«Дракон по ошибке. Верните моего фамильяра!»

Беатрис села и открыла папку.

Фабиан подвинул к ней рабочую копию регламента. На первой странице стояли несколько печатей и длинное название, в котором слово «подтверждение» повторялось трижды.

Она просмотрела текст.

— Это старый драконий вариант?

— Частично. Основная формула современная, но в ней сохранены некоторые древние конструкции.

— Вижу. Причём одна из них, если перевести буквально, означает не «удостоверение права представлять королевство», а «признание неизменности полномочий перед лицом свидетелей».

Фабиан внимательно посмотрел на неё.

— Это существенно?

— Зависит от того, как именно используется формула. Она подтверждает сохранение ранее выданных полномочий, а не создаёт новые. Следовательно, если речь идёт о дополнительной проверке уже действующего назначения, такая конструкция вполне подходит.

Фабиан взял карандаш.

— Именно это нам требуется.

Он показал ей раздел регламента, предусматривавший альтернативную процедуру подтверждения полномочий. Вместо раскрытия драконьего облика допускалось удостоверение через действующую королевскую печать, независимую регистрацию и личную магическую сигнатуру. Однако текст требовал точного толкования старой заверительной формулы: неправильно выбранная конструкция могла повлечь необходимость более глубокого проявления драконьего контура.

Беатрис перечитала нужный абзац.

— Если мы подтвердим, что эта форма относится к уже зарегистрированной сигнатуре, а не к её новому раскрытию, процедура не должна требовать превращения. Но магическую безопасность должен проверить служебный специалист.

— Юридический отдел тоже даст отдельное заключение, — ответил Фабиан. — Вашей задачей будет определить значение текста.

— Тогда начнём с этого.

Она придвинула лист ближе к свету.

Вскоре стол оказался покрыт заметками, а Беатрис обнаружила, что разговор с Фабианом о древних языках может быть почти столь же увлекательным, как работа с редкой рукописью.

Разница заключалась в том, что рукопись не возражала ей, если считала перевод неточным.

Примерно через полчаса Беатрис поняла, что недооценивала дипломатическую работу.

Она представляла её как бесконечное составление документов, осторожные разговоры и необходимость сохранять вежливость перед людьми, которые этого совершенно не заслуживают.

Всё перечисленное действительно присутствовало.

Но когда Торрен принёс очередные замечания посреднических компаний, Фабиан не раздражённо отложил их, а предложил Беатрис посмотреть один из спорных пунктов.

— Здесь требуется сохранить обязательное посредническое оформление для перевозок через западный воздушный коридор, — объяснил он, показывая ей таблицу. — Но авторы не указывают, какую дополнительную услугу получит перевозчик.

Торрен положил рядом прежнюю редакцию.

— Представители компаний утверждают, что посредник обеспечивает непрерывность ответственности за груз.

— Тогда пусть покажут, где именно эта ответственность возникает, — ответил Фабиан. — Если перевозчик отвечает за сохранность, страховщик — за возмещение ущерба, а служба маршрутов — за безопасность коридора, посредник не может получать плату лишь за существование четвёртой подписи.

Беатрис невольно улыбнулась.

В древнем договоре, лежавшем у неё дома, встречалась почти такая же конструкция. Три стороны принимали на себя реальные обязательства, а четвёртая получала право взимать сбор за подтверждение того, что первые три не забыли о своих обязанностях.

Она уже собиралась упомянуть это сходство, когда Фабиан сам открыл старое соглашение и показал Торрену соответствующий пункт.

— Посмотрите на формулировку. Мы не оспариваем необходимость контроля. Мы предлагаем исключить оплату действий, которые не выполняются.

Торрен внимательно прочёл абзац.

— В таком случае им придётся либо обосновать услугу, либо отказаться от требования.

— Именно.

Беатрис снова взглянула на таблицу. Её собственная работа с древними договорами неожиданно перестала казаться чем-то далёким от современной жизни. Те же уловки, те же хитроумные оговорки, та же замечательная способность некоторых людей получать деньги за обязательства, которых они на себя не принимали.

