Медвежий капкан

Mi Go

Медвежий капкан

Пролог

Долгожданный видеозвонок бесцеремонно оборвалпроцесс облачения в платье, словно вырвал меня из плена ткани и зеркал. Ялучезарно улыбнулась, услышав родной отцовский голос:

- Доброе утро, моя маленькаязвёздочка! Поздравляю с восемнадцатилетием, моё сердце. Пусть твоя жизнь будетфейерверком, полным ярких красок и головокружительных взлётов. Пусть удачастанет твоей верной спутницей, и ты достигнешь всего, о чём мечтаешь.

- С Днём рождения, сестрёнка! -раздался громогласный крик Альпа за спиной родителей, полный неудержимоговосторга. - Мы тебя обожаем!

- Спасибо, мои дорогие! И я васпоздравляю с совершеннолетием, любимые братишки и сестрёнка. Как же я по всемвам соскучилась! Пап, в Мехико скоро полночь. Вы совсем забыли о разнице вовремени. Бесконечно рада вас видеть. Ещё раз благодарю! Отпразднуйте какследует за наследников Ирана. Я отключаюсь. Мне пора…

Но мама, словно хищница, не дала мнедоговорить:

- Шарлотта, куда ты собралась в стольпоздний час, да ещё и в таком вызывающем наряде? Немедленно оставайся в своейкомнате! И не смей покидать пределы Академии! Мы уже выезжаем и скоро будем утебя. Ты меня поняла? - её властный тон, пропитанный силой Альфы, не оставлялместа для возражений.

Я ни секунды не сомневалась, что не пройдёт иполучаса, как вся моя шумная семейка ворвётся в тесное пространство моейкомнаты, и всё благодаря магическим способностям маминого мужа. Для Элри,четвёртого мужа мамы, это сущий пустяк. Ведь он - Верховный маг.

Внезапное появление младших братьев Вульф,моих так называемых "Истинных" для всех родичей, несколько разрядилонапряженную атмосферу:

- Милая, ты чего так долго копаешься?В клубе все уже в нетерпении, - Руд подлетел ко мне, словно на крыльях. Услышавпритворный кашель мамы из экрана плазмы на стене, он замер в сантиметре от моихгуб, готовый к поцелую. - О, Ваше Величество, какая честь! Вы как всегдаобворожительны. С Вашего позволения, мы похитим принцессу. Хотим преподнести ейподарок на День рождения. Можете быть спокойны…

- Рудольф! Ты и Вольфганг отвечаетеза Шарлотту головой! Завтра у нас будет серьёзный разговор, доченька. А сейчасможешь идти с ними. Но если я не услышу твой голос завтра утром, пеняй на себя.Твоей учёбе в Военно-воздушной академии Мексики придёт конец. Я лично переведутебя в Тегеран. Ты меня услышала?

- Королева! Я лично прослежу, чтобыШарлотта связалась с Вами, как только проснётся. Простите, но если мызадержимся, подарок превратится в тыкву, как в сказке о Золушке, - Вольфговорил убедительно, и мама, сдавшись, сбросила вызов.

Я намеренно выбрала это учебное заведение,чтобы оказаться подальше от родительского надзора и дворцовой суеты. Возвращениев Иран не входило в мои планы на ближайшие пять лет.

Так или иначе, я - первокурсницаВоенно-воздушной академии Мексики, расположенной в самом сердце Мехико, вздании бывшего Дворца Инквизиции.

Отец часто рассказывал мне о тех мрачных временах, когда в этих стенахприговаривали к сожжению на костре многих представителей нашего рода Рейвен.Возможно, именно поэтому я и выбрала академию в Мехико.

Женщинымоего рода всегда были мишенью для инквизиции, их обвиняли в «колдовстве» и,конечно же, в вампиризме. Рассказывали, что мы пьём кровь младенцев, насылаемболезни и смерть на скот и людей. Эти обвинения были плодом суеверий и страхов,порождённых невежеством.

