Идеальное убийство

— Я возвращаюсь к Элеоноре, — сказал он, и голос его был твёрдым, хотя внутри всё дрожало.

Алина подняла на него глаза. В них не было удивления — только боль.

— Я знала, что ты так сделаешь, — сказала она.

— Это не так, — ответил Саша. — Но я не могу просто оставить её сейчас. Она потеряла подругу. Она одна.

— Она всегда была одна, Саша, — сказала Алина. — И она сама выбрала эту дорогу.

Саша не ответил. Он встал и вышел из комнаты, оставив её одну.

Даниил проснулся от того, что услышал шорох в своей комнате. Он открыл глаза и увидел Сашу, который сидел на краю его кровати, опустив голову. В комнате было тихо — только тикали часы на стене и где-то вдалеке гудел холодильник. Свет от уличного фонаря падал на пол, создавая длинные тени.

— Саша? — спросил Даниил, садясь на кровати. — Что случилось?

Саша поднял голову. В его глазах была пустота, смешанная с болью. Он смотрел на Даниила, но, казалось, не видел его.

— Я не могу, — сказал Саша, и голос его звучал глухо.

— Что? — спросил Даниил, хотя уже знал ответ.

Саша не ответил. Он встал и вышел из комнаты, оставив дверь открытой. Даниил смотрел ему вслед, чувствуя, как внутри него поднимается тревога. Он понял, что случилось что-то важное. Он встал и вышел из комнаты.

Как только он ступил в коридор, он увидел Алину. Она бежала по лестнице.

— Алина! — крикнул он, но она не остановилась.

Он побежал за ней, догнал на лестничной площадке между этажами и схватил за руку. Она попыталась вырваться, но он не отпустил.

— Что случилось? — спросил он, стараясь говорить спокойно.

Она не отвечала. Она пыталась вырваться, но он держал её крепко. Он чувствовал, как её пальцы дрожат в его руке. Он подтянул её к себе и обнял, прижимая к груди. Она сначала сопротивлялась, но потом её тело обмякло, и она уткнулась лицом в его плечо.

— Тише, — сказал он, гладя её по голове. — Всё хорошо. Я здесь.

Когда она наконец успокоилась, он отстранился и взял её за руку.

— Пойдём, — сказал он. — Пойдём в комнату.

Он повёл её наверх, в её комнату. В этот момент Саша стоял возле двери комнаты и смотрел на них. Он слышал всё, что происходило. Он видел, как Даниил обнимает Алину, как он ведёт её в комнату.

Они зашли в комнату Алины, и Даниил закрыл дверь. Он повернулся к ней и взял её за плечи.

— Алин, — сказал он, глядя ей в глаза. — Не делай глупостей. Ты сама знаешь, что из этого выйдет.

— Ты меня любишь? — спросила она, и её голос дрожал. Слёзы текли по её щекам, и казалось, что это нескончаемый поток.

— Да, — ответил Даниил, и в его голосе была такая уверенность.

Они начали целоваться. Поцелуи были медленными, чувственными, они изучали друг друга, будто впервые. Даниил снял с неё футболку, и она осталась в нижнем белье.

— Ты красивая, — сказал он.

Алина покраснела. Она всегда комплексовала, и её тело было для неё источником стеснения. Она знала, что не идеальна, и боялась, что он увидит все её недостатки.

— Дань, стой, — сказала она, отстраняясь.

— Что случилось? Что-то не так? — спросил Даниил, и в голосе его слышалась тревога.

— Нет, всё нормально, — ответила Алина, и голос её дрожал. — Просто...

Даниил замер. Он смотрел на неё, чувствуя, как внутри него всё переворачивается.

— Не переживай, — сказал он мягко.

Он подошёл к ней, запуская руки в её волосы, и осторожно начал целовать, почти не касаясь губ. Напряжение между ними начало спадать. Он подхватил Алину на руки, посадил её на стол и заглянул ей в глаза.

— Ты хочешь этого? — спросил он.

— Хочу, — ответила Алина, хотя голос её дрожал.

Он поцеловал её сильнее, с напором, проводя рукой по спине. Алина почувствовала, как он расстегнул её бюстгальтер, и он упал ей на ноги. Продолжая целовать, он провёл рукой от подбородка к шортам, зацепив их пальцем. Он почувствовал, как Алина замерла.

— Боишься? — спросил он, коснувшись своим носом её носа.

— Нет, — выдохнула она.

Он аккуратно снял с неё шорты и снял с себя футболку. Алина почувствовала его жар. Он взял её за руку и повёл к кровати, затем навис над ней. Он целовал её шею, плечи, спускаясь всё ниже, дойдя до пупка. Он был нежным, но его руки дрожали от желания. Он чувствовал, как её тело напрягается под ним.

— Расслабься, — сказал он тихо. — Доверься мне.

Он поцеловал её почти прямо в том самом месте и аккуратно снял с неё трусики.

Алина закрыла глаза и попыталась расслабиться. Она чувствовала, как его руки скользят по её телу, как его губы касаются её кожи. Она забыла о своих комплексах, о своей боли, о том, что произошло раньше. Остался только он — и она.

Когда он вошёл в неё, она почувствовала боль, но это была приятная боль. Она открыла глаза и посмотрела на него. Он был так близко, и она чувствовала его дыхание на своём лице. Он двигался очень медленно, с каждым толчком боль становилась меньше. Всё это время он продолжал смотреть на Алину.

— Не больно? — спросил он.

— Это приятная боль, — ответила она.

Она перевернула его на спину и робко села на него. Даниил почувствовал, как глубоко он вошёл. Она двигалась медленно, чувствуя, как он смотрит на неё. В свете луны его лицо было таким красивым, что у неё перехватило дыхание.

— Остановись, — сказал он вдруг.

— Что? — спросила она, замирая.

— Я хочу быть в тебе, — ответил он. — Просто хочу чувствовать тебя.

Она кивнула и замерла. Он провёл рукой по её спине. Свет луны падал на её тело, и она почувствовала себя обнажённой не только физически, но и эмоционально. Она чувствовала себя уязвимой, но в то же время свободной.

Даниил стал целовать её тело. Он был настойчивым, грубым, и она чувствовала, как внутри неё разгорается огонь. Она легла на живот и позволила ему сделать то, что он хотел. Он поставил её на колени и отвёл руки за спину. Она не сопротивлялась. Ей нравилось всё, что происходило.

— Хорошая девочка, — прошептал он.

Он смотрел на неё со стороны, ему нравился вид. Он сжимал её бёдра так, будто больше никогда к ним не прикоснётся. Он слышал тихие стоны Алины, и они доставляли ему удовольствие. В комнате как будто становилось меньше воздуха, он стремительно начал сбавлять темп. Даниил вышел из неё, а она свалилась без сил.

Единственное, что она понимала, — утром ей будет стыдно смотреть в глаза всем.

— У меня странно тянет внизу живота, — сказала Алина, скручиваясь калачиком.

Даниил продвинулся ближе, положил ей руку на живот и начал гладить.

— Всё хорошо, Алин. Такое бывает, — сказал он тихо.

Она чувствовала, как его рука согревает её живот, и постепенно боль начала утихать. Она прижалась к нему, и он обнял её крепче.

Она закрыла глаза и почувствовала, как её тело расслабляется. Она знала, что это неправильно. Она знала, что её мысли заняты другим. Но сейчас она просто хотела забыться.

Долго думая, Саша решил подняться к Алине. Но когда он подошёл к двери, он услышал протяжные стоны и обрывки разговора: «такое бывает». Он замер. Внутри него всё перевернулось.

Саша всё понял. Он знал, что Алине было плохо, и она решилась на это, чтобы забыться. Он хотел войти. Он хотел остановить это.

Он сделал шаг назад. Потом ещё один. Он тихо отошёл от двери и пошёл вниз. Он должен был быть сильным.

Он спустился вниз и сел на диван в гостиной. Он смотрел в одну точку и пытался понять, что ему делать дальше. Он знал, что не может просто так оставить её.

— Что мне делать? — прошептал он в пустоту.

Ответа не было.

Утром Алина проснулась первой. Она открыла глаза и увидела Даниила. Он спал рядом, и его рука лежала на её талии. Она улыбнулась, чувствуя тепло его тела, и обняла его. Она закрыла глаза и заснула снова.

Когда она проснулась во второй раз, Даниил уже не спал. Он целовал её плечи, и его рука скользила по её спине.

— Доброе утро, — сказал он.

— Доброе утро, — ответила она.

В этот момент в дверь начали стучать. Алина подумала, что дверь закрыта и никто не войдёт. Но дверь открылась.

В комнату зашла Маша. Она замерла на мгновение, увидев их, но потом быстро взяла себя в руки.

— Одевайтесь, — сказала она. — Саша уехал к Элеоноре.

Алина замерла. Она чувствовала, как внутри неё всё сжимается. Она знала, что это должно было случиться, но всё равно было больно.

— Всё, плану конец, — сказала Маша, и в голосе её слышалась расстроенность.

Спустя несколько минут ребята спустились вниз. Ян стоял у стола и смотрел на карту.

— Саша не будет мешать нашему плану, — сказал он. — Назад пути не было.

Алина почувствовала облегчение, но оно было смешанным с болью. Она знала, что Саша ушёл, и это было правильно, но она не могла не думать о нём.

Через некоторое время Саша вернулся. Он стоял в дверях, и все друзья были поникшие. Они не знали, что сказать.

— Ну что, как Элеонора? — спросила Алина, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Никак, — ответил Саша. — Я не поехал. Я решил остаться.

Все посмотрели на него с удивлением. Саша избегал взгляда Алины. Ему было неприятно смотреть на неё и Даниила.

— Я пойду в тренировочный зал, — сказал он и ушёл, оставив вещи в комнате.

Дом опустел. Слышно было только, как тикают часы на стене и где-то вдалеке гудит холодильник. Алина стояла у окна и смотрела, как машины скрываются за поворотом. Она чувствовала, как внутри неё разрастается пустота.

Она решила спуститься вниз, чтобы хоть чем-то занять себя. Когда она вошла в тренировочный зал, она увидела Сашу. Он стоял у мишени и стрелял. Каждый выстрел был точным, но в его движениях чувствовалась злость — он выплёскивал её через пули.

Алина остановилась в дверях и смотрела на него. Она видела, как напряжены его плечи, как он сжимает пистолет. Она чувствовала, что он злится не на мишень, а на себя. На то, что он не знает, как поступить. На то, что он запутался.

Она подошла к нему сзади. Он не услышал её шагов — слишком сосредоточился на стрельбе. Она остановилась за его спиной, чувствуя, как её сердце начинает биться быстрее. Потом она обняла его, прижавшись щекой к его спине. Она чувствовала, как его тело напряглось от неожиданности.

— Прости, — сказала она тихо, и голос её дрожал.

Саша замер. Он опустил пистолет и стоял неподвижно, чувствуя её руки, обнимающие его. Он не знал, что сказать. Он не знал, что делать. Он просто стоял и смотрел в пустоту, чувствуя, как внутри него всё переворачивается.

— За что? — спросил он тихо.

— За всё, — ответила Алина. — За то, что я не сказала тебе правду.

Саша медленно повернулся к ней. Он посмотрел на неё, и у Алины сжалось сердце.

Он обнял её в ответ. Его руки сомкнулись вокруг её плеч, и он прижал её к себе так крепко, будто боялся, что она исчезнет. Они стояли так несколько мгновений, и в этом объятии было всё — и прошлое, и настоящее, и надежда, и отчаяние.

— Я всегда выбирал тебя, Алин, — сказал он, и голос его дрожал. — Всегда.

Он отпустил её и сделал шаг назад. Она не знала, что сказать. Она не знала, что делать. Она просто стояла и смотрела на него, чувствуя, как внутри неё всё переворачивается.

— Я не хочу, чтобы ты страдал, — сказала она тихо.

— Я знаю, — ответил Саша. — Но я не могу изменить то, что чувствую.

Он отвернулся и снова поднял пистолет. Алина стояла и смотрела на него, чувствуя, как её сердце разрывается на части. Она знала, что должна уйти, но не могла заставить себя сделать это. Она просто стояла и смотрела, как он стреляет по мишеням, выпуская свою боль через пули.

Через несколько минут она развернулась и вышла из зала. Она знала, что это правильно — оставить его одного. Но это не делало боль меньше.

Алина вышла из тренировочного зала и остановилась в коридоре. Она прислонилась спиной к стене. Она просто стояла и смотрела в одну точку, чувствуя, как внутри неё всё рушится.

Она услышала шаги. Кто-то спускался по лестнице. Она подняла голову и увидела Даниила. Он шёл к ней, и в его глазах была тревога.

Она кивнула и позволила ему увести себя. На кухне было тихо и уютно. Даниил поставил чайник и сел напротив неё. Он ждал, когда она будет готова говорить. Он не торопил её.

— Я была в тренировочном зале, — сказала Алина наконец, и голос её дрожал. — Я видела Сашу. Он стрелял по мишеням. Я подошла к нему и обняла.

Даниил молчал. Он смотрел на неё и ждал продолжения.

— Он сказал, что всегда выбирал меня, — продолжила Алина.

Даниил поднялся и подошёл к ней. Он взял её за руку и сжал её.

— Ты не должна ничего делать с этим, — сказал он тихо. — Ты должна просто жить дальше. Мы все должны жить дальше.

Алина подняла на него глаза. В них была благодарность.

— Я боюсь, — сказала она.

— Мы справимся, — ответил Даниил.

Они сидели на кухне и молчали. За окном уже начало темнеть. Скоро должны были вернуться остальные.

Через час все вернулись. Машины одна за другой въезжали во двор, и дом снова наполнился голосами и движением. Ребята зашли внутрь с пакетами и коробками. На их лицах была усталость, но в глазах горел огонь.

— Мы купили всё, что нужно, — сказал Ян, ставя коробки на стол. — Оружие, амуниция, средства маскировки. Всё по плану.

Алина подошла к столу и посмотрела на то, что они привезли. Она чувствовала, как внутри неё поднимается холодная решимость. Она знала, что это необходимо, но всё равно было тяжело.

— Когда? — спросила она.

— Завтра, — ответил Миша. — Завтра мы закончим это.

Алина кивнула. Она знала, что это должно было случиться. Она ждала этого момента много лет. Но теперь, когда он настал, она чувствовала не только облегчение, но и страх. Она боялась, что всё пойдёт не так. Она боялась, что они потеряют друг друга.

Вечер прошёл в подготовке. Все проверяли оружие, обсуждали план, уточняли детали. Алина сидела в углу и смотрела на них. Она чувствовала, как внутри неё всё замирает в ожидании. Она знала, что завтра всё изменится.

Поздно ночью, когда все разошлись по своим комнатам, Алина спустилась вниз. Она не могла спать. Она ходила по дому, чувствуя, как напряжение не даёт ей покоя. Она зашла в тренировочный зал.

Саша стоял у мишени, но он уже не стрелял. Он просто стоял, глядя на неё, и держал пистолет в опущенной руке.

— Ты тоже не спишь, — сказал он, не оборачиваясь.

— Не могу, — ответила Алина, подходя ближе. — Слишком много мыслей.

Саша повернулся к ней. В его глазах была усталость, но она была спокойной.

— Я всё решил, — сказал он. — Я пойду с вами. Я сделаю то, что должен.

Алина смотрела на него, чувствуя, как внутри неё всё сжимается. Она хотела сказать ему что-то, но не могла найти слов. Она просто подошла к нему и обняла.

— Спасибо, — сказала она тихо.

Саша обнял её в ответ. Он не говорил ничего. Он просто держал её в своих руках, чувствуя, как её сердце бьётся рядом с его сердцем.

Глава 6

Утро встретило их серым, холодным светом. Небо было затянуто тучами, и казалось, что даже природа чувствует тяжесть того, что должно произойти. В доме царила напряжённая тишина — каждый знал, что сегодня всё решится.

Алина стояла у окна и смотрела на дорогу. Она чувствовала, как внутри неё всё замирает в ожидании. Она ждала этого момента много лет, но теперь, когда он настал, она не чувствовала облегчения. Только холодную решимость.

— Всё готово, — сказал Даниил, подходя к ней. — Мы можем выезжать.

Алина кивнула, не оборачиваясь. Она знала, что это правильно. Она знала, что должна сделать это. Но внутри неё всё дрожало.

— Я готова, — сказала она.

Алина смотрела на серое небо и чувствовала, как внутри неё поднимается холодное спокойствие. Она не боялась. Она не сомневалась. Она ждала этого момента слишком долго, чтобы сейчас отступить. «Я сделаю это», — сказала она себе. — «Я сделаю это ради себя. Ради всех, кто пострадал. Ради справедливости».

Они выехали через час. Четыре машины — четыре группы, каждая со своей задачей. Алина сидела на заднем сиденье одной из них, рядом с Даниилом. Она смотрела в окно и думала о том, что будет, когда они приедут. Она перебирала в голове каждый шаг плана, каждую деталь, но внутри неё всё равно было пусто.

— Ты как? — спросил Даниил, нарушая тишину.

— Нормально, — ответила она, но голос её звучал глухо.

Даниил взял её за руку и сжал её. Он не говорил ни слова. Он просто был рядом.

Даниил смотрела на неё и чувствовал, как внутри него поднимается тревога. Он не знал, что будет после. Он не знал, сможет ли он остаться с ней или потеряет её навсегда. Но сейчас он был рядом. Сейчас он защищал её. И этого было достаточно.

Саша сидел на переднем сиденье и смотрел на дорогу. В зеркале заднего вида он видел, как Даниил держит её за руку. Он чувствовал, как внутри него поднимается что-то, чему он не мог дать названия — ревность, боль, сожаление. Но он не показывал этого.

Саша смотрел на дорогу и чувствовал, как внутри него всё переворачивается. Он знал, что она не его. Он знал, что она выбрала другого. Но он не мог перестать любить её. Он не мог перестать смотреть на неё. «Я не отступлю», — сказал он себе. — «Я не отступлю. Никогда».

Когда они подъехали к дому Элеоноры, всё выглядело тихо. Слишком тихо. Дом казался пустым — окна были тёмными, нигде не было видно света. Внутри у Алины всё сжалось.

— Что-то не так, — сказал Миша по рации. — Слишком тихо.

— Проверьте, — ответила Алина. — Осторожно.

Они вышли из машин и направились к дому. Каждый шаг давался с трудом. Алина чувствовала, как её сердце бьётся быстрее с каждым мгновением. Она сжала пистолет в руке и пошла вперёд.

Даниил открыл дверь ключами, которые они так тщательно скопировали. Она бесшумно повернулась, и дверь открылась. Внутри было темно. Слышно было только, как тикают часы на стене.

— Элеонора? — позвал Даниил, но ответа не было.

Они вошли внутрь. Комнаты были пусты. Всё выглядело так, будто здесь никто не жил. Алина прошла в гостиную, потом на кухню, потом в спальню. Нигде никого не было.

— Её нет, — сказала Алина, и голос её дрожал. — Она ушла.

— Что? — спросил Даниил, подходя к ней. — Как это?

— Я не знаю, — ответила Алина. — Но её здесь нет.

Они обыскали весь дом, но Элеоноры не было. Всё выглядело так, будто она ушла в спешке — некоторые вещи были разбросаны, шкафы были открыты. Она явно знала, что они придут.

— Она знала, — сказал Миша, выходя из спальни. — Она знала, что мы придём.

Алина почувствовала, как внутри неё всё сжимается. Она знала, что это могло случиться. Она знала, что Элеонора могла быть на шаг впереди. Но всё равно было больно.

— Что теперь? — спросила Маша, и в её голосе слышалось отчаяние.

Алина стояла посреди пустой гостиной и чувствовала, как её мир рушится. Она ждала этого момента много лет. Она планировала каждую деталь. И теперь всё пошло не так.

— Мы ищем её, — сказала она, и голос её был холодным. — Мы найдём её. Где бы она ни была.

Алина смотрела на пустые комнаты и чувствовала, как внутри неё разрастается пустота. Она не знала, что делать. Она не знала, куда идти. Она просто стояла и смотрела в одну точку, чувствуя, как её сердце разрывается на части. «Я не остановлюсь», — сказала она себе. — «Я не остановлюсь, пока не найду её».

В этот момент Миша вышел из спальни. В руках у него была небольшая брошюра, которую он нашёл на тумбочке. Он подошёл к Алине и протянул её ей.

— У нас остался только один вариант, — сказал Миша, и в его голосе слышалась сталь. — Посмотри на это.

Алина взяла брошюру и посмотрела на неё. Это был корпоратив театралов, который должен был пройти через два месяца. На обложке была фотография театра, внутри — расписание мероприятий, список участников. И в самом центре, на одной из страниц, была фотография Элеоноры.

— Она будет там, — сказал Миша. — Это её мир. Она не пропустит такое мероприятие.

Алина смотрела на фотографию Элеоноры и чувствовала, как внутри неё закипает холодная решимость. Она знала, что это её шанс. Она знала, что это может быть последняя возможность.

— Когда это? — спросила она, и голос её был твёрдым.

— Через полтора месяца, — ответил Миша. — У нас есть время подготовиться. Мы можем сделать это правильно.

Алина сжала брошюру в руках и посмотрела на друзей. Она видела их лица — уставшие, но полные решимости. Она знала, что они не сдадутся. Она знала, что они пойдут до конца.

— Тогда мы готовимся, — сказала она. — У нас есть время. Мы сделаем всё, чтобы это сработало.

