Одержание. Сценарий к фильму по мотивам повести А. и Б. Стругацких "Улитка на_склоне"

- Алло, Тань, привет!

Таня:

- Привет! Как, замесил грязь?

- Не-а, тебя жду. Мы ждём. С байком. Я его только вот сейчас испытал. Мы просто сгораем от нетерпения тебя увидеть.

- Слушай, Гриш… Я не готова к такому. Я, честно говоря, побаиваюсь… Тем более, по грязи.

- А по сухому? Сухое там тоже есть.

После паузы:

- По сухому тоже боюсь. Я… честно, как-то не подумала, что… Я думала, ты шутишь!

- Да уж какие тут шутки. Всё серьёзно. Ну, пойдём на картинг, что-ли?

Зависает пауза, Гриша улыбается, видно, что разговор его забавляет.

- Слушай, я… я сегодня не могу…

- А в ресторан? Там гонять не надо. Просто сидеть, и радоваться жизни, в приятном созерцании друг-друга. А ещё, расхваливать закуски и наливать. Как тебе такая перспектива?

Опять повисает тяжёлая пауза. Гриша бесшумно смеётся, убрав трубку.

- Гриш… А то, что ты говорил… На счёт руки и сердца…

- Всё в силе.

Опять пауза.

- Но мы же разные… Мы же по-разному мыслим. У нас разный подход к жизни. Разные запросы… Мы с тобою даже не встречались…

- Разве? Странно. Мне казалось, я тебя очень часто встречал на тренировках. Нет? Это была не ты? Ну тогда она была просто удивительно на тебя похожа. А ещё, она мне дала твой номер. Я считаю, что это – судьба. А то, что мы с тобою не встречались – это просто какое-то досадное упущение. Есть прекрасный повод его исправить! Например, в ресторане. Или, на картинге. Или, может быть, вы предпочитаете аэроклуб?

- Гриш, хватит!

-Ну, что-ж… Хватит, так хватит. Будем считать мою столь быстро вспыхнувшую бурю чувств к тебе – печальной ошибкой. Что ещё тут можно сказать? Моё сердце разбито. Вечером – пойду за ядом.

- А чего не сейчас?

- Сейчас – никак нельзя. После яду – плохой гряземес получается. Можно и шею свернуть. А вот вечерком – в самый раз. Тебя не зову составить компанию.

- А почему?

Тут, уже делает паузу Гриша, к такому повороту он был явно не готов.

- Ну… как почему… Я же всё-таки джентльмен, и мне… неудобно, будучи одиноким мужчиной, приглашать юную, одинокую леди к себе домой…

-Но ведь джентльмен уже признал ошибочность своих чувств, и готов пить яд? Не так ли? Разве же может Джульетта оставить Ромео одного в столь благородном порыве? Кстати, какой яд Ромео предпочитает?

По всему видно, что Гриша готов уже сквозь землю провалиться.

- Тёмный, нефильтрованный… Если один… Но с Джульетой, конечно, красный, сухой, без вариантов…

- Не надо. Тёмный, нефильтрованный – в самый раз. Ещё креветки купи и кальмаров. Куда мне приехать?

Сцена 7.

Гриша гоняет по лесу, его несколько раз заносит, прыгает на трамплинах, и будит лешего. У лешего нос загнут вниз, как хоботок, лицо злобное, пустое и страшное. Он пытается втянуть воздух, чтобы унюхать «нарушителя», но спросонья его нос загибается и перемыкает, от чего леший приходит в бешенство. Он кидается в погоню, но из лужи высовывается рука водяного, и хватает лешего за ногу. Леший падает на землю, а водяной пытается затащить его в лужу.

Леший:

- Ах ты, каналья, вынырок канализационный!

Хватает палку, выдёргивает ногу, и начинает лупить палкой по луже так, что она вся разлетаются в стороны. Водяного нет.

-Разбудили… Разбудили, гады… Но ничего, ничего… Ты ещё обязательно приедешь сюда ещё… Ты каждую весну тут катаешь… Но в этот раз я уснул в этом месте. И тебя предупреждали, что не надо в этот раз ехать… Предупреждали…. Да ещё и без защиты.

При словах о защите глаза лешего вспыхивают огнём.

Сцена 8

Таня в гостях у Гриши.

