Читать книгу Затерянные в тайге / чувствах (Мила Мерит) онлайн бесплатно на Bookz (2-ая страница книги)
Затерянные в тайге / чувствах
Затерянные в тайге / чувствах
Оценить:

5

Полная версия:

Затерянные в тайге / чувствах

— Принесите счёт, пожалуйста, — произнесла с легким волнением. — И латте, — добавила, пытаясь вернуть себе хотя бы частицу спокойствия.

Официант, явно новенький, не скрывал удивления от нашей колоритной компании.

— Почему так долго? — нетерпеливо спросила мама, когда официант ушёл.

— На уроке задержали, — соврала, изо всех сил стараясь избежать ненужных вопросов.

На самом деле я выжидала, когда все знакомые разъедутся, чтобы никто не заметил, что направляюсь в эту кофейню за углом. Ни один из учеников сюда не заходил, предпочитая сверкающие чистотой кофейни с панорамными окнами через дорогу от лицея. Где предлагали экзотические заменители молока, о существовании которых в этой забегаловке даже не подозревали.

— Я звонила тебе со вчерашнего дня, где телефон? — спросила маму, не скрывая беспокойства.

— Потеряла, — ответила она с безразличием.

— Опять? — искренне удивилась.

Сложно сосчитать, сколько телефонов ей уже купила. В конце концов, я остановилась на самых дешевых моделях, умеющих только звонить.

— Ну что ты начинаешь? Да, опять, — с раздражением повторила она.

— Ладно, через неделю принесу новый, — смирилась, испытывая неподдельное усталость от этого разговора в тысячный раз.

Вскоре официант принес кофе и счет. Увидев внушительную цифру, я молча достала деньги из конверта и расплатилась, гадая, что можно было заказать в этой скромной кофейне на такую сумму. Наконец, сделала первый, долгожданный глоток; ни один заменитель не мог воссоздать вкус настоящего молока, пусть и качество зерен было так себя.

— Ты принесла деньги? — спросила мама, не в силах скрыть нетерпение.

— Принесла, — подтвердила, протягивая конверт.

Она жадно выхватила его и принялась засовывать в свою безразмерную сумку.

— Там десять тысяч, — уточнила я, продолжая наслаждаться вкусом латте.

— Этого мало, — возмутилась мама. — Я же говорила, что счёт за свет пятнадцать, иначе его отключат.

— У меня нет больше. И сейчас я заплатила три. Если бы ты была чуть экономней, то они бы были в этом конверте, — парировала я, чувствуя, как гнев медленно закипает внутри.

— Вся в отца, — бросила с презрением, словно это было самым страшным проклятием.

— Мама, у меня нет больше денег. Я не могу так часто снимать наличные, — развела руками в отчаянии.

— А как мне быть? — спросила с вызовом делая вид что вытирает уголки глаз от непролитых слёз.

Ну да, лить крокодильи слёзы ты умеешь.

— Для начала, может, устроиться на работу? — предложила я, не надеясь на положительный ответ.

— Меня не берут, — отрезала она.

— Меньше пей, — прошипела я, уже не в силах сдерживать раздражение.

— Ты же знаешь, что я уже не пью два месяца, — с вызовом напомнила она.

— Но и работу искать не собираешься.

Я постоянно предлагала вакансии, но она каждый раз находила нелепые отговорки, чтобы увильнуть от собеседований и не делать ровным счетом ничего. Она действительно не пила, и если бы это было иначе, я бы сразу это почувствовала. Стоило сделать глоток спиртного, и ее было уже невозможно остановить. В трезвости, одетая хоть и бедно, но аккуратно, мама всегда старалась держаться с достоинством. В противном случае с немытой головой и синяками на лице, которые оставляли её многочисленные мужчины. Это были две совершенно разные мамы, и этот болезненный контраст помнила с самого раннего детства.

— Да что ты прицепилась со своими нотациями? — огрызнулась она в ответ.

— А у меня есть выбор? Пока ты прохлаждаешься, я должна учиться в лицее и находить тебе деньги!

— Ох, ты бедненькая, вся такая расфуфыренная, со мной тут сидишь, стесняешься! А кто тебя рожал и растил, пока твоему отцу на тебя было плевать? — с надрывом крикнула она, пытаясь вызвать чувство вины.

— Ладно, хватит, — остановила ее, не желая привлекать внимание посетителей. — Я не для ссоры сюда пришла.

