Наследница тёмного мага. Исцеление тьмой

Обелиск обещал восстановить город за свой счёт и выплатить компенсации жертвам, а взамен требовал в короткие сроки устранить ущерб его репутации, оставаясь инкогнито. Он намекнул, что собирается вернуться, но позже. Его возвращение будет триумфальным и громким. Возможно его имя будет звучать ещё чаще, чем после разрушения города, и гораздо дальше пределов Авелии.

— Довольно. Возвращаемся в город, а оттуда в Соулград. Пора навестить королеву, — сказал лорд, и спутник в чёрном поравнялся с ним рядом.

Из-под капюшона и маски на него смотрели огненно-карие глаза. В них не отражались эмоции или чувства, только внимание к следующему приказу. Обелиск хмыкнул и опустил голову ниже, туда, где стоял волчонок.

— Знаешь, кто это?

— Ваш спутник маг, — ответил Кайро и принюхался. — Но от него странно пахнет.

— Потому что он не обычный маг. Он Дибрид. Моё собственное изобретение. Ошибка, — лорд глянул в глаза спутника. — Но я извлекаю пользу из всего, и всегда выигрываю. Кто знает, может и ты будешь мне полезен, а может, просто сломаешься.

Порт Соулграда, обдуваемый всеми ветрами, был практически безлюден. Своими действиями, затяжным конфликтом, монархи распугали всех граждан. Обелиску, с его властью и силой, давно не интересен Соулград со всеми вытекающими. Напротив, маги, бегущие от войны, находили приют в Авелии и укрепляли его положение. Причём, у него находили приют маги с обеих сторон конфликта.

Спутник в черном остановился, осматривая тенистые уголки, в которые никогда не проникает солнечный свет. Его плечи напряглись, а из горла вырвался тихий рык.

Мальчишка-ликан, Кайро, остановился рядом, принюхиваясь.

— Оттуда тянет, как от тебя, Борн, — подметил он, поднимая взгляд на спутника в капюшоне.

— Вероятно, там прячутся его собратья, — улыбнулся Лорд, проходя мимо, и по-хозяйски положив руку на плечо парня, потянул того за собой. — Или его армия. Как повезёт. Как Тум Борн сможет проявить себя.

Скинув руку лорда, мальчишка ощетинился, но шёл следом. Он с интересом рассматривал город, и несмотря на молчаливость Тум Борна, тянулся к нему и держался рядом. Мальчика не пугала ни его отстранённость, ни пустота в огненно-карих глазах. Не испугало и говорящее имя, что означало Туман смерти, рождённый в боли.

— Борн, идём, — позвал Кайро, остановившись.

Тот стоял, словно изваяние, и только ветер трепал его длинный плащ. Тогда мальчишка подбежал, ухватился за его твердую, словно камень, руку, и потянул за собой. Качнувшись, Тум сделал шаг, другой, и, впившись глазами в мальчишку, уже шёл за ним.

— Отпусти его, — кинул Лорд, заметив, с какой жадностью глаза Тум Борна впились в руки мальчишки. — Ты испортишь моё творение своей…тактильностью.

Сказав это, Лорд замахнулся тростью, целясь в замок из ладоней. Ловкий мальчик ликан, тут же отбросил свои назад, и весь удар пришёлся по запястью Борна. Его лицо, спрятанное под маской, не дрогнуло, а глаза не отразили эмоций. Мальчишка же недовольно запыхтел, зло глядя на Дамина.

— Мне нужен злой пёс, а не ручная собачонка, — повторил Обелиск, садясь в экипаж.

Изъяв из внутреннего кармана плоский сферический предмет, Лорд с отвращением рассмотрел плавающий внутри осколок. Словно компас, он указывал острым концом в сторону замка Эльдория, собирая свечение и пытаясь тянуться из сферы тёмными нитями.

— Слеза дракона близко. И его очаровательная хозяйка тоже.