Гриша читает "Улитку на склоне", звонит знонок в дверь. Гриша откладывает лверь, встречает Таню, обнимаются.

- Ну чего, замесил сегодня?

- Замесил.

- Лешего не видел?

- Не-а. Я очень быстро ехал. Я думаю, он даже проснуться не успел.

- А... Ты думаешь, они там есть?

- Думаю, да. Иначе куда пропадают люди?

- Ну, мало ли... Убили, зарыли.

- Вместе с мотоциклами?

Таня задумывается.

-Слушай, Ромео, пойдём пить яд?

- Ну, пойдём, Джульетта.!

Садятся за стол, разливают пиво, Таня кладёт ноги на бёдра Гриши:

- Ты не против?

- Нет конечно, мне приятно.

Таня, отхлёбывает пиво, закусывает креветкой, и начинает теребить Гришу пальцами ног.

- Размассируй мне стопы пожалуйста.

Гриша начинает массировать ей стопы.

- О, вот тут, по центру, посильнее пожалуйста... Ага. Теперь, пожалуйста, вытяни мне пальцы. Сильнее. Вот, прям нормально тяни, чтоб хрустнули! О, кайф! Всё, в экспедиции я к тебе в палатку вписываюсь. В тяжёлых горных условиях девушке бывает трудно без крепких и заботливых мужских рук... Ну, а что касается ровного асфальта... Налей пива.

Пьёт пиво, закусывает.

- Вот здесь, всё сложнее, Гриша. Ты - замечательный парень. Весёлый, честный, за словом в карман не лезешь... И главное, горячий. Мне приятно рядом с тобой. Эх, не был бы ты таким раздолбаем...

Гриша разводит руками.

- Но ведь одно - прямо вытекает из другого. Разве не так?

- Да, я как раз хотела тебе это сказать. Но может быть оно и не плохо? Ведь все же люди - разные, и это прекрасно. Разве не так?

- Да, это так. Ну я не знаю. Ты же не хочешь быть со мной? А если я посвящу себя зарабатываю денег, то я просто перестану быть собой, и всё. И согласись, будет обидно, если я и для себя жить перестану, и семью не создам. Получится, что я всё потерял, и ничего не получил.

- А нужно ли тебе это, Гриш? Оставайся собой! Будь таким же весёлым, горячим и острым на язык! Бери разовые заказы, езди в экспедиции, Гоняй мотокросс, прыгай с парашютом... А со мной - пей пиво. Ну. и.. Всё остальное - тоже. Плохо что ли?

Гриша ошарашенно замолкает, он к такому явно не готов. А разве, тут затевалось что-то другое? Таня, видя паузу, шипает его за руку пальцами ног:

- Ну, Ромео? Чего замолчал? Чего такой серьёзный?

- Да я... как то...

- Ты чего краснеешь, эй?!

Легко пинает его ногой.

- Тут краснеть не надо. Тут надо шевелиться. Ну... когда я пиво допью, конечно. Понимаешь, Гришь... не все люди созданы для семьи. Семья - это пахота. Тяжёлая, нудная, скучная... Зачем тебе это? По-моему, совершенно незачем. Тебе же нравится вольная жизнь? Ну признайся в этом! Хотя бы себе. Ну вот и возьми её! Живи по-полной, и дыши полной грудью! А придёт старость.. Ну, будет одинокая старость. Подумаешь? Да может быть ты и не доживёшь до неё. Свернёшь себе шею в лесу.. И всё. Или попрёшься добровольцем на какую-нибудь войну.

- Ну да... При таком раскладе, конечно, было бы приятно оставить потомство...

- А вот это, пожалуйста, постарайся не делать. Я всё равно уберу беременность. Не оставишь ты мне своё потомство.

- Ну... Лучший способ "постараться" в данном случае, это пить пиво. А если, как ты говоришь, "шевелиться", то это уже другие "старания" совсем.

Гриша усмехается.

Таня:

- Ладно, старайся по-полной. Ромка вытянет, если что, ничего. Мне кажется, у него и не может быть своих. Сколько уже вместе... Значит, поднимет твоего, ничего. Нет, ну правда? Я же не виновата, что у тебя - чувство юмора, романтический образ, темперамент... да ещё и здоровье в придачу, а у него... у него - только деньги - и всё. Но без денег-то трудно детей поднимать... Уж я то знаю, как оно... Сама поднималась, как могла...

