ему лёгкого, быстрого развода, которого он так жаждал.

***

После возвращения Жени, Артём вёл себя подчеркнуто тактично. Комплименты стали редкими, а сообщения — ненавязчивыми. Через неделю он написал:

Женя, в эту субботу в театре драмы идёт комедия «Таланты и поклонники». Хорошая постановка, билеты ещё есть. Составишь мне компанию?

Женя немного посомневалась, но согласилась. Почему бы и нет? Театр — это культурно, размеренно и ни к чему не обязывает. К тому же до субботы еще далеко.

Однако в пятницу вечером ее планы резко скорректировал звонок подруги. Лариса буквально вытащила её «проветриться»:

— Ты сколько уже кукуешь в этом режиме «дом-садик-офис»? Хватит. Дочку сдавай родителям, а сами идем в клуб «Облака». Там сегодня выступает классная кавер-группа «Вишнёвый коктейль». Отдохнем!

Женя поддалась на уговоры. Дочку она отвезла к бабушке с дедушкой с ночёвкой, достала из шкафа чёрное платье и впервые за последние годы пошла в ночной клуб. В «Облаках» было громко, душно и весело. Они безудержно танцевали, пили коктейли и много смеялись. Женя ощущала себя странно свободной — точно на несколько часов вернулась в юность, где не было забот. Домой она приползла уже под утро.

В субботу ее разбудила дикая головная боль. Часы безжалостно показывали 12:40. Спектакль начинался в три дня. Она тихо застонала и на ощупь потянулась за телефоном, чтобы написать Артёму:

Артём, добрый день. К сожалению, я не смогу сегодня пойти в театр. Ночью чем-то сильно отравилась, чувствую себя просто ужасно. Извини, пожалуйста.

Ответ пришёл через десять минут. Голосовое сообщение. Артём говорил подчёркнуто невозмутимо, но в его безупречном, ровном тоне Женя сразу уловила тщательно сдерживаемое раздражение:

— Женя, ну как же так… Я же билеты ещё в четверг взял, мы же обо всём договорились, я просил тебя спланировать день. Ладно, выздоравливай. Главное — здоровье. Лечись, пей больше воды. Если нужно будет купить лекарства – напиши.

На словах он ни в чём её не упрекнул, но от этого учительского тона по спине пробежал неприятный холодок – казалось, она была провинившейся школьницей, сорвавшей важный урок. Особой вины за собой она не чувствовала, но появилось первое смутное беспокойство. Артём, конечно, был внимательным, но... слишком правильным. Он точно требовал, чтобы всё вокруг подчинялось его выверенному регламенту. Отмену спектакля она пережила на удивление легко. «Может, оно и к лучшему», — подумала она, проваливаясь обратно в глубокий сон.

***

Женя продолжала трудиться в «ХабПромКомплекте» и, к собственному удивлению, искренне полюбила эту работу. После долгого декрета новый, динамичный темп бодрил. Особенно радовало, что не приходилось постоянно сидеть на месте. То нужно отвезти клиентам ТТН на подпись, то съездить на склад или на инвентаризацию остатков, а то и вовсе забрать по доверенности срочные комплектующие или оригиналы паспортов оборудования из транспортной компании. Такие поездки отлично разбавляли офисную рутину и дарили приятное ощущение свободы.

В этом водовороте дел Женя вдруг с трепетом осознала, что у дочки приближается праздник — Нике исполнялось четыре года. Оставив рабочие мысли в стороне, она с головой погрузилась в предпраздничные хлопоты.

Четвёртый день рождения Ники пришёлся на воскресенье, 16 августа. Утро началось с уютного домашнего сюрприза у бабушки с дедушкой. Дедушка гордо выкатил в комнату торт, на котором весело трещали зажжённые свечи, а бабушка уже держала наготове телефон с включённой камерой. Ника замерла, смешно расставив испачканные в белом креме пальцы. Главный подарок от них она разворачивала с визгом — внутри коробки лежал блестящий беспроводной микрофон. Уже через минуту по всей квартире,

заглушая работающий телевизор, разнёсся её оглушительный, восторженный голосок.