Разве что современные чиновники пользовались более качественной бумагой.

Торрен забрал документы и отправился готовить ответ.

Когда дверь закрылась, Беатрис склонилась над заверительной формулой.

— Знаете, древние составители договоров были бы вами довольны.

— Не уверен, что хотел бы получить их одобрение. Судя по некоторым текстам, они обладали весьма своеобразными представлениями о справедливости.

— Зато прекрасно понимали, как устроены обязательства.

— Особенно чужие.

Беатрис рассмеялась и продолжила работу.

Несколько минут спустя она обнаружила важную особенность альтернативной формулы. Последний знак, который в современных копиях обычно обозначал полное раскрытие драконьей сигнатуры, в старом варианте допускал подтверждение через зарегистрированный магический след без изменения облика.

Она показала Фабиану соответствующий участок.

— Вот здесь. Если использовать эту грамматическую форму, подтверждение будет относиться к уже существующей сигнатуре. Вам не придётся заново раскрывать драконий контур.

Он внимательно изучил запись.

— Вы уверены?

— В лингвистическом значении — да. Но допустимость применения должен подтвердить уполномоченный служебный маг. Я могу подготовить заключение по тексту, не проводить саму проверку.

Фабиан кивнул.

— Именно этого я и ожидал.

Он взял её черновик, прочёл несколько строк и отложил рядом с регламентом.

— Вы сегодня сделали для подготовки больше, чем предполагалось.

Беатрис подняла глаза.

Она привыкла слышать подобные слова от заказчиков, когда удавалось закончить сложный перевод раньше срока. Однако сейчас похвала прозвучала неожиданно.

Вчера этот мужчина оказался в её мастерской против собственной воли. Сегодня он доверял ей работу, связанную с сохранением своих полномочий.

Беатрис не нашла остроумного ответа.

— Спасибо, — сказала она просто.

Оскар Вельт появился ближе к вечеру.

Беатрис услышала его голос ещё до того, как дверь открылась. Он разговаривал с Торреном в коридоре, причём говорил достаточно тихо, но с той особенной настойчивостью, которая не требует повышения тона.

— Я понимаю распоряжение господина Роуэна, однако вопрос касается безопасности всего переговорного процесса. Полагаю, он согласится уделить мне несколько минут.

Торрен ответил что-то о плотном расписании, но затем раздался короткий стук.

Фабиан отложил перо.

— Войдите.

На пороге появился мужчина лет пятидесяти, среднего роста, с тщательно уложенными седыми волосами и безупречно завязанным шейным платком. Его костюм отличался сдержанной дороговизной, а выражение лица — той разновидностью доброжелательности, которая обычно сопровождает сообщение неприятных новостей.

— Фабиан, рад видеть вас на рабочем месте.

— Оскар. Не ожидал вас сегодня.

— Именно поэтому и зашёл. После вчерашнего происшествия в канцелярии возникло некоторое беспокойство.

Вельт перевёл взгляд на Беатрис.

Фабиан представил их.

— Госпожа Беатрис Вейн, специалист по древним магическим текстам. Господин Оскар Вельт, старший консультант дипломатической канцелярии.

Беатрис поднялась.

Вельт слегка поклонился, внимательно оценив лежащие перед ней документы.

— Весьма приятно, госпожа Вейн. Не знал, что вы привлекаете внешних специалистов к подготовке соглашения.

— Возникла необходимость уточнить несколько старых заверительных формул, — ответил Фабиан. — Госпожа Вейн обладает соответствующей квалификацией.

— Прекрасно. Я всегда считал, что хорошие специалисты должны участвовать в государственных делах.

Вельт произнёс это доброжелательно. Беатрис даже подумала, что он мог бы понравиться Марте: безупречные манеры, аккуратная одежда, готовность интересоваться чужой работой. Правда, соседка обычно настораживалась, если собеседник успевал похвалить её до того, как узнавал, за что именно.

Беатрис села обратно и занялась черновиком.