Вздыхает

- А у него их реально завались. Ему и не надо ничего делать, деньги сами всё сделают. В том числе и сами себя.

Повисает тяжёлая пауза.

Гриша:

- А ему оно как будет? Думаешь, он будет с тобой жить после этого?

- Будет. Не просто будет, а женится. Ему не нужны женщины без детей... А может, и не будет. Возьмёт ребёнка себе, а мне - пинка под зад. Ну... если я его не устрою. а себе - другую возьмёт. Ему нужна семья. И он имеет на это право. Он реально много пахал. Не просто много, а всё время. В экспедиции не ездил, мотокросс не гонял, с парашютом не прыгал... Да, и музыкальный вкус у него тоже не развит. Некогда развивать было. То же и на счёт литературного вкуса. Ничего у него нет. Он голый. Хотя с виду и кажется одетым. Он стал таким, чтобы получить возможность тащить женщин с детьми.

- Ну да. А детей то делать и не выходит. Обидно.

- Да, обидно. А как надо было делать? Жить в свой кайф, а дети пусть как во поле трава растут?

- Почему бы и нет. Я же вырос. Я недоедал, собирал бутылки, чтобы свой первый плеер себе купить... Полгода собирал, не поверишь! После школы... С отчимом ночью на грузовик лазали, овощи воровали для рагу... На хлеб с майонезом были деньги, а на овощи - нет... Я уже молчу про сыр, или мясо.

Таня убирает ноги:

- Голубей не пробовали есть? Там есть мясо. Мало только... И не вкусно совсем. Но если "почище обголодать", то ничего. Голод не уйдёт, конечно, но и дистрофии не будет. С мазиком, кстати, норм, да. А что делать? Кошку-то не всегда поймаешь, да? Да и кошка тоже жить хочет, так просто не взять её... А голубя - бах из рогатки, вот тебе и еда. Есть что вспомнить! Овощи... Мы вообще не знали, что это такое, "овощи".

Ну а изжога... Закинулся содой - и нет изжоги. А чтобы цинги не было - витаминку. Благодать! Бутылки... Бутылок у нас не валялось. А плеер... Какой в нём прок? К нему же ещё и кассеты нужны. И батарейки. У нас в компании магнитофон был. Слушали на нём дребедень всякую, Ласковый Май там, Модерн Толкинг, другой ньювэйв лютый... Ну Кино там, ещё.

- Я тоже, когда плеер купил - в первую очередь Модерн Толкинг поставил. Технологию, тоже крутил... Но потом, как-то всё больше Джудас Прист, Гражданскую Оборону... Арию потом... Были приятели, объяснили мне, чем рок от попсы отличаются..

Замолкают на 15 секунд.

Таня:

- У нас тоже потом начали Оборону слушать. Если бы не Оборона...

Опять замолкает, думает.

Гриша:

- А ты где жила?

- В Красноярске. Но так как у нас - везде было, практически. Хоть в Туле, хоть в Рязани, хоть в Конотопе... Девяностые - они девяностые и есть.

Опять замолкают.

Гриша:

- Так вот, почему ты такая красивая. Ты с Красноярска, оказывается...

- Ну да...

Начинает улыбаться, и снова кладёт ноги на бёдра Грише.

- Погрей мне ноги пожалуйста.

Сидят, молчат, пьют пиво. Гриша греет ноги Тане, руками, прижимая их к себе. А о чём тут ещё говорить? А говорить, на самом деле, есть о чём.

Таня:

- Да, если бы не Гражданская Оборона, и не Ария... Я была бы такой же скотиной, как и все. Такой же зверюгой. Пустой, злобной, беспринципной и бессовестной. И тогда бы наш разговор с тобою шёл совсем по другому сценарию. Тогда, у нас с тобой не посиделки с пивом были бы. Я бы тогда застенчиво опустила бы реснички, и сказала бы тебе "да". А через год после медового месяца - ты бы пропал. Причём, безо всяких леших и домовых. И хрена бы кто и где нашёл тебя.

Опять замолкают.