Идею для другого, самого главного и практичного сюрприза подала бабушка — старое младенческое кресло, в котором дочка ездила с самого рождения, Женя уже давно продала через Авито за ненадобностью — Ника из него катастрофически выросла и просто больше не помещалась. Женя сама созвонилась с Дмитрием и предложила скинуться на покупку. Бывший муж неохотно процедил, что зарплата у него ещё нескоро, но он обязательно отдаст свою долю потом. Бабушка тогда только тяжело вздохнула и покачала головой: «Плохо это, Жень. Нике было бы гораздо приятнее, если бы презент выбирал и дарил сам отец». Но Женя твёрдо решила не лишать дочку детской веры в папину заботу. Она выкупила кресло полностью на свои сбережения, рассудив: «Сама куплю и подарю, но дочке обязательно скажу, что отец тоже участвовал». Отличное, судя по отзывам, и надёжное кресло вскоре заняло своё место на заднем сиденье «Жука».

В понедельник праздник перенесся в детский сад. Из-за карантина родителей дальше раздевалки не пустили. Но Женя снарядила дочку всем необходимым: вместо торта передала порционные бисквиты «Барни», сок, леденцы и связку шариков. Нарядная Ника — в пышном темно-бордовом платье с маками — пошла покорять группу. Преподавательница физкультуры натянула плюшевый костюм кошки и устроила настоящую шоу-программу. Воспитательница присылала видео: хороводы, конкурсы, смех и Ника, с гордостью распаковывающая куклу от всей группы.

***

После прошедшего праздника рабочие будни потекли своим чередом. Артём заметно притих. Почти две недели, он не звал ее ни на какие свидания и общался исключительно по делу – вежливо, но подчеркнуто сухо. Женя уже решила, что эта история сошла на нет. Но в конце августа, в пятницу, он снова вышел на связь:

— Женя, у меня есть предложение. У моего друга недалеко от города коровья ферма. Отличное место, там можно посмотреть на животных и покормить их. А после — съездить освежиться на озеро. Со мной будет сын Даня, он ровесник Ники. Возьмём детей, пусть вместе побегают. Как ты на это смотришь?

Идея показалась Жене отличной, и она согласилась. В субботу они отправились за город вчетвером на машине Артёма — просторном минивэне с панорамным люком. Когда они свернули на пустую просёлочную дорогу, Артём сбавил скорость и открыл крышу. Дети от восторга высовывались наружу, ловя лицом тёплый воздух, а Женя придерживала их за пояса и смеялась. Они махали руками и подпевали звучащей в салоне музыке. Ника и Даня визжали от счастья, ветер трепал их волосы, и Женя вдруг почувствовала: ей давно не было так удивительно легко.

На ферме малышня с замиранием сердца кормила коров и коз, а потом устроила шумные пятнашки в траве. Наигравшись, они поехали к воде. Вода в озере оказалась прохладной. Артём без устали возился с детьми: кружил их в брызгах, устраивал «водяные бои» и катал на плечах. Женя же безмятежно загорала на покрывале, лениво жмурилась на солнце и ела бутерброды с чаем из термоса. Впервые за долгое время она чувствовала себя не задёрганной матерью-одиночкой, а просто женщиной — расслабленной и счастливой.

Правда, без детских драм не обошлось. Заметив у берега рыбаков, вытаскивающих карпа, Ника бросила лопатку, воинственно подбоченилась и пошла в атаку:

— Не надо ловить бедных рыбок! Отпустите их! Вы плохие!

Женя едва успела подбежать и увести разбушевавшуюся дочь под громкий хохот Артёма. Чуть позже, пока притихшие дети принялись строить замок из песка, Женя отошла в сторону и набрала номер Ларисы.

— Привет... Ты не поверишь, где я сейчас, — почти шёпотом заговорила она в трубку. — Мы с Артёмом и детьми на озере. У него, оказывается, сын Даня, ровесник Ники. Ларис, он реально отличный отец. Так здорово ладит с Никой — возится с ними, играет. А мне дал просто полежать и выдохнуть. Я даже короткое видео для соцсетей сняла... Не знаю, как к этому относиться.

— Ого, — протянула Лариса. — Звучит прямо идеально. Только ты там осторожнее, ладно? Не влюбляйся слишком быстро.

— Да я и не влюбляюсь пока, — ответила Женя, глядя, как Артём снова подхватывает и со смехом кружит заливисто хохочущих детей. — Но... чертовски приятно. Правда.

Глава 3. Чужие глаза

Утром в понедельник, тридцать первого августа, Женя пришла в офис одной из первых.

