Гениальная жена по ядам. Легенда о Юньси. Книга 3

Мо Цзе

Гениальная жена по ядам: Легенда о Юньси. Книга 3

POISON GENIUS CONSORT

Copyright © Jie Mo

All rights reserved.

© Н. О. Лебедева, перевод на русский язык, 2026

© ООО «Издательство АСТ», 2026

* * *

Глава 1. Появление великого князя!

От этого вопроса императрица на мгновение лишилась дара речи. В темнице воцарилась гнетущая тишина. Не теряя времени, князь Цинь развязал Хань Юньси, и она – то ли от напряжения, то ли от неудобной позы, в которой провела долгое время, – пошатнулась и всем телом прижалась к своему спасителю. Зная нелюбовь супруга к нежеланным прикосновениям, девушка попыталась отстраниться, но, вопреки ожиданиям, он лишь сильнее обнял ее за талию и прошептал:

– Не двигайся.

Хань Юньси застыла. Хотя в голосе великого князя не улавливалась и толика нежности, сердце девушки затрепетало от этих ничего не значащих слов. Уютно устроившись в его объятиях, она каждой клеточкой тела ощущала, как мощная аура Лун Фэйе окутывает ее. Все страхи моментально испарились, и Хань Юньси невольно расслабилась, позволив себе покоиться в объятиях супруга.

Тем временем князь осторожно приподнял подол платья принцессы и, оторвав небольшой лоскут, пропитанный горячим маслом, продолжил внимательно осматривать тело девушки. Только в этот момент она осознала, в какой опасности находилась: если бы ткань коснулась ноги, то непременно оставила бы сильный ожог. Хань Юньси, совершенно позабыв, где находится, не могла оторвать взгляда от сосредоточенного лица Лун Фэйе и его аккуратных, неторопливых движений. Как эта вечно равнодушная ледышка могла проявлять такое участие? Неужели это просто сон?

«Эй, если это все же сон, могу ли я влюбиться в тебя?»

Убедившись, что на платье принцессы больше нет масляных пятен, Лун Фэйе сразу же оттолкнул ее.

– Не падай, – как всегда равнодушно буркнул он.

Его безразличный тон в одно мгновенье разрушил мечты Хань Юньси. Разве она, будучи в своем уме, может влюбиться в такого парня? Да это же смерти подобно!

Едва держась на ногах, все еще ватных после пережитого, девушка вдохнула спертый воздух и воскликнула:

– Ваше высочество, я невиновна. Императрица заставляла меня признаться, угрожая, что сожжет заживо, если я откажусь!

Застигнутая врасплох, супруга императора не смогла найти что сказать в свою защиту, поэтому лишь злобно зыркнула на противницу и сжала руки в кулаки.

– Императрица, почему вы настолько жаждете добиться признания, что даже не побоялись прибегнуть к подобным пыткам? – спросил Лун Фэйе.

– Я уверена, что Хань Юньси и есть убийца! Только она могла совершить такое злодеяние! Это точно она! – потеряв самообладание, закричала женщина.

Лун Фэйе больше не собирался тратить на нее время.

– Я здесь по приказу императора. Принцесса Цинь должна покинуть тюрьму и помочь расследовать смерть Чанпин. А сейчас мне пора. – Он взглянул на Хань Юньси и повернулся, чтобы уйти.

Девушка ошеломленно посмотрела на супруга. Подозреваемая, которая помогает в расследовании? Как этому парню удалось убедить императора Тяньхуэя? Ведь погибшая – его дочь! Не слишком ли это странно?

Хань Юньси, несмотря на свое незавидное положение, была вне себя от радости. В самый опасный момент Лун Фэйе все же пришел на помощь! Поэтому она, ни капельки не сомневаясь, последовала за ним, как верный слуга.

Очнувшись от потрясения, императрица выбежала из камеры:

– Князь Цинь, стой!

Но разве мог Лун Фэйе подчиняться чьим-то приказам? Он продолжил гордо ступать вперед, будто они только что не говорили о жизни и смерти. Подражая супругу, Хань Юньси неторопливо шла следом, совершенно не обращая внимания на яростные возгласы императрицы позади себя.

– Кто-нибудь, остановите его! Император не мог отдать подобный приказ! Как подозреваемая может помогать в расследовании? Я отказываюсь подчиняться! Кто-нибудь, князь похищает пленницу! Остановите его, вы меня слышите?! – не унималась императрица.