— Хм, сама начинаешь, — усмехнулась мама, и вдруг ее лицо неожиданно смягчилось. — Как твоя учёба?

— Учёба трудная, этот год выпускной, поэтому нам задают очень много, еще и к репетитору езжу, — поделилась я, пытаясь сменить тему, боясь разрыдаться.

— Учёба, учебой, но и отдыхать не забывай. Может, мальчика какого встретила? — хитро прищурилась она.

— Нет, мам.

— А этот… увивался тут один, высокий, черноволосый.

— Ты следила за мной?

— Просто пару раз видела, как вы из лицея под ручку выходили. Хороший мальчик, видно, из приличной семьи. Ты смотри, близко не подпускай, а то станешь, как я, — матерью-одиночкой.

Я закатила глаза. Снова старая песня. Неужели нельзя сменить пластинку?

— Мам, давай не будем об этом, ладно? Ты же знаешь, что я не хочу.

Она пожала плечами и замолкла, разглядывая покрашенные в красный цвет ногти.

— Знаешь что? — нарушила тишину, привлекая её внимание.

— Что, если вам с отцом встретиться?

— Зачем это? — удивилась она, вскинув брови.

— Ну, вы же не чужие люди когда-то были, может, при встрече вспыхнут старые чувства, кто знает.

Я вынашивала эту мысль давно. Мама, несмотря на все жизненные невзгоды и не самый здоровый образ жизни, оставалась красивой женщиной. Освежить цвет волос, пара визитов к косметологу, стильная одежда — и отец, возможно, вновь увидит в ней ту, в которую когда-то влюбился.

— Не думаю, что он захочет со мной видеться, — пробормотала, пожав плечами.

— Об этом не беспокойся, — заверила её. — Главное, ты не сорвись.

Мама задумалась, машинально теребя край конверта, словно перед ней стояла сложнейшая задача. Вероятно, она прикидывала, как растянуть эти деньги до следующей недели. Или, что ещё хуже, как спустить их ещё быстрее.

— Ладно, — наконец произнесла она. — Делай, что хочешь. Но я не питаю особых надежд.

В голосе звучало равнодушие, но я чувствовала, что в глубине души она тоже надеется на примирение с отцом. Или, по крайней мере, на какую-то материальную помощь с его стороны.

— Я всё устрою, — пообещала, стараясь придать голосу уверенности. — Всё будет хорошо.

Допила остывший кофе и встала. Пора возвращаться, водитель скоро подъедет.

— Мне пора, — произнесла я. — Увидимся на следующей неделе.

— Хорошо, — ответила она, быстро чмокнув меня в щёку.

Уже у двери обернулась и встретилась взглядом с новеньким парнем из параллельного класса, который в первый же день умудрился врезаться в меня. Он сидел прямо за спиной, и я даже не заметила его раньше. Что он делает в этой дыре? Сколько он слышал? Сделав вид, что не узнала его, вышла на улицу, поёжившись от порывистого ветра. Хотя на самом деле дрожала от страха, что все узнают мою тайну.

Глава 3. Фаддей

Сейчас…

Спать было холодно. Велина долго вертелась, но в конце концов прижалась, желая хоть чуть согреться. Я, конечно, не противился случаю тоже обнять её. Пробуждение пришло с первыми лучами солнца и трелью птиц. Солнце еще не согревало землю, но обещало жаркий день. По ощущениям, было около шести утра. Велина тихо посапывала, обнимая шпица. Я аккуратно высвободил руку из-под её головы, стараясь не разбудить. Тело сковывало утреннее возбуждение, и, не найдя лучшего решения, решил окунуться в озера. Скинув худи, накрыл им Велину, надеясь, что это хоть немного согреет, заменив моё тепло. Выйдя из укрытия, быстро разделся и, не дав времени на раздумья, шагнул в воду.

Ноги сковал холод, но именно этого я и добивался. Пройдя немного дальше, где вода наконец дошла до пояса, нырнул. Ощущение было непередаваемым: резкая боль от холода смешивалась с облегчением. Оставался под водой, пока не почувствовал, как жжет в легких. Вынырнув, жадно вдохнул свежий воздух, пропитанный ароматом хвои и утренней свежести. Озеро было тихим, покрытое дымкой. Тишина, нарушаемая лишь пением птиц, казалась почти осязаемой. Я поплыл к центру, наслаждаясь каждым движением, каждым глотком воздуха. Холод и возбуждение от близости отступили, уступая место бодрости и ясности мыслей.

