Ор Якар - Песнь Песней

Кроме того, выражение «должным образом» означает, что животное не должно получать питание посредством стороны человека, человек — посредством стороны животного, и оба они — посредством стороны растительного мира, а все трое — посредством стороны неодушевлённого. То же относится ко всем отдельным существам: у каждого существует собственная, особая сторона, посредством которой он получает питание; они не смешиваются, но каждый получает питание именно так, как ему подобает. Поэтому все соответствующие воздействия должны находиться одновременно — подготовленные и предназначенные для каждого.

«Тайна дома суда в Имени Элоhим». Несомненно, выражение «дом суда» указывает на тайну трёх судей, заключённых в нём, поскольку суд не бывает менее чем из трёх. Слова «в Имени Элоhим» означают, что сторона суда пребывает в том Имени, которым она называется, — Элоhим, и в ней заключаются эти три Имени. Далее сказано: «ибо он стоит в суде», то есть Элоhим в Малхут судит весь мир, как сказано: «И Он будет судить мир по правде».

Со стороны Гвуры сказано: «и питается». Известно, что стол находится на севере. Хотя питание мира нисходит со стороны Хеседа, всё же оно облачено в Гвуру, подобно дождям, которые относятся к стороне Гвурот. Таков же и стол, на котором лежат хлебы предложения, расположенный на северной стороне. Со стороны Бины сказано: «и посредством этого Имени он сотворён», подобно тридцати двум Имени Элоhим, посредством которых совершилось Деяние творения, как известно.

Можно также объяснить выражение «дом суда в Имени Элоhим» как относящееся к трём Именам: Эль, Элоhим и АВА״Я, соответствующим трём праотцам. Каждое из этих Имён включает три стороны, так что существуют три дома суда: дом суда в Имени Эль, дом суда в Имени Элоhим и дом суда в Имени АВА״Я. Когда Малхут называется «золотом», она является домом суда, состоящим из трёх в совокупности всех сторон суда, то есть в Имени Элоhим, в котором заключена сила суда судить весь мир.

Этим указываются три стороны, происходящие из всех трёх упомянутых мер. Поэтому сказано: «стоит в суде» — со стороны Гвуры, заключённой в нём; «питается» — со стороны Хеседа, как сказано: «питающий весь мир Своей благостью, милостью»; и «посредством этого Имени он сотворён» — как сказано: «в день сотворения Господом Элоhим земли и небес». Творение не могло утвердиться одной только силой суда, пока к нему не было присоединено Имя АВА״Я и не произошло творение. Поэтому не сказано: «и в этом Имени он сотворён», поскольку смысл не в том, что он был сотворён исключительно посредством него, а в том, что «посредством этого Имени он сотворён», как объяснено.

Хотя здесь присутствуют три меры — правая, левая и средняя, — всё в конечном счёте связано с тайной левой стороны, поскольку Малхут называется золотом, а эти три действия проявляются в ней со стороны левой линии. «Всё, когда оно завершено». Смысл в том, что, хотя в Малхут присутствуют все упомянутые силы управления, её состояние не завершается одной лишь левой стороной; она должна быть связана с правой. Пребывание её на левой стороне является началом, а завершение происходит на правой, как сказано: «Левая его под головой моей, а правая его обнимает меня».

Так же понимается стих «трубите, но не восклицайте»: полнота её единения не завершается посредством одного лишь удержания на левой стороне, но только тогда, когда она соединена также с правой. Именно это означает: «когда оно завершено на стороне правой». Но не только в правой, то есть не только в тайне «и правая его обнимает меня». После объятия правой стороной её супруг соединяется с ней — он есть средняя линия. Поэтому сказано: «укрепляется в нём тайной Имени АВА״Я», то есть тайной её супруга. Она оказывается включённой в левую сторону — Элоhим, как объяснено, в правую — Эль, и в среднюю — АВА״Я.

Тогда она становится невестой под хупой. Поэтому написано «כלה» — «невеста». Значение выражения «под хупой» я подробно объяснял в разделе Ваеце, Пункт 7. Тогда соединяются четыре меры, являющиеся четырьмя ногами Колесницы: Хесед, Гвура, Тиферет и Малхут, и Божественный надзор нисходит к нижним через все четыре. Поэтому сказано: «все миры — в милосердии» — со стороны Тиферет, Владыки милосердия; «в радости» — со стороны Гвуры, тайны радующего вина; «в любви» — со стороны любви Хеседа; «в едином соединении» — со стороны Малхут, соединяющейся с ними всеми. Всё это заключено в двух словах: «золото — невеста».

