Медвежий капкан

Эти новенькие часто видят во мне чудовище,тирана, алчного торговца, продающего их юные тела на аукционе, превращающего ихв наживу или средство достижения собственных грязных целей. Они смотрятисподлобья, прожигая меня взглядом, полным страха и ненависти. Я ощущаю этотлипкий, разъедающий холодок даже тогда, когда они молчат в кромешной темноте.Их неопытные глаза не видят всей картины, не понимают, что здесь, в этомпроклятом месте, я - их единственный щит, их единственная защита от внешнегомира, где царствуют голод, нищета и смерть.

Я понимаю этот ужас, застывший в их сердцах.Когда-то я сам был таким же - сломленным, растерянным, потерявшим всё. Я тожесмотрел на тех, кто стоял надо мной, с ненавистью и отчаянием, не понимая, чтоони делают это ради меня, ради нашего выживания. Но мир жесток: или тыприспосабливаешься, или погибаешь. Я выбрал первое, и теперь обязан вести этихдевочек по тернистому пути, даже если они проклинают меня за это.

Я не жду благодарности, не ищу признания. Моянаграда - видеть их живыми, видеть, как они растут, учатся и становятсясильнее. Видеть, как в их глазах загорается искра надежды, как они начинаютверить в себя. Этого достаточно.

Пусть думают обо мне, что хотят. Пустьпроклинают, считают чудовищем. Я знаю, что делаю. Я знаю, зачем я здесь. И покая жив, я буду защищать их, даже от самих себя. Потому что, в конечном счёте, мывсе - одна семья, и только вместе мы сможем выстоять в этом безжалостном мире.

- Следующий лот - Бонита. Юная,свежая, готовая ублажить любого. Кто предложит больше?

Бедные покупатели из мужского поселения готовыбыли разорвать друг друга, лишь бы заполучить её. Мне их всех жаль. Новенькиеникогда не станут их рабынями. У каждой своя роль в моём клане.

Ещё во время полёта в Мехико я изучил их дела.Виновны, не спорю, но их наказание слишком жестокое. Кроме Лотт, конечно. Оназаслужила пожизненное. Но уж точно не рабство у преступников из мужскогопоселения после этого чёртового аукциона.

- Последняя новенькая - Шарлотта…

- Не беспокойтесь, матушка Бернарда!Я сама представлюсь Альфе. Мы уже знакомы, - прошептала Лотт с лукавой улыбкой.

Старуха, исчерченная морщинами, лишь усталовздохнула. Она давно привыкла к выходкам таких девиц, прилетевших из самогосердца цивилизации, из мира огней и машин, так непохожего на нашу тихуюобитель.

Клан Гризли был местом уединения иразмышлений, затерянным в горах, вдали от мирской суеты. Сюда попадали женщины,ищущие покоя, исцеления души или просто желающие разобраться в себе на времяссылки.

Шарлотта не подходила ни под одно из этихопределений. Она была словно яркая бабочка, случайно залетевшая в пыльнуюбиблиотеку, полная энергии и внутреннего огня, который вот-вот вырвется наружу.

Матушка Бернарда тревожилась за неё. Я -Альфа, глава берсерков, не любил чужаков. Я был суров и справедлив, но в моихглазах всегда читалась неприязнь к тем, кто не принадлежал к моему миру. Идея отом, что такая хрупкая девушка предстанет передо мной, казалась безумием.

Но Лотт была непреклонна. Она знала, что ейнужно встретиться со мной, что-то сказать, о чём-то попросить. И она небоялась. Вопреки предостережениям матушки Бернарды, в её глазах горел огоньрешимости, который мог бы осветить даже самые тёмные уголки нашего клана.

Обойдя меня сзади, она медленно сняла с меняшёлковый халат, обнажая моё тело перед новыми осужденными.

- Мой Альфа. Мой господин. Позвольтесвоей рабыне расслабить вас после тяжёлого дня.

