
Полная версия:
Дом, где нас ждёт осень

Милана Моррис
Дом, где нас ждёт осень
Глава 1. Ключи от чужого дома
В тот момент, когда навигатор сообщил, что она прибыла в пункт назначения, Шарлотта Миллер стояла посреди узкой сельской дороги, смотрела на закрытые ворота с табличкой «ЧАСТНАЯ ТЕРРИТОРИЯ» и начинала подозревать, что её отпуск закончится раньше, чем начнётся.
— Прекрасно, — произнесла она, выключая двигатель. — Просто прекрасно.
Дождь барабанил по крыше арендованного автомобиля. Впереди, за металлическими воротами, виднелась длинная подъездная дорожка, уходившая к большому каменному дому. Дом был красивым, старым и совершенно не похожим на фотографии коттеджа, которые Маргарет Хейл присылала ей перед обменом жильём.
Шарлотта достала телефон, проверила адрес и снова посмотрела на ворота.
Адрес совпадал.
— Значит, либо у Маргарет очень странное представление о скромном загородном коттедже, либо я приехала к людям, которые не любят незваных гостей.
Она нажала на кнопку навигатора. Тот невозмутимо повторил:
— Вы прибыли.
— Спасибо. Я уже поняла.
Шарлотта откинулась на сиденье и закрыла глаза.
Ещё утром она находилась в Лондоне, в своей квартире на втором этаже дома в Клэпеме, где отопление включалось только после продолжительных переговоров с термостатом, а сосед сверху считал, что семь утра — идеальное время для передвижения мебели. Ещё утром она отвечала на письма, которые не хотела читать, и пыталась объяснить клиенту, почему запуск литературного фестиваля невозможно перенести на следующую пятницу только потому, что его жена внезапно решила устроить вечеринку в саду.
А теперь она сидела на мокрой дороге в графстве Суррей, в двух часах езды от Лондона, и не могла найти дом, в котором собиралась провести ближайшие три недели.
Идея обмена жильём казалась прекрасной ровно до того момента, пока не потребовалось воспользоваться ею на практике.
Маргарет Хейл, хозяйка коттеджа в деревушке Брайарс-Энд, должна была провести несколько недель в Лондоне у своей сестры. Шарлотта, которой срочно требовалась смена обстановки, предложила обмен: её городская квартира — в распоряжение Маргарет, загородный дом — в распоряжение Шарлотты.
Они познакомились через сайт обмена жильём. Маргарет оказалась приятной женщиной с короткими серебристыми волосами, внимательными глазами и привычкой присылать сообщения, заканчивающиеся фразой «Не волнуйтесь, всё будет замечательно».
Шарлотта поверила ей.
Теперь она начинала понимать, что фраза «всё будет замечательно» иногда означает «я сама давно не проверяла, куда именно вам нужно ехать».
Телефон завибрировал.
Маргарет:
Как дорога? Надеюсь, вы уже добрались. В доме должно быть тепло. Ключи в маленьком почтовом ящике у калитки.
Шарлотта посмотрела на ворота.
У калитки не было ни почтового ящика, ни даже маленькой дверцы. Только табличка с предупреждением.
Она набрала ответ:
Кажется, навигатор привёл меня не туда.
Маргарет ответила почти мгновенно:
О, дорогая! Вы, вероятно, свернули у старого дуба. Это частная дорога. Вам нужно вернуться к перекрёстку и проехать ещё около мили. Там будет автобусная остановка и красный почтовый ящик. Коттедж стоит напротив.
Шарлотта посмотрела в зеркало заднего вида.
Позади неё уже остановился трактор.
Водитель, пожилой мужчина в кепке, смотрел на её машину с выражением человека, которому только что пришлось столкнуться с последствиями чужой городской самоуверенности.
Шарлотта опустила стекло.
— Извините! Я сейчас уеду!
— Надеюсь, — ответил мужчина. — Потому что мне бы хотелось попасть домой до следующего Рождества.