Таня:

- Да. Гражданская Оборона и Ария нам были вместо партии и церкви. Они нас научили всему. Янка ещё... Только они и научили нас быть людьми... Давай обнимемся.

Садятся на диван и обнимаются, прижимаясь друг к другу щеками, и держась за руки. Танины стопы стоят на стопах Гриши.

Сцена 9

Утро.

Гриша сидит за столом, подперев руками голову. Звонит телефон, на телефоне высвечивается: Таня. Гриша нажимает "принять".

-Привет, Тань

- Привет... Ну ты как?

- Да, норм в общем и целом.

- Будешь пить яд ещё?

- Да фиг его знает... Пока не планировал.

- Слушай... Я очень рада, что съездила к тебе. Что мы с тобой посидели и поговорили. Мне легче. Сильно. Причём, я даже и не знала, что мне тяжело было... И знаешь... Наверное, это правильно, что ты меня трахать не стал. Это было бы совсем не то. Просто вот совсем вообще.

Гриша усмехается:

- Ну ты же понимаешь... Мне для красавицы семени не жалко... Да и для некрасавицы тоже. Просто иногда я могу дать чуть больше, чем семя. Для меня очень важно раздавать свою душу.

- Не жалко души?

- Не-а. Она быстро портится. Её надо быстро съедать.

Таня смеётся:

- Ну умора с тобой... А я ведь с тобой серьёзно хотела поговорить...

Замолкает на пару секунд.

- Я просто хотела тебе сказать... То, что я предложила тебе - в силе. Можешь трахать, если хочешь. Просто вот по полной программе. Как следует. Как матушка-природа велела.

Опять замолкают на несколько секунд

- А можешь не трахать. Можешь хоть всё время обнимать меня и держать руки в руках. В общем, зови.

- То, что я тебе предложил - тоже, в силе.

Опять тяжёлая пауза.

Таня:

- Ну ведь ты же знаешь... что ничего не получится... Ведь знаешь же?

- Не-а. Не знаю. Ну если ты это знаешь лучше меня - ладно. Приезжай, я тебе ещё ноги размассирую. Пальчики вытяну, как ты любишь. Я буду прижимать твои ноги к своей груди, целовать их, и неустанно говорить тебе о том, как ты прекрасна...

- Гриш!!! Тебе не стыдно?!

- Нет, Таня. Я перерос тот возраст, когда считал влюблённость чем-то постыдным. И я совершенно не понимаю, чего здесь стыдиться. Ведь я же ничего не выдумываю? А значит, говорю всё, как есть. Что на витрине - то и на прилавке.

- Ну да, ну да. Только вот, "своё" никак получить не выходит, да? Но ещё раз говорю, всё в силе.

- И у меня - тоже.

Таня смеётся.

- Ладно. При встрече можем ещё раз поговорить об этом, раз уж тебе так неймётся. Но я тебе ещё одну вещь хочу сказать. Ты ищешь чистое, горячее сердце, способное полюбить тебя. И почему то. ты ищешь его у меня... Вобщем-то ты его уже нашёл. Но оно не устроит тебя. Потому что я никогда не полюблю своего мужа, больше чем детей. Да, я люблю тебя. Но если я вдруг увижу, что нашим детям чего-то не хватает, и чтобы восполнить этот недостаток я должна сожрать тебя - я даже не дрогну. Даже не задумаюсь. Для меня съесть мужика - так естественно, как съесть креветку. И я бы сделала это, да... Но я не хочу это делать именно потому что люблю тебя. Потому и выбрала себе такого мужика, которого можно есть всю жизнь, и от него не убудет. Который сам себя перевёл в запас пищи... И я ещё тебе хочу сказать кое-что. Я не знаю женщин, которые любили бы мужа больше, чем детей. И я не уверена, что такие есть. Поэтому, делай женщинам детей - и не парься. Надо давать людям то. что они любят больше всего. Как бы жестоко это не звучало. Да и тебе нужно продолжать себя, как ты это верно заметил. Мир сгниёт, если из него исчезнут такие, как ты. Тебе ведь и парни это говорили наверное? Ну вот, теперь и девчонка тебе это говорит. и готова стать первой.

Повисает долгая. тяжёлая пауза.

Гриша:

- Если вдруг...

пытается продолжать дальше, но закашливается.

Таня:

- Не переживай, я слушаю.

