Пока ведьмы помнят. Книга I. Проклятые прахом

— Нет. — Я покачала головой. — Если бы знала, не пришла бы.

— Знаешь, — твёрдо повторил Провидец.

Грудь сдавило тяжёлым чувством. Каждое полнолуние. Огонь. Боль. И слова, которые возвращались снова и снова. Я отогнала их прежде, чем они успели сложиться в голове.

— Это не решение, — выплюнула я.

— Это первый путь.

Брови сошлись у переносицы.

— Первый? — переспросила я. Пламя возле него взметнулось выше.

— Тебе уже указали выход, Мелания. Но чужая воля не делает его единственным.

Я совсем ничего не понимала.

— О чём вы говорите?

Фигура начала исчезать.

— Подождите.

Я протянула руку, желая задержать его.

— Значит, есть и другой способ?

Силуэт растворился, оставив после себя тонкую прозрачную пелену.

— Верно, — донёсся ответ.

— Какой?

Тишина.

— Какой второй? — повторила я громче.

Последняя свеча погасла, погрузив зал в абсолютную тьму. А в следующее мгновение прямо передо мной взметнулся огонь. Я отшатнулась. Жар ударил так резко, что я вскинула ладонь, инстинктивно заслоняясь. Костёр поднимался в человеческий рост. А в самом его центре находилась женщина. Не сразу удалось осознать, что я вижу. Разум отказывался это принимать.

Деревянный столб. Связанные за спиной руки. Тёмная одежда, скрывающая тело до самых ног. Пламя уже охватило подол и ползло выше. Женщина дёрнулась. Крик донёсся приглушённо, издалека, будто нас разделяла невидимая стена. Я слышала его, но гораздо страшнее — выражение её лица, искажённого болью. Настоящей. Настолько знакомой, что кожа под платьем заныла от одного воспоминания.

— Нет… — выдохнула я и попятилась.

Женщина выглядела старой. Или такой её делали мучения. Я никогда прежде её не видела. Тёмно-русые волосы чуть ниже плеч спутались и падали на лицо. Одни пряди прилипли к вискам, другие разметал горячий воздух. Просторная серая одежда висела на худом теле, полностью скрывая его.

Огненные языки поднялись выше. Незнакомка запрокинула голову. В промежутках между вскриками она что-то нашёптывала. Разобрать её речь не удавалось. Я отвернулась. По щеке покатилась слеза.

— Зачем вы мне это показываете? — сквозь зубы проговорила я.

Из темноты у самого уха послышался голос:

— Ты спрашивала о другом способе.

Я обернулась, но Провидца не увидела.

— Это он и есть? — спросила я, проглотив ком в горле.

— Нет.

— Тогда что это?!

Краем глаза я заметила, как колыхнулись тени.

— Та, кто однажды искала. А теперь ищешь и ты.

Я заставила себя вновь взглянуть на незнакомку, подавив нахлынувшие эмоции. Этот невидимый дух бил по самому слабому месту.

— Кто она?

Провидец молчал, заставляя меня снова и снова смотреть на её мучения.

— Запомни её. — Это прозвучало так близко, словно он стоял прямо напротив меня. Но я уже не пугалась.

— Кто она? — повторила я. Пламя взметнулось, полностью скрывая фигуру. — Провидец!

— Не каждая дорога начинается с первого шага, Мелания. — Далёкое эхо прокатилось под сводами и стихло.

— А с чего тогда? — не отступала я. Пусть уже договорит.

Женщина снова показалась среди пламени. Всего на секунду. Я внимательно всмотрелась. Тёмно-русые спутанные волосы. Худое лицо. Свободная одежда.

— Она знает, как избавиться от этого? Скажите! — потребовала я.

Провидец молчал, но женщина вдруг подняла голову. Посмотрела прямо на меня. Её губы шевельнулись. Звука не последовало, но слова я разобрала:

— Одного пути недостаточно.

И пламя поглотило её. Остался непроницаемый мрак. Я открыла рот, собираясь снова позвать Провидца, но передумала. Он дал понять всё, что хотел сказать, и заставлять его говорить дальше бесполезно.

Позади что-то протяжно скрипнуло. Я обернулась.