Её дыхание коснулось моей шеи, когда онапрошептала эти слова. Я закрыл глаза, позволяя её прикосновениям обжигать моюкожу. Лёгкие поцелуи осыпали мои плечи, спускаясь к лопаткам. Я почувствовал,как её пальцы скользят по моему животу, вызывая волну мурашек.

В зале повисла тишина. Новые осужденныезатаили дыхание, наблюдая за происходящим. Я знал, что они видят во мне нетолько Альфу, но и свою надежду, свой шанс на выживание в этом жестоком мире. Ив этот момент я должен был показать им свою силу, свою власть.

Я повернулся к ней лицом, взяв её ладони всвои. Её глаза, полные преданности и желания, смотрели на меня. Я притянул еёближе, чувствуя тепло её тела.

- Ты знаешь, чего я хочу, - прошепталя ей на ухо. - Ты знаешь, как доставить мне удовольствие. Покажи им, на чтоспособна моя рабыня.

Она улыбнулась, и в её глазах вспыхнул огонь.Она отпустила мои руки и опустилась на пол, её губы коснулись моего бедра. Залнаполнился тихими вздохами и стонами. В этот момент я был Альфой, господином,хозяином всего этого мира. И я наслаждался своей властью.

- Господин, простите свою рабыню. Мненехорошо, - Лотт не успела договорить, как упала на пол без чувств.

- Бернарда! Срочно врача!

Глава 4

Шарлотта

- О, ты очнулась. Прекрасно. Раз ужвы здесь, в покоях Альфы, позвольте сообщить вам радостную весть, - проскрипелголос, словно ржавый ключ в замке. - Альфа удостоил вас чести принять в своёмдоме. Шарлотта отныне - его личный батлер, Эстелла - горничная, а Бонита -кухарка. Благодарите Альфу за эту невиданную милость! И немедленно приступайтек своим обязанностям.

- Девчонки, здорово! Нас не купили нааукционе! - Эстелла, окрылённая внезапной радостью, запрыгала, словно юнаялань, и закричала, не в силах сдержать ликование.

- Дуры! Да вас троих выкупили нааукционе, - рявкнула матушка Бернарда, словно окатила нас ледяным душем. -Теперь вы рабыни, на долгих три года. Каждую неделю, с субботы по воскресенье,каждая из вас будет ублажать мужской блок из двадцати…мужчин. А в остальноевремя - трудиться в доме Альфы. Но вам ещё повезло, девчонки. Эстелла на тригода принадлежит блоку «Финансистов», Бонита - «Политическим». А вот тебе,Шарлотта, не позавидуешь. Ты в рабстве у «Наёмников». Мне тебя искренне жаль.

Я стояла, словно громом пораженная, опустивголову. Руки дрожали мелкой дрожью, а внутри всё сжалось от леденящего страха ибезысходности. «Наёмники» - одно это слово заставляло кровь стыть в жилах. Яслышала леденящие душу истории об их жестокости, о том, как они обращаются срабынями. Земля уходила из-под ног, поглощая меня в бездонную пропастьотчаяния.

Эстелла и Бонита, хоть и понимали, что ихучасть незавидна, не могли скрыть облегчения. Они знали, что их блоки, хоть итребовательны, но не идут ни в какое сравнение с теми, кому теперь япринадлежу.

Сам Альфа, стоявший в стороне, наблюдал занашей реакцией с непроницаемым выражением лица. Он прекрасно понимал, что словаматушки Бернарды обрушились на нас, как удар молота, но это его нисколько нетрогало. Он видел в нас лишь инструменты, безмолвные механизмы, призванныеисполнять его волю.

- Радуйтесь, что я вообще взял вас ксебе, - произнёс он, и в его голосе не было ни капли сочувствия, лишь холодная,безжалостная сталь. - Вам повезло больше, чем другим. А теперь убирайтесь иприступайте к работе. У меня нет времени на ваши слёзы.