Королева с нетерпением ждала почтенного гостя. Такой союзник, как Лорд, был её фаворитом. И не важно, что обычно они не находят общий язык. Велина не привыкла сдаваться, продолжая искать связи с ним.

С точки зрения Королевы, Обелиск великолепен во всем — власть, сила, харизма, невероятные таланты и возможности. По отношению к нему она никогда не скрывала своих истинных чувств, но безответно. Хотя сейчас всё может круто измениться. Во-первых, потому, что её власть укрепляется благодаря расе полузмеев. Во-вторых, слеза дракона. Велина знает о любви лорда к редким артефактам, и как же повезло, что самый желанный у её подданной. Остается найти рычаг управления, и Лорд станет её рабом. Велина коснулась пальчиками своих губ и прикусила кончик ногтя. Она мечтает о большем. Обелиск идеальный кандидат на роль Монарха.

Когда ворота зала распахнулись, пуская Лорда внутрь, от острых глаз Велины не скрылись двое, что остались в коридоре — нахального вида мальчишка, и тёмный, словно статуя, силуэт. Последний заинтриговал её. Даже в мире магов такая запечатанная в накидку и маску фигура — большая редкость.

— Лорд Обелиск!

— Королева Велина, — в тон её радости произнёс лорд, не выказывая никаких дополнительных жестов уважения. Он по-хозяйски пересек широкий зал и сел напротив. — Решил лично развеять миф о своей гибели. Вам наверняка донесли ложные сведения.

Радужка его глаз, скучающе серого оттенка. Он лениво обвел зал взглядом, будто искал нечто привлекательное, но никак не находил.

— Я знала, что вы целы. Чувствовала сердцем, — промурлыкала Королева, кокетливо наклоняясь чуть вперёд. — Но ваш визит для меня неожиданность. Скажите, вы, наконец, решили принять моё предложение?

Перестав изучать зал, Обелиск остановился на фиалковых глазах Велины, широко улыбаясь.

— Возможно. Я собираюсь некоторое время погостить в Соулграде. Мои интересы в данный момент сдвинулись в этом направлении. Не откажете мне в радушии?

Его слова, наполненные бархатными нотками, подкрепились нежной улыбкой, а глаза заманчиво сменили цвет на лиловый. Зная падкость Велины на подобные проявления силы, он намеренно ими пользовался.

Подобно Лорду, Королева засияла очарованием.

— Я безгранично рада. И вы очень вовремя! После ужина я покажу вам своё новое изобретение в действии! Помню, вы такой же страстный изобретатель, как я, а значит, сможете по достоинству его оценить. Какая досада, что ваша невеста разрушила блистательный монумент! Некоторые не в состоянии оценить чужие труды!

Из дверей, ведущих во внутренние залы, вышел высокий мужчина. Длинные волосы, как жидкий шёлк, рассыпались по плечам, отражая солнечный свет, лицо узкое, с тонкими чертами и покорным выражением.

Он деликатно выставил на стол угощения, озаряя Королеву ласковой улыбкой, а встретив взгляд Лорда, почтительно склонил голову. Глаза слуги были с узкими зрачками.

— Благодарю, Мистрас, — нежнее прежнего улыбнулась ему королева. — Владыка Еланус уже вернулся?

— Да, моя Сетхали. Он обещал составить вам компанию этим вечером. Кстати, вас ждут в лаборатории.

Голос Серписа такой же скользкий и приторно мягкий, как его внешний вид. Но Лорд видел больше, и аура, окружающая Серписа, вызывала в нём смешанные чувства. Он как минимум лжец и льстец, а как максимум, ненавидит ту, в глаза которой смотрит почти с любовью. Королева просто сама наивность, если считает их союзниками.

О…! да она спала с ним. Хорошо, что Велина последняя женщина, чья личная жизнь его хоть сколько-то заботит. Ему нужна другая. И она где-то рядом. Осколок дребезжит, желая соединиться с медальоном.

