Опасный вкус

- Здесь нет монстров! - раздается из-за спины с визгливыми и одновременно заискивающими нотками.

Он поворачивается к говорящей. Бродяжка. Низенькая, “кругленькая”, но не поймешь, то ли дело в телосложении, то ли в том ворохе одежды, что сковывает ее фигуру в несколько слоев; темные волосы всклокочены и запутаны, выбиваются из-под крохотной шапочки, не то повязки, чем-то напоминая ему тонкую проволоку. Она смотрит на него почти прозрачными глазами из-под набухших водянистых век.

- Красивая киса! Хорошая кошечка!

Женщина тянет к нему руки, но Лиза отступает ему за спину. Коту, как и Рафу, не нравится бродяжка, он вновь шипит, но теперь уже в ее сторону, пытается вырваться из рук, но Лиза сильнее.

- Ласковая киса! Иди к Лорэл! Ласковая киса! Хорошая киса.

Женщина пугает их всех. От нее веет безумием и несет застарелой человеческой и кошачьей мочой, плесенью и старьем.

- Кто это? - спрашивает Лиза шепотом. - Тише, Фрискес, она не тронет тебя.

Она уже и кличку ему придумала. Раф, превозмогая брезгливость, подходит к ней, все же не может сдержаться и вздрагивает. Странное ощущение за всю эту сотню лет. Он и не вспомнит, когда последний раз испытывал подобное.

- Что ты видела? Ты видела девушку и ребенка?

У него нет никакого желания притрагиваться к ней. Местная сумасшедшая смотрит перед собой, повторяя:

- Здесь нет монстров! - очень громко, а потом тише: - Хорошая киса.

- Куда они подевались? Ты видела что здесь произошло?

Это бесполезно. Женщина ничего не отвечает, а продолжает смотреть совершенно бессмысленным взглядом. Ему неприятно находится рядом - он всегда сторонился сумасшедших. Божьи люди - так о них говорят? Он избегает общения с таковыми...

“Ну, Раф! Не лукавь! А как же Карен?!”

Раф присаживается возле нее, смотрит ей в лицо. Она опухшая, от нее вдобавок ко всему несет перегаром. Он не брезглив, просто..хотя, незачем повторяться.

- Лорэл, послушай меня! - Он заключает ее руки в свои. - Скажи мне: ты видела девушку и ребенка?

Он продолжает повторять одно и тоже: раз за разом задавать свои вопросы, ловит ее взгляд и вновь “теряет”, но продолжает делать это, не обращая внимание на то, что Лиза дергает его за куртку и говорит, что это бесполезно. Эта женщина не просто так появилась здесь. Она что-то видела или знает.

- Раф, ты ничего не добьешься. Ты же видишь, она сумасшедшая.

Солнечные лучи покидают землю, погружая пространство во мрак. Ему очень хочется чтобы остров и в самом деле был пуст.

- Лорэл, что ты видела?

- Чак?

Он не знает сколько времени прошло: секунды то были или минуты. Он в какой-то момент вдруг уверился в правильности своего поведения.

- Да, это я.

Глаза женщины на миг приобретают осмысленное выражение.

- Куда ты дел наших детей? - Она бьет его по лицу, пытается расцарапать, впадает в буйство. - Где они?! Зачем ты забрал их у меня?

Он теперь держит ее за руки, удерживает на месте вдали от себя, не давая ей приблизиться и дотронуться до лица..

- Они дома, Лорэл.

- Дома?

Она смотрит непонимающе, расслабляется, прежде чем вновь двинуться на него, пытаясь ударить.

- Там нет их! Нет! Нет! Нет!

Лорэл отбивается и Раф, чтобы не навредить ей - не сломать руки с обломанными ногтями - отпускает ее. Женщина падает в ту самую лужу, отползает от него и от Лизы, смотрит подобно затравленному зверю. Это все не продлилось долго, она вновь улыбается и тянет руки к Лизе, повторяя:

- Хорошая киса, ласковая!

Раф отворачивается от нее. Нет времени корить себя за то, что следовало прислушиваться к собственной интуиции. Надо действовать.

- Бери тележки и кати их к лодке. Лиз!

Она было открывает рот, чтобы ответить ему что-то, но, видимо, его тон заставил ее передумать и смыкает губы.

- Их вещи тоже перегружать?

Раф кивает, а потом спохватывается.

- Просто иди к лодке, я все сделаю сам.

- Я не это имела...

- Иди к лодке, - говорит он ей.

Он торопится. В следующие несколько минут он только и делает что бегает - сначала тащит тележки к лодке, попутно бросая в них содержимое кузова машины Алекс.

- Лорэл! Чертова старуха!

Он оглядывается. Лорэл так и не поднялась с земли, продолжая оставаться в луже. Она то возилась в ней: ударяла ладонями, вызывая брызги, и смеялась; то останавливалась и смотрела за его перемещениями. Потом, он не уверен, что она смогла разглядеть хоть что-то.

“Ну а вдруг? Головы у сумасшедших работают несколько иначе.”

- Отпусти меня!

Раф сначала замер, оглядываясь, а потом сделал шаг к говорящему, вовремя вспомнив о Лизе.

- Садись в лодку и будь там, чтобы не случилось.

Местная сумасшедшая вцепилась в какого-то мужика, что никак не может оторвать ее от себя. Она не обвиняет его ни в чем, не говорит о котах и не смеется, аухватилась за его ногу, и он никак не может отпихнуть ее от себя, ни ударить, только и пытается что удержать равновесие и схватиться за капот.

- Ааа!!! Твою мать!!!

Лорэл вцепилась зубами ему в щиколотку. Прокусила она или нет плотную ткань джинсы - Рафаэль не знает. Он просто оказался рядом с кричащим на всю улицу парнем и насколько это вообще было возможно - аккуратно приложил его лицом об капот.

Бам!

Этого оказалось достаточно, чтобы тот, как следует ударившись о темно-синюю изъеденную солью поверхность, потерял сознание,обмяк и повалился в лужу к улыбающейся во весь рот чокнутой.

***

Мысль о перестрелке с участием ребенка отрезвила ее.

- Будь по-вашему.

Алекс отпустила револьвер. Мельком взглянув на Паоло, на его серьезное, очень сосредоточенное лицо, на сведенные в решимости брови и даже выступивший вперед подбородок - Алекс поняла что не сможет сделать этого.

Она не начнет перестрелку, в которой погибнет даже не она сама, а ребенок.

“Господи! Как живут с этим родители? У которых один, два, сразу пятеро ребятишек? Как справляются они? Неужели постоянно контролируют каждый их поступок и шаг?"

Она вспомнила своих родителей. Отца, что провожал ее до школы и забирал, несмотря ни на что. Не доверял это дело матери, после того как Алекс просидела на ступеньках до позднего вечера, забытая Вирджинией.

- Это верное решение. Брось сюда револьвер!

Алекс вместо этого отпустила оружие в карман.

“Так и не разжилась кобурой и перевязью.”

- Эээ, нет, ребята! На это мы не договаривались.

- Считаешь, что у тебя есть выбор?

Незнакомец в красной шапочке беспокоил Алекс, но все же не так, как ребята машущие пушками.

“Если так размахивать оружием - может случиться что-нибудь,”- подумалось Алекс с тревогой.

- А вы продолжаете утверждать, что не причините нам вреда?

Паоло рядом шипит, поворачиваясь то в одну, то в другую сторону.

- Вы вооружены.

Алекс начинает надоедать тупость этих мужчин. Они говорят об одном и том же, а она так и не узнала что им нужно.

- Вы просили убрать оружие. Я убрала. Мальчишку в расчет не берите. Он нервный и многое пережил.

- Как все из нас...

Алекс в эту секунду готова вытащить револьвер и зашвырнуть им в лоб главаря, только бы он перестал тянуть резину и сказал чего хочет.

- Я - Алекс. Это Паоло. Что вы хотите?

Алекс смотрит только на безоружного мужчину, стараясь не обращать внимания на остальных людей.

- Мы хотели предложить вам помощь. - Он рассматривает ее лицо.

Его глаза вспыхивают, переходя от одной части тела к другой.

- Дело близится к закату.