Она улыбнулась с той вежливостью, которую обычно берегла для особенно трудных клиентов.
— Конечно. Простите.
Мужчина махнул рукой, словно прощал ей незначительное преступление, и объехал автомобиль.
Шарлотта развернулась на ближайшем расширении дороги и поехала обратно.
Брайарс-Энд оказался именно таким, каким Шарлотта представляла английскую деревушку, когда смотрела фильмы под пледом в дождливые воскресенья.
Небольшая главная улица с булочной, пабом, аптекой и магазином, в витрине которого соседствовали местные яблоки, открытки и почему-то три вида собачьих поводков. Каменные дома с белыми оконными рамами, аккуратно подстриженные изгороди, узкие тротуары и старые деревья, уже сбросившие часть золотистых листьев.
Всё выглядело настолько живописно, что Шарлотта невольно сбросила скорость.
Она проехала мимо церкви, небольшого сквера и автобусной остановки, где под прозрачным навесом сидела женщина с рыжей собакой. За остановкой действительно стоял красный почтовый ящик.
А напротив него — коттедж.
Шарлотта сразу узнала его по фотографиям.
Двухэтажный дом из светлого камня, с тёмно-зелёной входной дверью, небольшими окнами и густым плющом, который поднимался почти до крыши. Перед домом располагался сад, отделённый от улицы низкой каменной стеной. У калитки стояли два больших горшка с хризантемами, а рядом с дорожкой лежала аккуратная стопка дров.
Дом выглядел так, словно его специально построили для того, чтобы в нём кто-нибудь однажды понял, что счастье не обязательно должно сопровождаться видом на Темзу.
Шарлотта припарковалась у обочины, вышла под дождь и направилась к калитке.
На этот раз почтовый ящик обнаружился сразу.
Внутри лежал небольшой конверт с её именем.
Шарлотте. Добро пожаловать в Брайарс-Энд!
Она достала ключи, прочитала приложенную записку и улыбнулась.
Дорогая Шарлотта,
надеюсь, вы хорошо добрались. Дом может показаться немного старомодным, но он очень дружелюбный, если дать ему немного времени. Отопление включается на панели в коридоре. Пожалуйста, не трогайте старый радиатор в гостиной — он живёт собственной жизнью. Если понадобится что-то из продуктов, магазин на главной улице работает до шести. Беатрис из книжного магазина знает практически всех и наверняка сможет вам помочь.
В холодильнике оставила молоко, масло и немного джема. В кладовой есть чай. Пожалуйста, чувствуйте себя как дома.
С теплом, Маргарет.
Шарлотта перечитала записку.
— Дом, который живёт собственной жизнью. Прекрасно. Надеюсь, он хотя бы платит за коммунальные услуги.
Она открыла калитку.
Садовая дорожка была выложена неровными каменными плитами. Между ними пробивалась трава, а у стены стояла старая садовая скамейка с выцветшей синей краской. В глубине сада росло дерево, усыпанное последними жёлтыми листьями.
Шарлотта поднялась на крыльцо и вставила ключ в замок.
С первой попытки дверь не открылась.
Со второй — тоже.
Она повернула ключ в другую сторону, слегка потянула ручку, потом нажала плечом.
Дверь распахнулась так неожиданно, что Шарлотта едва не потеряла равновесие.
— Ну здравствуй, — сказала она дому.
Внутри пахло деревом, сухими цветами и чем-то едва уловимо сладким. В прихожей стояла узкая консоль с керамической вазой, на стене висели старые фотографии в деревянных рамках. Пол был выложен тёмной плиткой, а справа находилась лестница с потёртыми перилами.
Шарлотта занесла чемодан, поставила его у стены и сняла пальто.
Тишина.
Не лондонская тишина, в которой всё равно слышны автобусы, сирены и чьи-то разговоры за стеной. Здесь тишина была настоящей. Она существовала сама по себе, без необходимости объяснять, почему никто не говорит.
Шарлотта прошла в гостиную.