Жертвами инквизиции становились не толькоженщины нашего Древнегорода вампиров, но именно они составляли значительную часть обвиняемых вколдовстве и вампиризме.

Преследования инквизиции отражали глубокоукоренившиеся в обществе предрассудки и страхи, а также стремление к контролю иподавлению тех, кто не соответствовал общепринятым нормам. Трагические события,связанные с инквизицией, оставили неизгладимый след в истории рода Рейвен.

Сейчас, проходя по тем же коридорам Военно-воздушнойакадемии, сложно представить себе весь тот ужас, что творился здесь столетияназад. Каменные стены, ставшие свидетелями невыразимых страданий, кажутсябезмолвными хранителями жутких тайн.

Внушительные двери, когда-то ведущие втемницу, теперь открывают путь к учебным классам и лабораториям, где мы изучаемаэродинамику и навигацию. Но память о прошлом никуда не исчезла. Она живёт вкаждом камне, в каждом уголке этого исторического здания.

Каждый раз, проходя мимо бывшей тюрьмы, явспоминаю тех, кто несправедливо пострадал здесь. Их страдания не былинапрасными, ведь инквизиции не удалось истребить род Рейвен.

Мой автомобиль стремительно набирал скорость,рассекая улицы ночного Мехико, с каждой минутой приближая нас к ночному клубу«Осо Негро», что в переводе с испанского означает «чёрный медведь». Этопопулярное место среди молодёжи, особенно среди студентов нашей академии. Тамможно танцевать всю ночь напролёт под зажигательные ритмы хауса и техно.

Воздух был густым от запаха тако, выхлопныхгазов и чего-то пряного, неуловимо мексиканского. Внутри салона приглушённоесвечение панели создавало интимную атмосферу, контрастирующую с бурлящей жизньюснаружи.

Стрелка спидометра неумолимо ползла вверх,повинуясь давлению моей ноги на педаль. Я знала каждый поворот, каждую выбоинуэтой дороги. С первых дней в академии этот город стал моим полем битвы сневидимым врагом. Я чувствовала пульс Мехико, его энергию и его скрытуюопасность.

В зеркале заднего вида замелькали огнипреследующего нас автомобиля. Они были слишком близко. Я крепче сжала руль, моикостяшки побелели. Сердце бешено колотилось, подгоняя меня вперёд. Времениоставалось катастрофически мало.

Мы пронеслись мимо «Плаза Гарибальди», гдемузыканты мариачи, несмотря на поздний час, продолжали играть своизажигательные мелодии. Их музыка, обычно такая весёлая, сейчас казаласьзловещим аккомпанементом нашей сумасшедшей гонке.

Я резко свернула на узкую улочку, надеясьоторваться от преследователей и сократить путь до ночного клуба «Осо Негро». Ноони были настойчивы, словно тени, не желающие отставать. Ночь в Мехико тольконачиналась, и я понимала, что эта ночь может стать последней, если мы не успеемдобраться до клуба, где много народу и есть шанс затеряться в толпе средизапахов пота и дорогих духов.

Неоновая вывеска «Осо Негро» мерцала, словно манящийогонь для ночных мотыльков. Звуки музыки проникали сквозь закрытые окна машины,вибрацией отзываясь в каждой клеточке тела. Внутри кипела жизнь, пульсирующая вритме техно, обещая забыть обо всех дневных заботах и проблемах.

Я прожила в Мехико всего несколько месяцев, нос каждым днём всё больше поражаюсь и восхищаюсь красотой столицы Мексики,которая по праву считается Альфа-городом на нашей планете. Огни мегаполисавзрывались фейерверком красок, отражаясь в мокром от недавнего дождя асфальте.

Мы вышли из машины, и нас тут же обдало волнойтёплого, влажного мексиканского воздуха. Толпа у входа была плотной иразношёрстной: студенты, художники, бизнесмены, туристы - все они собрались здесьв поисках развлечений и новых знакомств. Лица светились в полумраке, глазагорели предвкушением.