Вельт тем временем придвинул кресло к столу Фабиана.

— Мне сообщили, что вы сегодня проходили медицинскую, точнее, магическую проверку. Надеюсь, ничего серьёзного?

Фабиан ответил не сразу.

— Возникло временное затруднение с драконьей магией. Гильдия рекомендовала ограничить определённые нагрузки. Обычной работе это пока не препятствует.

— Временное затруднение? — Вельт нахмурился. — Фабиан, вы знаете, насколько важно предстоящее соглашение. Если существует хоть малейший риск нарушения вашей магической сигнатуры, нам следует рассмотреть возможность переноса заседания.

— Не вижу для этого оснований.

— Но безопасность переговорщика должна оставаться приоритетом.

— Согласен. Именно поэтому мы готовим альтернативную проверку полномочий.

Вельт посмотрел на документы, лежавшие перед Беатрис.

— Вы уверены, что она применима в данном случае?

— Мы проверяем соответствие формулы регламенту. Окончательное заключение дадут уполномоченные специалисты.

— Даже если процедура подтвердит полномочия, остаётся вопрос вашего состояния. Возможно, разумнее было бы временно передать ведение переговоров другому представителю.

Фабиан аккуратно закрыл папку.

— Оскар, подготовка соглашения велась несколько месяцев. Большинство спорных пунктов уже согласованы. В настоящий момент я способен выполнять обязанности и не намерен отказываться от работы без конкретных медицинских или юридических оснований.

Вельт вздохнул.

— Вы всегда были упрямы.

— Предпочитаю слово «последователен».

— Иногда различие между ними весьма условно.

— Особенно для человека, предлагающего отложить почти завершённое дело.

Несколько секунд мужчины смотрели друг на друга.

Беатрис почувствовала, что присутствует при разговоре, в котором за безукоризненно вежливыми формулировками скрывается гораздо больше, чем ей известно.

Вельт первым отвёл взгляд.

— Я не настаиваю на немедленном решении. Просто считаю необходимым предусмотреть возможные осложнения. Старые условия автоматически продлятся, если соглашение не будет подписано в срок, но это не катастрофа.

— Для некоторых перевозчиков ещё один сезон дополнительных сборов будет весьма существенным, — заметил Фабиан.

— Разумеется. Но государственная безопасность должна стоять выше коммерческих неудобств.

— Поэтому мы и не собираемся проводить опасные процедуры.

Вельт кивнул, словно принял ответ, затем обратился к Беатрис.

— Госпожа Вейн, вы занимаетесь именно древними формулами? Или участвовали также в диагностике возникшего затруднения?

Вопрос прозвучал естественно, но Беатрис не сразу решила, насколько подробно следует отвечать.

Фабиан не вмешивался.

— Я присутствовала при гильдейском обследовании, — сказала она. — Моя основная компетенция — древние тексты и ритуальные языки.

— Любопытно. Значит, проблема связана с каким-то старинным заклинанием?

— Пока мы устанавливаем обстоятельства его действия.

— И документы проверяются в гильдии?

Беатрис взглянула на Фабиана.

Вельт заметил это и мягко улыбнулся.

— Простите за любопытство. Профессиональная привычка. Мне важно понимать, не потребуется ли канцелярии дополнительная помощь в оформлении материалов.

Фабиан ответил сам:

— Гильдия уже начала проверку ритуального документа. Когда появятся официальные результаты, мы определим, какие сведения имеют отношение к дипломатической службе.

— Понимаю. Значит, пока остаётся ждать.

Вельт поднялся.

— В таком случае не стану больше отвлекать. Но прошу вас, Фабиан, подумать о возможности временной передачи полномочий. Иногда благоразумный шаг назад позволяет избежать куда больших неприятностей.

— Я обязательно рассмотрю любые предложения, подкреплённые конкретными основаниями.

Вельт слегка поклонился Беатрис.

— Рад знакомству, госпожа Вейн. Надеюсь, ваша работа поможет разрешить возникшее затруднение.

— Я тоже на это надеюсь.