Комната оказалась просторнее, чем на фотографиях. Большие окна выходили в сад, у стены стоял книжный шкаф, рядом с камином — два кресла с клетчатой обивкой. На журнальном столике лежали несколько журналов, а на каминной полке — маленькие часы и фотографии в серебряных рамках.
В углу стояла торшерная лампа с кремовым абажуром.
Шарлотта подошла к окну и посмотрела на сад.
Дождь усилился. Капли стекали по стеклу, листья прилипали к каменной дорожке, а ветви старой яблони покачивались на ветру.
Она почувствовала, как внутри что-то медленно отпускает.
Возможно, именно этого ей и не хватало.
Не нового проекта. Не ещё одного списка задач. Не очередного человека, который объяснит, что она слишком много работает и слишком мало отдыхает, а затем попросит помочь с организацией его дня рождения.
Просто места, где от неё ничего не требовалось.
Шарлотта достала телефон, отключила уведомления рабочей почты и положила его экраном вниз на стол.
Это было почти героическим поступком.
Первый час в коттедже прошёл вполне успешно.
Шарлотта нашла кухню, разобрала чемодан, обнаружила спальню с видом на сад и даже сумела включить отопление.
Последнее далось ей не сразу.
Панель управления находилась в коридоре, рядом с небольшим шкафчиком. На ней было семь кнопок, три переключателя и дисплей, который показывал время с таким видом, словно знал нечто неприятное о будущем.
Шарлотта нажала на кнопку с изображением солнца.
Ничего не произошло.
Нажала ещё раз.
На дисплее появилось сообщение: PROGRAMME OVERRIDE.
— Я не просила тебя о программе, — пробормотала она.
Она открыла инструкцию, прикреплённую магнитом к стене. Инструкция состояла из четырёх страниц и была написана человеком, который явно считал, что обычные люди должны разбираться в инженерии отопительных систем.
Через десять минут в доме стало теплее.
Шарлотта решила считать это победой.
На кухне она обнаружила всё, о чём писала Маргарет: молоко, масло, джем, чай, несколько яблок и банку печенья. В холодильнике также лежала небольшая записка:
Если захотите приготовить что-нибудь, в нижнем ящике есть овощи. Не выбрасывайте старые полотенца — они пригодятся для сада.
Шарлотта посмотрела на овощи.
Морковь. Две картофелины. Лук.
Она могла приготовить суп.
Теоретически.
На практике её кулинарный опыт ограничивался пастой, омлетом и несколькими блюдами, которые она научилась делать после просмотра коротких роликов в интернете. Она умела организовать ужин на сто человек, но приготовление ужина для одного иногда вызывало у неё необъяснимую тревогу.
Впрочем, сегодня она не собиралась устраивать кулинарный экзамен.
Она нашла хлеб, нарезала два ломтика, намазала их маслом и джемом и поставила чайник.
Пока вода закипала, Шарлотта открыла шкафчик над раковиной в поисках кружки.
Там оказалось двадцать семь кружек.
Некоторые были белыми, некоторые — с цветочными рисунками, одна изображала кота в короне, а ещё одна имела надпись:
Я не спорю. Я объясняю, почему я права.
Шарлотта выбрала последнюю.
— Мы с тобой, кажется, поладим.
Она налила чай, взяла бутерброды и устроилась в кресле у окна.
Впервые за несколько недель она не смотрела на часы.
Именно в этот момент раздался звонок в дверь.
Шарлотта замерла.
Она посмотрела на часы.
Половина пятого.
Возможно, Маргарет забыла сообщить о визите соседей. Или кто-то принёс посылку. Или, что было менее приятно, тракторист решил продолжить разговор о правилах дорожного движения.
Она поставила кружку на стол и пошла открывать.
На крыльце стоял мужчина в тёмной куртке, с мокрой от дождя седой бородой и картонной коробкой в руках.
— Добрый день, — сказал он.
— Добрый день.
Мужчина посмотрел на неё, затем на коробку.
— Вы Шарлотта?
— Да.