Охранники у входа внимательно осматриваликаждого, но нас пропустили без лишних вопросов. Внутри царил полумрак,пробиваемый лишь лучами лазеров и вспышками стробоскопов. Дымка от дым-машинокутывала пространство, создавая ощущение нереальности. Музыка оглушала,заставляя сердце биться в унисон с ритмом.

Танцпол был переполнен. Люди двигались вэкстазе, отдаваясь музыке и моменту. Здесь не было места стеснению иусловностям. Каждый был сам себе хозяин, выражая себя через танец. Япочувствовала, как энергия толпы захватывает меня, и невольно начала двигатьсяв ритм, забыв о преследователях.

Ночь только начиналась, и впереди нас ждалоещё много музыки, танцев и новых знакомств. «Осо Негро» был именно тем местом,где можно забыть обо всём и просто наслаждаться жизнью. Я почти каждую ночьзависала здесь до рассвета и была счастлива узнать от братьев Вульф, что свойдень рождения мы отметим именно в этом клубе.

- Принцесса! Я должен сопроводить васв VIP-номер. Вас ожидают, - бас здоровенного охранника в чёрной футболкес надписью «охрана», словногром, раздался у моего уха, заставив меня вздрогнуть от неожиданности.

Я не успела опомниться, как он ловким движениемзавязал мне на глаза повязку, сквозь которую ничего не было видно. Я попыталасьеё снять, но сильные руки громилы не позволили мне это сделать. А после егослов я подчинилась и без сопротивления последовала за ним по лестницам клуба:

- Я выполняю приказ братьев,принцесса. Они ожидают вас в номере. Прошу, не создавайте проблем ни мне, нисебе.

- Я тебя поняла. Они решили сделатьмне сюрприз на День рождения. Веди меня скорее! Очень хочу увидеть, что они дляменя приготовили.

Заведя меня в комнату, охранник поспешновышел, заперев дверь на ключ. Я принюхалась и не почувствовала запаха братьевВульф. Но омерзительная вонь берсерков тут же ударила в ноздри, заставивусомниться в правильности моего решения пойти с этим типом.

Очнулась я в клинике Тегерана, где, по словамврачей, провела несколько месяцев. Всё это время рядом со мной неотлучнонаходилась сестра. Она ни на шаг не отходила от моей койки. Несколько раз онапыталась завести разговор, чтобы узнать, что произошло в клубе и кто сотворилсо мной это зверство. Но я молчала, сдерживая слёзы.

В ту злополучную ночь, в день моего совершеннолетия, берсерки в звериномобличии лишили меня невинности… Кто они и сколько их было, мне не известно посей день. Но я найду каждого из них и заставлю ответить за всё, что они со мной сделали.

Из воспоминаний прошлых лет менявывел голос Старейшины Совета Первородных:

- Шарлотта Рейвен из рода ДревнихВампиров и Первородных Волков за совершённые преступления приговаривается кпожизненному лишению свободы и будет отбывать срок в Клане Гризли. ТакжеШарлотта Рейвен лишается титула принцессы, принадлежащей к королевской семьеИрана, наследницы престола. Приговор привести в исполнение немедленно.

Дорогие читатели! Это история — продолжение книги «Кошачий дурман»!Поэтому, если вас заинтересовала история Шарлотты, то смело переходите к прочтению первой книги цикла «Великая Ми. Наследие Альфы».🔥🔞

ССЫЛКА НА КНИГУ "КОШАЧИЙ ДУРМАН": https://www.litres.ru/71601430/

Люблю!

Целую!

Ваша Mi Go

Глава 1

Мигель

Я смотрел, как ей выносят приговор, и видел вглазах лишь холодную ярость, змеиную ненависть, что едва трепетала за маскойнадменного безразличия. Шарлотта Рейвен, чьё имя когда-то шептали сблагоговейным трепетом в тёмных углах, теперь стояла здесь, в зале СоветаПервородных, лишённая титула, низвергнутая с пьедестала власти. Принцессакрови, наследница древнейших родословных, стала обычным преступником,обречённым на унизительное заточение в Клане Гризли - обители грубой силы иварварской жестокости.

