скачать книгу бесплатно
– Доброе утро. – Трепп зевнула, судя по всему, сверяясь с вживленной микросхемой часов. – Точнее, добрый день. Где ты был?
– Так, ходил туда-сюда.
Неизящным движением протерев глаз, Трепп снова зевнула.
– Твоё дело. Я спросила из вежливости. Как голова?
– Спасибо, лучше. Я хочу поговорить с Кавахарой.
– Ну разумеется. – Она протянула руку к экрану. – До встречи.
Экран затянула нейтральная трехцветная спираль, раскручивающаяся под приятный аккомпанемент струнного оркестра. Я стиснул зубы.
– Здравствуйте, Такеси-сан. – Как всегда, Кавахара поздоровалась по-японски, словно это могло установить между нами какую-то связь. – Не ожидала услышать ваш голос так рано. У вас есть для меня хорошие новости?
– Это защищённая линия связи? – спросил я, упрямо придерживаясь амеранглика.
– Настолько защищённая, насколько только может быть.
– Я составил список покупок.
– Зачитывайте.
– Для начала мне нужен доступ к военному вирусу. Предпочтительно к Роулингу-4851 или одной из вариаций Кондомара.
Умное лицо Кавахары стало жёстким.
– Вирус Инненина?
– Да. С тех пор прошло уже больше ста лет абсолютного времени, так что раздобыть его будет несложно. Далее, мне необходимо…
– Ковач, полагаю, будет лучше, если вы объясните, что задумали.
Я поднял брови.
– Насколько я понял, игру веду я, а вы хотите оставаться в стороне.
– Скажем так, если я раздобуду копию вируса Роулинга, то уже не смогу остаться в стороне. – Кавахара сдержанно усмехнулась. – Итак, что вы собираетесь делать с этим вирусом?
– Банкрофт покончил с собой. Вам нужен именно такой результат, правильно?
Кивок.
– Значит, у него должна быть на то причина, – сказал я, помимо воли проникаясь теплом к сплетённому мной обману. Я делал то, чему меня учили, и получалось это хорошо. – Банкрофт хранит память больших полушарий на внешнем носителе. Поэтому ему бессмысленно разносить свою голову вдребезги, если только на то нет очень специфической причины. Причины, не имеющей никакого отношения к собственно акту самоубийства. И эта причина – инстинкт самосохранения.
Кавахара прищурилась.
– Продолжайте.
– Банкрофт регулярно посещает публичные дома, как реальные, так и виртуальные. Он сам говорил мне об этом пару дней назад. И он не слишком разборчив. Так вот, давайте предположим, что в одном из виртуальных борделей, куда Банкрофт зашёл, чтобы унять зуд в паху, с ним произошёл несчастный случай. Неожиданная утечка из какой-то грязной старой программы, которую несколько десятилетий никто даже не открывал. Имея дело с заведениями низкого пошиба, можно наткнуться на что угодно.
– Например, на вирус Роулинга, – с шумом выпустила давно удерживаемый вдох Кавахара.
– 4851-му штамму вируса Роулинга на то, чтобы полностью развернуться, требуется около ста минут, и к этому времени предпринимать что-либо будет уже поздно. – Сделав усилие, я отогнал от себя образ Джимми де Сото. – Жертва поражена неизлечимо. Предположим, Банкрофт от какой-то системы безопасности узнает, что заразился. Он, должно быть, внутренне подключен к чему-то в таком духе. Итак, Банкрофт внезапно узнает, что память полушарий и мозг смертельно поражены. Это не катастрофа, если у тебя есть запасной клон и копия памяти на внешнем носителе, но…
– Передача данных.
Лицо Кавахары просияло. До неё дошло.
– Именно. Банкрофту необходимо срочно что-то предпринять, чтобы не дать вирусу скопироваться на внешнюю память вместе с заражённым сознанием. Ближайший сеанс связи состоится ночью, быть может, всего через считаные минуты, и есть только один способ сохранить от заразы резервную копию.
Сложив из пальцев пистолет, я приставил его к виску.
– Гениально!
– Кстати, вот чем объясняется звонок в службу проверки времени. Банкрофт не верил вживленному таймеру, так как вирус мог добраться и до него.
Кавахара торжественно подняла руки так, чтобы я видел их на экране, и зааплодировала. Закончив, она сплела пальцы и посмотрела на меня поверх них.
– Впечатляющее решение. Я немедленно достану вам вирус Роулинга. Вы уже выбрали подходящий публичный дом, чтобы его загрузить?
