Индиго. Последняя надежда

Свет становился всё сильнее, будто выдавливал тьму из-под веток, ослеплял и заставлял щуриться. Неужели получилось? Дорога? Люди? Ещё миг. Ещё секунда.

Афея не успела ни подумать, ни крикнуть. Они вырвались из леса, и в этот момент перед ними промчалось что-то так близко, что сердце застыло. Машина. Красная, хотя в ярком свете казалась кровавой. Она резко свернула, колёса взвизгнули, и автомобиль остановился, едва не влетев в дерево.

Стекло опустилось. Из окна выглянул высокий мужчина. На лоб ему падали растрёпанные русые волосы. Острые скулы делали лицо жёстче, прямой нос подчёркивал угловатость лица, а щетина на подбородке добавляла возраста. Тонкие губы были сжаты в ровную холодную линию.

– О чёрт, – выдохнул он, глядя на них.

Афея не стала ничего объяснять. Она подхватила Агнес, подбежала к машине, распахнула заднюю дверь и втолкнула сестру внутрь. Потом забралась сама. Мужчина обернулся к ним с выражением изумления и раздражения.

– Что происходит?

– Вперёд! – выкрикнула Афея. – Сейчас же!

Он замешкался всего на секунду. Было видно, что помогать он не собирался и уж точно не ждал ничего подобного. Но из леса снова донёсся крик, и этого оказалось достаточно. Мужчина резко нажал на газ.

Машина сорвалась с места. Через несколько секунд тёмная кромка леса осталась позади. Некоторое время в салоне слышны были только шум дороги и тяжёлое дыхание Агнес.

Мужчина бросил взгляд в зеркало заднего вида.

– Так, – сказал он. – Теперь кто-нибудь объяснит, что происходит?

– Нам нужно в полицию, – сказала Афея, стараясь говорить спокойно.

Мужчина коротко хмыкнул.

– В полицию? – переспросил он так, словно это предложение показалось ему нелепым. – Нет. В полицию я не поеду.

– На наш дом напали. Там убили людей.

Он проигнорировал её слова.

– Как вас зовут? – спросил он после паузы, не отрывая взгляда от дороги.

– Какая разница? – фыркнула Афея.

– Такая, что я предпочитаю знать имена тех, кто может втянуть меня в неприятности.

– Афея.

Он кивнул.

– А это? – спросил он, указывая на Агнес и кейс у неё на коленях.

– Агнес.

Мужчина снова посмотрел в зеркало на младшую девочку. Та не подняла глаз. Он перестроился, свернул на более узкую дорогу и спросил:

– Сколько их было?

– Я видела машину у дома. Один сидел внутри. Ещё несколько были в доме, – ответила Афея, глядя в окно.

– Вооружены?

Афея на секунду замялась, потом достала из-за пояса пистолет и показала ему.

Мужчина резко выругался.

– Ты издеваешься? Убери это. Немедленно. И, ради всего святого, скажи, что он хотя бы на предохранителе, – прошипел он, вглядываясь в оружие.

– Я не знаю.

– Конечно, не знаешь.

Он протянул руку назад, не оборачиваясь.

– Дай сюда.

Афея не шевельнулась.

– Нет, – упрямо ответила она.

– Девочка, у тебя в руках пистолет.

– Уже не в руках, – сказала Афея, положив пистолет на колени.

– Не умничай. Дай.

– А если ты решишь остановиться и выгнать нас?

– Тогда пистолет тебя не спасёт, если ты не умеешь им пользоваться, – ответил он сухим, пугающим тоном.

После короткой паузы Афея всё же протянула оружие вперёд. Мужчина быстро взял его, уверенным движением проверил, выдохнул сквозь зубы и протянул обратно Афее.

– Заряжен, – сказал он. – Поздравляю. Вы сегодня отлично провели вечер.

Агнес тихо всхлипнула. Мужчина дёрнул плечом, словно этот звук был ему неприятен.

– Я не умею разговаривать с детьми, если что, – буркнул он.

– Мы заметили, – ответила Афея.

Он снова коротко хмыкнул. Потом посмотрел на кейс.

– Что внутри?

– Не знаю, – Афея пожала плечами.

– Но всё равно тащишь с собой предмет, из-за которого тебя, возможно, будут искать по всему округу.

– Да.

– Иногда мне кажется, что разумные люди вымерли, – сказал он.

– Иногда мне кажется, что разумные люди просто трусливее остальных, – тихо ответила Афея.