В этом решении Совета ощущалась не толькосправедливость, но и тщательно выверенная, изощрённая месть. Мой клан,известный своей беспощадностью и преданностью традициям, станет для неё непросто тюрьмой, а сущим адом на земле. Здесь она не найдёт ни уважения, нисочувствия, лишь презрение и постоянное напоминание о своём падении. Её королевскаякровь, её древняя магия - всё окажется бессильным перед первобытной мощью инерушимыми законами клана.

Приговор прозвучал, обрушившись словамиСтарейшины Совета, словно удар грома, сокрушающий последние осколки её былоговеличия. Стражники, громадные, словно изваянные из серого камня, приблизились,чтобы взять её под стражу. Шарлотта не сопротивлялась, но в её взглядепо-прежнему пылал уголёк, обещающий месть, возможно, последнее, что она оставитпосле себя в этом мире.

Её уводили, а я не мог отвести глаз. В этоймолчаливой покорности чувствовалась не смирение, а затаённая ярость, предвестиегрядущей бури. Даже в магических цепях она оставалась опасной, и я, вероятно,заплачу высокую цену за то, что принял её в свои стены. Время покажет, ктоокажется сломлен – гордая принцесса или я и мой клан.

Впервые о роде Древних Вампиров я узнал отВеликого инквизитора, когда присягнул ему на верность до самой смерти. В тотдень я стал Главным Альфой Клана Гризли, хозяином тюрьмы закрытого типаинквизиции, раскинувшейся на землях Северной и Южной Америки.

По данным канцелярии инквизиции, род Рейвенбольше не представлял угрозы, поскольку не осталось женщин, способных кдеторождению. Изабель, Мэтью и Бертран считались последними наследниками родаДревних Вампиров, лишёнными возможности зачать потомство в силу своей мёртвойприроды. Дело рода Рейвен было закрыто Великим инквизитором, предано архивамистории.

Два года назад мне в руки попала записка отодного из курсантов Военно-воздушной академии Мексики, в которой упоминаласьпринцесса Ирана, Шарлотта Рейвен, якобы обучающаяся в этом заведении.

Я начал собственное расследование, не ставя визвестность Великого инквизитора о появлении этой возможной наследницы древнегорода. Хотел лично убедиться, что она действительно та, за кого себя выдает, анеловко созданная мистификация.

Моя разведка следила за девушкой и еёокружением неотступно. Мы вскрывали её переписку с однокурсниками и близкими.Она не скрывала свою вампирскую сущность, предлагая юношам щедрые суммы запорцию их крови. Всё указывало на её связь с родом Древних Вампиров.

Прослушивались все разговоры, велосьнаблюдение за её перемещениями, но каждый раз она ускользала от преследованияна своём автомобиле. Так продолжалось несколько месяцев, пока я с братьями невзял дело в свои руки, и она не попалась в нашу хитроумную ловушку.

- Уважаемые пассажиры, наш самолётсовершил посадку в аэропорту города Мехико. Температура за бортом двадцатьградусов Цельсия. Время пять часов утра. Командир корабля и экипаж прощаются свами. Надеемся вновь увидеть вас на борту нашего самолёта. Благодарим вас завыбор нашей авиакомпании. Сейчас будет подан трап. Пожалуйста, оставайтесь насвоих местах до полной остановки, - стандартное обращение командира судна,словно удар колокола, вернуло меня из пучины терзавших душу воспоминаний.

После короткого ожидания дверь самолётараспахнулась, и яркий солнечный свет хлынул в салон. Один за другим конвоирыначали подниматься со своих мест, потягиваясь и разминая затекшие от долгогоперелёта мышцы. В воздухе витал смешанный аромат свежести и лёгкой примесиавиационного топлива, нежный отголосок завершившегося путешествия.