Гриша:

- Я ведь и вправду, могу не удержаться...

-Не удерживайся.

Опять пауза.

Гриша:

- Если это случится... Давай так, никаких Ромок. И никаких абортов. Отдай мне.

- Угу, а мне приехать к тебе в гости на длительный срок, да? Я уже говорила тебе, чем это закончится для нас. И я уже говорила тебе, что не пойду на это. Прости, но голод трудно забыть. Особенно трудно его забыть, когда ты видела, что другие наедаются досыту, и имеют всё, что хотят. Мои дети - будут иметь всё, что захотят... Ну, по крайней мере, из полезного. Так что... Пить яд ты меня звал, зови теперь на природу. Ну и... Пока?

- Пока, Тань.

Связь заканчивается. Гриша ходит туда-сюда по комнате.

- Голод трудно забыть, это правда... Особенно, когда рядом есть сытые... И даже, пересыщенные. Которые ходят с тобою по одной земле, дышат с тобою одним воздухом,.. И глумятся над тобою. "Зато свобода", да?

Взгляд падает на книгу "В Круге Первом".

- Да, Александр Исаич?

Стоит какое-то время, молчит. Потом, в истерике хватает книгу, и со всего размаху швыряет его об стену. Орёт в бешенстве:

- Это ты во всём виноват!!! Ты!!! Если бы не ты - за совок в два раза больше бы народу вышло, а против - вышли бы жалкие сотни... Это ты загадил мозги людям!!! Я тебя из помойки достал, когда дворником работал... Наверное, зря. Там - твоё место. Надо исправить эту ошибку.

Берёт разорванную книгу, и идёт с ней к мусоропроводу. У мусоропроводу останавливается. Думает.

- Зачем я орал? Я что, идиот? Или истерик?

Опять стоит, думает.

- Извини, Исаич, погорячился. Не виноват ты. Тебя просто использовали. Если бы у Них не было так задманно - тебе и рта не позволили бы открыть... Пойдём, подлечу тебя. Не обижайся.

Сцена 10. Леший завёл

Гриша въезжает в лес, долбит Скорая Помощь "злой рок". Если первая сцена покатушек (пробуждение лешего) занимает секунд 10-15, то это - полноценная сцена мотокроссового художественного искусства в стиле "весенняя распутица в лесу". Сцена длится весь период от начала трека до трёх тактов после конца припева. Трек прерывается сценой с лешим. Таким образом, непосредственно демонстрация заезда длится в общем и целом, 2:06. Так как это - долго, будем разнообразить разными неприятностями, например, Гриша будет четыре раза получать веткой. Первый раз - ветка сломается. Второй раз - удар по шлему, Гриша расслабляет шею и удар соскальзывает (Стиль Рябко), третий удар в плечо - вызывает большой крен с возвращением, четвёртый - выбьет его из седла. Мот летит вперёд кубарем, Гриша падает в грязь, поднимает голову, чтобы посмотреть на ветку, которая смогла его сбить. Видит, что ветка - не из дерева растёт, а зажата в руках лешего. Злобные и пустые глаза по две стороны носа-хоботка в упор смотрят на Гришу.

Гриша в ужасе кидается к мотоциклу, поднимает, пытается завести, леший бежит на него с рогатиной. Гриша бросает мотоцикл и перекрещивается. Леший мотает головой, пытаясь увидеть Гришу. Гриша боится пошевелиться. Если заводить - леший услышит, можно не успеть уехать. Перекрещивает лешего, тот роняет рогатину, и начинает в недоумении протирать глаза и тянуть себя за нос-хоботок. Гриша бьёт кикстартер, мотор заводится, леший оторопело смотрит в то место, где есть Гриша, но увидеть - не может. Гриша вскакивает в седло, рвёт с места. Под трек, это выглядит примерно так:

На куски рвется нить,

Меня связавшая с фортуной.

От тоски время выть,

Скрипя зубами ночью лунной.

Меня злой рок искал повсюду,

Шпионил, прячась по углам.

И я, отчаявшись ждать чуда,

Иду к нему в объятья сам!..

Под этот текст Гриша трюкачит. Дальше идёт гитарный проигрыш, в который он получает веткой два раза. Трек прерывается, появляется леший с горящими от злобы глазками. Скрипучим голосом проговаривает:

- Ну вот ты мне и попался...