В салоне стало тихо. Мужчина постучал пальцами по рулю, потом коротко посмотрел на неё в зеркало.

– Это тебе кто сказал?

– Жизнь, наверное, – ответила Афея, отвернувшись.

Он молчал несколько секунд. Когда заговорил снова, голос стал серьёзнее:

– Слушай внимательно. Если эти люди работают на кого-то, они будут искать не вас. Они будут искать то, что вы утащили.

Афея почувствовала, как внутри всё стянулось. Она перевела взгляд на кейс. Агнес держала его так, словно он принадлежал ей с рождения.

– Тогда надо его выбросить, – сказала Афея, хотя уже знала, что не сделает этого.

– Возможно.

– Но сначала нужно понять, что в нём.

– Возможно.

– Ты можешь открыть? – с надеждой спросила Афея.

– Нет. Я не фокусник.

– Тогда отвези нас туда, где можно его открыть, – потребовала она.

– Не слишком ли много просьб для тех, кого я узнал пять минут назад?

– Мы хотим жить.

Он резко выдохнул носом.

– Ладно, допустим. Есть два варианта. Первый, простой. Ничего не делать. Сдаться. Вас поймают. В лучшем случае вы останетесь живы. В худшем…

Он не закончил.

– Или второй вариант, – продолжил он. – Сложный. Спрятаться.

– Уехать? – быстро спросила Афея. – Куда? Где жить?

– Я сказал: спрятаться, а не просто уехать. Это значит, что никто не должен вас видеть. Придётся забыть свои имена, школу, документы, обычную жизнь. Забудьте, что вы дети.

Он на мгновение замолчал, а потом добавил:

– И забудьте, что кто-то будет вам помогать.

Афея хотела возразить, но слова застряли в горле. Спрятаться. Не уехать на время, не переждать у знакомых, а по-настоящему скрыться, чтобы исчезнуть для всех навсегда. Она крепче сжала пальцы Агнес и ясно поняла: ничего из прежней жизни уже не вернуть.

Через некоторое время впереди показалась заправка. Под фонарями белели колонки, рядом стояло низкое здание магазина. Вокруг было пусто. Свет здесь был слишком ярким после леса, слишком обычным, будто мир решил не замечать, что всего в нескольких милях от этих ламп уже кончились чьи-то жизни.

Мужчина сбросил скорость.

– Дальше сами, – сказал он.

– Ты просто нас высадишь? – спросила Афея.

– А ты чего ожидала?

– Я ожидала, что взрослый человек не бросит двух девочек ночью на заправке после того, как услышал всё это.

– Взрослый человек, – сухо сказал он, – уже остановился, подобрал вас, увёз от опасности и не задал половины вопросов, которые должен был. Не путай помощь с добротой.

– Ты боишься?

– Конечно, боюсь, – ответил он, удивив её своей честностью.

Афея не нашлась, что сказать. Она не ожидала, что незнакомец ответит так прямо. Машина остановилась, и девочки выбрались наружу. Афея по-прежнему держала Агнес за руку. Кейс казался тяжелее с каждой минутой.

– Эй, – окликнул мужчина уже из машины.

Афея обернулась.

– Когда будут спрашивать, как вы сюда добрались, придумай другого человека, – сказал он. – У меня проблемы с копами.

Афея молча смотрела на него. Он перевёл взгляд на Агнес. Та прижималась к сестре, как тень.

Он уже собрался тронуться, но всё-таки добавил:

– Удачи.

И резко нажал на газ.

Афея смотрела вслед машине, пока красные огни не исчезли в темноте. Ей хотелось назвать его трусом. Хотелось разозлиться на то, что он уехал, как и все взрослые, которые всегда находят причину уйти вовремя. Но он мог вообще не остановиться. Мог просто проехать мимо. Но не сделал этого.

Глава 10. Заправка.

Заправка стояла на выезде, одинокая, словно забытая у дороги. Низкое здание с облупившейся белой краской, два ряда колонок, под навесом тусклая лампа, мигавшая так лениво, будто и ей не хотелось бодрствовать этой ночью. Асфальт был липким от бензина и старого масла. В лужах отражались чёрное небо без звёзд и красная табличка над дверью: «Открыто».