— Прекрасно. Я Питер. Из общественного центра.
Шарлотта улыбнулась.
— Очень приятно.
— Я принёс это Маргарет.
Он протянул коробку.
Шарлотта осторожно приняла её.
— Боюсь, Маргарет сейчас в Лондоне. Но я могу оставить ей сообщение.
Питер кивнул, будто именно этого и ожидал.
— Она просила передать вам. Там кое-что для дома. Свечи, батарейки, несколько журналов. Кажется, она решила, что вы можете замёрзнуть.
— Очень предусмотрительно.
— Она всегда такая. Если бы могла, оставила бы вам ещё запасной котёл и инструкцию по пользованию сельской жизнью.
Шарлотта рассмеялась.
Питер тоже улыбнулся.
— Вы надолго?
— На три недели.
— А, значит, успеете привыкнуть.
Он произнёс это с такой уверенностью, что Шарлотта невольно спросила:
— А если не успею?
— Тогда деревня успеет привыкнуть к вам.
Питер попрощался и ушёл по дорожке, подняв воротник куртки.
Шарлотта закрыла дверь, поставила коробку на кухонный стол и обнаружила внутри не только свечи и батарейки, но ещё небольшую банку мёда и открытку.
Добро пожаловать в Брайарс-Энд. Если вам что-нибудь понадобится, обращайтесь. Маргарет сказала, что вы из Лондона, поэтому, вероятно, вам понадобится многое.
Шарлотта усмехнулась.
— Замечательно. Меня уже считают беспомощной.
Она поставила открытку на полку и вернулась к чаю.
К шести часам дождь закончился.
Шарлотта решила, что неплохо было бы пройтись до магазина, пока не стемнело. Она надела тёплый свитер, пальто, взяла сумку и вышла на улицу.
В деревне пахло мокрыми листьями, дымом из каминов и свежим хлебом. На главной улице горели фонари, в окнах домов зажигался тёплый свет.
Шарлотта шла медленно, рассматривая витрины.
В булочной уже убирали подносы. У входа в аптеку стоял мужчина с золотистым ретривером. Напротив располагался небольшой книжный магазин с зелёной дверью и витриной, украшенной осенними ветками.
Над дверью висела вывеска:
THE BOOK NOOK
Под названием мелкими буквами было написано: Книги, кофе и хорошие разговоры.
Шарлотта задержалась у окна.
За стеклом виднелись полки с книгами, небольшой столик, две чашки на блюдцах и кресло с ярко-жёлтой подушкой. На витрине стояла табличка:
Осень — лучшее время, чтобы начать новую историю.
Шарлотта невольно улыбнулась.
Ей понравилась эта фраза.
Она уже собиралась идти дальше, когда дверь магазина открылась и на улицу вышла женщина с тёмными волосами, собранными в небрежный пучок.
— Вы новенькая, — сказала женщина.
Это прозвучало не как вопрос.
Шарлотта остановилась.
— Настолько заметно?
— Вы смотрите на витрину так, словно пытаетесь понять, продаём ли мы книги или билеты в другое измерение.
— А разве не продаёте?
Женщина рассмеялась.
— Иногда. Меня зовут Беатрис.
— Шарлотта.
— Я знаю. Маргарет сказала, что вы должны приехать сегодня.
Шарлотта приподняла брови.
— Кажется, здесь обо мне знают больше, чем я сама.
— Это обычное дело. В Брайарс-Энде новости передаются быстрее, чем почта. Особенно если в них есть что-то интересное.
— И приезд женщины из Лондона считается интересным?
— Разумеется. Особенно если эта женщина собирается жить в доме Маргарет. Она не менялась жильём с тех пор, как я открыла магазин. А это было… — Беатрис задумалась. — Достаточно давно, чтобы я уже не хотела вспоминать точную дату.
Шарлотта улыбнулась.
— Значит, я здесь историческое событие.
— Пока только местное. Но у вас есть все шансы.
Беатрис посмотрела на её сумку.
— Вы за продуктами?