Эстелла первой двинулась к двери, стараясь несмотреть на меня. Она понимала, что не в силах ничего изменить, и лучшенаправить свои силы на то, чтобы выжить в этом новом, жестоком мире. Бонита шласледом, её лицо окаменело, но в глазах читалась упрямая решимость. Я осталасьпоследней, словно прикованная к полу. Слёзы жгли глаза, но я знала, что плакатьбесполезно. Глубоко вдохнув, я шагнула вперёд, навстречу своей новой жизни -жизни рабыни.

- Стой, Шарлотта! Оставайся в покояхАльфы. Сейчас придёт массажистка, и ты должна запомнить каждое её движение,каждое прикосновение. Когда Альфа вновь захочет расслабиться, ты должна будешьублажить его. Запомни! Ты его батлер и круглосуточно будешь находиться рядом сним. Ты меня поняла?

Я задумалась над словами старухи. Оставаться впокоях Альфы - это не только привилегия, но и тяжкое бремя ответственности. Японимала, что всё, что произойдёт в эти минуты, должно отпечататься в моейпамяти, словно священный код к удовлетворению желаний Альфы.

Моё внимание приковала массажистка, вошедшая вкомнату с тихой грацией пантеры, готовящейся к прыжку.

Первая часть ритуала началась с ритмичныхкасаний: нежные, но сильные руки женщины принялись разминать напряжённые мышцыАльфы, и я внимательно следила за тем, как его тело отзывается на каждоеприкосновение.

Я словно записывала в своём сознании каждуютехнику, каждый штрих, как будто это были священные письмена. От глубокихпоглаживаний до расслабляющих круговых движений - всё имело значение, ничто неускользало от моего внимания.

Я заметила, что массажистка использует особыемасла, наполняя комнату тонким ароматом лаванды, который, казалось, умиротворялАльфу. Запомнила, как она создаёт атмосферу - приглушенная музыка, мягкий,рассеянный свет. Все эти детали рождали целостную картину, которую я должнабыла воспроизвести в следующий раз, когда Альфе понадобится отдых.

Каждый её взгляд, малейшее изменение давлениярук были важны. Я чувствовала, как во мне растёт уверенность, что я смогу статьидеальным батлером.

Я не просто наблюдала, я впитывала информацию,готовясь к тому моменту, когда Альфа снова потребует моих услуг. Быть хорошейслугой - значит не только исполнять приказы, но и предвосхищать желаниягосподина.

Время пролетело незаметно, и вскоремассажистка завершила свою работу, оставив Альфу полностью расслабленным. Ядала себе клятву, что каждый раз, когда он будет нуждаться в поддержке, я постараюсьсоздать ту атмосферу покоя и наслаждения, которая станет для негонеобходимостью, как и моё присутствие рядом.

В доме Альфы нас ждали строжайшие правила инескончаемая работа. Каждый шаг, каждое движение должны были быть отточены досовершенства. Но я знала, что моё истинное испытание начнётся в субботу, когдая впервые предстану перед своими новыми хозяевами. Я закрыла глаза, пытаясьсобраться с силами. Три года покажутся вечностью.

- Пусть матушка Бернарда подготовитдевушек и приведёт их ко мне. Эту ночь они проведут в моей постели, а завтра сутра отправятся к своим хозяевам. Чего застыла, как истукан? Выполняй!

Я вздрогнула от резкого голоса и поспешнопоклонилась, выбегая из комнаты. Сердце колотилось в груди, как пойманнаяптица. "В его постели…" - эхом отдавалось в голове. Эта мысльзаставляла кровь стынуть в жилах. Матушка Бернарда встретила меня хмурымвзглядом, словно предчувствовала дурные вести.

- Господин желает видеть девушек, -выдавила я из себя, стараясь не смотреть ей в глаза.

Матушка Бернарда ничего не ответила, лишькивнула и повела меня за собой в комнату прислуги. Там царила зловещая тишина,нарушаемая лишь тихим шёпотом девичьих молитв. Она окинула их цепким взглядом,выискивая тех, кто должен был предстать перед Альфой. Её выбор пал на двухновеньких. Я знала, что их ждёт, и от этой мысли становилось дурно.

Когда мы подвели девушек к Альфе, они дрожалиот страха. Я видела в их широко распахнутых глазах отражение собственнойбеспомощности. Альфа окинул их оценивающим взглядом, словно выбирал товар нарынке рабов. Затем, с кривой усмешкой, указал на одну из девушек, с длиннымисветлыми волосами. Это была Эстелла.

- Ты останешься со мной, - произнёсон хриплым голосом, полным похоти. - Остальные могут идти.

Мы поспешно скрылись из покоев, а та, чтоосталась, застыла на месте, словно парализованная. Я знала, что сейчас её жизньизменится навсегда. И я ничем не могла ей помочь.

- А ты куда это собралась? -оглушительный голос старухи заставил меня подпрыгнуть на месте. - Батлер должнанеотступно находиться рядом с Альфой. Марш в покои и жди его указаний. Не смейоткрывать рот без позволения. Стой тихо, как статуя. И смотри ему в глаза. Этоего приказ. Выполняй!

Сердце бешено колотилось в груди, но я непосмела ослушаться. Старуха, которую все называли Матушкой, была правой рукойАльфы, и её гнев был страшнее самой смерти. Я медленно развернулась и поплеласьобратно к покоям.

За дверью царила зловещая тишина. Я неслышновошла и увидела Эстеллу. Она сидела на краю кресла, опустив голову. Её светлыеволосы закрывали лицо, скрывая эмоции. Альфы нигде не было. Я встала у стены,как и было велено, и замерла в ожидании, стараясь не издавать ни звука.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чемдверь распахнулась и вошёл Альфа. Он был огромен, словно высечен из камня, истрашен. Его глаза горели хищным огнём. Эстелла вздрогнула и подняла на негоиспуганный взгляд. Альфа ухмыльнулся и медленно приблизился к ней.

Я старалась не смотреть, но не могла оторватьглаз. Я чувствовала себя беспомощной свидетельницей чудовищной трагедии,разворачивающейся прямо у меня на глазах. Я знала, что сейчас произойдет что-тоужасное, и я была бессильна это предотвратить.

- Подойди ко мне, - прорычал Альфа.

Эстелла медленно поднялась и сделала несколькошагов в его сторону. Её руки дрожали, а на глазах блестели крупные слёзы. Язажмурилась, не в силах больше выдерживать это зрелище. Я молилась, чтобы всёэто поскорее закончилось.

Глава 5

Мигель

- Ты останешься. Остальные свободны.

Все, словно по команде, покинули мои покои,оставив меня наедине с Эстеллой. Хрупкая фигурка дрожала, как осенний лист,сорвавшийся с ветки. В огромных, испуганных глазах плескалась мольба,приправленная ужасом. Жестом указал на кресло напротив стола.

- Присядь, Эстелла. Не бойся. Я непричиню тебе вреда, если будешь честна.

Она опустилась на краешек кресла, словноожидая удара. Тонкие пальцы судорожно вцепились в ткань платья. Я внимательнонаблюдал за ней, пытаясь разгадать хаос, бушующий в её душе.

Одна из лучших учениц Академии, умна,талантлива, казалось, ничто не могло её сломить. Но сейчас передо мной сиделалишь затравленный зверёк.

- Я знаю, что ты видела, - начал я,стараясь говорить мягко, но твёрдо. - Видела то, что не должна была. И знаю,что молчишь из страха.

Эстелла вздрогнула и опустила взгляд.

- Я… Я ничего не видела, господин, -прошептала она еле слышно.

- Не лги мне, Эстелла. Я знаю правду.И чем скорее ты расскажешь мне всё, тем будет лучше для тебя.

Я наклонился вперёд, всматриваясь веё лицо.

- Поверь мне, я могу защитить тебя.Но только если ты будешь откровенна. Ты знаешь настоящего убийцу твоегопродюсера? Это так? Он угрожал тебе, и ты взяла его вину на себя. Кто он?