— Что за приятеля вы оставили снаружи? — с явным любопытством спросила Велина, делая глоток.

— О, это мой сюрприз, но если позволите, я познакомлю вас позже.

Лицо Королевы просияло, и она удовлетворенно затараторила о своих достижениях, а лорд сдерживал скуку за маской заинтересованности.

В это время за воротами зала Тум Борн соскочил с места и рассекая коридор, пошёл прочь.

— Тум, ты куда?

Соскочив с дивана, Кайро вцепился в рукав уходящего Борна и потянул назад. Хоть ему и не нравился Лорд Обелиск, но он приказал ждать здесь, за дверями зала. Кайро заметил, что Лорд не церемонится со слугой, бывает слишком жесток, и хотел уберечь его от наказания.

— Пусти.

Бесцветный голос оттенял хрипотцой. Тум потянул на себя руку, но Кайро повис, как клещ, не собираясь сдаваться.

— Тебе снова влетит! Куда ты собрался?

— Она зовёт меня.

— Кто?

— Я не знаю, — серым голосом ответил Тум, возобновляя шаг.

Он чувствовал, как нечто притягивает его, и мальчишка, повисший на руке, не в силах препятствовать зову. Сдавшись, Кайро спрыгнул с руки, поглядел Борну вслед, оглянулся на запертые двери, и припустил следом.

Пара стражников пыталась их остановить, один окликнул, а другой схватил Борна за плечо, но встретившись взглядом, тут же в страхе отпрянул. Кайро рассмеялся. Можно подумать, Тум страшный! Они просто не видели разозленного ликана! Тум Борн на их фоне очень мил.

Навстречу им попались придворные, что прогуливались, обсуждая разные сплетни. Привыкшие к этикету, они не ожидали, что Тум пойдёт напролом, расталкивая женщин. Последней шла Бонуми Блейт, размышляя о своём. Она заметила Борна в последний момент, когда он болезненно толкнул её плечом. Он пронёсся дальше, не извиняясь и не оглядываясь на возмущение женщин, а Бонуми Блейт схватилась за сердце. Всего на миг, встретившись взглядом, в огненно-алых глазах ей привиделось что-то родное.

— Простите, — оглянулся вместо своего друга Кайро, скрываясь за воротами Эльдории.

Глава 10. Солнечный город Соулград.

Разогнавшись на водных просторах, обычное с виду судно вдруг преобразилось. Вернее сказать, скинуло иллюзию. Железная оболочка растаяла, уступая место дереву, а стеклянные окна, местами растресканные, стали узорчатыми витражами, с изображением морских чудищ и русалок. Раскинув паруса, торчащие по бокам словно огромные белые крылья, судно с лёгким скрежетом взмыло вверх. Морские просторы ширились и отдалялись, и скоро всё заволокло густыми облаками.

Оскар читал Соулградский вестник, а Мусони следила за его ресницами, за складкой меж бровей, что исчезала, едва появляясь.

— Ты хочешь поговорить? — внезапно спросил он, поднимая глаза.

— Нет. С чего ты взял?

— Твой пристальный взгляд.

Бегло окинув скромную каюту, Мусони вернулась к Оскару и с улыбкой объяснила.

— Рассматривать каюту не так интересно.

— Хочешь почитать? — он тут же протянул ей газету, но Мусони отказалась.

— Я незнакома с Соулградом, и будет понятнее, если ты мне расскажешь.

— Боюсь, Соулград в сегодняшнем свете разочарует тебя. Война истощила граждан, а улицы города, блестящие в прошлом, сейчас угрюмы и тихи, — он отложил газету в сторону. — Мы проигрываем. Я имею ввиду, сторона Короля.

И не успел Оскар продолжить, как из коридора раздался крик. От неожиданности сердце Мусони ухнуло вниз, а сама она подскочила на ноги. Оскар оказался ещё быстрее — он уже стоял возле двери и прислушивался.