— Да. Мне сказали, магазин работает до шести.
— Вы опоздали на пять минут.
Шарлотта огорчённо посмотрела на часы.
— Тогда я уже проиграла сельской жизни.
— Не переживайте. Я могу продать вам кофе. И, если хотите, подсказать, где купить продукты утром.
— Это было бы замечательно.
— Заходите. Только осторожно: у нас узкий проход, а я сегодня поставила новую корзину с книгами. Она уже дважды пыталась убить посетителей.
Шарлотта вошла в магазин.
Внутри было тепло и уютно. Пахло кофе, бумагой и корицей. У стены стояли высокие книжные шкафы, а за небольшой стойкой располагалась кофемашина.
Беатрис сняла с полки две чашки.
— Вы давно живёте в Лондоне?
— Почти всю взрослую жизнь.
— И что заставило вас приехать сюда?
Шарлотта задумалась.
Вопрос был простым, но ответ не помещался в одно предложение.
— Захотелось перемен.
Беатрис посмотрела на неё внимательнее.
— Понятно.
— Это всё?
— Я могла бы спросить, от чего именно вы бежите, но решила не портить наш первый разговор.
Шарлотта рассмеялась.
— Вы всегда такая прямолинейная?
— Только по вторникам. В остальные дни я гораздо хуже.
Беатрис поставила перед ней чашку кофе и тарелку с небольшим кусочком яблочного пирога.
— За счёт заведения, — сказала она. — Для новых жителей.
— Я не житель. Я временно.
— Все сначала временно.
Шарлотта посмотрела на пирог.
— Вы пытаетесь меня подкупить?
— Конечно. Но не пирогом. Пирогом я просто показываю, что у нас есть стандарты.
Они поговорили ещё несколько минут. Беатрис рассказала, где находится ближайшая автобусная остановка, в какие дни работает рынок и почему не стоит покупать овощи в маленьком магазине после обеда по субботам.
— А что случается с овощами по субботам? — спросила Шарлотта.
— Их разбирает Нора Уитли. Она считает, что картофель должен принадлежать тем, кто умеет его выбирать.
— И умеет?
— Безусловно. Но спорить с ней всё равно не советую.
Шарлотта допила кофе, поблагодарила Беатрис и вышла на улицу.
Уже у двери она услышала:
— И ещё одно!
Она обернулась.
— Да?
— Если вам понадобится что-нибудь для дома, загляните ко мне. Я знаю, у кого есть лестница, у кого запасные лампочки, а кто умеет чинить садовые ворота.
— Надеюсь, мне не понадобится всё перечисленное.
— В таком случае вы ещё не знакомы с нашим садом.
К коттеджу Шарлотта вернулась в сумерках.
В доме горел свет, который она оставила включённым, а на кухне всё ещё было тепло. Она поставила сумку на стол, сняла пальто и решила, что день закончился достаточно удачно.
Она нашла дом.
Познакомилась с соседями.
Выпила кофе.
Не попала под трактор.
Для первого дня вполне достойный результат.
Оставалось разобрать последнюю сумку, которую она так и не занесла из машины. В ней лежали ноутбук, зарядные устройства, несколько документов и папка с рабочими материалами.
Шарлотта посмотрела на папку.
Её начальник, Томас, прислал утром сообщение с просьбой проверить предложение по новому проекту. Она обещала посмотреть документы вечером.
Впрочем, обещала она это до того, как приехала сюда.
Она взяла телефон, открыла переписку и набрала:
Я посмотрю всё завтра. Сегодня решила не работать.
Несколько секунд смотрела на сообщение, словно ожидала, что кто-то остановит её.
Никто не остановил.
Шарлотта нажала «Отправить».
Затем выключила ноутбук, убрала его в шкаф и почувствовала неожиданное облегчение.
На кухне она приготовила себе простой ужин: тосты, сыр, яблоко и чай. Потом устроилась в гостиной, включила настольную лампу и достала из сумки книгу, которую купила ещё в Лондоне, но так и не открыла.