- Я… Я убила…

- Хватит, Эстелла. У тебя есть выбор:или ты рассказываешь мне всё об убийце и остаёшься в моём доме до концаразбирательства, или на три года станешь рабыней для двадцати мужчин. Поверь,они вывернут наизнанку каждую частичку твоей девичьей души так, что ты вряд лидоживёшь до освобождения. Скорее покончишь с собой на следующий день послепервой ночи с ними. Я ухожу, а когда вернусь, ты озвучишь своё решение.

Я отпрянул от неё, давая ей пространство дляразмышлений. В покоях повисла давящая тишина, нарушаемая лишь мерным тиканьемчасов из коридора. Эстелла продолжала смотреть в пол, словно пытаясь прочитатьответ в причудливом узоре ковра. Жестокость моих слов была обдуманной. Это былединственный способ пробиться сквозь броню её страха.

Я оставил её наедине со своими мыслями. Ейнужно было время, чтобы взвесить все «за» и «против». Вышел из покоев, оставивдверь приоткрытой. Знал, что она наблюдает за мной, и мне было важно, чтобы онавидела, что я даю ей шанс. Шанс на спасение. Шанс на правду.

Прошли долгие минуты, казавшиеся вечностью.Наконец, я услышал тихий всхлип. Вернулся в покои. Эстелла вздрогнула и поднялана меня заплаканные глаза. В них больше не было страха, лишь беспросветноеотчаяние.

- Подойди ко мне.

Эстелла медленно поднялась и сделала несколькошагов в мою сторону. Её руки дрожали, а в глазах стояли слёзы.

- Хорошо, - прошептала она. - Ярасскажу вам всё. Но прошу вас, защитите меня.

- Батлер! Позови начальника охраны иадвоката. Лотт! Ты чего застыла, как каменная? Немедленно выполняй мой приказ!

Я подошёл к Эстелле и взял её дрожащие руки всвои. В них я почувствовал хрупкость и беззащитность, которые ранее скрывалисьпод маской высокомерия и надменности.

- Я обещаю, ты будешь в безопасности,- сказал я твёрдо. - Расскажи мне, и я сделаю всё возможное, чтобы тебязащитить.

Вскоре в покои вошли начальник охраны, адвокати Лотт. Жестом указал Эстелле на кресло.

- Расскажи им всё, что знаешь, -сказал я ей. - Ничего не утаивай.

Эстелла начала говорить, запинаясь и дрожавсем телом. Она рассказала о тёмных делах продюсера, в которых он был замешан,за которые его убил собственный же брат. С каждым словом её голос становилсявсё тише, а глаза наполнялись слезами.

Начальник охраны и адвокат внимательнослушали, не перебивая. Лотт стояла неподвижно, как статуя, но я видел, как еёруки дрожали. Когда Эстелла закончила свой рассказ, в покоях воцарилась тишина.

- Теперь мы знаем правду, - сказал я.- И должны действовать.

Я посмотрел на начальника охраны.

- Обеспечьте Эстелле полнуюбезопасность. Адвокат, подготовьте все необходимые документы для её защиты.Лотт, останься здесь. У меня есть к тебе разговор.

Начальник охраны кивнул и жестом подозвалдвоих охранников, которые тут же встали по обе стороны от Эстеллы. Адвокат,казалось, уже мысленно составлял план действий, его взгляд был сосредоточен иполон решимости. Эстелла, казалось, немного успокоилась, ощущая поддержку изащиту.

Когда они ушли, я повернулся к Лотт. В еёглазах читалась растерянность и страх. Она всё ещё стояла неподвижно, словнобоясь пошевелиться.

- Лотт, я знаю, что тебе сейчаснелегко. Ты была близка с продюсером, я понимаю. Но правда должна выйти наружу.

Я подошёл ближе и посмотрел ей прямов глаза.