Тогда действует Йесод, являющийся органом, от которого зависит основа единения, посредством двух яиц мужского начала, соответствующих Нецах и Ход. Поэтому сказано: «тогда Гула над головой её». Гула — это источник Цадика; он называется «Гула» по причине излияния воды, указывая на множество вод изобилия, а также на мужское семя, заключённое в нём.

Для Малхут он является источником дополнительного обилия вод, ибо становится рекой с потоками благодаря потокам воды, соответствующим Нецах и Ход. Эта река собирает воды потоков и притягивает их к водоёму, которым является светильник, как сказано: «Речные потоки радуют город Элоhим». Именно это означает: «и Гула над головой её».

Святое Имя, относящееся к Йесоду в этом аспекте, связано с тем, что он «производит плоды и произведения» посредством Имени, называемого Цвао״т. Это Имя относится к Йесоду как к тому, кто производит плоды внутри Малхут, как было объяснено в отношении второго сияния. Таким образом, до этого места весь стих заключает в себе «Песнь песней»: «Ашер» — Шир, то есть золотой светильник; «Ашер — Кала» — «Песни»; и «Гула над головой её».

«Она простирается в двенадцати пределах по четырём сторонам мира, и семь светильников её — над нею. Это тайна высшего Имени, начертанного в тайне семидесяти имён, которыми называется Святой, благословен Он. И это семь, на которых стоит мир; семь и семь — эти нижние, стоящие напротив высших, и все они соединены со светильниками, которые над её головой. Семь в семи — это семь дней и семь дней; эти — высшие, а эти — нижние, соединяющиеся воедино». (Зоар, Пункт 3)

«Она простирается в двенадцати пределах» и так далее. Речь идёт о том удивительном всеобщем соединении, которое добавляется Малхут посредством Йесода. До этого, как мы объясняли выше, существовали только четыре меры, соответствующие четырём сторонам мира: Хесед — юг, Гвура — север, Тиферет — восток, Малхут — запад. Посредством Йесода сюда в общем порядке привносятся Нэцах и Ход, которые добавляют два предела к каждой из четырёх сторон.

Таким образом, посредством Йесода теперь имеются южный предел и нижний южный предел; восточный предел, южный восточный предел и нижний восточный предел — и так же относительно остальных сторон. Прежде же существовали только четыре предела: южно-восточный, северо-восточный, северо-западный и юго-западный. Это тайна Имени Адон״ай (אדנ״י), наполненного буквами Алеф, Далет, Нун, Йод; в них двенадцать, и это наполнение возникает посредством полного единения. Таковы двенадцать пределов.

«И семь светильников её». Мы уже объясняли, что здесь он намеревается истолковать все четыре свечения, упомянутые в стихе «Песни песней». Два свечения мы уже истолковали как «Песнь песней», то есть Йесод и Малхут. Теперь он возвращается, чтобы истолковать третье свечение — Тиферет, заключённый в слове «которая» — אשר.

Однако истолковать здесь это как Тиферет непосредственно невозможно, поскольку его совокупность состоит из шести крайних сторон. А если рассматривать его через Имя Бен-Арба — Имя четырёх букв, то, как мы уже объясняли, существуют два способа его рассмотрения: первый — через все десять сфирот; второй — через четыре сфирот. Поэтому слово «семь» не может непосредственно относиться к Тиферет. Поэтому сказано: «и семь светильников её» — это тайна высшего Имени, то есть Имени АВА״Я (יהו״ה), находящегося в Тиферет, как мы объясняли выше.

Можно спросить: каким образом слово «семь» может относиться к нему? Ответ заключается в том, что Имя Бен-Арба начертано и вырезано в тайне семидесяти имён. Иными словами, Имя четырёх букв отпечатывается и проявляется в семидесяти именах, которые являются как бы его обозначениями. Поэтому сказано: «тайна семидесяти имён, которыми называется Святой, благословен Он».