— Что там?

Сердце забилось в бешеном ритме. Она на магическом корабле, и вряд ли здесь может произойти нечто обычное. Холодный ответ Оскара не успокоил её.

— Я чувствую кровь.

— К-кровь? Там что, убили кого-то?

— Возможно хуже, — ответил он, прислушиваясь. — Запри за мной дверь.

И не успела она разныться, запротестовать, прося остаться, и не оставлять её одну, как Оскар уже закрыл за собой дверь. Она защелкнула замок и прислонилась ухом к полотну.

Тишина продлилась недолго. Её буквально отбросило от двери, когда с той стороны, рыча, что-то огромное бахнуло и взвыло. Холодок превратился в лютый мороз. Она слышала такой рык прежде. Её личный ручной монстр, Экскрантус Том, издавал точно такой же…

Спустя пару секунд в дверь осторожно постучали. Унимая дрожь в руках и ногах, Мусони коснулась замка и остановилась.

— Это я, — сказал Оскар, и Мусони открыла.

Он нырнул внутрь и быстро закрыл дверь, не давая ей рассмотреть, что снаружи. Её обеспокоенный взгляд осмотрел парня — невредим, только волосы слегка растрепались. Дыхание ещё тяжёлое, но приходило в норму.

— Что это было?

— Ты встречалась с похожим, это экскрантус, — их глаза встретились. — И я убил его.

— У-убил? Но… — она хотела напомнить Оскару, кто такие экскрантусы, и как ими становятся, но он прервал.

— Да. После смерти он стал человеком, тем, кем был до обращения.

— Но, их же можно вылечить…есть способ вернуть их…

— Нет, Мусони. Случай с Томом скорее исключение из правил, чем статистика. Обратившись, им нет пути назад. Они теряют всё человечное, ими движет только жажда убийств. Я таких за людей не считаю.

Он держал руки за спиной, на замке двери, а пальцы его охватил крупный тремор. В нём боролся человек и зверь. Умом приходилось и самому себе доказывать, что это не убийство, а сердце, что с рождения ближе к зверю, желало крови.

Мусони не успела насладиться видом Соулграда с высоты птичьего полёта. Обратно в воду они так и не приземлились. Парящий в воздухе корабль причалил бесшумно, а ветер слабо доносил отголоски моря откуда-то снизу. В любом случае ночью сложно рассмотреть всю картину магического континента. Помешали облака и ночной покров, а едва их нога ступила на пристань, со всех сторон сейчас же окружили.

Люди в шлемах, изображавшие головы тигров, чьи глаза светились легкой фиолетовой поволокой. В руках посохи и мечи, окутанные переливами эфира — боевые маги.

— В другой раз я сказал бы добро пожаловать в Соулград, Оскар Эрдол. Но мы здесь чтобы задержать тебя, — рычащим голосом произнёс один, выходя вперёд. — Сопротивление равно измене, поэтому…

— Я не собираюсь бежать или сражаться. Если Король желает, я готов объяснить свои действия.

— В этом нет необходимости. Нам приказано сразу отвезти вас в Шадур.

Из горла Мусони вырвался стон. Она сжала кулаки. Страж посмотрел в её сторону и как-то странно мотнул головой.

— Это Мусони Ассель, — уточнил Оскар, предполагая, что за эмоция скрыта под маской. — Она гостья короля. Доложите о ней, и позаботьтесь, чтобы с ней ничего не случилось в моё отсутствие.

Удивительно, но конвоир принял приказ Оскара и кивнув, ответил:

— Понял.

Короткий разговор и вот, их ведут к экипажам. Оскар впереди, ему не одели нефритовые наручи, в силу добровольного заключения. Мусони шла следом, и кто-то мягко подталкивал её в сторону, противоположную экипажа Оскара.

— Нет. Мы едем вместе, — запротестовала она.