- Я знаю, что у тебя есть информация.Ты видела или слышала что-то, что может помочь нам. Не бойся, Лотт. Теперь ты вбезопасности. Скажи мне всё, что знаешь. Это поможет нам привлечь виновных кответственности и защитить Эстеллу. И это поможет тебе освободиться от этогокошмара, в который тебя затянул именно он. Ты находишься здесь только по еговине. Я знаю, что с тобой произошло в клубе «Осо Негро». И знаю, что произошлопотом…

- Может, хватит на меня давить! Да, ябыла его любовницей, но какое он имеет отношение к изнасилованию в клубе?! Моюневинность отняли берсерки в зверином обличии, а не вампир! И всё, чтопроисходило в моей жизни, никак с ним не связано. Понятно?! Если допросокончен, то я пойду в свою комнату…

- Нет! Ты остаёшься в моих покоях! Доутра будешь меня ублажать! А завтра утром матушка Бернарда отведёт тебя к твоимхозяевам. Прими душ и ложись в постель. Чего застыла? Я жду…

Глава 6

Шарлотта

- Лотт, я понимаю, как тебе тяжело.Ты оплакиваешь утрату, ведь убитый был тебе близок. Но истина жаждет вырватьсянаружу.

Альфа приблизился, его взгляд пронзилменя насквозь.

- Я знаю, что ты владеешьинформацией. Ты видела или слышала то, что может стать нитью, ведущей кразгадке. Не бойся, Лотт. Здесь ты под моей защитой. Поделись всем, что знаешь.Это поможет нам призвать виновных к ответу и оградить Эстеллу от преследованийприспешников убийцы. И самое главное, освободит тебя от кошмара, в который тебявтянул этот человек. Ты оказалась здесь по его вине. Мне известно о событиях в«Осо Негро». И о том, что последовало за ними…

- Хватит давить! Да, я былалюбовницей покойного, но какое он имеет отношение к тому, что произошло вклубе? Мою невинность растоптали берсерки в зверином обличье, а не вампир,которым был мой любовник! Всё, что случилось в моей жизни, не связано с ним!Понятно? Если допрос окончен, я хочу вернуться в свою комнату…

- Нет! Ты останешься в моих покоях!До рассвета ты будешь ублажать меня! А наутро матушка Бернарда вернёт тебятвоим хозяевам, купившим тебя на аукционе. Ты - собственность Клана, одна из«Наёмниц» мужского блока, заключённая. Прими душ и ложись в постель. Чегозастыла? Я жду…

Дрожащими ногами я поплелась в ванную. Не отстраха перед предстоящей ночью с Альфой, а от хлынувших воспоминаний о роковойвстрече в доме убитого и знакомстве с Франко, его братом. Именно он сталпричиной моего пожизненного заточения в этом исправительном учреждении КланаГризли.

Вода обжигала кожу, словно стремясь смыть нетолько грязь, но и въевшуюся боль и воспоминания. Слова Альфы звучали какприговор, напоминая о моём бесправном положении. Я - вещь, купленная ипроданная, запертая в клетке чужих желаний. И Франко… Его тень преследоваламеня даже здесь, вдали от него и злополучного клуба. Он стал отправной точкоймоего падения, началом кошмара, из которого не было выхода.

Каждое прикосновение к телу отзывалось эхомтой ночи в «Осо Негро». Берсерки. Звери в человеческом обличии. И Франко,явившийся в моей жизни спустя пару месяцев после выписки из клиники, словноспаситель, а оказавшийся палачом. Он обещал защиту, а подарил лишь цепь,сковавшую меня с Кланом Гризли.

Вытеревшись полотенцем, я надела тонкуюшёлковую ночную рубашку, оставленную для меня на кровати. Она казаласьнасмешкой, символом роскоши, которая мне больше никогда не принадлежала.

В комнате меня ждал Альфа, сидящий на краюкровати. Его взгляд прожигал насквозь, заставляя чувствовать себя обнажённой нетолько физически, но и морально.

Альфа. Сама мысль о нём вызывала дрожь. Не отстраха, а от отвращения. Разве можно думать о любви с тем, кто распоряжаетсямоей жизнью, как вещью? Кто видит во мне лишь средство для удовлетворения своихпохотей? И всё же, я понимала, что должна подчиниться. Иначе завтрашний деньбудет ещё хуже.

Я медленно подошла, стараясь не смотреть ему вглаза. Легла рядом, ожидая прикосновений, которые вызовут лишь тошноту.