Причина, по которой семьдесят имён относятся к нему, заключается в том, что в нём включены семь мер, являющихся семью столпами, на которых стоит нижний мир, то есть Малхут. Эти семь существуют в тайне Малхут, но имеют своё существование выше — в Тиферет, в тайне Иеуды, который является четвёртым среди Реувена, Шимона и Леви, как мы объясняли в «Сабе». Каждая из этих семи включает десять, и получается семьдесят. Это тайна слов: «Она высекла семь столпов своих» (Притчи 9:1), как мы объясняли в Зоаре, в разделе «Трума».

Относительно семидесяти имён, которыми называется Святой, благословен Он, я нашёл у древних такое объяснение: «Это семьдесят имён Святого, благословен Он, в явном виде; остальные же, которые не приведены явно, неисследимы и неисчислимы. Вот они».

אדירירו״ן יהו״ה צבאות קדוש קדוש קדוש, בביבירו״ן גביבירו״ן דדידירו״ן דדידירו״ן וכירירו״ן וכידירו״ן זפיסירו״ן הפיפירו״ן מביבירו״ן יפיפירו״ן כפכפירו״ן לפלפירו״ן מפמפירו״ן נסנסירו״ן ספספירו״ן עפעפירו״ן פבפבירו״ן פכפכירו״ן צפצפירו״ן קפקפירו״ן רפרפירו״ן שפשפירו״ן תפתפירו״ן, עד כאן אלפא ביתא אחת.

אלפא ביתא שנית: אפאפירו״ן בפבפירו״ן גפגפירו״ן דפדפירו״ן הפהפירו״ן ופופירו״ן זפזפירו״ן חפחפירו״ן טפטפירו״ן יפיפירו״ן כפכפירו״ן לפלפירו״ן מרומירו״ן נעורירו״ן פפיסירו״ן ערורירו״ן פתורירו״ן צפירירו״ן קרורירו״ן רפירירו״ן שפיפירו״ן תפיפירו״ן. עוד ארבעה שמות: תפירירו״ן, לדורירו״ן, חפחפירו״ן, שרורירו״ן.

אלפא ביתא שלישית: אגבבי״ן הוא י״ה יהו״ה הגדול, בבבבי״ב גבגבי״ב דבדבי״ב הבהבי״ב ובובי״ב זבזבי״ב חבהבי״ב טבמבי״ב יביבי״ב כבכבי״ב לבלבי״ב מבמבי״ב נבנבי״ב סבסבי״ב עבעבי״ב פבפבי״ב צבצבי״ב קבקבי״ב רברבי״ב שבשבי״ב תבתבי״ב. י״ה, קודשא בריך הוא.

Адирирон, АВА״Я Цваот, «Свят, Свят, Свят», Бавбирон, Гавбирон, Дадидирон, Дадидирон, Кавбирон, Кавидирон, Зафисирон, Хафипирон, Мабибирон, Йафипирон, Кафкафирон, Лафлафирон, Мафмафирон, Нэснэсирон, Сафсафирон, Афафирон, Пабпабирон, Пахпахирон, Цафцафирон, Кафкафирон, Рафрафирон, Шафшафирон, Тафтапирон. До этого места — первый алфавит.

Второй алфавит: Афафирон, Бавпирон, Гафгафирон, Дафдафирон, Хахафирон, Ваввирон, Зафзафирон, Хахахирон, Тафтарирон, Йафйафирон, Кафкафирон, Лафлафирон, Меромирон, Наурирон, Пафписирон, Арурирон, Патурирон, Цфирирон, Курурирон, Рафирирон, Шафипирон, Тафипирон. Ещё четыре имени: Тафирирон, Ладорирон, Хафахирон, Шарурирон.

Третий алфавит: Агбабин — это Йод-Хе, великое Имя АВА״Я; Баббиб, Гагбиб, Дадбиб, Хахбиб, Вавбиб, Зафзабиб, Хабхабиб, Тавмабиб, Йабибиб, Кафкабиб, Лаблабиб, Мамбабиб, Набнабиб, Сабсабиб, Афабиб, Пафпабиб, Цафцабиб, Кафкабиб, Рабрабиб, Шабшабиб, Тавтабиб. Йод-Хе — Святой, благословен Он.

Так написано в старой книге.

Несомненно, эти семьдесят имён находятся в тайне Кисэ — Престола, и их уровень выше уровня обозначений и прозвищ. Они облачаются в эти обозначения и действуют посредством Метатрона (מטטרו״ן). И соответственно им у Метатрона есть семьдесят имён для семидесяти действий, принадлежащих ему, поскольку он получает питание от Кисэ — Престола. Я уже подробно исследовал в третьем, четвёртом и пятом исследованиях первого раздела то, что следует сказать об этих именах в общем виде.