– Пока что нет. Вирус – не единственное, что мне понадобится. Я хочу, чтобы вы устроили условно-досрочное освобождение и загрузку в оболочку Ирены Элиотт. В настоящее время она находится в центральном хранилище Бей-Сити по обвинению в погружении в чужое сознание. Я также хочу, чтобы вы выяснили, возможно ли выкупить её оригинальную оболочку у тех, кто владеет ею в настоящее время. Насколько мне известно, речь идёт о какой-то корпорации. В архиве должны храниться точные сведения.
– Вы хотите загрузить вирус Роулинга с помощью этой Элиотт?
– Всё говорит о том, что она своё дело знает.
– Все говорит о том, что она попалась, – язвительно поправила Кавахара. – У меня полно людей, которые решат эту маленькую проблему. Специалисты высочайшего класса по подключению к линиям связи. Вам не надо ни о чем…
– Кавахара. – Мне удалось сдержаться, и всё же я услышал в своём голосе раздражённые нотки. – Помните, командую парадом я. И я не хочу впутывать ваших людей. Если вы вытащите Элиотт из холодильника, она будет предана вам. Загрузите её в собственное тело – и она за вас жизнь отдаст. Я хочу, чтобы это было сделано именно так. И так оно будет сделано.
Я ждал. Какое-то время лицо Кавахары оставалось непроницаемым, затем она одарила меня ещё одной тщательно взвешенной улыбкой.
– Хорошо. Пусть будет по-вашему. Не сомневаюсь, вы прекрасно понимаете, на какой риск идёте и что будет в случае неудачи. Я сегодня же найду вас в «Хендриксе».
– О Кадмине пока ничего?
– О Кадмине пока ничего.
Кавахара снова улыбнулась, и соединение разорвалось.
Какое-то время я сидел перед погасшим экраном, мысленно перебирая сплетенную сеть. Меня не покидало неприятное ощущение, будто среди всего этого моря обмана я сказал правду. Или скорее, будто моя тщательно выдуманная ложь шла по пути, проторенному правдой, и вела в том же направлении. Хорошая ложь для того, чтобы быть правдоподобной, должна стоять в тени правды, но тут дело было в чем-то другом. И это бесило. Я чувствовал себя охотником, который преследовал болотную пантеру, подошёл к ней слишком близко и теперь с тревогой ожидает, что она вот-вот развернётся и бросится на него из болота, оскалив страшные клыки. Правда была здесь, совсем рядом.
И мне не удавалось избавиться от этого чувства.
Встав, я направился на кухню и застал Ортегу роющейся практически в пустом холодильном модуле. Свет, льющийся изнутри корпуса, обрисовывал черты её лица и придавал им совершенно необычный вид, а под поднятой правой рукой упругая грудь наполняла свободную футболку, словно спелый фрукт, словно вода. У меня буквально зачесались руки от желания прикоснуться к ней.
Ортега подняла взгляд.
– Ты совсем не готовишь?
– Всем занимается отель, еда подаётся из люка. Что ты хочешь?
– Я хочу что-нибудь приготовить. – Отчаявшись отыскать что-либо в холодильнике, она закрыла дверцу. – Ты получил, что хотел?
– Думаю, да. Назови отелю список ингредиентов. Кажется, вон в том шкафу есть сковородки и всё остальное. Если что-нибудь понадобится, спроси у отеля. А я тем временем займусь списком. Да, Кристина, чуть не забыл.
Ортега направилась было к указанному мной шкафу, но остановилась и обернулась.
– Голова Миллера не здесь. Я спрятал её в соседнем номере.
Она стиснула губы.
– Я знаю, куда ты спрятал голову Миллера, – сказала она. – Но я искала не её.
Пару минут спустя, сидя на подоконнике с распечаткой в руках, спускающейся до пола, я услышал, как Ортега вполголоса разговаривает с «Хендриксом». Последовал какой-то грохот, опять приглушенный голос, и затем на сковороде аппетитно зашипело масло. Удержавшись от желания закурить, я снова склонился над распечаткой.
Я искал то, что в молодые годы видел каждый день в Ньюпесте; места, где я провел отрочество, тесные кабинки с дешёвыми голограммами, обещающими «наслаждение, недоступное в реальном мире», «широкий выбор сценариев» и «осуществление самых безумных желаний». Для того, чтобы основать виртуальный бордель, нужно совсем немного: фасад с вывеской и помещение, где размещены саркофаги для клиентов, – вертикально, чтобы сэкономить место. Стоимость программного обеспечения варьировалась и зависела от оригинальности содержания и количества подробностей. Но машины, на которых всё это крутилось, покупались на складах армейских излишков по бросовым ценам.