Здесь, вдали от цивилизации, чувствовал себя как дома. Бескрайний дикий лес успокаивал. Огорчало лишь то, как я здесь оказался, и смерть невинного человека. А перепалка с Велиной лишь бередила раны и возвращала в прошлое. Она действительно изменилась за эти годы: стала естественнее, пепельный цвет волос сменила на натуральный, и, самое главное, отказалась от вульгарного макияжа. И этот образ невероятно ей подходил.

Почувствовав, что начинаю замерзать, я поплыл к берегу. Оставалось всего несколько метров, когда увидел Велину и шпица, выходящих из укрытия.

— Как ты можешь плавать рядом с трупом?! — с ужасом в голосе выкрикнула она.

— Он никому не мешает, чего нельзя сказать о тебе, — ответил, нащупав ногами дно.

— Это же жутко, — сказала она, поежившись.

Я пожал плечами и стал выбираться на берег. Вода доходила до пояса, а выходить голым при ней было неловко.

— Вообще, можно пить воду, если там труп? — спросила осознав, что вчерашний кипяток был именно из этого озера.

— Это проточное озеро, внизу довольно сильное течение, — ответил, вспоминая, как трудно было доплыть до багажа. — Можешь отвернуться, не хочу, чтобы ты влюбилась, обезумев от увиденной красоты.

Велина фыркнула и показала средний палец, но всё же отвернулась.

Я быстро выбрался на берег, чувствуя, как мурашки бегут по коже. Схватив с земли нижнее бельё и штаны, натянул, стараясь не смотреть в её сторону.

— Можешь поворачиваться, — буркнул я, застёгивая ширинку. Она медленно обернулась, всё ещё с гримасой отвращения на лице. — Не драматизируй. Тебе не идёт.

— Как ты можешь быть таким спокойным? Мы в жопе мира, рядом с трупом!

— Паника ничего не изменит.

— Что ты предлагаешь? — спросила она, вздернув носик.

— Ну, для начала обеспечить нас завтраком.

Я подошёл к рюкзаку и достал оттуда рыбные снасти, которые, конечно же, всегда носил с собой. Осталось лишь найти палку для удилища. Направился к ближайшим кустам, высматривая подходящую ветку. Велина продолжала стоять на месте, явно не зная, чем себя занять. Ровный, гибкий прут нашелся быстро. Вернувшись к месту, где оставил рюкзак, принялся мастерить удочку. Велина наблюдала, скрестив руки на груди.

— И что, думаешь, нам удастся что-то поймать? — скептически спросила она.

— Попытка не пытка, — ответил, насаживая на крючок червяка, найденного под камнем. — И было бы неплохо собрать хвороста. Пройдись рядом, может, получится найти что-нибудь посуши.

— Не указывай, — огрызнулась она, но всё же пошла в сторону деревьев.

Она невыносима.

Я закрыл глаза в надежде успокоиться, но удавалось это с трудом. Хотелось зашвырнуть удочку куда подальше и туда же послать эту невозможную девицу.

Сделав глубокий вдох закинул удочку и уселся на поваленное дерево, ожидая поклёвки. Тишина леса, нарушаемая лишь плеском воды и щебетом птиц, постепенно успокаивала нервы. Велина, с недовольным видом, собирала сухие ветки, складывая возле укрытия.

— Этого хватит? — спросила она, показывая на приличную кучу.

— Вполне. Держи удочку, а я пока разведу огонь, — сказал, передавая ей палку.

— Господи, сколько мошкары, — жаловалась она, отбиваясь пучком травы.

— Держи, — сказал я, протягивая пучок мяты, сорванный тут же на берегу. — Разотри между рук и намажь открытые участки. Должно помочь от мошкары, — добавил, отдав часть пучка, собранного для утреннего чая.

Пока Велина воевала с мошкарой, мне удалось разжечь огонь. Влажные ветки разгорались с неохотой, но, наконец, пламя занялось, а густой дым отогнал кровососущих насекомых. Велина, обильно намазанная мятой, с большей охотой стояла у берега с удочкой. Длинные волосы, собранные в хвост, струились по спине. Восходящее солнце светило прямо в лицо, и она щурила глаза, прикрывая рукой. Внезапно удочка в руках дрогнула.