В частном отношении можно сказать, что эти имена представлены тремя алфавитами, соответствующими трём аспектам управления: правому, левому и среднему. Поэтому правый ряд — Адирирон — указывает на величие и могущество; левый — Афафирон — указывает на гнев и ярость; средний является средним, уравновешивающим началом. Это тайна двадцати двух букв справа, двадцати двух слева и двадцати двух посередине — всего шестьдесят шесть. К ним относятся ещё четыре имени, являющиеся облачением четырёх букв святого Имени, которое является корнем всех ветвей, распространяющихся от него в каждом из этих имён.

Поэтому каждое из этих имён завершается именем АВА״Я Цваот, «Свят, Свят, Свят»; здесь же я сократил его. Тройное «Свят» намекает на трёх праотцев, от которых они получают питание. Четыре упомянутых имени доводят число до семидесяти; это семьдесят ветвей для семи сфирот. Их основание — Имя Бен-Арба, что указывает на распространение Имени четырёх букв в семи сфирот, разветвляющееся и действующее посредством этих семидесяти сил. В каждом из этих имён скрыты бесчисленные действия. Тот, кто знает, как произносить их в их святости и с их правильными огласовками, может действовать посредством них.

Я видел у одного из мудрецов, что третья алфавитная система обладает силой низвести душу умершего и придать ей телесную форму, чтобы она могла говорить с человеком, пока он ещё жив. И это действие является малым по сравнению с их удивительной силой.

Если же мы захотим истолковать этот вопрос через Имя ע״ב, то это вполне возможно, поскольку здесь существует множество путей. Имя Бен-Арба восходит к семидесяти двум АВА״Я, как мы объясняли в «Пардес Римоним» в разделе, посвящённом частным именам. Их основание — Йод-Хе, Вав-Хе, то есть י״ה ו״ה, что даёт семьдесят два. Также сочетание Йод, Йод-Хе, Йод-Хе-Вав, АВА״Я даёт семьдесят два. И АВА״Я с огласовками Шва, Камец и Холам, соответствующими трём праотцам, также даёт семьдесят два.

Святой, благословен Он, называется Именем ע״ב, выводимым из стиха «Ва-йиса, ва-йаво, ва-йэт» (Шмот 14:19–21). Поэтому не будет далеко от истины предположить, что два, добавленные к семидесяти, относятся к двум писцам судей и тому подобному, как я подробно объяснял в трактате о тайнах букв в разделе «Шиур Кома».

Что касается стиха «и семь светильников её над нею», то это семь ветвей Тиферет над Малхут, то есть тайна «Песни песней», как мы объясняли. «Семь в семи» означает: подобно тому как в Тиферет, являющемся мужским началом, существуют семь ветвей, так и в Малхут, являющейся женским началом, расположенным напротив него, существуют семь ветвей. Таким образом, получается «семь в семи».

Это семь нижних, находящихся в Малхут и стоящих напротив высших. Именно это означает «в семи», как мы объяснили. Следовательно, «мозукот» — несомненно, означает, что нижние получают питание и свечение от высших, и они связаны с Биной.

Именно это подразумевается словами «которая принадлежит Шломо», а также словами «светильники, которые над её головой». Ведь голова Меноры — это Тиферет, а семь высших светильников, находящихся в Бине, находятся над Тиферет. Поэтому сказано: «и все они соединены со светильниками, которые над её головой».

«Семь в семи — мозукот; это семь дней и семь дней».

Здесь возникает трудность: в стихе будто бы повторяется одно и то же. Ведь семь в Малхут уже упомянуты словами «Менора золотая — вся», а семь в Тиферет упомянуты словами «и семь светильников её над нею». Что же тогда означает дополнительное выражение «семь в семи»?

Ответ заключается в том, что словами «Я увидел — и вот золотая Менора вся, и чаша на вершине её, и семь светильников её над нею» намекается на тайну порядка сфирот, посредством которого меры влияют друг на друга, каждая со своего места.

Но теперь, говоря «семь в семи», он намекает на иной аспект: семь нижних светят в равной мере семи высшим. Поэтому сказано: «это семь дней и семь дней» — одни являются светящими днями, а другие подобны им.