Однако ни одна душа из управления наказаний не посмела преградить путь Лун Фэйе и его спутнице. Никто и не думал останавливать второго человека в Тяньнине, поскольку понимал, что подобный поступок будет равносилен смертному приговору.

Императрица потухшим взглядом следила за тем, как князь Цинь уводит Хань Юньси. В сердце женщины зародился страх, и она поспешила во дворец, чтобы самой услышать указ императора.

В этот момент Тяньхуэй сидел за столом и потрясенно смотрел на золотую бирку в своей руке. В этой небольшой вещице заключалась особая привилегия, дарованная тогда совсем еще юному князю покойным императором перед смертью.

Правитель Тяньнина часто задавался вопросом: если бы его отец прожил еще несколько лет, сидел бы он сегодня в этом кабинете?

Увидеть золотую бирку было все равно что увидеть самого покойного императора. Для великого князя это была возможность единожды не подчиниться приказу правителя, чтобы спасти свою жизнь. Более десяти лет его брат действовал крайне осторожно и расчетливо, достигнув нынешнего положения и влияния. Он ни разу не заикнулся о своем праве неповиновения, но на этот раз лишился своей единственной возможности – ради Хань Юньси. При этой мысли губы императора Тяньхуэя тронула усмешка.

«Лун Фэйе, тебя действительно влечет к этой женщине? Что ж, и у тебя, всегда настолько безупречного, оказывается, есть свои слабости».

В этот момент императрица, игнорируя все попытки евнуха Сюэ остановить ее, вбежала в кабинет и, упав на колени, склонилась перед супругом:

– Ваше величество, князь Цинь увел Хань Юньси, утверждая, что вы приказали ей помочь в расследовании! Как подозреваемый может искать виновного?

Император Тяньхуэй, подавив усмешку, спокойно проговорил:

– Императрица, поднимись.

– Ваше величество, так несправедливо, что Чанпин умерла! Если ваше величество не восстановит справедливость, я так и останусь стоять перед вами. – Женщина еще ниже склонилась к земле.

В глазах императора мелькнуло нетерпение. Вдовствующая императрица прибыла раньше его супруги и уже успела обсудить с ним тот же самый вопрос. Он знал, что они обе ненавидят Хань Юньси до глубины души. Он тоже скорбел по своей дочери и, по правде говоря, избавился бы от этой девчонки при первой возможности, даже если бы та была невиновна. Император всегда опасался Лун Фэйе, а теперь, когда возле него появилась Хань Юньси, он и вовсе не мог найти покой.

«Яд может спасти жизнь, но он также способен убить; великий князь может спасти страну, но также способен и уничтожить ее!» – предсмертные слова шпионки из Северного Ли постоянно звучали в его голове, не давая спокойно спать.

Однако смерть Чанпин вынудила Лун Фэйе воспользоваться золотой биркой. Теперь у него больше не осталось возможности противиться воле императора. К тому же Тяньхуэй не верил, что Хань Юньси сможет доказать свою невиновность за столь короткий срок!

– Я дал ему всего один день. Если сегодня вечером великий князь не предоставит доказательств невиновности Хань Юньси, я немедленно обвиню ее в убийстве!

Один день… Императрица не ожидала такого поворота событий. Что принцесса Цинь может успеть за такой короткий срок?

Тело Чанпин лежало в гробу уже пять дней, и все это время императрица запрещала приближаться к нему, поэтому никому так и не удалось найти хоть какие-то зацепки, касающиеся причин ее смерти.

Хотя Хань Юньси заключили в темницу, не существовало улик, указывающих на ее причастность к убийству принцессы. Если бы ситуация не изменилась, императрице пришлось бы отпустить ненавистную родственницу, но сейчас Хань Юньси была обречена!

После того как императрица поняла задумку супруга, ее охватило волнение.

– Ваше величество мудры! Благодарю! Чанпин упокоится с миром!

Вернувшись во дворец Куньнин, императрица немедленно послала за управляющей Цянь и отпустила всех служанок. Как только управляющая появилась в ее покоях, императрица тихо спросила:

– Ты избавилась от этой вещи?

– Ваше величество, я избавилась от нее еще прошлой ночью. Никому, кроме меня, об этом не известно.