Внутри стоял запах старого кофе и дешёвого средства для мытья пола. Средство почти не скрывало запах табачного дыма. Радио под потолком тихо шуршало, а потом прорезалось песней. Такие песни ставят ночью, когда людям ещё нужно ехать и не заснуть. На полках стояли чипсы, пыльные банки с арахисом, дешёвые игрушки в прозрачных пакетах, дорожные карты, батарейки и ароматизаторы для машин.

- Вам помочь? — раздался голос за спиной.

Дежурный оказался мужчиной лет шестидесяти, с помятым лицом и настороженным взглядом. Рубашка с нашивкой имени была расстёгнута чуть больше, чем полагалось, и от него тянуло табаком.

- Да. У вас есть телефон? Мне нужно срочно позвонить, — сказала Афея неестественно спокойным тоном.

Мужчина прищурился. На мгновение в его лице мелькнуло любопытство, но быстро уступило место привычной осторожности. Он оглядел обеих: грязную одежду, мокрые ботинки, кейс, который явно был тяжёл для ребёнка. Только после этого кивнул.

- Там. У кассы.

Афея взяла Агнес за ладонь. Телефон стоял на полке рядом с кассой, тяжёлый, бежевый, с грязноватым витым проводом. Афея быстро набрала 911, не отводя взгляда от стеклянной двери. Ей всё время казалось, что она сейчас распахнётся и внутрь войдут они: те, что были у дома, чёрные силуэты с живыми глазами.

Гудки тянулись дольше, чем должны были. За это время она успела заметить множество ненужных вещей: трещину на пластике трубки, прилипшую к полу обёртку от жвачки, комара, бившегося о люминесцентную лампу. Мозг цеплялся за мелочи с холодной жадностью.

- 9-1-1, какая у вас чрезвычайная ситуация? — голос был женский, чёткий и слишком бодрый для того, что Афея собиралась сказать.

Афея сглотнула. Во рту пересохло.

- Убийство. Двое взрослых. Техас, округ Брукс, Гринхилл, Вуд-стрит, 127. Срочно, — сказала она быстро, почти шёпотом, и сразу бросила трубку.

Она понимала, что этого мало. Нужно было сказать больше: кто, что произошло, что там дети, что была погоня, что звучали выстрелы. Но если бы она начала объяснять, то пришлось бы вспоминать всё по порядку, а на это у неё сейчас не было ни времени, ни сил.

Дежурный наблюдал за ней уже без попытки делать вид, что ему всё равно. Теперь он смотрел так, как смотрят на неприятность, случайно возникшую посреди спокойной смены: с настороженностью и мысленным подсчётом будущих проблем.

Афея отвернулась от него. Они с Агнес сели на одну из лавок. Агнес уронила голову сестре на плечо, закрыла глаза и, казалось, уснула. Хотя как можно было уснуть после всего произошедшего?

Афея долго сидела, глядя на проезжавшие мимо машины. Кто-то останавливался, чтобы заправить бак, кто-то уезжал. Мир продолжал жить своей обычной жизнью, словно ничего не случилось.

Афея думала о том, что теперь будет с ними. Единственное, что радовало этой ночью, — на улице было не слишком холодно. Но конец августа уже давал о себе знать. Скоро ночи станут холоднее.

Что же с ними будет? Возможно, их определят в приёмную семью. Вдруг новая семья окажется любящей и действительно заинтересованной в их жизни? Тогда, может быть, не так уж плохо, что родителей больше нет. Афея резко замотала головой, с ужасом осознавая, о чём думает.

Кто сказал, что теперь будет лучше? А если новая семья окажется ещё более жестокой, чем прежние родители? И что, если их с Агнес разделят? Нет, Афея не хотела ни в какую приёмную семью.

Но что же тогда? Кажется, у её дедушки была сестра. Жива ли она ещё? Согласится ли приютить их у себя? Хотя кому они теперь нужны, нищие сироты?

А что, если те, кто убил их родителей, не остановятся на этом и начнут искать их самих? Как от них защититься, если даже не знаешь, кто они такие?

Вдруг Афея полезла в карман, вспомнив о бумажке, которую достала из кармана того мужчины. Возможно, там было хоть что-то, способное пролить свет на убийц. Но пальцы нащупали только кусок ткани, найденный на заборе в лесу, складной нож, подаренный Энди, и несколько монет. Ничего из этого сейчас не могло ей помочь.

Агнес подняла голову и смотрела на монеты так внимательно, будто надеялась, что их вдруг окажется больше. Потом подняла глаза на сестру. В её взгляде было простое и очень понятное ожидание.