— Клюёт! — завопила она, едва не выронив удочку.

Я вскочил на ноги, готовый прийти на помощь.

— Подсекай! — крикнул, наблюдая, как леска натягивается.

С неуверенностью Велина дернула удочку на себя, и рыба сильно забилась на другом конце. Спустя несколько минут из воды показался окунь, чуть больше ладони.

— Ого, это приличный экземпляр, — похвалил я, вытаскивая крючок из пасти. Велина с гордостью смотрела на улов.

Через пару минут снова случилась поклёвка, но после неё рыбы больше не было. Солнце уже начало печь, и ждать спустя пол часа было бессмысленно. Вся рыба ушла в тень. Две рыбки мало, но лучше, чем ничего.

Я быстро почистил рыбу. Тем временем Велина поставила воду нагреваться. Вскоре рыба варилась в котелке, издавая аппетитный аромат. Запах дыма смешивался с запахом рыбного бульона и мяты, создавая пьянящий аромат дикой природы.

Пока варилась уха, я достал из рюкзака соль, которая находилась в герметичной коробке. Велина с нескрываемым любопытством поглядывала на котелок. Как городская жительница, она привыкла к ресторанной пище, а здесь — свежая рыба из озера, сваренная на костре. Я улыбнулся, предвкушая реакцию. Запах действительно был восхитительным. Наконец, решив, что уха готова, я снял котелок с огня. Когда варево остыло, протянул Велине.

Она осторожно попробовала, прикрыв глаза от удовольствия.

— Это… восхитительно! — выдохнула она. Я усмехнулся, зная, что именно это и услышу.

— Дикая природа, Велина, дикая природа, — ответил, с улыбкой глядя на неё.

— Но привкус болота всё равно чувствуется, — скривилась она, передавая котелок.

Я попробовал уху сам. Хотя от болотного привкуса действительно не избавишься, но как говорится, на безрыбье и рак рыба. Да и голод — лучший повар. Я сделал пару глотков, чувствуя, как силы возвращаются. Велина не отказалась от добавки, уплетая почти всю рыбу и делясь маленькими кусочками со шпицем.

После завтрака, насытившись, Велина стала немного довольнее. Сидя у костра, наблюдала, как я добавляю лапник для лежанки и развешиваю еще влажные вещи на палящем солнце.

— И всё же, что мы будем делать с трупом? — спросила она, нарушая тишину. — Не думаю, что оставлять его там — хорошая идея.

— Я пытался его вытащить, но бесполезно.

Тратить драгоценные силы на бессмысленное мероприятие не имело смысла, особенно учитывая неопределенность нашего положения. В глубине души все еще теплил надежду услышать сегодня гул спасительного вертолета.

— Давай лучше прогуляемся по окрестностям, исследуем местность, — предложил я, протягивая руку.

Она демонстративно проигнорировала помощь и встала самостоятельно. Я хмыкнул, но промолчал, решив не начинать ссору вновь.

— Ты серьезно собираешься идти в этом? — я указал на её белоснежные изики.

— Ну, я могу пойти босиком… или в туфлях, — с наигранным отчаянием всплеснула она руками.

— Да уж, основательно ты подготовилась к вылазке на природу, — проворчал я, снимая с корявой еловой ветви свои походные кроссовки. Пусть и влажные, но это явно лучше.

— Я не планировала совершать променад по лесной чаще, — огрызнулась она.

— На, держи, — я протянул ей обувь.

— У тебя случайно нет грибка?

— Зараза к заразе не пристает, — буркнул я. — И вот, надень нормальные носки, заправь в них штаны. Чтобы клещи не добрались.

— Они хоть стиранные? — язвительно поинтересовалась она.

— Очень смешно, — закатил я глаза, стараясь сдержать раздражение. — Просто надень их, и хватит пререкаться. Иначе останешься здесь со своими изиками, а я пойду один.

Велина, с гримасой отвращения, приняла кроссовки. Они, конечно, оказались великоваты, но в данной ситуации приходилось довольствоваться малым. Сделав несколько неуверенных шагов, она поморщилась.

— Ну и как в этом ходить? Они жесткие, как колодки! — пожаловалась она.

— Привыкнешь, — отрезал я. — Пошли, и постарайся не отставать.