После его ухода в кабинете некоторое время было тихо.

Фабиан снова открыл папку, но Беатрис заметила, что он не сразу вернулся к чтению.

— Он действительно беспокоится о вашей безопасности? — спросила она.

— Полагаю, да.

— Но вы не собираетесь следовать его совету.

— Пока не вижу причин.

Фабиан отложил папку и посмотрел на неё.

— В дипломатии совет может быть совершенно добросовестным и при этом не соответствовать интересам дела. Оскар предпочитает осторожные решения. Я обычно тоже. Но осторожность не должна превращаться в привычку ничего не завершать.

Беатрис вспомнила их разговор о торговых посредниках.

— Если соглашение отложат, старые сборы сохранятся ещё на сезон?

— Да.

— Тогда некоторые участники переговоров наверняка будут довольны.

— Несомненно.

Он произнёс это без особого выражения и вернулся к документам.

Беатрис решила не продолжать разговор.

Она слишком мало знала о внутренней жизни канцелярии, чтобы делать выводы о мотивах незнакомого чиновника.

К шести часам вечера они подготовили предварительное заключение по древней заверительной формуле.

Беатрис подробно указала, какие грамматические конструкции позволяют подтвердить действующую сигнатуру без раскрытия драконьего облика, а какие могут потребовать дополнительного магического воздействия. Она отдельно отметила, что её заключение касается только значения текста и не заменяет проверки безопасности уполномоченным специалистом.

Фабиан прочёл документ, сделал две небольшие пометки и передал Торрену для дальнейшего согласования.

— Подготовьте встречу со служебным магом на завтра, — распорядился он. — И попросите юридический отдел проверить, что альтернативная процедура соответствует действующему регламенту.

Торрен забрал бумаги, но задержался у двери.

— Господин Вельт уже прислал записку с предложением о переносе заседания.

Фабиан посмотрел на часы.

— Быстро.

— Он просит рассмотреть её в первую очередь.

— Включите в обычную процедуру. Если там есть новые аргументы, я их изучу.

Торрен кивнул и вышел.

Беатрис закрыла свою папку.

— Кажется, в вашей канцелярии документы передвигаются быстрее людей.

— Это одно из основных требований к хорошей дипломатической службе.

Она улыбнулась, но затем посмотрела на Фабиана внимательнее.

За последние несколько часов он почти не покидал рабочего стола. Чашка чая так и осталась недопитой, на блюдце лежал нетронутый кусочек печенья. Его движения сохраняли привычную точность, однако, когда онвзял очередной документ, левая рука слегка дрогнула.

Фабиан тут же положил лист обратно.

— Всё в порядке? — спросила она.

Он посмотрел на запястье.

— Небольшая усталость. Ничего похожего на вчерашнюю реакцию при попытке превращения.

Беатрис не собиралась устраивать ему ещё одну диагностику посреди кабинета, но и делать вид, будто ничего не заметила, не хотела.

— Утром гильдейский специалист рекомендовал ограничить нагрузку. Возможно, сегодня уже достаточно работы.

Фабиан посмотрел на стопку бумаг, ожидавших подписи.

— Ещё несколько документов.

— Насколько срочных?

Он просмотрел верхний лист.

— Этот может подождать до утра.

Второй оказался приглашением на торжественный ужин, третий — просьбой о встрече, которую уже переносили дважды.

Фабиан сложил их вместе.

— Пожалуй, вы правы.

Беатрис почувствовала неожиданное удовлетворение.

Убедить королевского дипломата закончить рабочий день оказалось проще, чем заставить некоторых гильдейских преподавателей признать ошибку в переводе.

Фабиан поднялся и подошёл к окну.

Вечерний Лиорен постепенно загорался огнями. По площади проехала открытая повозка с цветами, возле фонтана собирались прохожие, а над крышами дальних кварталов медленно скользила большая грузовая платформа, поддерживаемая драконьей магией.

Фабиан проводил её взглядом.

Беатрис заметила, как он чуть приподнял левую руку, словно собирался проверить собственную силу, но затем опустил её.