Если Банкрофт находил время и деньги на то, чтобы посещать биокабины Джерри, в подобных заведениях он чувствовал себя как рыба в воде.
Я успел пройти две трети списка, всё больше и больше отвлекаясь на аппетитные запахи, исходящие из кухни, когда мой взгляд вдруг упал на знакомые строчки. Я застыл.
Перед глазами возникла женщина с длинными прямыми чёрными волосами и ярко-алыми губами.
Я услышал голос Трепп:
«…голова в облаках. Я хочу попасть туда до полуночи».
Ответ водителя со штрихкодом на голове:
«Без проблем. Сегодня вечером береговая охрана отдыхает…»
Потом женщина с алыми губами:
«Голова в облаках. Вот на что это похоже. В жизни ты не поднимешься на небеса…»
После чего апофеоз нарастающих голосов: «…из „Домов“… из „Домов“… из „Домов“…» И бесстрастная распечатка у меня в руках:
«Голова в облаках»: аккредитованный на Западном побережье «Дом», реальный и виртуальный продукт, мобильная воздушная установка за береговой чертой…
Я быстро пробежал взглядом текст, чувствуя, что голова звенит так, будто сделана из хрусталя, по которому нежно стукнули молотком.
Навигационные и аварийные системы закреплены за Бей-Сити и Сиэтлом. Членство ограничено, разборчивый подход к клиентам. Результаты обычных проверок: ничего противозаконного. Ни одного зарегистрированного уголовного дела. «Дом» действует по лицензии холдинга «Третий глаз»…
Я сидел и думал.
По-прежнему недоставало некоторых кусков. Я словно смотрелся в зеркало, повисшее на зазубренных осколках: достаточно, чтобы получить общее изображение, но до цельной картинки ещё далеко. Я пристально вглядывался в неровные границы того, чем располагал, пытаясь заглянуть за края, получить общую картинку. Трепп везла меня на встречу с Рей – с Рейлиной – на «Голову в облаках». Не в Европу. Европа была ширмой; мрачная тяжесть базилики специально рассчитана на то, чтобы подавить мои чувства, не дать увидеть очевидное. Если Кавахара замешана в этом, она не будет наблюдать за происходящим, оставаясь на противоположном конце земного шара. Кавахара находилась на «Голове в облаках» и…
И что?
Интуиция чрезвычайных посланников представляет собой форму подсознательного восприятия, усовершенствованную реакцию на мелкий узор, который в реальном мире слишком часто стирают, стремясь получить чёткое изображение. Имея достаточно свидетельств последовательной смены событий, можно совершить прыжок, позволяющий увидеть целое как некое преддверие настоящих знаний. Работая в этой модели, недостающие части можно дополнить потом. Однако для того, чтобы подняться в воздух, необходим определённый минимум. Как для старинного винтового самолета, нужен разбег, а у меня его не было. Я буквально чувствовал, как тщетно подпрыгиваю вверх, судорожно пытаясь ухватиться за пустоту и неизменно падая вниз. Того, что есть, мне недостаточно.
– Ковач?
Подняв взгляд, я вдруг увидел то, что искал. Словно на погасшем экране вдруг появилось изображение.
Передо мной стояла Ортега, держа в руке миксер, с волосами, собранными в свободный узел. Её футболка кричала на меня яркой надписью.
«РЕЗОЛЮЦИЯ НОМЕР 653».
«Да» или «Нет», в зависимости от того, как прочитать.
Оуму Прескотт:
«Мистер Банкрофт пользуется большим влиянием в суде ООН…»
Джерри Седака:
«Старушка Анемона у нас католичка… Мы охотно берём к себе таких. Порой это бывает очень удобно».
Мои мысли понеслись вперед, словно огонь по бикфордову шнуру, воспламеняя цепочку ассоциаций.
Теннисный корт.
Налан Эртекин, судья Верховного суда ООН.
Джозеф Фири, член Комиссии по правам человека.
Мои собственные слова:
«Насколько я могу предположить, вы здесь для того, чтобы обсудить резолюцию номер 653».
«Пользуется большим влиянием…»
Мириам Банкрофт:
«Мне одной будет трудно отваживать Марко от Налан. Кстати, он кипит от бешенства».
И Банкрофт:
«Неудивительно, если учесть, как он сегодня играл».
Резолюция номер 653. Католики.
Мой рассудок вышвыривал информацию, словно обезумевшая программа поиска, перебирающая огромный список файлов.
Бахвалящийся Седака: