скачать книгу бесплатно
В один миг я будто окаменела и превратилась в безмолвную статую, по венам которой текла ледяная кровь. Ни порывы ветра с песком, ни ужас происходящего больше меня не трогали. В ушах звенело, а в голове шумело от сотен тысяч эмоций, где главная – отчаяние. Такое простое и незамутненное, горькое и ядовитое.
Сначала первым порывом было закричать, схватить Пола за одежду и рухнуть на колени. А потом внезапно пришло осознание, что ничего мои мольбы не изменят. МакГиннесу не нужна жена. Он тысячи раз повторял это вслух, показывал своим отношением, пусть иногда в нем проскальзывало некое подобие уважения к женщине.
Мужчинам наплевать на наши чувства, мы для них – игрушки, красивые вещи, полезные в быту приспособления. Иногда говорим, периодически согреваем постель и одариваем лаской. Но никогда нас не ставят в один ряд с сильным полом. Я понимала это, только почему-то предательства МакГиннеса совсем не ждала. Считала его другим, непохожим на маракешцев в своей бессмысленной жестокости.
– Вот так прос-с-сто отдаш-ш-шь? – удивился наснас.
От любопытства монстр поднял голову, встал и уверенно прыгнул в мою сторону. Я было отшатнулась, но железная хватка чуть выше локтя помешала сдвинуться. Пол скользнул по мне равнодушным взглядом, затем толкнул вперед. Точнее, просто пихнул.
– Да, бери. Одни проблемы от дрыгловой ведьмы. Но сначала дай клятву, что проведешь меня и Али до Медного города.
Густая бровь дернулась, наснас цокнул языком. В оставшейся половине головы происходили какие-то мыслительные процессы, затем зрачок чудовища полыхнул, и оно криво улыбнулось. Протянул единственную руку ко мне, отчего я сразу ожила. Почти вырвалась, однако Пол крепче сжал пальцы.
– Подчиняйся, Ясмин, – холодно приказал он. В тоне не было ни крохи тепла, что раньше проскальзывали в наших редких разговорах. – Это ведь твоя обязанность, верно?
Несколько капель обожгли кожу, я опустила голову и кивнула. Молча проглотила соленую влагу, что пробралась в крохотные ранки на потрескавшихся губах, после чего смиренно замерла. Пусть отдает, к шайтанам все. Сжав кулаки, я до скрипа сцепила зубы.
«Выберусь – убью», – пообещала я себе. Правда, без особого энтузиазма.
Жаль, дядя Карим не заключил магический брачный контракт, тогда МакГиннесу пришлось бы несладко. И этого гада я хотела спасти от боли прошлой ночью? Да пусть бы подыхал в муках, помесь ишака с шайтаном!
– Медный город опас-с-сен, – протянул тем временем гадкий наснас. Его когти нетерпеливо резанули воздух, как бы желая добраться до моей плоти. – Уверен, что жаждешь туда попасть?
– Без сомнений, – мотнул головой Пол. – Проведешь через ловушки?
Неподалеку мелькнула ловкая тень Али. Тяжелая рукоять кинжала исчезла из ослабевших пальцев раньше, чем я вспомнила про оружие. Пол надавил на невидимую точку, кулак разжался, и моя последняя защита быстро перекочевала к МакГиннесу.
– Конечно. Нас-с-снас-с-сы всегда держат слово.
«Не верь, не верь! Он лжет!» – заорал внутренний голос в моем подсознании, однако вслух я не сказала ни слова.
– Давай руку, сделка будет магической, – заявил Пол уверенно.
Да плевать наснасам на магию! Они живут сотни лет – им не страшны ни лишения, ни колдовство! Тварь спокойно отбила воздушный импульс, нежели Пол не заметил? Будь у Маракеша такой шанс, давно бы вычистили пустыню от этой мерзости.
МакГиннес пренебрег моими сигналами, доверчиво протянул ладонь. Едва его кожи коснулись желтые когти наснаса, я открыла рот, чтобы закричать. Набрала воздуха, дернула руку, но внезапно полетела назад. Все, что я увидела дальше, произошло за считанные доли секунды.
Пол оттолкнул меня в сторону, затем перехватил руку наснаса и скользнул под нее с проворством дикого зверя. При его комплекции подобный трюк показался мне чем-то невероятным. Чудовище не успело ни вывернуться, ни отразить удар: на спину набросился Али, а лезвие кинжала пропороло ветхую ткань бурнуса и остановилось где-то под ребрами монстра. Наснас издал жуткий вой, сменившийся громкими хрипами. Густая кровь раскрасила одежду красной краской. Когти безостановочно искали жертву и нашли в лице МакГиннеса, который не успел избежать удара. Гибкий хвост обвил Пола поперек тела, удерживая на месте.
Треск ткани полностью заглушил остальные звуки. Я с ужасом смотрела, как наснас все сильнее раздирает плечо Пола, разрывает в лохмотья плоть.
– Не уйдеш-ш-шь, – прорычал монстр, тяжело дыша. – Заберу с-с-с с-с-собой!
Последнее, что я уловила: зеленая вспышка, за которой последовал новый вопль. Наснас изогнулся, выдрал когти из тела Пола и рухнул на землю изломанной куклой. Несколько бесконечных секунд он содрогался от магических импульсов, после чего навеки застыл и установился остекленевшим взглядом в беззвёздное небо.
У меня изо рта вышел пар, воздух на ощупь казался очень плотным. Почти как живая материя или даже стеклянная стена. До сознания дошло, что Пол воспользовался магией и сквозь рану в животе наснаса пропустил мощную сферу. На изувеченное тело чудовища я не посмотрела, но к горлу подступила тошнота.
Мудрец, а ведь там наверняка не осталось ни одной целой косточки!
– Господин? – послышался жалобный голос Али, пока я осознавала увиденное. – Господин!
МакГиннес рухнул на колени и не двигался. Опустив голову, он оперся здоровой рукой о землю, будто искал опору.
– Пол? – позвала я. Внезапно стало так страшно. Куда сильнее, чем до убийства твари. МакГиннес дрожал, кровь наверняка смешалась с песком, текла ручьем. Рана даже без подсказок выглядела ужасно.
– Господин, что вы наделали, – простонал Али и схватился за голову, словно жаждал выдрать все волосы. Слуга протянул руку, чтобы коснуться Пола, но тот выдавил из себя:
– Убирайтесь…
Что?
– Что? – повторил мой мысленный вопрос Али.
– Вон отсюда! – заорал Пол, наконец поднимая голову.
Я содрогнулась, когда увидела кровавые разводы в пугающе ярком пламени костра. Из глаз и носа текли тоненькие дорожки, окуляры упали на песок. Чудо, что МакГиннес их не сломал и не поранился сильнее прежнего. Но мрачный отблеск зеленых искр, рассыпавшихся под нашими ногами, и жалобный скулеж, вырвавшийся из груди Пола, – они заставили мои колени подогнуться. Подобного эффекта от использования даже самых мощных заклинаний я не видела никогда. Как ломались кости и разрывались сухожилия у наснаса, выворачивая его наизнанку, так теперь нечто похожее происходило с МакГиннесом.
– Господин, вам нужна помощь, – Али схватил Пола за здоровую руку, однако тот взвыл и рухнул на землю.
Царапая пальцами в перчатках песок, МакГиннес подгребал под себя камни, сворачивался клубком. Вернулся ветер, пробившись сквозь плотную завесу воздуха, игриво закружил над нашими головами.
– Что с ним происходит? – я все-таки сделала над собой усилие и шагнула к Полу.
– Не знаю, – Али метнулся к одной из сумок, затем вытряхнул все содержимое. Он не стал церемониться, просто сгреб все баночки и склянки в кучу. – После каждого использования магии наступает приступ, но не настолько сильный!
Внезапное спокойствие приглушило панику. Коснувшись ладонью горячего лба Пола, я стерла проступившую влагу и удержала голову от очередного приступа, чтобы не ударился о лежащие мелкие камни. Куфия сползла на шею, и я заметила кроваво-красные пятна на белом полотне.
– Знаешь, как лечить ранения? – спросила я, не оглядываясь на слугу МакГиннеса.
– А? – Али поднял голову и уронил одну из склянок. – О чем ты?
– Рану надо хорошенько промыть, обработать и в идеале зашить.
– Чего удумала? Эй, ведьма! – взвился Али, когда я склонилась над Полом и прошептала:
– Прикажи мне…
Нить удачи на запястье знакомо обожгла кожу, да и о причинах я думать стало некогда. МакГиннес распахнул глаза и бессмысленным взором посмотрел на меня, едва наши губы соприкоснулись. Дыхание смешалось воедино.
– Прикажи. Я заберу твою боль как свою.
Добровольно отданное желание без всяких условий тихо проскользнуло между нами, чтобы следом погрузить меня в настоящий кошмар и агонию лежащего рядом человека.
Глава 15. Ясмин
Я очутилась в чертогах шайтанов.
Там, в холодной и беспросветной тьме, я отчаянно искала выход, но все попытки проваливались. Голодные невидимые звери хватали мои запястья, сдирали заживо плоть, проникали под кожу и выкручивали сухожилия. Каждая клеточка тела превратилась в горящий уголек, сжигающий изнутри свою хозяйку.
Иногда мне казалось, что подобные муки выдержать невозможно: я сдавалась, кричала, плакала. И на несколько мгновений боль отступала, чтобы неожиданно вернуться и вновь шагнуть на завоеванные владения. Тяжесть под ребрами мешала дышать, непрекращающаяся тошнота вычищала из организма даже те крохи воды, что попадали на потрескавшиеся от жара губы. Я не спала, и не бодрствовала. Выныривала на поверхность из густых темных вод, затем погружалась обратно в непрекращающийся кошмар.
Передо мной лежали изувеченные тела Амаля и моих братьев. Они тянули руки, обхватывали щиколотки холодными, скользкими от крови пальцами. На разбитых губах отчима мелькала улыбка победителя. Смрадное дыхание щекотало кожу и будило сотню мурашек, пока шуршащие насекомые перебирали лапками, стремясь забраться выше по ногам и рукам.
«Ты останешься с нами, Ясмин. Навсегда-а-а», – выдохнул Амаль.
Рядом горько плакал Юсеф, а из-за его спины презрительно выглядывал Хазар. Его губы сжались в тонкую линию: брат ненавидел меня – это ощущалось даже на расстоянии. Протянув руку, я царапнула пальцами воздух и раскрыла рот в безмолвном крике, но ни единого звука не вырвалось из груди. Мальчики все так же стояли в стороне, не делая попыток приблизиться, не слушая просьб о прощении.
«Будь ты проклята, ведьма», – чьи-то сильные руки сдавили виски, желая разломать мой череп на части.
– Не надо, пожалуйста, – прошептала я.
Обхватив себя руками, я рухнула на раскаленный песок стертыми в кровь коленями и застонала. Режущая боль кинжалом пронзила сердце, я зарылась пальцами в песок и горько расплакалась, позволяя мертвой земле впитать соленую влагу.
«Жасмин».
Голос показался знакомым и далеким. Неожиданная прохлада жидким огнем лизнула позвоночник, шею и ключицу. Она ласково коснулась щек, легонько поцеловала мелкие ранки на губах, а затем легла на лоб умиротворяющей влагой. Боясь раскрыть глаза, я нащупала в мертвых дюнах чужие пальцы. Горячие – они принадлежали живому человеку. Кто-то крепко сжал в ответ мою ладонь.
«Иди за мной, Жасмин. Я покажу тебе дорогу», – мягкий голос лег бальзамом на раны.
Затягивались царапины, удушливая гниль сменилась совсем другим ароматом. Тошнотворную сладость изгнала хвойно-терпкая смола. Она пощекотала нос, затем пропустила вперед пожухлую траву и колкую нотку льда.
«Так пахнет снег», – почему-то подумала я, позволив себе рухнуть в водоворот чужих эмоций.
Мне снились зеленые луга, а потом родной город. Лавки с радужным переливом поцелованных солнцем фруктов и пряный вкус корицы, которую быстро сменяла сладость меда. Касаясь кончиками пальцев красно-оранжевого бока апельсина, я тихо смеялась над руганью двух торговцев. Кого они не поделили? Осла?
Просыпалась я с трудом. Лишь когда настойчивая тряпка, обильно смоченная в воде, шлепнулась на лицо. Пришлось отмахнуться от ее назойливого внимания к моей горящей коже. Правда, я была не в состоянии двинуть конечности. Даже глаза открывала усилием воли, целую минуту моргая, чтобы отогнать цветные вспышки.
Вокруг был… Рай. Сначала я решила, что умерла и попала в сады Мудреца. Кожистые листья финиковых пальм отбрасывали танцующие тени, склонялись друг к другу, чтобы прошептать какую-то тайну, известную только им. Осторожно приподнявшись, я разглядела жмущихся к толстым стволам невысокие абрикосовые деревья и инжир, в чьих ветвях копошились громкоголосые птицы. Пальцы судорожно нащупали шелковистый покров травы, когда шум воды долетел до моего сознания.
– Очнулась, – меня накрыла невысокая тень. Али недовольно прищурился, наклонился и забрал с моих колен упавшую тряпку.
– Г… Где мы? – каркающий звук вырвался из груди. Прищурив маленькие глазки, слуга Пола фыркнул и кивнул куда-то вправо.
– Оазис Азиза.
Изумрудная гладь воды чуть не ослепила меня, пришлось прикрыть ладонью лоб. Сверкающие блики игриво подмигивали мне, приглашали окунуться в манящую прохладу и смыть с себя всю дорожную грязь. Задрав голову выше, я заметила горный хребет, который в некотором роде закрывал волшебное местечко каменной стеной от любого вторжения.
– Сезон засухи, река Азиз мельчает и образуются островки с растительностью, – пояснил Али.
– Мы прошли территорию наснасов?
Я покопалась в воспаленном мозгу, воскрешая в памяти все, что помнила о переходах через пустыню. Получалось плохо: голова кружилась, желчь мешала нормально соображать.
– Вроде того, – уклончиво ответил Али и присел рядом на корточки. Только сейчас я заметила глиняную чашу с водой, в ней слуга смачивал кусок куфии. – Ты провела в беспамятстве четыре дня.
Мудрец Великий, четыре дня!
– Что произошло? – прошептала я.
Али поморщился, затем коснулся сухой ладонью моего лба и пробормотал:
– Глупая девка взвалила на хрупкие плечи ношу не по силам.
– Я…
Недовольный взгляд резанул по мне, отчего пришлось прикусить язык. Я вдруг подумала, что не так Али молод, как мне сначала показалось. Морщинки в уголках глаз, серебро редких прядей в волосах и что-то такое… напоминавшее усталость периодически прорезалось сквозь грубые черты слуги.
– Мудрец едва не забрал твою душу, Ясмин. Ради этого точно не стоило улетать из клетки, маленькая птичка, – сурово произнес он, и я сглотнула.
– Разве ты не помог бы господину?
Али поднялся, чтобы подойти к брошенной на земле сумке и вытряхнуть оттуда стопку чистых вещей.
– Помощь бывает разная, птичка. И не всегда человек о ней просит.
Опустив взгляд, я сцепила руки и просидела в такой позе, пока на колени мне не упала моя одежда. Замешательство от слов Али сменилось детской радостью, а желание смыть с себя пот с грязью превратилось в первостепенную необходимость. Проведя рукой по мягкому хлопку, я уткнулась носом в чистую рубашку, вдыхая аромат мыла.
– Спасибо, – пробормотала негромко я, на что в ответ услышала короткий смешок.
– Поди умойся, птичка. Воняешь верблюдами, – отвернулся Али и принялся с преувеличенным интересом копаться в карманах.
Улыбнувшись, я не стала спорить – осторожно поднялась, ловя руками пошатнувшееся равновесие, затем двинулась в заросли. Туда, где могла спокойно искупаться без страха и в тишине райского уголка среди выжженной пустыни. Лишь добравшись до берега, вдруг поняла, что ничего не спросила о Поле.
Он же в порядке?
– Ох, нехорошо, – я уже было развернулась, но в последний момент задержалась.
Всплеск приковал взгляд к темной меди волос и широкой спине Пола. Левое плечо перехватывала крепкая перевязь, которая мешала МакГиннесу свободно использовать руку. Он медленно склонился, чтобы зачерпнуть немного воды. В этот момент солнце изменило угол освещения и позволило мне наконец рассмотреть мужское тело, застывшее в каком-то смиренном ожидании.
Крик ужаса разлетелся по оазису, когда уродливые рубцы проступили на бледной коже.
Глава 16. Ясмин
Резко отвернувшись, я закрыла рот руками и уставилась на заросли оливы, под ветвями которой тянулся фиолетовыми соцветиями пустынный тимьян. Новый всплеск воды чуть не выбил последний дух из груди, настолько страшно мне стало. Совсем не потому, что человек за спиной подходил все ближе, готовясь обрушить весь гнев небес на мою глупую голову.
Просто я никогда не видела подобных увечий. Было похоже, что МакГиннеса разорвал на части ураган, а потом кто-то умелыми руками собрал его обратно. Кожа ниже шеи Пола выглядела так, словно ее безжалостно растягивали и сшивали тысячи раз – пока она не превратилась в изрешечённую рытвинами и заплатками белую ткань. Где-то куски посветлее, где-то потемнее…
– Твой крик распугал всех птиц в округе, – горячее дыхание прошло по чувствительным местам, а огромная тень пугающе нависла надо мной.
Действительно, несколько крохотных птенцов сорвались с веток. Махнув пестрыми крыльями на прощанье, они побросали свою добычу на золотистый ковер и взлетели к небу. Я же продолжала стоять, разглядывала немногочисленные кустарники и травы, лишь бы не оборачиваться.
Потому что боялась реакции МакГиннеса до дрожи в пальцах.
– В чем дело, Жасмин? Испугалась чудовища?
Воздух превратился в плотную массу, каждый вдох приходилось буквально вырывать из легких. Всего лишь из-за интонации – мурлыкающей, обманчиво ласковой. Он совсем не вязался с острыми иглами яда, что пронзили мое тело, когда мужские ладони легли на плечи.
Пальцы сжались, и я всхлипнула.