— Не переживай, Шадур находится в подземельях дворца короля, — спокойно сказал Оскар, обернувшись.

Если он решил, что это успокаивает — очень ошибается. Возможно для Оскара всё вокруг привычно и безопасно, но ей лучше всего с ним.

— Тем более. Мы всё равно в одну сторону. Я поеду с тобой.

— Экипаж для заключённых лишен удобств и чистоты, — холодно подметил Оскар. — И рассчитан на одного.

— Мне всё равно. Мне…страшно без тебя, — тише добавила Мусони, озираясь на людей в масках.

Она не врала. Почему-то казалось, что если они разлучатся сейчас, то больше не встретятся. А это есть самый страшный кошмар.

— Некрасиво везти гостью в грязной повозке, — он покачал головой.

— Мне всё равно. Я еду с Оскаром, — добавила она громче, обращаясь к конвоирам.

Тот лишь пыхнул сипящим звуком и плавным движением руки пригласил обоих внутрь экипажа для преступников. Интересно, стража со всеми так любезна, или Оскар особенный узник?

Экипажи без упряжи, но Мусони успела заметить, как от рук стража, что сидел на месте кучера, исходили эфирные нити. Не сложно предположить, благодаря чьей силе придёт в движение металлическая, похожая на бочку, конструкция на колёсах. Полностью литая, а вместо окон по бокам узкие прорези.

— Еще не поздно передумать, — предложил стражник, указывая на экипаж, похожий на карету, что стоял неподалёку.

— Нет, я еду с Оскаром, — упрямо повторила Мусони и первой залезла внутрь бочки для преступников.

За Оскаром закрыли дверь и экипаж пришёл в движение. Со стороны кучера приоткрылось узкое оконце-прорезь, и раздался рычащий голос стража в маске:

— В Соулграде ввели комендантский час. Теперь разгуливать позднее восьми не только небезопасно, но и противо канонам. Королева выпускает в мир новых тварей, и те частенько ведут именно ночной образ жизни.

— Типа Экскрантусов, — подтвердил Оскар. — Мы встретили одного на корабле.

Многозначительное молчание.

— Экскрантусы не ошибка природы, ими не становятся случайно, — сказал Оскар в размышлении.

— Да. Королева создает их с целью убивать. Причём, по нашим данным, она смогла ими то ли управлять, то ли защищаться от их нападений. Во всяком случае, на её половине они не лютуют.

Мусони пыталась не соскальзывать к самому низкому уровню бочки, держась за прорези и выглядывая на улицу. Погруженная во мрак, она освещалась редкими фонарями с белесо голубым огнем. В некоторых окнах горел свет. Вдруг экипаж резко вывернул, по инерции кидая Мусони в сторону Оскара, что сидел в самом начале бочки у окошка кучера. Он ловко поймал её, чем спас голову от удара о стену, окатив теплом рук. Она оказалась где-то в области его твёрдой груди, среди раскинутых ног.

— Лучше оставайся здесь, — придержал он её руку, когда Мусони хотела вернуться назад. — Тут самое устойчивое место.

В темноте бочки не имелось и малейшего источника света, кроме прорезей по бокам. Для элурантропа это не проблема, а обычному человеку приходилось тяжеловато. Поэтому Оскар притянул Мусони обратно и усадил спиной к себе. Она не сопротивлялась, но старалась не строить ложные надежды и откинуть воспоминания о человеке, который посмел сидеть с ней в такой позе первым. Все-таки Обелиск испортил приличную долю моментов, которые с правильным человеком становятся тёплыми воспоминаниями.

Экипаж снова тряхнуло, на этот раз завернули в другую сторону. Угол улицы оказался довольно хорошо освещен, и Мусони заметила, что второй экипаж, в котором могла ехать она, следует за ними.

— Мы едем не по главной улице? — спросил Оскар, закинув голову немного вверх.