Спускаясь по трапу, я наблюдал за удаляющейсяфигуркой осуждённой в сопровождении конвоя. Её силуэт медленно растворялся впредрассветной дымке, сливаясь с очертаниями аэродромных построек. Казалось,время замерло, пока я провожал взглядом эту сцену, полную невысказанных вопросови тягостных предчувствий.

Что ждёт её там, за пределами этойкратковременной передышки, в холодных стенах моего исправительного учреждения?

Какие мысли бушуют в её голове, когдаона осознаёт необратимость свершившегося?

Вздохнув, я направился к машине, дожидавшейсяменя у подножия трапа. Впереди меня ждал новый день, новые задачи и новые лицаосуждённых, прибывающих в мой клан. Но образ юной девушки, поглощённой утреннимтуманом, ещё долго будет преследовать меня. В нём было что-то, заставляющеезадуматься о хрупкости девичьей судьбы и о чудовищных последствиях, к которыммогут привести наши действия.

Забравшись в салон автомобиля, я откинулся наспинку сиденья и закрыл глаза. В памяти всплывали обрывки перелёта, отголоскиразговоров конвоиров, тревожное молчание осуждённой. Она была столь прекрасна,как и в ту роковую ночь в моём клубе «Осо Негро». Каждый эпизод из воспоминанийдвухлетней давности оставлял свой след, формируя обжигающую боль в самомсердце.

Водитель тронул машину с места, и мы плавнопокатили по взлётной полосе, направляясь к выходу из аэропорта. Город постепеннопросыпался, наполняясь звуками и красками нового дня. А я всё ещё размышлял отолько что увиденном, пытаясь понять, какую роль сыграл в этом роковом эпизоде,и какие выводы можно из него извлечь. Во всём, что с ней случилось, виноваттолько я и никто другой.

Жизнь продолжается, но некоторые мгновениянавсегда остаются в памяти, словно навязчивые сны, напоминая о том, что каждоенаше действие непоправимо. Они словно якоря, удерживающие нас в определённойточке времени, заставляя заново переживать эмоции, анализировать принятыерешения и, возможно, горько сожалеть о сделанном или не сделанном. Эти моменты- не просто отрывки прошлого, а угнетающие кирпичи, давящие на грудь.

Воспоминания - горькие, болезненные, откоторых хочется бежать без оглядки. Они преследуют меня, словно зловещие тени,напоминая о совершенных ошибках.

Глава 2

Шарлотта

- Матушка Бернарда! Принимайновеньких. Альфа сегодня вечером хочет лично с каждой познакомиться… Подготовьдевушек.

- Хорошо! Можешь идти. И смотри мнене задерживайся в женском поселении. Давай ступай отсюда и побыстрее. А то…

- Тише, матушка. Я уже ухожу. Ановенькие ничего так. Ты ведь их сегодня выставишь?

- Если Альфа пожелает, то девки будутучаствовать… Ты ещё здесь? Может, тоже хочешь стать лотом? В мужском поселениихватает…

Напуганный словами старухи парень молниеносноскрылся за высокими воротами женского поселения, только пятки сверкали.

Я и ещё две девушки стояли в окружении толпынедружелюбно настроенных женщин. Напряжение висело в воздухе, густое иощутимое, как летний зной перед грозой. Каждая из нас чувствовала его кожей -этот концентрированный сгусток неприязни, исходящий от собравшихся вокругженщин. Их взгляды были остры, как лезвия, прожигали нас насквозь, словнопытаясь выявить малейшую слабость, уязвимость, чтобы тут же воспользоваться ею.

Я украдкой взглянула на своих спутниц, с кемпровела многочасовой полёт в самолёте. Бонита, обычно такая смелая и увереннаяв себе, сейчас нервно теребила край своего платья, а Эстелла, всегдажизнерадостная и полная энергии, казалась бледной и сжатой. Я понимала ихстрах. В этой враждебной атмосфере, под пристальными, осуждающими взглядами, дажесамая сильная духом могла дрогнуть.

Никто из нас не знал, что послужило причинойтакой агрессии. Мы просто оказались не в то время и не в том месте? Или же причинакрылась в чём-то другом - в невысказанных обидах, в затаённой зависти? Вопросовбыло много, а ответов не было ни одного.

В этот момент я почувствовала, что должнавзять ситуацию под контроль. Нельзя позволить страху парализовать нас. Нужнодействовать, нужно что-то сказать, чтобы разрядить обстановку, прежде чем онаокончательно выйдет из-под контроля. Глубоко вздохнув, я сделала шаг вперёд ипопыталась улыбнуться, хотя уголки губ невольно дрожали.

- Добрый день, - произнесла я как можноболее спокойно и уверенно. - Мы не понимаем, что происходит, но надеемся, чтомы можем всё обсудить и найти общий язык.

Тишина, нависшая в ответ, казалась ещё болеезловещей, чем предшествующая ей неприязнь. Женщины сделали несколько шагов встороны, пропуская к нашей троице старуху.

- Ты кто такая будешь, что осмелиласьоткрыть рот без моего позволения! Запомните, заключённые. Без моего позволениявы даже дышать не можете. Я решаю - жить вам или умереть. Думаю, вам всё ясно?

Мы безмолвно кивнули головами и сполными страха глазами слушали старуху.

- С момента появления в Клане Гризливы должны забыть, кем были и как вас звали за его пределами. Здесь вы такие жезаключённые, как и все присутствующие, со своим именным номером. Клариса!Приведи девушек в надлежащий вид, и я жду их у себя. Я должна их осмотретьперед знакомством с Альфой.

Кто такая эта матушка Бернарда?Почему она имеет такой вес на заключённых и даже на охранников? И о каком ещёаукционе шла речь?

- Ай! Ты что творишь, тварь…

- Заткнись, заключённая под номеромшестьсот шестьдесят шесть. Присцилла! Не жалей её. Тщательнее удаляй волосы.Альфа не любит сучек с шерстью. Ускорься! Через три часа аукцион, а они ещё неготовы с ним встретиться.

Я чувствовала, как горячие слёзы катятся пощекам, смешиваясь с едкой пеной, которой меня обмазывали. "Шестьсотшестьдесят шесть"… Какое ироничное число. Дьявольское. Как будто я саманакликала это на себя. Ещё вчера я была обычной студенткой, с мечтами и надеждами.А сегодня? Сегодня я - товар. Вещь, выставленная на продажу.

Руки Присциллы не дрожали, но я видела в еёглазах отблеск сочувствия. Она, как и я, была здесь не по своей воле. Простоочередная жертва системы, пожирающей всё на своём пути. Она пыталась сделатьсвою работу как можно быстрее, понимая, что каждое лишнее мгновение мучительнодля меня.

- Тише, тише, - шептала она, стараясьне смотреть мне в глаза. - Скоро всё закончится. Постарайся держаться.

Но что она могла знать? Закончится лиэто когда-нибудь? Или я навсегда останусь пленницей этого кошмара?

Скоро начнётся аукцион, где толпа похотливыхвзглядов будет оценивать моё тело, как кусок мяса. И среди этой толпы будет он,самый главный покупатель - Альфа. Тот, кто решит мою судьбу. Тот, ктоопределит, буду ли я жить в роскоши или влачить жалкое существование. Страхсковывал меня, парализуя волю. Я была готова ко всему, лишь бы этот кошмарпоскорее закончился.

Часы тикали, приближая меня к пропасти.Клариса отвела меня и двух новеньких, в чём мать родила, к старухе. Нас усадилина странные кресла, раздвинули широко ноги, зафиксировав ремнями. Старухатщательно рассматривала наши промежности и после долгого осмотра приказаласледовать за ней.