Мы двинулись вглубь леса, стараясь держаться у берега. Велина шла с трудом, постоянно спотыкаясь о корни и кочки, неся на руках шпица. Я старался не обращать внимания на её ворчание, сосредоточившись на местности и следя, чтобы не наткнуться на дикого зверя. Глубоко вдохнув, я заорал во всю глотку.

— Ты с ума сошёл? — спросила Велина с искренним недоумением.

— Отпугиваю медведей, — пояснил, не сбавляя шаг. — Они не любят шум. А ты лучше молчи, а то накличешь беду.

Велина не стала отвечать, пожалуй, мы уже начинаем учиться не подливать масла в огонь. Шли недолго, когда наткнулись на поляну кислицы[2].

— А вот и перекус, — сорвал несколько стебельков и зажмурился от кислого вкуса, наполнившего рот. Сам же внимательно осматривал окрестности, зная, что именно на таких укромных опушках часто можно повстречать косолапого хозяина леса.

Велина не торопилась приступить к трапезе, внимательно рассматривая находку.

— Это кислица, попробуй, — подтолкнул я её.

Она нерешительно пожевала листик, и лицо исказилось от кислой гримасы.

— Гадость какая, — выплюнула остатки. — И ты это называешь перекусом?

— Зато витамины, — пожал плечами. — Пошли дальше.

Мы углубились дальше и нашли огромную поляну земляники. Велина, увидев россыпь красных ягод, невольно ахнула. Положив на землю шпица и забыв про неудобные кроссовки, бросилась к поляне, и начала жадно собирать землянику в пригоршни. Я усмехнулся, наблюдая за преображением: городская барышня словно вновь обретала детскую непосредственность, увлеченно поедая ягоды прямо с куста. Тоже не оставшись в стороне стал собирать ягоды в котелок.

Оглядевшись, заметил на березе гриб чагу — отличный ингредиент для обеденного отвара. Срезав его ножом, положил находку в рюкзак.

— Ну всё, пошли, — сказал Велине. — Нужно запастись дровами на ночь и попытаться поймать рыбу.

Велина неохотно оторвалась от поляны. Видно было, что эта внезапная радость немного сгладила раздражение. Она кивнула, послушно последовав за мной. Нужно было поторопиться, чтобы обустроить лагерь и не замерзнуть ночью.


Тогда…

— Пойдём поговорим, — подошёл ко мне высокий парень, которого часто видел с Велиной.

— О чём? — спросил, с неохотой вступая в разговор с человеком, который выше на полторы головы.

— Разве не знаешь? — стал злиться он. Я знал, что в коридоре ничего не угрожает — не станет же он начинать конфликт при охране.

— Нет, не знаю, — покачал я головой.

— Ты рылся в шкафчике моей девушки, — усмехнулся он, тесня меня к стене.

— Что? Я даже не знаю, кто твоя девушка, — солгал, отталкивая его.

Я прекрасно знал, кто он и кто его девушка. Каждый раз, наблюдая за этой парочкой, имеющей привычку прижиматься друг к другу в укромных уголках, меня переполняло чувство ревности. Я мечтал оказаться на его месте, хоть и не хотел этого признавать.

— Не строй из себя идиота. Велина — моя девушка, и ты копался в её вещах. Зачем? Что там выискивал?

Что за бред несет? Я даже не знаю, где находится её шкафчик.

— Послушай, ты явно ошибаешься. Я не рылся ни в чьих шкафчиках. Может, перепутал меня с кем-то другим? В школе полно народу, знаешь ли.

— Она сама видела тебя, а я ей верю больше, чем таким отбросам, как ты, — продолжал он настаивать. — Что там искал? Хотел украсть её трусики?

— Фу, нет!

— Тебе не нравятся девушки? — он посмотрел с недоумением, снова тесня меня.

— Я люблю девушек, но не воровал нижнее белье, — ответил, стараясь сохранять спокойствие и не врезать этому напыщенному индюку. Драки мне были ни к чему, и до сегодняшнего дня получалось их избегать, выполняя обещание.

— Хм, — усмехнулся он. — Все хотят её, а ты говоришь, что не хочешь.

— Слушай, ты несешь какую-то чушь. Мне плевать на твою Велину и на то, что она там видела или не видела. Я не собираюсь участвовать в ваших разборках. Отвали, — огрызнулся я, пытаясь оттолкнуть его от себя.