Экран монитора привычно рябил серыми сетками таблиц. Женя сверяла ответы дистрибьюторов, пересчитывала цену за единицу запорной арматуры для котельных и вбивала вес партий горелочных устройств в транспортный калькулятор, высчитывая доставку до склада. Пальцы двигались по клавиатуре легко:

[10:17] Женя: @Артём @Олег — по запросу на регулирующие клапаны Danfoss (Ду 50, Ру 16). Лучшее предложение: 38 200 руб/шт. Доставка до Хабаровска — 4 200 руб. Оформляем?

[10:19] Артём: Бери, клиент просил именно этот бренд для ТЭЦ. Спасибо!

Женя открыла следующее коммерческое предложение от поставщика, поймав себя на едва заметной улыбке.

Ближе к обеду к её столу подошёл Артём — в свежей сорочке, без пиджака, ничуть не обращая внимания на Лену.

— Женя, — улыбнулся он своей открытой улыбкой, — у Дани в эту субботу, пятого сентября, первый маленький юбилей — пять лет. Хочу отметить дома, в тесном кругу. Буду очень рад, если вы с Никой придёте.

Женя почувствовала как дыхание на мгновение сбилось. Под прицелом взгляда Лены она заставила себя ровно поднять подбородок:

— Спасибо большое, мы обязательно придём.

— Отлично! — Артём кивнул. — Подарок выбирай на своё усмотрение. Даня очень любит машинки и конструкторы, но это не обязательно, главное — ваше присутствие.

Когда он ушёл, Лена какое-то время молча, смотрела на экран монитора, а потом повернулась к Жене. Лицо коллеги стало непривычно серьезным.

— Жень… Я, наверное, полезу не в своё дело, но ты имей в виду одну вещь. Развод у Артёма с первой женой был очень тяжёлым. И он до сих пор не закончился.

Женя замерла.

— В смысле?

— Я слышала от девчонок из его отдела, что он часто уходит на судебные заседания. Они с бывшей женой до сих пор делят имущество и решают вопрос по порядку общения с ребенком. Говорят, там всё очень непросто и довольно грязно. Бывшая жена его, по слухам, люто ненавидит. Я раньше ничего не говорила, потому что думала, у вас просто лёгкое общение. А теперь он уже и на день рождения сына вас зовёт… Вот я и решила предупредить.

Женя удивлённо приподняла брови. Эта информация стала для неё полной неожиданностью.

— Серьёзно? Я даже не знала…

Лена кивнула и добавила чуть тише:

—И… ну, ты понимаешь. Мужчина в процессе делёжки — это всегда хождение по минному полю.

Женя отвернулась к монитору. Улыбка Артёма всё ещё стояла перед глазами, но теперь к ней примешивалось что-то тревожное. Судебные заседания, делёж имущества, чужие склоки — всё это вдруг стало слишком реальным.

— Спасибо, что сказала, — тихо ответила она.

— Я просто не хочу, чтобы ты потом говорила, что тебя никто не предупреждал, — вздохнула Лена. — Будь осторожна.

Весь остаток дня Женя то и дело ловила себя на взглядах в сторону отдела городской комплектации. Артём по-прежнему выглядел уверенным, собранным и невозмутимым. Но теперь глубоко в душе разлилось настойчивое беспокойство.

***

Сентябрь зашёл в коммерческий отдел под торжествующий гул. Распечатанное соглашение с отечественным машиностроительным холдингом «ЛД» уже лежало на столе Михаила, и на плотной белой бумаге выделялся узнаваемый красно-синий логотип: «ХабПромКомплект» получил статус официального дистрибьютора. Входные цены на закупку снизились сразу на несколько позиций. Женя испытывала тихую гордость — это была отчасти и её заслуга, она всю неделю сводила объемы поставок трубопроводной арматуры и редукторов для котельного оборудования.

В четверг, третьего сентября, она шла по коридору бизнес-центра, собираясь пообедать неподалёку. Со дня возвращения из Владивостока прошёл уже почти месяц, но кожа всё ещё хранила тёплый след морского солнца, который выгодно подчёркивал синеву её полуприлегающего платья.

— Женя! — окликнула её Татьяна, офис-менеджер, на ходу поправляя сползающий с плеча ремешок сумочки. — Мы вниз, ты с нами? Слава и Артём уже столик заняли.