Через несколько дней после внезапной кончины принцессы в Западном крыле дворца умерла еще одна девушка. Как и Чанпин, она ушла в мир иной совершенно необъяснимым образом – без травм и болезней, вызвав всеобщую панику. Люди поговаривали, что виной всему нечисть, которая затаилась в императорском дворце.

Произошедшее держали в тайне. Даже вдовствующая императрица оставалась в полном неведении. Слуги во дворце догадывались, что их хозяйка скрывает внезапную смерть одной из них не просто так. Они считали, что она планирует использовать этот инцидент для расправы над принцессой Цинь. Прошлым вечером императрица наказала управляющей Цянь избавиться от какого-то тяжелого свертка и строго-настрого запретила разматывать его. Поэтому даже тетушка, будучи доверенным лицом своей госпожи, не имела ни малейшего представления, что это.

– Ты избавилась от тела? – осторожно спросила императрица.

– Да, мы заменили ту девушку на новую.

Время от времени во дворце происходили несчастные случаи, поэтому никто не обращал особого внимания на пропажу нескольких слуг.

Императрица с облегчением вздохнула, а затем молча взглянула на небо. Какое-то время управляющая вглядывалась в лицо своей госпожи. С одной стороны, ее странное поведение пугало служанку, с другой – она вполне понимала причины резких перепадов настроения. Не решаясь расспрашивать императрицу, управляющая Цянь молчала.

* * *

Солнце уже было в зените, ярко освещая столицу. Лун Фэйе рассказал Хань Юньси о своих договоренностях с императором.

– Один день? – Услышав это заявление, девушка чуть не поперхнулась.

Она замерла на месте, нахмурилась и серьезно посмотрела на супруга.

– Ваше высочество, почему вы считаете, что я смогу раскрыть правду всего за один день?

– Не то чтобы я верил в тебя, но, если тебе суждено рано или поздно умереть, лучше умереть быстро и избавить остальных от хлопот.

– Ах вы! – Хань Юньси пришла в ярость.

Она-то думала, что этот парень – ангел, но теперь осознала, что ее обманули. Он был настоящим демоном во плоти! Конечно, Лун Фэйе не упомянул золотую бирку, которую ему пришлось выменять на ее свободу, поэтому Хань Юньси решила, что император Тяньхуэй просто издевается и оттягивает неизбежное, наслаждаясь ее тщетными попытками доказать свою невиновность. Однако какими бы жестокими ни были слова Лун Фэйе, он, безусловно, оставался прав – однажды великий князь уже спас ее, когда она находилась на волосок от смерти. Едва ли этот равнодушный парень сможет каждый раз вытаскивать ее из подобных передряг!

Видя, что Хань Юньси молчит, Лун Фэйе недовольно склонил голову.

– Если не согласна, можешь вернуться в темницу.

Девушка посмотрела на супруга и, отринув дурные мысли, улыбнулась ярче солнца.

– Теперь, когда эта принцесса на свободе, я не собираюсь возвращаться! Не будем медлить, отведите меня к Чанпин, я должна проверить ее тело!

Пять дней заточения сказались на самочувствии Хань Юньси – ее лицо стало совершенно бледным, а тело выглядело хрупким и болезненным. Но теперь, справившись с волнением, она словно сияла.

«Хань Юньси, я слишком многое отдал за твое освобождение, ты не должна меня подвести!» Лун Фэйе молча смотрел на супругу, не в силах отвести от нее взгляд.

В полдень они прибыли во дворец Лунного света, где покоилось тело принцессы Чанпин. Узнав о приезде высокопоставленных гостей, вдовствующая императрица и Лун Тяньмо с матерью поспешили им навстречу.

Стояла зима. Тело Чанпин положили в хрустальный ледяной гроб, который, несмотря на прошедшие дни, сохранил его практически без изменений. Однако время все же брало свое, и на лице принцессы постепенно проступали трупные пятна, соседствующие со следами отравления. Хотя Чанпин при жизни чинила множество препятствий и доставляла неприятности, Хань Юньси не могла равнодушно смотреть на ту, что еще совсем недавно поражала всех своей красотой.

Некоторое время девушка молча стояла перед гробом, а затем спокойно произнесла:

– Открывайте.

– Даже не думай об этом! – Императрица бросилась к Хань Юньси.