— Пойдем спросим у неё, — сказал он, разворачиваясь и хватая меня за локоть.

— Никуда я с тобой не пойду, — стал сопротивляться я.

— Не трусь, ничего страшного не случится. Если она скажет, что ошиблась, я извинюсь. Договорились?

— Ладно, пошли. Где твоя Велина? — подумал я: избегать драк и трусить — это все-таки разные вещи.

Мы направились к женскому туалету, и он резко распахнул дверь. Внутри была только Велина, явно ожидавшая нас.

— Слушай… — не успел я закончить, как получил удар в спину.

Из-за неожиданности не удержался на ногах и упал на кафельный пол. Я был не готов к такому предательству. Следующий удар пришелся по почкам и животу, затем он поднял меня за грудки и ударил кулаком по лицу. Я сразу ощутил металлический привкус. Из носа потекла кровь, капая на белоснежную плитку.

Всё стало ясно: ему не нужна была правда — у него была одна цель, и он её достиг.

— Спасибо, Макс, — ласково поблагодарила Велина, подойдя и обняв за шею. — Ты мой герой, — с этими словами поцеловала его в губы.

— И это вся моя награда? — ухмыльнулся он, запуская руку под её юбку.

— Только не здесь, — она отстранилась, одергивая юбку. — Можешь идти, — бросила она парню.

— А как же ты?

— Я за тобой, — промурлыкала она.

Макс вышел, оставив меня лежать на полу, окровавленного и униженного. Велина посмотрела свысока, наклонившись, притянула за грудки.

— Держи язык за зубами, — в ярости прошипела она, отпуская и вытирая руки о юбку, как будто испачкалась от одного прикосновения.

Глава 4. Велина.

Сейчас…

— Подъем, Велина, твоя очередь, — сквозь пелену сна донесся голос Фаддея.

С трудом разлепив веки, попыталась осознать, где нахожусь.

— Уже пора? — сонно пробормотала, неохотно принимая сидячее положение.

— Время почти три ночи, я и так дал тебе поспать немного дольше, — ответил Фаддей, устраиваясь поудобнее на ложе из лапника. — Вода в котелке, умывайся и будь начеку. И не забудь подкинуть дров в костер, он должен гореть всю ночь.

Я поднялась, умылась ледяной водой — по телу пробежала дрожь, зато голова сразу прояснилась. Устроившись поудобнее, я заметила, как Фаддей мгновенно погрузился в сон — всего лишь положив голову на рюкзак, который служил подушкой, и накрывшись курткой, высохшей на солнце. Вот уже несколько минут он сопел.

Эта ночь действительно была гораздо комфортнее. Дождя не было, одежда высохла. Пока я ловила рыбу, Фаддей успел построить односкатный шалаш и уложить пол свежим лапником. Спать было мягко, а аромат хвои щекотал ноздри, успокаивая и умиротворяя. Я подкинула несколько веток в костер, и пламя весело заплясало, отбрасывая причудливые тени на полог шалаша. Лес жил своей жизнью, полной звуков и шепотов, которые я старалась различить. Каждый шорох, каждый треск казались предвестниками опасности.

Вечером удалось поймать еще три рыбины, и бульон получился наваристым и ароматным. Даже Леди перепала небольшая порция. А собранная днем земляника и чай из чаги завершили скромный ужин. Собака, между прочим, давно уже влилась в эту дикую жизнь и все чаще отлучалась на поиски пищи. Голод изменил её сущность — из холеной диванной собачки она превратилась в хищника. Сейчас она мирно дремала у ног, положив морду на мою сумку. Louis Vuitton безупречно выдержал все испытания и оберегал тайну. Я несколько минут смотрела на неё, чувствуя, как непрошенные слёзы собираются в уголках глаз. Мне еще нужно пережить всё это и восстановить то, что было сломано.

Вздохнув, я опять поймала себя на том, что ищу кончиком пальца кольцо от Cartier, подаренное дорогим человеком на окончание школы. След от постоянного ношения еще оставался на пальце. Сколько воды утекло с тех пор, сколько горьких слов сказано…

Нужно прекратить.

Кольца больше нет, а прощения еще нужно заслужить. Потерла переносицу, отгоняя навязчивые воспоминания. Сейчас главное — выжить, а с остальным разберусь как-нибудь потом.

bannerbanner