За угловым столом на открытой веранде бургерной сидел Артём. На нём вместо привычного строгого костюма были тёмные джинсы и белая футболка-поло. Рядом расположился Вячеслав — менеджер региональных продаж по Сахалинской области, парень лет тридцати с вечно растрёпанной шевелюрой. Увидев девушек, Артём поднялся и вежливо отодвинул стул для Жени.

— Садись сюда, здесь удобнее, — сказал он с улыбкой.

Артём во всеуслышание похвалил её перед коллегами:

— Кстати, Евгения нашла нам очень хорошего производителя горелочного оборудования. Качество отличное, цены выгодные. Она проделала серьёзную, основательную работу.

Женя почувствовала, как щёки слегка запылали. Комплимент, сделанный при коллегах, был приятным, но немного смущал.

Постепенно общий разговор разбился на пары. Таня и Слава увлечённо заспорили о чём-то, уткнувшись в свои телефоны, и Женя, улучив момент, не выдержала. Весь день не дававшее ей покоя утреннее предупреждение Лены требовало ясности.

— Артём… — негромко позвала она. Коллеги в отделе говорят, что у тебя сейчас идут затяжные и очень тяжёлые суды с бывшей женой. Это правда?

Артём, слегка наклонился к ней. На его лице не дрогнул ни один мускул, он опустил взгляд на свою чашку с кофе и негромко, с мужественной усталой улыбкой, произнёс вполголоса:

— Есть, немного, Жень. Издержки прошлых отношений. Бывшая жена пытается манипулировать порядком общения с сыном и претендует на дом, к строительству которого не имеет никакого отношения. Это неприятно, выматывает, но я со всем справлюсь сам. Главное, чтобы Даня рос без лишних стрессов. Не бери в голову, это просто бытовой шум.

Женя кивнула. Внутри стало легче — и одновременно стыдно за то, что она вообще спросила. «Какая же Лена всё-таки сплетница, — подумала Женя, глядя на его уверенный профиль. Человек просто защищает своего сына от неадекватной матери и борется за свой дом, а в офисе уже раздули грязные сплетни».

Обед закончился. Все поднялись из-за стола и вместе направились обратно в офис. В холле бизнес-центра Артём слегка замедлил шаг.

— Платье тебе очень идёт, — негромко сказал он, убедившись, что коллеги их не слышат. — Этот глубокий синий цвет тебе удивительно к лицу. Сразу выделяешься на фоне серой офисной рутины.

Он на мгновение коснулся её локтя — прикосновение вышло мимолётным, но по коже пробежала едва заметная волна.

— Зайди ко мне перед уходом, минут на десять – продолжил он уже привычным деловым тоном. — Нужно обсудить условия по горелочному оборудованию — финансовый директор немного ворчит. Помогу красиво подать цифры, чтобы отстал.

Женя кивнула:

— Хорошо…

Они поднялись на свой этаж. Таня и Слава сразу разошлись по рабочим местам, а Женя, подойдя к столу, ещё какое-то время помнила тепло его мимолетного касания. В мыслях ворочалось странное порывистое чувство — интригующее и слегка тревожное одновременно.

***

В субботу Женя с Никой сначала заехали в крупный детский гипермаркет «Бубль Гум», где выбрали для Дани интерактивного танцующего робота, а оттуда сразу направились к Артёму.

Когда они вошли в дом, Женя на секунду замерла в прихожей. Было очевидно, что перед приходом гостей хозяин честно пытался навести лоск, но мужской порядок трещал по швам. Вокруг было слишком много визуального шума и хаотично лежащих вещей: на тумбочке громоздились зарядные устройства, у подлокотника тяжёлого тёмного дивана сиротливо лежали носки, а на столешнице глянцевой кухни выстроилась батарея из грязных кофейных кружек. Ремонт, сделанный совсем недавно, казался дорогим, но неуютным — отделочные материалы спорили друг с другом, мебель выглядела разномастной.

Стены в коридоре украшали многочисленные фотографии Дани в красивых рамках, на полках теснились статуэтки, а на комоде высился большой глобус. Артём явно вил это гнездо для сына — у мальчика тут оказалась своя полноценная детская с книгами, игрушками и одеждой. Артём с гордостью упомянул, что Даня ночует у него дважды в неделю.