Дверь. Та самая, через которую я вошла, находилась всего в нескольких шагах. Никакого бесконечного коридора. Огромный зал с высокими сводами сменился обычной комнатой. Настолько маленькая, что от одной стены до другой можно дойти за считаные секунды. Я медленно развернулась к выходу. Снаружи пробивался тусклый вечерний свет.

Вечерний?

Всё ещё не оправившись от потрясения, я бросилась на улицу. Холодный воздух ударил в лицо, едва я выскочила на крыльцо. Небо изменилось. Солнце скрылось за скалами, оставив над горизонтом узкую светлую полосу. Между деревьями уже сгущались тени.

Этого не может быть. Я пробыла внутри совсем недолго. Полчаса? Может, час? Мне казалось, даже меньше.

— Розали… — опомнилась я.

Извозчик предупреждал, что уедет до наступления темноты.

Я рванула по тропе. Ветки цеплялись за плащ, под ноги то и дело попадались камни. Обратная дорога почему-то казалась гораздо длиннее. Всё вокруг изменилось и совсем не напоминало место, через которое мы шли днём. Каждый ствол принимал странные очертания, а в глубине мерещилось движение.

Где-то далеко хрустнула ветка. Я ускорилась. Только разбойников не хватало. Когда окончательно запыхалась, между деревьями наконец показался просвет. А следом — женский вопль.

— Попробуйте только тронуться!

Розали.

Я выбежала на дорогу. Экипаж ждал там же. Лошади беспокойно переступали, извозчик сидел наверху, крепко сжимая поводья, а перед ним стояла Розали, не пропуская его. Ладони упёрты в бока, плащ распахнут. По выражению её лица стало ясно: последний час мужчине было не до опасностей, поджидавших в лесу.

— Я сказал, хватит! — прикрикнул он. — Темнеет!

— А я сказала, что без неё мы никуда не поедем! — парировала Розали.

Он погрозил ей пальцем.

— Я вас предупреждал!

— А я вас предупреждаю сейчас! — Она притопнула ногой.

— И что вы сделаете? — вызывающе осведомился мужчина. — Лошадей остановите?

— Встану перед ними, — огрызнулась подруга.

Извозчик раздражённо махнул на неё.

— Вы уже перед ними стоите!

— Значит, прекрасно справляюсь.

Они перепирались так громко, совершенно забыв, что здесь стоило вести себя как можно тише. И почему-то, несмотря ни на что, я чуть не рассмеялась.

— Розали! — позвала я.

Она повернулась ко мне, но не сдвинулась.

— Мелания! — Вся её воинственность мгновенно испарилась. — Где тебя носило?!

Извозчик тоже меня заметил.

— Наконец-то! — рявкнул он. — Всё, обе в экипаж. Сейчас же!

Я подбежала к ним.

— Простите. Я не думала, что прошло столько времени, — виновато произнесла я, надеясь хоть немного загладить свою вину. А сама не могла поверить, что они не уехали. И всё это — исключительно благодаря упрямству Розали.

— А я думал! Поэтому и сказал: до сумерек! — Он спрыгнул и распахнул дверцу. — Внутрь.

Мы с Розали переглянулись.

— Я доплачу, — пообещала я.

— Ещё как доплатите. За ожидание отдельно. За риск для моей жизни — ещё отдельно.

— За риск для вашей жизни? — возмутилась Розали. — Вы всё это время сидели здесь!

— Вот именно! — Он махнул рукой в сторону скал. — Сюда нормальные люди даже днём не ездят, а вы заставили меня торчать до темноты. Мне ваши деньги на том свете не понадобятся.

Спорить я не стала. Больше всего мне хотелось оказаться как можно дальше отсюда.

Мы забрались внутрь. Извозчик захлопнул дверцу, вернулся на своё место и тронул лошадей. Экипаж дёрнулся. Я откинулась на сиденье, чувствуя, как затекли пальцы от напряжения. Разжала их и посмотрела в окно. Дом уже не виднелся. Между нами стоял лес. Тёмный, неподвижный. Меня не покидало ощущение, что из глубины чащи кто-то наблюдает за нами.

Я отвернулась.