На это указывает то, что он называет их «семь и семь» — одним общим обозначением для обеих групп. Если бы он сказал форму множественного числа, специально указывающую на отдельные семёрки после их соединения, смысл был бы иным. Но поскольку он говорит «семь в семи», этим указывается, что они светят как семь дней и семь дней даже ещё до своего полного соединения.

Именно это означает: «эти — высшие, а эти — нижние». Ведь Малхут, находясь внизу, украшается и преображается. Раньше её состояние обозначалось как ночь — семь ночей, соответствующие семи дням. Теперь же «ночь светит как день», и становятся семь дней и семь дней: эти — высшие, а эти — нижние.

Такого смысла нет в выражении «золотая Менора и семь светильников её». Напротив, там указывается на Менору как на сосуд, а Тиферет — как на светильник внутри сосуда. Это тайна «Нер Мицва» — «светильник заповеди», относящийся к Малхут, тогда как Тора — Тиферет, свет этого светильника. То есть здесь имеются мера дня и мера ночи.

Поэтому теперь он возвращается и говорит, что добавилось новое украшение: свет луны стал подобен свету солнца — то есть появились семь дней и семь дней. А выражение «в семи» означает, что после того, как они становятся семью днями и семью днями, каждая из групп украшается на своём месте, после чего они соединяются и объединяются.

Именно это означает заключительная фраза: «соединяющиеся воедино» — после того как эти являются высшими, а эти — нижними.

«И ещё семь и семь». Все они — вверху, потому что один включён в другой. «Семь их», и каждый включён в своего товарища. [А если скажешь: шесть их, — это также хорошо, поскольку один включён в другой.] Но один остаётся: во что он включён? Однако когда все они поднимаются до тринадцати, тот, кто стоит над ними и завершает тринадцать, включается в того, кто стоит над ним, то есть в ту ступень, в которой все они заключены. И это — высшая точка, из которой всё исходит.

Кроме того, существуют две ступени, и каждая из них называется «семью». Одна — это Будущий мир, то есть Бина, которая является «семью» и называется «семью», как сказано: «И строил его семь лет» (I Царств 6:38). Другая — это Праведник, то есть Йесод, который называется «семью» и сам есть «семь», как сказано: «Ибо семь раз упадёт праведник и встанет» (Притчи 24:16).

Два — из двух — изливаются на светильники: один с одной стороны, а другой с другой. И хотя они входят в число этих светильников, всё же здесь выражена особая похвала этим двум — тому, что они являются «семью» и «семью», — потому что они изливаются на светильники, которые светят над головой той Меноры. А эта Менора светит благодаря их силе, чтобы подняться вверх. И когда она поднимается, она поднимается от ступени к ступени и от венца к венцу, пока всё не соединяется наверху. И тайна этого — «Песнь песней, которая принадлежит Соломону» (Песнь песней 1:1). (Зоар, Пункт 3.)

Пояснение

«И ещё семь» и т. д. — смысл здесь в том, что эти семь не относятся к Малхут, как мы объясняли выше, а все они находятся вверху, в «семи светильниках над ней», о которых сказано, то есть в Тиферет. Это указывает на дополнительный аспект внутри неё сверх обычной семерки. Смысл заключается в том, что один включён в другой, и таким образом они поднимаются до «семи и семи».

Почему Писание сначала говорит «семь её светильников», а затем «семь в семи», вместо того чтобы сказать «и её светильники над ней — семь в семи»? Сначала оно сказало «и семь её светильников», чтобы сообщить нам, что их семь. Именно это означает: «семь их». Затем оно сообщает нам, говоря «семь в семи», что каждый из них включён в другого.

Выражение «один включён в другой» означает шесть крайностей и среднюю точку — саму Тиферет, которая является седьмой среди них. Они включаются друг в друга следующим образом:

Хесед в Гвуре и Гвура в Хесед — четыре.

Нецах в Ходе и Ход в Нецах — четыре.

Тиферет в Йесоде и Йесод в Тиферет — четыре.

Итого получается двенадцать, а единица, включающая их всех, составляет тринадцать. Поэтому возникает вопрос: если скажешь, что их шесть, то есть Тиферет называется только «шестью днями», тогда всё понятно: один включается в другой, и получается двенадцать. Но теперь, когда ты говоришь, что их семь, получается тринадцать. А средняя точка не имеет пары, чтобы включиться в кого-либо и тем самым подняться до четырнадцати. Именно поэтому сказано: «Один, который остаётся, — во что он включён?»