— Нет. В целях безопасности приходится каждый раз выбирать новый маршрут, — ответил рычащий голос кучера. — Быстро домчим, кроме нас ночью никто не катается.

Экипаж заметно ускорился, в прорезях завыл ветер, а дома слились в неразличимую массу. Они разогнались по прямой, и Мусони могла только гадать, какой длинной может оказаться эта дорога.

Оскар придерживал её одной рукой, локоть которой лежал на его колене, а кисть на колене Мусони. Он молчал, и она не начинала разговор, а только надеялась, что у него действительно есть план, и это спокойное дыхание, что касается её макушки, не показное.

Внезапно позади раздался оглушительный грохот, и в бочку с пленниками полетели мелкие щепки и камни.

— Андрас! Вперёд, не останавливаться! — в голосе стража звучала тревога.

Слева что-то бухнуло, на миг освещая бочку ярким светом. Справа грохот и толчок. Экипаж повело, но он выровнялся, заметно теряя скорость. Ещё один удар пришёлся спереди, так, что всех подбросило. Пока Мусони хватала воздух ртом, не в силах поинтересоваться, в чём дело, Оскар знал каждый удар магической силы.

— Экскрантусы! — закричал стражник, где-то в конце бочки, со стороны двери.

Следом прокричал пару заклинаний, судя по воплю монстров, весьма успешно. Рык слева — заклинание — жалобный вопль. Скрежет когтей по железу справа.

— Роверио! — и вновь скулёж монстра.

Мусони закрыла уши руками. С каждым убитым экскрантусом, она думала, что, если это её друг Том?

Ещё несколько нападений монстров успешно отбиты, и экипаж начал вновь набирать скорость, как вдруг страж сзади закричал не своим голосом и стих. Тем временем впереди снова раздался грохот, похожий на взрыв, сведя скорость поездки практически на нет.

Рык голодных монстров окружал. Он резонировал внутри бочки особым эхом, что проникал в самую душу.

— Откройте дверь, — приказал Оскар, стукнув в стену кучера, но борьба, что происходила снаружи, заглушила его голос.

Мусони вдруг осознала, что тишина снаружи нарушается только рыком. Ни заклинаний, ни голосов. Похоже, все стражи мертвы. Их окружили монстры, но ей совсем не страшно. И не потому, что бочка из толстенного листа железа. Нет. Просто она совсем не боится экскрантусов. Перестала бояться из-за Тома.

Звук магической битвы, снова жалобный вой подбитых монстров. Неужели не все стражи погибли? Или подоспела подмога? Женский голос разбрасывал проклятия. Знакомый женский голос. Оскар заметно напрягся и перестал дышать.

Звук открываемого замка сопровождался довольным, почти мурлыкающим голосом:

— Ну, кто у нас сегодня впал в немилость Короля?

Их озарила вспышка света, и Мусони спрятала лицо ладонями.

— Вот это встреча, — Рексана опустила сияющий перстень и улыбнулась. — Оскар Эрдол, а с ним…

Её лицо сменило миловидную маску на раздражение. Из всех людей встреча с новоиспеченной сестрой бесила больше всего.

Проморгавшись, Мусони впилась в Рексану жаждущим взглядом. Слова Сильванимов звучали так отчетливо, будто они прямо сейчас рядом, и шепчут ей со всех сторон. На груди сестры висит её медальон, и он сверкнул золотистым сиянием, словно приветствуя. Заметив взгляд сестры, Рексана нервно схватилась за него и нахмурилась. Мусони улыбнулась — интересно, он по-прежнему жжёт, реагируя на негативные эмоции? Особенность, по которой она ни дня не скучала.

— Ладно, — выдохнула Роксана, отступая назад. —Двойной улов лучше, чем ничего. Выбирайтесь, вас освобождает королева и предлагает своё покровительство.

— Благодарю, но сегодня ты ничего не поймала. Здесь нет желающих примкнуть к рядам экскрантусов королевы, — ответил Оскар, аккуратно отодвигая Мусони, чтобы встать на ноги и запереть дверь камеры.