Глава 2. Князь Цинь выходит из себя

Императрица подошла к гробу дочери и в знак протеста положила на крышку руку, а затем с ненавистью посмотрела на Хань Юньси.

– Убийца, я никогда не позволю тебе потревожить Чанпин!

С момента освобождения принцессы Цинь прошло уже полдня. У Хань Юньси оставалось совсем немного времени, чтобы доказать свою невиновность. В противном случае ее заклеймят как убийцу.

Императрица, желавшая расправиться с ней, хотела держать Хань Юньси на расстоянии, не позволяя девушке даже взглянуть на усопшую. Однако принцесса Цинь, чья жизнь сейчас буквально висела на волоске, уставшая от постоянных интриг и несправедливости, не могла смириться с этим. Странное поведение супруги императора бросилось в глаза.

Будучи родной матерью Чанпин, эта женщина скорбела о смерти дочери, но разве это могло объяснить ее неприкрытое желание выставить принцессу Цинь виновной в таком ужасном преступлении? Неужели она не хотела узнать правду? Какое право императрица имела настаивать на том, что Хань Юньси замешана в убийстве? К тому же не предоставив для этого ни одной улики!

По дороге сюда Лун Фэйе поведал Хань Юньси, что за время, проведенное ею в темнице, императрица никому не разрешала приближаться к телу дочери. Его не осматривал ни мастер по ядам, ни смотритель трупов.

– Если вы продолжите в том же духе, у меня не останется другого выбора, кроме как вернуться в темницу. Однако больше не пытайтесь выбить из меня признание, пока не найдете улики. Это недостойно императрицы! – холодно предупредила Хань Юньси.

Слуги недоуменно переглянулись – теперь им стала ясна причина, по которой их госпожа отправилась в управление наказаний. Лун Тяньмо нахмурился и шагнул вперед, чтобы отстранить императрицу.

– Матушка, отец позволил дяде. Пусть тетя проведет расследование.

Императрица всем телом рухнула на ледяной гроб и разрыдалась.

– Нет! Как я могу позволить убийце снова тронуть Чанпин? Как я объясню все это дочери?

Лун Тяньмо, не в силах убедить ее, повернулся к вдовствующей императрице. Однако та равнодушно смотрела на внука. В отличие от своей невестки, эта женщина не потеряла спокойствие духа. Последние пять дней она лично пыталась разобраться в причине смерти Чанпин, однако так и не смогла добраться до истины. В канун Нового года дворец усиленно охранялся, особенно те павильоны, в которых находилась императорская семья. Маловероятно, что кому-то удалось проникнуть в Западное крыло дворца Процветания. И даже если бы убийца проник за его стены, он бы не смог незаметно совершить такое страшное преступление.

Кроме того, Чанпин была принцессой, круг общения девушки полностью состоял из представителей влиятельных и аристократических семей, которые всеми силами старались обратить на себя ее внимание. Несмотря на вздорный характер, принцесса не становилась участницей скандалов и склок. Так почему же кто-то желал ей смерти? Как такой редкий яд мог оказаться во дворце? Кто мог решиться на отравление?

После долгих раздумий вдовствующая императрица пришла к выводу, что только Хань Юньси, искусный мастер по ядам, могла провернуть нечто подобное. К тому же совсем недавно между Чанпин и принцессой Цинь произошел небольшой разлад.

«Я не успела расположить тебя к себе, а ты уже успела убить мою драгоценную внучку. Как же я ошибалась!» – Императрица-мать задумчиво смотрела на Хань Юньси.

Ситуация зашла в тупик. Императрица, заслонившая собой гроб, ни на шаг не сдвинулась с места, а слуги, боясь ее гнева, не осмеливались ослушаться свою госпожу. В зимние дни, когда солнце совсем ненадолго задерживалось на небе, промедление могло привести лишь к поражению. Хань Юньси буквально чувствовала, как ускользает время. Кипя от злости, она громко сказала:

– Императрица, вы разрешите осмотреть тело Чанпин или нет?

Женщина с негодованием посмотрела на Хань Юньси, но даже не пошевелилась.

– Ваше высочество, пожалуйста, проводите меня обратно в управление наказаний. – Хань Юньси повернулась и уже хотела уйти, но Лун Фэйе остановил ее.

По правде говоря, он тоже заметил странности в поведении императрицы. Даже в самые трудные моменты эта женщина не была склонна вести себя вздорно и действовать столь необдуманно, как в последнее время. Не двигаясь с места, он холодно спросил:

– Императрица, вы чувствуете свою вину?