- Альфа! Я привела новеньких передаукционом. Среди них есть та, что окрасит ваши белоснежные простыни. Эстелла -«Мисс планеты». Восемнадцать лет. Осуждённая за убийство своего продюсера, чтонамеривался лишить её невинности. Она девственна и нигде не тронута.

Посреди покоев Альфы, опустив головы, стоялимы, будущие лоты аукциона. Он оценивающе разглядывал наши обнажённые тела. Апосле указал жестом руки Эстелле лечь на кровать.

Я невольно сжала кулаки, ощущая, как по спинепробегает холодок. В животе поселилось ледяное предчувствие, хотя внешне ястаралась сохранять невозмутимость. Эстелла, бледная как полотно, послушноопустилась на кровать, и мягкая обивка утонула под её весом. Альфа прошёлсявокруг неё, словно оценивая товар на рынке. Его взгляд, тяжёлый и цепкий,обжигал кожу.

Он что-то пробормотал себе под нос, а затемустремил свой взгляд к видеокамере, установленной напротив кровати, и обратилсяк потенциальным покупателям с презрительной усмешкой:

- Как видите, товар высшего качества.Молодая, невинная, готовая к любым вашим прихотям. Кто предложит больше?

В комнате повисла гнетущая тишина. Ячувствовала, как дрожат мои колени, но не позволяла себе опустить взгляд.Внутри меня бушевал ураган, смешивая гнев, страх и унижение. Мы - не товар! Мы -живые существа! Но в этом месте наши голоса ничего не значили.

Аукцион начался. Голоса участников слились водин жадный гул, доносящийся из динамиков. Цифры росли, словно сорвавшиеся сцепи. Я смотрела на Эстеллу, лежащую на кровати, её глаза были полны слёз.Хотелось подбежать к ней, обнять, сказать, что всё будет хорошо. Но я знала,что ничего хорошего нас здесь не ждёт. И вскоре очередь дойдёт и до меня.

Я закрыла глаза, пытаясь отгородиться отвсего, что происходило вокруг. В голове крутилась только одна мысль:"Выжить. Любой ценой".

Глава 3

Мигель

- Следующая новенькая - Бонита.Девятнадцать лет. Осуждена за сломанную брачную ночь, за убийство, совершенноев порыве отчаяния. Едва ли виновна… Ничьи руки, кроме рук убитого, не касалисьеё. Он осквернил её невинность, словно сорвал с дерева незрелый плод, - словаматушки Бернарды обрушились на мои покои раскатом грома.

Бонита… Имя, звучащее издёвкой в этом скорбномместе. Юное лицо, словно вылепленное из лунного света, застыло в маске ужаса,предвещая вечную ночь. Я видел многих, кто переступал этот порог, но в еёглазах плескалась первозданная, ничем не замутнённая боль. Боль ограбленногоребенка, лишённого веры в свет и справедливость.

Голос матушки Бернарды, обычно скупой наэмоции, дрогнул, словно она пыталась оправдать эту душу в моих глазах, а может,и в своих собственных. Убийство… Даже в этих стенах, пропитанных грехами ислезами раскаяния, это слово резануло слух. Но я давно усвоил: истина прячетсяза ширмой лжи и предрассудков.

"Едва ли виновна…" - эхоэтих слов заполнило мои мысли. Что скрывается за этим "едва ли"?Какая бездна отчаяния толкнула эту хрупкую душу на столь отчаянный шаг?

Я должен это узнать. Не для суда, не дляосуждения. Я должен отыскать в этом искалеченном сердце искру надежды, помочьей выжить в этом аду и, возможно, указать путь к искуплению.

Бонита сидела на кровати, обхватив коленируками, и смотрела сквозь стены. Глаза - пустые колодцы без дна. Я опустилсярядом и, словно предлагая спасение, протянул ей руку. Она вздрогнула, словно отудара, и медленно подняла на меня свои огромные, полные тьмы глаза. В них яувидел отражение своей будущей работы - кропотливой, мучительной, нонеобходимой.