Принюхивается, разгибая хоботок руками.

- И Крови Бога нет в тебе... Нет, нет, меня не проведёшь... Ну, держись, дурень, поплатишься за то, что разбудил меня...

Леший исчезает, в кадре опять появляется Гриша. Несётся по грязной тропе, долбит Скорая Помощь:

Стынет кровь. Что потом?

На мир смотреть в бессильной злобе?

Или вновь на поклон

К уже неласковой особе?

С улыбкой принимать издевки,

Моля продлить желанный срок.

Фортуна - уличная девка,

Так пощади хоть ты, злой рок!

Злой рок - жизни ненастье.

Злой рок - прерван полет.

Злой рок, я в твоей власти.

Злой рок, что меня ждет?

Дальше - леший выбивает Гришу веткой из седла, и дальше, по тексту.

Гриша уехал от лешего, и подруливает к избушке в лесу. Глушит мотор, бежит к избушке со всех ног, крестясь на ходу. Стучит в дверь, кричит:

- Спсите Христа ради!!! Леший!!! Леший!!! Ле... !!!

Дверь открывается, на пороге появляется Баба-Яга.

- ший...

Гриша инстинктивно отступает.

Баба-Яга:

- Не бойся, добрый человек, здесь он тебя не тронет. Да и вообще, не тронет тебя больше. Он вспыльчивый, да отходчивый. Помурыжит тебя месяцок-другой, да выведет. Не переживай.

Гриша

- А...

Не может говорить, горло пересохло

Баба-Яга

- На, попей брусничной воды. Да присядь на скамью, а то в обморок сейчас грохнешься.

- Ага. Спа...

Не может говорить

Баба Яга

- Да ты пей, пей. Такого страху натерпелся, конечно говорить не можешь.

Гриша пьёт.

- Спасибо... Спаси Бог, бабушка...

- Яга. Баба Яга, так и зови. правда, у меня имя было... Но, как говорится, было, да сплыло. Так то вот оно.

-Баба Яга... А как это он меня месяц тут мурыжить может... Дом-то мой - вон!

Показывает на трубы ТЭЦ-23.

- Ой ли? ТЭЦ-23 по какому азимуту от твоего маршрута? А?

- Зюйд... Какой же ещё? Я же с южной опушки заезжал...

- Угу. А теперь достань компас и сопоставь.

Гриша идёт к мотоциклу, достаёт из бардачка компас, берёт азимут на ТЭЦ. Отходит от мотоцикла, снова берёт. Лезет в карман, выключает телефон, компас упорно показывает уверенный "норд". Гриша начинает крутиться с компасом, поворачивается к ТЭЦ спиной, Северная стрелка уверенно показывает на Гришу.

- Да что же это такое...

- Морок. Леший навёл.

Баба-яга дует на морок, ТЭЦ растворяется в воздухе, как будто и не было.

- А ТЭЦ вон там. На зюйде, как ты и говорил. Только ты её больше не увидишь. Месяц - точно. Пока леший не успокоится и не подобреет.

Зависает пауза.

Гриша

- Мне бы причаститься...

- Это здравая мысль. Но запоздалая, увы. Хорошо яичко к Христову дню, знаешь поговорку? Вот, это - для тебя прям. Ну... Через месяц-два - причастишься. Если жив будешь. А жив будешь, если будешь умницей. Ну а умницей будешь, если будешь Бабу Ягу слушать. Ну а пока... Пока, милости прошу в гости!

Сцена 11. У Бабы Яги.

Гриша сидит за столом и жадно наворачивает щи со сметаной и яйцами. Съедает и начинает отдыхиваться.

- Ох… Ну и щи… В жизни таких вкусных не ел… Спасибо тебе большое… Я, если можно, хотел бы пожить, да поработать у вас… А то у меня ведь ни палатки, ни удочки, ни котелка… Только байк, да ремнабор.

- Конечно, живи, работай. Вместе оно веселее. Да и легче. Ещё щей?

- А… Можно?

- Конечно! Ты же не нахлебник, а работник. Работник должен хорошо питаться.

Замолкают, так как рот у Гриши опять занят. Съедает тарелку, закрывает от удовольствия глаза.