– Я не делала этого! – почти инстинктивно выпалила она.

– Если вы невиновны, откройте гроб и разрешите осмотреть тело принцессы. Проверка не займет много времени. Чего вы боитесь? Боитесь, что Хань Юньси найдет какие-нибудь улики? – продолжал настаивать великий князь.

Его слова привели императрицу-мать и Лун Тяньмо в замешательство. Вдовствующая императрица хлопнула по столу и встала.

– Великий князь, что ты имеешь в виду? Императрица скорбит о потере дочери, а вы вместо сочувствия проявляете неуважение. Вы с Хань Юньси зашли слишком далеко!

Неожиданно Лун Фэйе тоже хлопнул по столу и встал. Его холодный взгляд остановился на собеседнице.

– Я получил эту возможность благодаря особому указу покойного императора. Если императрица мне мешает, значит, она игнорирует его распоряжение? – в гневе воскликнул он.

Особый указ? Как только прозвучали эти слова, все слуги в комнате опустились на колени. О Небеса, впервые присутствующие видели великого князя в гневе… Ситуация вынудила его воспользоваться золотой биркой, призвав волю покойного императора.

– Не смею! Ни за что не смею! – Оцепеневшая от страха императрица тут же отступила назад и опустилась на колени.

Пораженная услышанным, вдовствующая императрица во все глаза смотрела на князя Цинь. На ее памяти тот впервые прилюдно выходил из себя. Обычно отчужденный и бесстрастный, он потерял контроль, упомянув особый указ императора. И всего лишь из-за Хань Юньси? Из-за женщины, навязанной ему силой? Это милость или великодушие?

Посреди изумленной толпы прозвучал приказ великого князя:

– Откройте гроб!

В этот момент Хань Юньси, столь же растерянная поведением супруга, как и все остальные, медленно обернулась. Вот теперь она осознала, почему их беспрепятственно выпустили из темницы. Глядя на властное выражение лица Лун Фэйе, девушка почувствовала, как ее сердце бешено забилось. Это был не сон! Но почему этот парень был с ней так любезен?

– Хань Юньси, почему ты все еще стоишь здесь? – прорычал Лун Фэйе.

Вот теперь он походил на себя прежнего! О, этот привычный резкий тон и равнодушное отношение!

Слуги подняли крышку гроба. Хань Юньси вздрогнула и, уже не обращая внимания на колотящееся сердце, запустила систему сканирования. По дороге сюда она продумала план действий: первым делом следовало определить место отравления. Узнав, как именно яд проник в тело, она сможет понять способ отравления. На данный момент это был первый и самый важный шаг.

Система нейтрализации яда выдала отчет. Без тщательного осмотра она бы никогда не узнала, сколько важной информации упустила в канун Нового года! Яд проник в тело через рану на руке. Иными словами, смерть Чанпин – не преднамеренное отравление, а трагическая случайность!

Хань Юньси была вне себя от радости. Еще в тот роковой день, когда она прибежала на шум, то не увидела никого постороннего. К тому же все окна в комнате были наглухо закрыты. Да и как кто-то мог проникнуть во дворец при такой охране?

Никто не убивал Чанпин. Девушка просто стала жертвой обстоятельств. Как только яд подействовал, у нее не хватило сил даже на пару шагов. Обессилев, принцесса оперлась о полку, и та, не выдержав ее веса, опрокинулась на пол. Именно шум падающих предметов привлек тогда внимание Хань Юньси.

Это удивительное открытие, несомненно, упрощало все дело. Ведь будь яд действительно введен убийцей, опознать его стало бы практически невозможно, и она была бы обречена. Однако для такого опытного врача, как Хань Юньси, найти источник яда не составило особого труда.

Все внимание в комнате было приковано к принцессе Цинь. Девушка украдкой взглянула на Лун Фэйе и, сохраняя спокойствие, продолжила осматривать тело Чанпин.

Каждый лекарь знал, что источники яда подразделяются на две категории: естественные и искусственные. К первым относили ядовитые растения и животных, ко вторым – яды, полученные путем химических соединений.

Чанпин погибла от яда крайне редкого растения. Анчар ядовитый произрастал только в Южном Синьцзяне, поэтому многие даже не знали о его существовании. Как же яд подобного растения мог очутиться во дворце?