— Вам очень не хватает полётов? — спросила она, прежде чем успела решить, уместен ли вопрос.

Фабиан не обернулся сразу.

— Я лишён возможности летать совсем недавно, госпожа Вейн.

— Это не ответ.

Он посмотрел на неё через плечо.

— Вы удивительно настойчивы для человека, который вчера собирался завести помощника размером с ладонь.

Беатрис не улыбнулась.

Фабиан некоторое время молчал, затем снова посмотрел на медленно удаляющуюся платформу.

— Полёт — не только способ передвижения. Но сейчас я предпочёл бы не обсуждать то, что, возможно, удастся восстановить без серьёзных последствий.

Она поняла, что зашла слишком далеко.

— Простите. Не хотела заставлять вас говорить об этом.

— Вы и не заставляете.

Фабиан повернулся к столу, взял подготовленное заключение и аккуратно убрал его в служебную папку.

— Просто некоторые вопросы требуют времени.

Беатрис кивнула.

Она не стала спрашивать, какие именно.

Перед уходом Фабиан проводил её до главной лестницы.

Коридоры постепенно пустели. Служащие собирали документы, закрывали шкафы и гасили лампы в кабинетах, где работа закончилась. Где-то в дальнем крыле ещё слышались голоса спорящих представителей торговых ведомств.

Торрен нагнал их возле лестницы, держа в руках несколько листов.

— Господин Роуэн, служебный маг подтвердил возможность провести предварительную проверку завтра после обеда. Юридический отдел подготовит заключение к этому времени.

— Хорошо. Благодарю.

Помощник повернулся к Беатрис.

— Ваш перевод заверительной формулы уже отправлен на согласование. Признаться, госпожа Вейн, я не ожидал, что древняя грамматика может так сильно влиять на современные государственные дела.

— Она влияет гораздо чаще, чем принято думать. Просто обычно об этом узнают после подписания документов.

Торрен задумчиво посмотрел на папку.

— Возможно, нам следовало приглашать переводчиков на переговоры значительно раньше.

— Осторожнее, Торрен, — заметил Фабиан. — Если мы начнём исправлять все исторические ошибки одновременно, у канцелярии не останется времени на текущие.

Помощник улыбнулся, пожелал доброго вечера и отправился обратно к своему столу.

Беатрис проводила его взглядом.

— У вас хорошие сотрудники.

— Я стараюсь не мешать им оставаться такими.

Она посмотрела на Фабиана.

Ещё утром Торрен с явным беспокойством спрашивал о состоянии начальника. Сейчас, получив нужные поручения, он спокойно возвращался к работе. Беатрис подумала, что доверие между ними складывалось задолго до сегодняшних неприятностей.

Впрочем, сообщать Фабиану свои наблюдения она не собиралась.

— Завтра утром я продолжу работу с каталогами, — сказала Беатрис. — Леона обещала подготовить несколько восстановительных сборников.

— А я займусь проверкой полномочий и подготовкой переговоров. Если потребуется моя помощь с драконьими терминами, сообщите.

— Обязательно.

Они остановились у широкой лестницы. На нижней площадке уже зажгли вечерние фонари, и их мягкий свет отражался в полированном камне.

Беатрис поправила ремешок папки.

— Господин Роуэн, я хотела поблагодарить вас за сегодняшнюю работу.

Он слегка удивился.

— За что именно?

— За то, что позволили мне участвовать в подготовке проверки. После утреннего решения гильдии я не была уверена, что в ближайшее время кто-нибудь захочет доверить мне серьёзный документ.

Фабиан посмотрел на неё внимательнее.

— Госпожа Вейн, вы допустили конкретное нарушение при проведении ритуала. Это не означает, что все ваши знания внезапно перестали существовать.

Беатрис опустила глаза на свою папку. Внутри лежало заключение, которое она составляла почти весь вечер, и несколько листов с замечаниями Фабиана. Впервые с утра ей было приятно смотреть на результат собственной работы.

— Спасибо.

— Кроме того, сегодня вы обнаружили грамматическую особенность, которую наши служебные специалисты пропустили. Было бы неразумно отказываться от подобной помощи из-за обстоятельств, не связанных с вашей квалификацией переводчика.

Он говорил деловым тоном, словно обсуждал обычный вопрос распределения обязанностей.

Беатрис захотелось возразить, что утреннее разбирательство едва ли можно назвать обстоятельством, не связанным с её работой. Но она понимала, что Фабиан имел в виду не это.

— Тогда надеюсь, завтра мои переводы окажутся столь же полезными.

— Уверен, у вас будет возможность это доказать.

Он взялся за перила.

— До завтра, госпожа Вейн.

— До завтра, господин Роуэн.

Она начала спускаться, но через несколько ступеней обернулась.

— И всё-таки постарайтесь сегодня поужинать.

Фабиан посмотрел на неё сверху.

— Это служебная рекомендация?

— Личная. Пока ещё не требующая письменного подтверждения.

Он чуть улыбнулся.

— В таком случае постараюсь её выполнить.

Беатрис продолжила спуск. Внизу уже открывали двери вечерним посетителям, которым предстояло пройти через канцелярию по служебным вопросам. Она прижала папку к боку, стараясь не задеть спешащего навстречу курьера, и вышла на площадь.

Впервые с момента происшествия ей не хотелось немедленно возвращаться к документам. Завтра предстояло продолжить поиски восстановительных текстов, но сегодняшний день принёс хотя бы одно полезное открытие: её знания по-прежнему имели значение за пределами гильдейского разбирательства.

Фабиан ещё некоторое время стоял возле перил, пока Беатрис не скрылась за поворотом лестницы.

Он собирался вернуться в кабинет лишь за пальто, но на столе обнаружил записку Оскара Вельта с предложением временно приостановить переговоры.

Документ был составлен безупречно.

Старший консультант ссылался на необходимость защитить интересы королевства, обеспечить достоверность магических подтверждений и исключить любые сомнения в полномочиях главного переговорщика. Отдельным пунктом предлагалось передать подготовку заключительного заседания другому представителю, пока состояние Фабиана не будет признано полностью удовлетворительным.

Фабиан прочёл записку от начала до конца.

Некоторые доводы были обоснованными. Магическая сигнатура действительно требовала проверки, и никто не мог гарантировать, что ограничения не повлияют на его работу позднее. Он сделал пометку о необходимости включить соответствующий риск в служебное заключение.

Однако предложение Вельта не содержало ни одного указания на положение регламента, которое препятствовало бы продолжению переговоров при условии законного подтверждения полномочий.

Фабиан отложил записку и взял подготовленное Беатрис заключение о заверительной формуле.

На третьей странице она выделила древнюю конструкцию, допускавшую подтверждение уже действующей сигнатуры без нового раскрытия драконьего облика. Рядом стояло аккуратное замечание: «Лингвистическое толкование требует независимого подтверждения допустимости применения».

Он перечитал его, затем сделал на полях короткую пометку для юридического отдела.

Беатрис не обещала, что найденная формула решит все затруднения. Она точно определила, какую задачу может выполнить, и обозначила пределы собственной компетенции.

После вчерашнего происшествия такая осторожность заслуживала внимания.

Фабиан закрыл обе папки. Записка Вельта отправилась в стопку материалов для рассмотрения, заключение Беатрис — к документам завтрашней проверки.

В коридоре прозвенел вечерний звонок, извещавший об окончании приёма посетителей.

Фабиан погасил настольную лампу, надел пальто и уже собирался выйти, когда увидел на краю стола чашку холодного чая и нетронутое печенье.

Он вспомнил последнее замечание Беатрис на лестнице.

Некоторое время смотрел на печенье, затем переложил его в бумажный пакет и убрал в карман.

Ужин, разумеется, предстоял нормальный.

Но заставлять Торрена завтра составлять отдельное распоряжение по этому поводу было бы уже чрезмерным.

Глава 5. Слишком вежливый дракон

Б