Можно объяснить это также в тайне двенадцати АВА״Я в Имени Бен, о котором здесь идёт речь. Они делятся на шесть снизу вверх и шесть сверху вниз, так что конец соединён с началом, а начало — с концом:

Хесед в Йесоде и Йесод в Хеседе.

Гвура в Ходе и Ход в Гвуре.

Тиферет в Нецахе и Нецах в Тиферет.

А средняя точка — это сила, включающая их всех. Поэтому возникает вопрос: «Один, который остался, — во что он включён?» Ведь у него нет пары.

Можно объяснить это и другим способом — в тайне двенадцати диагональных границ:

Хесед в Тиферет, Хесед в Нецах, Хесед в Ход — три.

Тиферет в Гвуре, Тиферет в Нецах, Тиферет в Ход — три.

Гвура в Малхут или в Йесоде — поскольку оба являются тайной Запада; Гвура в Нецах и Гвура в Ход — три.

Йесод или Малхут в Хеседе, а также в Нецахе и в Ходе — три.

Получается двенадцать, а средняя точка составляет тринадцать. Поэтому возникает вопрос: «Один, который остался, — во что он включён?» Ведь у него нет второго, с которым можно было бы соединиться.

И отвечает: «Тот, кто стоит над ними», то есть корень двенадцати и средняя точка для всех них, как мы объяснили, завершает тринадцать. Поскольку им присуще это достоинство — подняться до тринадцати, когда все они включаются друг в друга, средняя точка включает их всех в этом единении. Именно это означает: «Тот, кто стоит над ними, завершает тринадцать».

Поскольку он украшен и включён в свои ветви, он включается в того, кто стоит над ним, — то есть в Бину. Причина его включения в неё заключается в том, что он является ступенью, в которой заключены все они. Поэтому, когда все они включаются в него, он связывается там со своим сокрытым корнем. Причина же того, что они включаются туда, состоит в том, что именно оттуда они были эманырованы. Поэтому сказано: «И это — высшая точка, из которой всё исходит».

Таким образом, стих «семь и семь» означает, что все эти семерки изливаются и передают влияние благодаря своей связи со светильниками, которые находятся над её головой, то есть с Биной, как было объяснено выше.

Во всех этих объяснениях «светильники над её головой» — это тайна Бины, тогда как «семь в семи» не включает Бину. Теперь же приводится третье объяснение, с тем чтобы уточнить слово «светильники», расположенное в стихе, как мы объясняли выше. Поэтому объясняется, что Бина включается в слово «семь», а «светильники над её головой» — это буквально светящая Менора. Именно это означает «которые над её головой»: это не сама Бина, поскольку Бина находится выше, а «светильники над её головой» — это светящая Менора над той Менорой, которая выстроена ниже, как было сказано ранее.

Поэтому объясняется, что Бина включается в слово «семь», а «светильники над её головой» — это буквально светящая Менора. Именно это означает: «Кроме того, существуют две ступени, и каждая называется семью», то есть Бина и Йесод, как далее будет объяснено.

Теперь, когда говорится «и семь её светильников над ней», это возвращает нас к семи сфирот от Бины до Йесода, так что началом этой семёрки является Бина, а концом — Йесод. И к обеим этим ступеням относится выражение «семь в семи», поскольку далее объясняется, что обе они являются изливающими.

Однако в отношении названия «семь» для этих двух ступеней возникает различие. В отношении одной очевидно, что в ней заключены семь, но нет доказательства, что сама она называется «семью». В отношении другой очевидно, что она называется «семью», но нет доказательства, что она сама включает семь. Поэтому текст доказывает это следующим образом: «Одна — это Будущий мир», то есть Бина, которая называется миром, откуда всё, что относится к миру Ацилут, приходит вниз. Несомненно, она — «семь».

Поэтому необходимо доказать, что она называется «семью». Об этом сказано: «И окончил дом во всех его частях... и строил его семь лет» (I Царств 6:38). Имеется в виду упомянутый дом, то есть Малхут: «И строил его семь лет», подобно сказанному: «И построил Господь Бог ребро» (Бытие 2:22). «Ребро» — это Малхут, а строящая её — Бина, то есть Йесод, который называется «семью».