В замешательстве Хань Юньси собрала несколько засохших сгустков крови из раны на руке принцессы Чанпин для анализа. Как бы слуги ни пытались сохранить тело, время брало свое. В кровь попали вещества, которые делали анализ практическим невозможным. Однако не для Хань Юньси, у которой под рукой всегда была ее палочка-выручалочка – новейшая система нейтрализации ядов! Поэтому, получив результаты анализа крови, она не смогла сохранить невозмутимый вид. Яд такого редкого растения не мог не привести в шок!

Вымыв руки, она вернулась к Лун Фэйе. В этот момент в комнате воцарилась мертвая тишина. Все ясно видели, что Хань Юньси не сделала ничего особенного, лишь собрала немного крови на кончике иглы. Присутствующие гадали: нашла ли она улики?

Заметив ее смятение, вдовствующая императрица нарушила молчание.

– Хань Юньси, ты что-нибудь нашла?

Принцесса взглянула на почтенных дам, но ничего не ответила. Вместо этого она повернулась к Лун Фэйе.

– Отведите меня в Западное крыло.

Без лишних вопросов князь Цинь поднялся и вышел вместе с Хань Юньси, оставив остальных в недоумении.

– Что… это? – недовольно пробормотала вдовствующая императрица.

– Бабушка, пойдем за ними и посмотрим, – прошептал Лун Тяньмо.

Как только Хань Юньси вошла в Западное крыло, ее лицо стало серьезным. Она огляделась по сторонам, словно искала что-то, но тут же отвела взгляд и направилась к комнате, где умерла принцесса Чанпин. В этот момент Лун Фэйе, охваченный любопытством, прошептал:

– Что происходит?

– Источник яда должен быть во дворце, – твердо ответила Хань Юньси.

После того как она осмотрела комнату, в дверях появилась вдовствующая императрица со свитой. Девушка специально не понижала голоса, поэтому все присутствующие отчетливо слышали ее слова.

– Тетя Цинь, что вы сказали? – взволнованно переспросил Лун Тяньмо.

– Источник яда все еще должен быть во дворце, а если нет, то кто-то явно приложил к этому руку!

Вдовствующая императрица потрясенно уставилась на Хань Юньси. Неужели эту девушку несправедливо обвинили?

– Тогда найди его! – приказала она.

Стоявшая рядом императрица внезапно задрожала, и Лун Тяньмо поспешил поддержать ее.

– Матушка, вы в порядке?

Хань Юньси взглянула на нее. Чутье принцессы Цинь подсказывало, что с этой женщиной было что-то не так, но сейчас она не могла четко сформулировать свои подозрения.

– Пришлите личную служанку Чанпин, Шуанхун, – спокойно попросила она.

– Что ты задумала? – тут же отозвалась вдовствующая императрица.

– Не волнуйтесь, ваше величество. Чанпин упокоится с миром еще до наступления ночи, – ответила Хань Юньси.

Это еще больше убедило всех в том, что принцесса Цинь нашла улики.

– Хорошо, я подожду! – Императрица-мать недовольно поджала губы.

В это время императрица, пристально смотревшая на Хань Юньси, словно и не замечала, что ее собственные зубы стиснуты, а тело напряжено до предела. Лун Фэйе, стоявший рядом, молча поглаживал подбородок, наблюдая за реакцией родственницы.

После смерти принцессы Чанпин сама Шуанхун заболела. Двум дворцовым служанкам потребовалось некоторое время, чтобы помочь ей дойти до злосчастной комнаты. Шуанхун преисполнилась ненависти при виде Хань Юньси. Служанка опустилась на колени, продолжая пристально смотреть на убийцу своей госпожи. Никак не отреагировав на вызывающее поведение Шуанхун, Хань Юньси присела и спокойным тоном спросила:

– Шуанхун, в канун Нового года, когда принцесса Чанпин послала тебя за чем-то, что ты вынесла из этой комнаты?

Хань Юньси не сомневалась, что яд подействовал моментально, поэтому его источник должен был находиться в этой комнате. Однако система сканирования молчала. Значит, этот загадочный предмет был украден.

Шуанхун не успела произнести ни слова, как ноги императрицы подкосились и она упала на руки сыну.

– Матушка! Матушка, что с вами? – воскликнул он.