Он приблизился, и я замерла. Новместо этого прошептал:

- Расскажи мне о Франко, - голос егобыл тих, но в нём чувствовалась сила Альфы, которая заставляла подчинитьсяприказу на подсознательном уровне.

Я зажмурилась, пытаясь отогнать воспоминания.Но они нахлынули новой волной, обжигая сознание. Я начала говорить, запинаясь иглотая слёзы. О том, как познакомилась с Франко, о его обещаниях и лжи, о том,как он заманил меня в ловушку, из которой не было выхода.

Говорила, пока не почувствовала, что больше немогу. Альфа молча слушал, не перебивая. Когда я закончила, он обнял меня, прижавк себе. Впервые за долгое время я почувствовала себя в безопасности, забыв овсепоглощающей изнутри меня мести к берсеркам.

Оглушающий стук в дверь покоев Альфы заставилменя очнуться от морока сладострастия и высвободиться из его плена.

Альфа нахмурился, его взгляд, только чтосмягчённый нежностью, вновь стал жёстким и настороженным. Он отстранился отменя, но не отпустил мою руку, словно боялся, что я исчезну, как призрак.

- Войдите, - властно произнёс он, идверь немедленно распахнулась, впуская запыхавшегося охранника.

- Альфа, на границе замечены чужаки.Много, - выпалил охранник, с трудом переводя дыхание. - Они несут знаки КланаСеверного Ветра. Ещё, Альфа! В мужском блоке «Наёмников» назревает бунт.

Альфа резко отпустил мою руку истремительно поднялся.

- Клан Северного Ветра! Наши давниевраги, чьи набеги всегда были жестокими и кровопролитными.

Его лицо окаменело, и я увидела в нёмлишь воина, готового к битве.

- Соберите войско. Подготовьтезащиту. Я иду, - приказал он, не отводя взгляда от охранника. Затем онповернулся ко мне, и в его глазах мелькнула тень сожаления.

- Прости, мне нужно идти. Будь здесь.Здесь безопасно.

Он быстро поцеловал меня в лоб и выбежал изпокоев, оставив меня в тишине, прерванной лишь отдалёнными звуками тревоги.

Ночь тянулась бесконечно. Каждое воспоминаниео прикосновениях, каждое слово Альфы, словно раскалённый уголь, обжигало моюдушу и путало мысли.

- Мигель! Кто ты? Мой палач? Илиспаситель, посланник Богов?

Я старалась не думать ни о чём, кромепредстоящей встречи с матушкой Бернардой. Только она могла помочь мне выжить вэтом аду. Только она знала, как сохранить остатки человечности в мире, гдеправят звери.

Глава 7

Шарлотта

- Доброе утро, мой батлер! Лотт!Просыпайся, сонная принцесса! Твой Альфа проголодался, как дикий зверь. Накормименя, или я тебя съем…

Сквозь дрёму, словно сквозь дымку, пробивалсяслабый луч рассветного солнца. Голос Альфы, хриплый и требовательный, словноудар грома, обрушился на моё сознание. Тихо застонав, попыталась отмахнуться отназойливой реальности, закутавшись поглубже в прохладные шелка одеяла.

- Ещё пять минут, - пробормотала я вподушку, надеясь ускользнуть обратно в мир грёз.

Но Альфа был неумолим, как сама судьба. Егошаги, тяжёлые и уверенные, приближались, отсчитывая секунды моего неминуемогопробуждения. Сопротивление бесполезно. Этот мужчина не оставит меня в покое,пока не получит желаемое. Вздохнув, я смирилась с неизбежным. Придётся вставатьи исполнять свой долг.

Неохотно поднявшись с постели, поправиларастрепавшиеся волосы. Альфа уже стоял у кровати, и его тёмный силуэт казалсяогромным, властным. Он смотрел на меня с нетерпением, и в глубине его глазплясали голодные искорки. Лёгкая дрожь, смешанная с волнением, пробежала помоему телу. Я знала, чего он хочет, и понимала, что обязана утолить его жажду.