— На этот раз я не стану спасать тебя из Шадур, а твой друг Итан… — с издёвкой начала она.

Её горло оказалось в захвате. Оскар мог свернуть ей шею прямо здесь и сейчас, он был практически уверен, что она виновата в смерти друга, но засомневался всего на секунду, взвешивая все последствия. Щелкнув пальцами, Рексана развеялась в воздухе, оставляя в тисках Оскара пустоту.

Наблюдавшая из-за его спины Мусони, неосознанно держала себя за горло и перестала дышать, будто только что душили не Рексану, а её саму. Она молчала, собирая воедино обрывки фраз. Оскар не оборачивался, пытаясь унять дрожь, вызванную внутренним зверем, что желал мести и крови.

Слабак, жалкий трус! — рычал зверь, и бился внутри, словно в клетке.

Его борьба настолько очевидна, что Мусони ничего не оставалось, как стихнуть и ждать, хотя бы до тех пор, пока из горла парня перестанет раздаваться рык.

Скоро подоспела подмога из стражников в масках тигров и обычных боевых магов. Голос Оскара, объясняющий произошедшее, звучал непривычно низко. Почти как звериный рык. Пытаясь прийти в себя, Мусони молча сидела на прежнем месте. Ей предложили выйти, но она опасалась увидеть тела мертвых Экскрантусов, ставших людьми.

— До замка немного осталось. Можно пройтись в сопровождении конвоя, — сказал Оскар, предлагая ей руку. — Идём. Они не станут нападать второй раз.

— Там… есть тела?

Оскар обернулся, заглянул вперёд.

— Нет. Стражи уже всё убрали.

Несмотря на его слова, выйдя наружу, Мусони ещё раз осмотрелась. Тел и правда нигде нет.

— Повезло, что Бонуми решила ехать с вами, — сказал один из стражей, возвращаясь с обследования их пути. — Другой экипаж разорвали в мелкую щепу, и выживших среди стражей, к сожалению, нет.

Ощущения не подвели Мусони, но она не предполагала ничего подобного. Она переживала не за себя, а за Оскара, который и бровью не повёл. Ей нужно поучиться его хладнокровию, хотя бы для того, чтобы лучше управлять своей тьмой.

Впереди прямой дороги, слегка уходящей вверх, возвышался величественный замок, в точности такой, как в сказках. Со множеством башен, с воздушными мостами, соединяющие их, и заостренными крышами. Не хватает только пары парящих драконов для полного погружения в сказку.

Проходя с краю длинной дороги, над головами то и дело возникали воздушные, сделанные будто из хрусталя, мосты, соединяющие края улицы. Оскар объяснил, что днём здесь очень интенсивное движение, а под действием эфира любой экипаж мчит куда быстрее гоночных автомобилей. Поэтому появились такие надземные и подземные переходы, а ещё Узы — круги из символов, благодаря которым можно перемещаться на небольшие расстояния. Эта улица одна из семи прямых дорог, расходящихся от дворца словно лучи солнца, их основная задача — транспортная. Есть пешеходные улочки, что идут в параллели, а ещё кварталы с каналами — излюбленное место отдыха Соулградцев.

Оскар уточнил, что дальше идёт территория города, которая с начала войны принадлежит королеве. Там много торговых улиц, а также академии и лаборатории. Замок Эльдория, дом Королевы, парит над краем основного города.

— Город негласно делится на кварталы. Всё началось с лекарей и зельеваров, которые, по естественным причинам обосновались на границах с лесом, — говорил Оскар, глядя на замок. — К ним присоединились друиды, предпочитая лесную прохладу и горные озёра, душным улицам. Маги янтток наоборот, держатся ближе к центру города, к месту, где больше всего эфирной силы. Квартал Янтток мы проходим прямо сейчас.