Колёса подпрыгивали на камнях, лошади шли непривычно быстро. Возница их не щадил. Ему хотелось поскорее уехать не меньше нашего. Молчание Розали продлилось недолго, что для неё было настоящим подвигом.

— Ну? Я полдня просидела с человеком, который сначала рассказывал, как здесь опасно, потом трижды порывался бросить тебя, а последние полчаса убеждал, что мы обе ненормальные. — Она придвинулась ближе. — Поэтому не смей говорить мне «ничего».

Как же незаметно для меня пролетели эти часы.

— Сколько меня не было? — уточнила я.

— До самого вечера, — пробормотала Розали, глядя с недоумением.

— Не может быть.

— Может! — воскликнула она. — Я успела проголодаться, замёрзнуть, разозлиться, испугаться, снова разозлиться и чуть не подраться с…

Она кивнула в сторону извозчика.

Я прикрыла лицо ладонями. А по моим ощущениям, прошло совсем немного времени.

— Мелания? — Розали посерьёзнела. — Что там произошло?

Я терялась, не зная, с чего начать. Мне показали незнакомку, но что делать с полученной информацией — большой вопрос. Всё же я коротко всё пересказала. Шептала, чтобы мужчина не услышал ничего лишнего. Ещё не хватало, чтобы он заподозрил нас в колдовстве. О странном доме, Провидце и незнакомке в огне. Розали слушала молча, что само по себе говорило о многом.

— Нет, — задумчиво протянула она, потирая подбородок.

— Что нет?

— Мы сюда больше не вернёмся.

— Розали…

— Даже не начинай, — перебила подруга. — Дом, который внутри непонятно каких размеров, мёртвый Провидец и горящая женщина? Мне разбойники уже кажутся самой приятной частью этой поездки.

— Я не говорила, что он мёртвый, — запротестовала я.

— А живые люди обычно исчезают посреди разговора?

Возразить было нечего.

Обратно мы ехали гораздо тише. Я снова и снова возвращалась мыслями к словам Провидца, пытаясь разгадать их смысл. Когда показались первые городские огни, уже окончательно стемнело. Извозчик довёз нас до площади и остановился.

— Всё. Дальше сами, — буркнул он, выпуская нас. Я достала деньги и протянула ему заранее оговорённую сумму вместе с доплатой за ожидание. Мужчина пересчитал монеты и убрал их.

— И ещё одно, — добавил он. — Больше ко мне не обращайтесь.

Розали вскинула брови.

— Даже если хорошо заплатим?

— Особенно если хорошо заплатите. — Он взялся за поводья. — Мне приключений и без вас хватает. Захотите ещё раз среди ночи по проклятым местам бродить — ищите другого дурака.

— Но вы же нас дождались, — заметила подруга.

Тут я бы с ней поспорила. Без Розали он давно оставил бы меня в лесу. Так что благодарить стоило не его.

— Вот поэтому второй раз и не поеду. — Он тронул поводья, но тут же обернулся. — К моему экипажу больше не приближайтесь.

Повозка покатила прочь. Мы проводили её глазами.

— Мне кажется, мы ему понравились, — сказала Розали, расплываясь в улыбке.

— Особенно ты, — поддела я её.

— Я спасала тебя.

— Перекрыв дорогу лошадям?

— Сработало же.

Я усмехнулась.

На этом наше «приключение», как мне казалось, благополучно завершилось. Розали свернула к пекарне, а я поспешила домой. Чем ближе подходила к мастерской, тем сильнее тревожилась. Эстер наверняка вся извелась. Я обещала вернуться задолго до вечера.

Прекрасно. После Провидца нужно пережить ещё собственную бабушку.

Я почти добралась до дома, придумывая, как буду оправдываться, когда заметила свет в окнах. Эстер не спала.

Я толкнула дверь.

— Бабушка, я…

И замолчала.

В мастерской были чужие. Двое мужчин стояли возле стола с тканями. На тёмной одежде поблёскивал знак, который я узнала сразу.

Королевская инквизиция.

Всё, что я собиралась сказать Эстер, вылетело из головы. Бабушка сидела напротив них. Никогда прежде я не видела её такой потерянной. Она посмотрела на меня, и в её чертах промелькнуло облегчение.

Я вернулась.

Впрочем, облегчение тут же сменилось яростью — да такой, что при иных обстоятельствах я сбежала бы обратно к дому Провидца. Но пугала меня уже вовсе не Эстер.

Один из инквизиторов медленно повернулся.

И остановил взгляд на мне.

Глава 5. Не просто прогулка

— А это кто? — спросил один из охотников.

Эстер поднялась со стула.

— Моя внучка. Мелания.

Я заставила себя закрыть дверь и как ни в чём не бывало пройти в мастерскую.

Двое инквизиторов. Один стоял у стола, на котором Эстер разложила ткани для очередного заказа. Другой расположился возле окна и рассматривал готовое платье на манекене. Я едва удержалась от желания развернуться и выбежать обратно на улицу.

Что они здесь делают?

— Добрый вечер, — выдавила я из себя.

Инквизитор у стола внимательно оглядел меня.

— Добрый. Поздно возвращаетесь, барышня.

— Задержалась у подруги, — тут же выпалила я. Слишком быстро. И как-то подозрительно заученно.

— У подруги? — сухо переспросила Эстер. По её строгому взгляду я поняла: меня ждёт тяжёлый разговор. И вряд ли он окажется приятным.

— Да, бабушка. У Розали, — пояснила я. Но Эстер так легко успокаиваться не собиралась.

— Весь день? — выразительно спросила она, указав на часы.

Я закусила нижнюю губу. Уж очень не хотелось оправдываться при посторонних. Одно их присутствие действовало на нервы, а тут ещё Эстер нашла подходящий момент.

— Мы немного увлеклись, — невинно улыбнулась я.

— Немного, — повторила она.

Инквизитор перевёл внимание на бабушку.

— Значит, это ваша внучка. — Он медленно приблизился ко мне. — Она тоже помогает вам?

— Конечно, — деловито подтвердила Эстер. — Закупает материалы, принимает заказы, иногда доставляет готовые платья.

Мужчина смотрел так пристально, что мне стало неуютно.

— Часто бываете на рынке? — обратился он ко мне.

Бабушка насторожилась.

— А какое это имеет значение? — вмешалась она, даже не дав мне раскрыть рта. Ему явно не понравилось, что она перебила.

— Обычный вопрос. Отвечайте, — потребовал инквизитор. — Так часто?

Я прочистила горло.

— Почти каждый день. По бабушкиным поручениям.

Он подошёл ещё ближе. Захотелось немедленно отступить.

— Тогда, возможно, вы сможете нам помочь.

Я сцепила пальцы перед собой, чтобы не теребить край плаща.

— Чем?

Инквизитор достал из внутреннего кармана небольшой лист бумаги, развернул его и мельком просмотрел записи.

— В городе появилась женщина, которая привлекла внимание жителей. Поступило сообщение, что она может иметь отношение к запрещённому колдовству.

У меня похолодели руки. Перед глазами мгновенно всплыло лицо женщины в пламени. Нет, главное — не подать виду. Это видение не может быть связано с их расследованием.

— Мы проверяем полученные сведения, — продолжил он. — Опрашиваем торговцев, владельцев лавок и мастерских. Не замечали в последнее время незнакомку, которая вела себя странно?

Я сделала вид, что задумалась. Именно так поступила бы любая девушка, пытающаяся вспомнить случайную посетительницу рынка.

— Там много незнакомых людей.

— Разумеется. — Его тон смягчился. — Может, кто-то привлёк ваше внимание? Расспрашивал о странных вещах, интересовался закрытыми местами, покупал что-нибудь подозрительное?

Я покачала головой.

— Нет. Обычно я заказываю ткани, беру нитки и всё, что нужно для работы. Мне не до остальных.

Он вглядывался в моё лицо, выискивая признаки лжи. Ведь укрывательство чародеек тоже каралось законом.

Не нервничай, — убеждала я себя. Он ничего обо мне не знает. Я обычная внучка портнихи, которая просто поздно вернулась домой. Ничего больше.

— А вы, госпожа Эстер? — Он повернулся к бабушке. — Не появлялись ли у вас новые клиентки? Возможно, кто-то просил сшить необычную одежду или скрыть какие-нибудь особенности внешности?

Она выпрямилась.

— Ко мне приходят за платьями, господин инквизитор. Если женщине нужен наряд с длинными рукавами или закрытым воротом, я не спрашиваю, почему она предпочитает именно такой фасон.

Эстер держалась уверенно, но допрашивающий не унимался.

— Мы не требуем от вас нарушать доверие клиенток. — Он принялся расхаживать по мастерской. — Нас интересуют подозрительные обстоятельства.

— Ничего подобного я не замечала.

Второй инквизитор у окна наконец оставил платье в покое.

— А незнакомые женщины? — вступил он в разговор. — Те, кто прежде сюда не приходил?

— Новые клиентки бывают, — ответила Эстер. — Но никто из них не давал мне повода обращаться в Инквизицию.

Он кивнул своему спутнику. Тот сложил лист бумаги и убрал в карман.

— Если вспомните что-нибудь необычное, сообщите нам.

— Разумеется, — произнесла бабушка.

— И вам, барышня, — бросил он мне, — советую внимательнее смотреть по сторонам, когда ходите на рынок.

— Хорошо, — выдохнула я.

Неужели они уходят?

— Даже незначительная подробность может помочь.

Он направился к выходу. Второй задержался возле двери и ещё раз посмотрел на меня.

— Вы сказали, что возвращаетесь от подруги?

Я почувствовала, как напряглась спина.

— Да.

— Далеко она живёт?

— Недалеко от центральной площади. Её родители держат пекарню.

Инквизитор выдержал паузу, что-то прикидывая.

— Понятно. Доброй ночи.

— Доброй ночи, — ответила Эстер.

Я промолчала.

Они вышли. Бабушка дождалась, пока мужчины отойдут от дома, и заперла мастерскую. Щёлкнул замок.

В этот раз мне повезло: они явились не по мою душу. Проверяли сообщение о какой-то женщине. Но легче от этого не становилось. Если достаточно одного подозрения, чтобы Королевская инквизиция начала обходить дома и расспрашивать людей, сколько времени потребуется, прежде чем кто-нибудь заметит во мне что-то странное?

— Мелания, — позвала бабушка. От облегчения, промелькнувшего на её лице при моём появлении, не осталось и следа.

— А теперь будь добра, объясни, где ты пропадала весь день.

Я сняла плащ и повесила его на крючок, выигрывая немного времени. После встречи с Провидцем и визита инквизиторов придумать убедительную историю оказалось непросто.

— Мы с Розали ездили за покупками, — начала я.

— За какими ещё покупками? Ты сказала, что собираешься помочь ей в пекарне, — напомнила Эстер.

— Так и собиралась, — оживилась я. — Но у Луизы закончились некоторые припасы, а на нашем рынке мы их не нашли.

Розали попросила съездить с ней к торговцам за городом. Она не очень хорошо разбирается в закупках, а я хотя бы знаю, как торговаться.

Эстер скрестила руки на груди.

— И ради этого вам понадобился целый день?

— Мы не сразу нашли нужного торговца, — продолжала заливаться я. — Потом извозчик повёз нас другой дорогой, и мы немного заблудились.

Ложь сходила с языка всё проще, и от этой лёгкости во рту становилось горько. Но пока бабушка, похоже, верила.

— Заблудились? — изумилась Эстер. — Две взрослые девушки наняли экипаж и отправились неизвестно куда, даже не предупредив родных?

Я виновато опустила голову.

— Мы не думали, что так задержимся.

— А подумать стоило!

Она подошла к столу и продолжила складывать ткани, которые не успела убрать из-за прихода инквизиторов. Движения выходили резкими, края отрезов никак не желали ложиться ровно.

— Я весь вечер не находила себе места, — ворчала Эстер. — Уже собиралась идти к Уолтеру и Луизе. А тут ещё эти господа пожаловали.

Она махнула рукой в сторону двери.

— Прости, — виновато сказала я. — Нужно было предупредить.

— Нужно было вернуться вовремя, Мелания! — рявкнула бабушка. Гнев не утихал.

— Ты слышала, о чём они спрашивали? — заговорила уже тише. — В городе ищут женщину, подозреваемую в колдовстве. И неизвестно, чем всё это закончится. А ты разъезжаешь по окрестностям до самой ночи!

При упоминании незнакомки передо мной вновь возник костёр. Я с усилием отогнала воспоминание.

— Они ведь просто проверяют сообщение, — попыталась я успокоить бабушку.

— И что с того? Думаешь, от этого на улицах безопаснее? Если кто-то действительно практикует запретную магию, я не хочу, чтобы ты случайно столкнулась с ней. А если донос ложный, пострадать может совершенно невинный человек.

В Коустхейле даже разговаривать об этом опасно.

— Я не запрещаю тебе встречаться с Розали, — строго добавила Эстер. — Но впредь никаких поездок без моего ведома. И возвращайся домой засветло. Ты меня поняла?

— Да. — Я сжала кулаки. Если бабушка так боится чародеек, что же будет, когда она узнает правду обо мне?

— Завтра останешься дома и поможешь мне с заказами. — Эстер оторвалась от своих заготовок. — Хватит с тебя приключений.

Дома? А ведь у меня встреча с Тео!

— Бабушка… — нерешительно позвала я.

Эстер вернулась к своим делам.

— Что ещё?

Момент для того, чтобы отпрашиваться, был не самый подходящий, но я всё же рискнула.

— Меня завтра пригласили на прогулку.

Она обернулась, подозрительно прищурившись.

— Кто пригласил?

Я потёрла ладони. Как-то неловко признаваться бабушке, что собираюсь на свидание. Тем более впервые. Никогда прежде я не встречалась с мужчинами в романтическом смысле. Не потому, что Эстер запрещала. Я сама так решила.

— Теодор, — ответила я. — Ученик лекаря, у которого мы покупали мазь для твоей руки.

Она приподняла брови. Наверняка подумала, что в лекарской лавке я времени даром не теряла.

— И куда он тебя пригласил?

— Покататься верхом. Недалеко от города.

— Верхом? — Она посмотрела на меня с таким выражением, что стало ясно: продолжать бесполезно. — Нет.

— Но…

— Никаких «но». Сегодня ты уже достаточно нагулялась.

— Я обещала ему, — привела я последний аргумент.

— Следовало сначала спросить меня. — Бабушка оставалась непреклонной.

Я не нашла, что возразить. Сама не понимала, зачем вообще завела этот разговор. После всего, что случилось за день, мысль о завтрашней прогулке не радовала.

Эстер сложила ткани аккуратными стопками.

— Передашь молодому человеку мои извинения. В другой раз.

— Хорошо, бабушка.

Я ожидала почувствовать разочарование, но вместо него пришло странное успокоение. Теперь не придётся придумывать причину для отказа. Когда Тео придёт за мной, я объясню, что бабушка рассердилась из-за сегодняшнего опоздания и никуда меня не отпускает. Он наверняка поймёт. А я избавлю себя от необходимости часами поддерживать разговор, улыбаться и изображать заинтересованность.

— Ты ещё здесь? — спросила Эстер.

Я вздрогнула.

— Что?

— Иди спать. Утром рано вставать, а у нас работы невпроворот.

— Спокойной ночи.

Она ничего не ответила, лишь поправила сложенный отрез. Я подошла к лестнице, но у первой ступени остановилась. Эстер стояла ко мне спиной, опираясь на край стола.

— Бабушка?

— Ну что ещё, Мелания?

— Я правда не хотела тебя пугать.

Её плечи чуть опустились.

— Тогда больше так не делай.

Я кивнула, но она этого не видела, и поднялась к себе. Закрыв дверь спальни, устало прислонилась к ней. За один день я побывала в доме, который не подчинялся никаким известным законам, встретила Провидца и увидела незнакомую женщину на костре. А вернувшись, обнаружила в мастерской Королевскую инквизицию.

Я подошла к кровати и села, так и не сняв платья.

«Одного пути недостаточно».

В памяти всплыло лицо незнакомки. Кем бы она ни была, мне предстоит её найти. Но сперва нужно понять, с чего вообще начать поиски.

Утром я проснулась раньше обычного. За окном только начинало светать, а снизу уже доносился негромкий стук посуды. Эстер, как всегда, встала первой. Я умылась, привела себя в порядок и спустилась на кухню. Бабушка сидела за столом с чашкой кофе и просматривала список заказов.