Снаружи шумел ветер.
В камине тихо потрескивали дрова — Маргарет, к счастью, оставила их заранее. Шарлотта укрыла ноги пледом и открыла первую страницу.
Она успела прочитать несколько абзацев, когда из коридора донёсся громкий металлический щелчок.
Шарлотта подняла голову.
Ещё один щелчок.
Затем протяжный скрип.
Она медленно отложила книгу.
— Нет.
В доме снова что-то щёлкнуло.
Шарлотта встала и вышла в коридор.
Радиатор у лестницы был совершенно холодным. Панель отопления мигала красным светом.
Она нажала кнопку.
На дисплее появилось сообщение:
SYSTEM ERROR.
Шарлотта закрыла глаза.
— Маргарет.
Она достала телефон и написала хозяйке.
Кажется, отопление решило взять выходной.
Ответ пришёл через минуту.
О, нет! Попробуйте выключить систему на пять минут, а затем включить снова. Старый котёл иногда капризничает.
Шарлотта посмотрела на котёл в шкафчике.
— Иногда капризничает, — повторила она. — Как мило.
Она выключила систему, подождала, включила снова.
Дисплей загорелся.
На несколько секунд всё выглядело обнадёживающе.
Потом появился новый код ошибки.
Шарлотта сфотографировала панель и отправила Маргарет.
Кажется, ему не понравилось моё вмешательство.
Маргарет прислала голосовое сообщение. Шарлотта включила его.
— Дорогая, не волнуйтесь. Завтра я попрошу Джеймса посмотреть котёл, если он будет свободен. Он наш местный врач, но, кажется, разбирается почти во всём, что ломается в радиусе пяти миль. В крайнем случае, у него есть номер хорошего мастера.
Шарлотта улыбнулась.
Местный врач, который чинит котлы.
Звучало как начало довольно странной истории.
Она уже собиралась ответить, когда телефон снова завибрировал.
Пока что возьмите плед из шкафа в гостиной. И не пытайтесь самостоятельно разбирать котёл. Я знаю, что вы из Лондона, но не настолько же.
Шарлотта рассмеялась.
— Спасибо за доверие, Маргарет.
Она вернулась в гостиную, достала второй плед и устроилась в кресле.
Отопление так и не заработало, зато камин продолжал греть комнату. Она решила, что этого достаточно на одну ночь.
Книга снова оказалась у неё в руках.
На этот раз Шарлотта прочитала почти двадцать страниц, прежде чем заметила, что больше не думает о Лондоне.
Ни о Томасе.
Ни о расставании, которое всё ещё иногда отзывалось неприятным ощущением под рёбрами.
Ни о том, как странно было возвращаться вечером в пустую квартиру и понимать, что никто не ждёт её дома.
Она смотрела на огонь, слушала ветер за окном и думала о том, что, возможно, три недели — это не так уж мало.
За это время можно многое успеть.
Можно выспаться.
Можно прочитать книги, которые месяцами лежат на тумбочке.
Можно научиться отличать сельские дороги от частных подъездов.
Можно даже разобраться с отоплением, если не трогать его слишком часто.
Шарлотта улыбнулась собственным мыслям.
На каминной полке стояли часы. Они тихо тикали, отсчитывая время, которое впервые за долгое время не требовало от неё ничего.
Она подняла чашку, сделала глоток уже остывшего чая и посмотрела на фотографию Маргарет в серебряной рамке.
— Ладно, — сказала она негромко. — Я попробую поладить с вашим домом.
Дом ответил очередным щелчком где-то в глубине коридора.
Шарлотта вздохнула.
— Но завтра мы поговорим об отоплении.
За окном ветер сорвал с яблони несколько последних листьев. Они пролетели мимо освещённого окна и исчезли в темноте.
Брайарс-Энд постепенно погружался в ночь.
А Шарлотта Миллер, женщина, которая привыкла планировать чужие праздники, но давно перестала строить собственные планы, впервые за долгое время никуда не торопилась.