Глава 7

Она взяла брошюру и открыла её на последней странице. Там был напечатан логотип мероприятия и крупными буквами выделено название:

"Театральный карнавал"

— Это не просто корпоратив, — сказала она, и голос её стал серьёзнее. — Это карнавал. Это значит, что все гости будут в масках. Будут костюмы, персонажи, театральные образы. И это даёт нам идеальное прикрытие.

— Мы тоже можем быть в масках, — сказал Даниил, и в его глазах зажглась искра. — Это упрощает всё.

Алина кивнула.

— Именно. Если мы будем в масках, нас никто не узнает. Даже если Элеонора заметит кого-то из нас, она не сможет понять, кто мы. И это даст нам дополнительное время.

Она замолчала на мгновение, и в её голове уже рождался план. Не просто план — она хотела сделать это сама. Своими руками. Чтобы каждая деталь была под контролем.

— Маски я сделаю сама, — сказала она, и её голос звучал твёрдо. — Я хочу, чтобы они были уникальными. Чтобы никто не мог догадаться, кто мы. Я сделаю их из папье-маше, покрашу вручную, добавлю детали, которые создадут нужные образы.

— Ты уверена? — спросила Ника. — Это много времени и сил. У нас всего месяц.

— Я уверена, — ответила Алина. — Это не просто маски. Это наше прикрытие. Я хочу, чтобы они были частью нас. И я не доверяю эту работу никому другому.

Даниил подошёл к ней и взял её за руку.

— Тогда я помогу тебе, — сказал он. — Я могу вырезать формы, делать основу. Ты будешь заниматься деталями.

Алина посмотрела на него и улыбнулась. Она знала, что он будет рядом.

— Хорошо, — сказала она. — Мы сделаем это вместе.

— Значит, нам нужны костюмы, — сказал Ян. — Ты занимаешься масками, а мы остальные — костюмами. Мы должны выглядеть так, будто мы там по делу, но при этом не выделяться.

— Нам нужны персонажи, — добавила Ника. — Театральные образы, которые впишутся в общую атмосферу. Мы не должны быть случайными людьми в масках — мы должны быть частью этого мира.

Алина взяла лист бумаги и начала писать.

— Миша, ты займёшься документами. Приглашения, бейджи, аккредитации. Всё должно выглядеть как настоящее. Маша, ты отвечаешь за костюмы — придумай дизайн, что-то, что будет соответствовать нашим маскам. Вита, Ника — вы работаете над легендой. Кто мы, зачем мы здесь, как мы будем объяснять своё присутствие. Ян — ты наш координатор. У тебя самый серьёзный вид, тебе поверят, если ты будешь говорить с организаторами.

Алина посмотрела на всех. Она видела их лица — уставшие, но полные решимости.

— У нас есть месяц, — сказала она. — Мы сделаем это. И мы сделаем это правильно.

Друзья разошлись по своим задачам. Дом снова наполнился движением и голосами. Алина осталась одна в кабинете. Она смотрела на карту парка, на брошюру, на схему расположения зон. Она знала, что это их последний шанс. И она была готова сделать всё, чтобы он сработал.

Дом наполнился запахом клея, краски и бумаги. На столе, который Алина превратила в свою мастерскую, лежали заготовки для масок — формы из папье-маше, которые уже начали обретать очертания будущих образов. Алина сидела за столом, аккуратно нанося краску на одну из масок. Рядом с ней лежали кисти, баночки с золотом и серебром, тонкие перья и кусочки кружева.

Она работала уже несколько часов, не замечая, как летит время. В комнате было тихо — только слышно было, как тикают часы на стене и где-то вдалеке гудит холодильник. Свет лампы падал на её руки, освещая тонкую работу, которую она выполняла с такой тщательностью, будто создавала не маски, а оружие.

Алина работала молча, чувствуя, как кисть скользит по бумаге, создавая узоры. Она не думала о том, что будет завтра. Она не думала о Саше или Данииле. Она просто была здесь, в этом моменте, и это было единственное, что имело значение. «Каждая маска — это не просто карнавальный атрибут», — думала она. — «Это наше прикрытие. Наша защита. Наша свобода. Я сделаю их идеальными».

На лестнице послышались шаги. Алина подняла голову и увидела Сашу. Он спустился вниз и остановился на пороге кухни, глядя на неё. В его глазах была усталость, но она была спокойной.

— Ты всё ещё работаешь, — сказал он, и это был не вопрос.

— Не могу остановиться, — ответила она, возвращаясь к маске. — Осталось меньше месяца. Нужно успеть.