Алекс взглянула в сторону уходящего солнца, потом бросила взгляд на часы, продолжая удерживать Паоло за плечо, и мысленно прокляла Рафаэля вместе с его “пунктуальностью”.

- Мы видели вывески. “Здесь нет монстров.”

Компания мужчин подошла ближе некуда и Алекс напрягает эта близость.

- Это безумная Лорэл.

- Кто?

- Местная сумасшедшая, - проговорил главарь все также терпеливо. - Мы срываем их, но она продолжает вешать.

- А где она?

Алекс отчего-то не поверила в эту байку. Где тогда прячется эта Лорэл? Почему монстры до сих пор не перекусили ей? И самое главное: где они прячутся? Почему до сих пор не явились к ним?

- Наверняка в одном из подвалов. - Пожал плечами мужчина и спустя мгновение потянулся к ее лицу. - Мы оставляем ей еду, но она разбрасывает ее по домам, вижу ты нашла кое-что?

Алекс отклонилась, хотя, собственно говоря, отступать было уже некуда. Он все же провел кончиками пальцев по ее коже.

- Такая нежная.

Так и не представившийся главарь шайки приблизился к ней, обдав запахом дорогого одеколона, но даже сквозь него Алекс почувствовала еще один, такой знакомый, отчего внутри все предательски сжалось. Ей стало страшно, еще страшнее чем было.

- Ты так и не сказал, как тебя зовут? - Решетка радиатора не хотела сдаваться и прогибаться, больно впиваясь ей в задницу. - И что вам нужно?

- Мы хотели помочь одинокой девушке!

- Не остаться в городе полном монстров.

Завопили со всех сторон упитанные и бородатые "индейки". Не верит ни единому слову, чем больше они курлычат, тем больше она слышит в их голосах насмешку и едва сдерживаемое веселье.

- Предложить ей укрытие и защиту! - Пожалуй кто-то из бородачей перегнул с жизнерадостностью.

Отчего-то фраза “одинокой девушке” показалась ей самой главной в этой куче посыпавшихся с разных сторон ответов. Мужчины ведут себя очень и очень странно. Говорят об опасности, но все их неспешные движения свидетельствуют о том, что они не сильно напрягаются по этому поводу. Хуже всего их главный, пропахший одеколоном и существами...

“Да-да, я вспомнила этот запах! От него пахнет ими! Почему?”

Он подошел так близко и кажется пытается прижаться к ней бедрами.

“Что за чёрт?! Он больной или здесь настолько плохо с бабами?!”

По спине Алекс побежали мурашки. С правой ноги ушла тяжесть, магнум перекочевал к одному из мужчин.

- Кейси! Меня зовут Кейси.

Она переступила с ноги на ногу, готовая в любую секунду ударить его в пах.

- Кейси, мы не нуждаемся ни в помощи, ни в покровительстве, ни в услугах, - проговорила она, улыбнувшись, и подняв руку, отодвинула его лицо от своего, а потом и вовсе попыталась оттолкнуть его от себя.

Алекс вскрикнула от боли от того насколько сильным и резким было его движение.

- Не тронь ее!

Паоло отпихнул его от нее вместо Алекс, попытался ткнуть, за что тут же получил в ухо и лишился клинка. Алекс дернулась за ним, но ее поставили на место, еще сильнее приложив спиной о машину, из глаз посыпались искры - настолько невыносимо больно стало в кисти и в плече. Карман опустел.

- Классная игрушка.

Она досталась ей от отца, а тому от его отца и так далее.

- Крысеныш!

Послышался треск выпускаемого из клинка разряда. Алекс старалась не смотреть на мальчика, чтобы не сделать еще чего-нибудь непоправимого и не покалечить себя, тогда она уж точно не выберется отсюда.

- Ты здесь одна? - равнодушные глаза Кейси смотрели в ее. - Прекрати вырываться, я ведь не выпущу тебя.

Что еще перестать делать?

- Может мне и дышать перестать? Говорить?

Алекс еще пыталась разглядеть мальчика, которого оттащили в сторону.

- Было бы неплохо, но о молчании и дыхании поговорим позже.

В его глазах промелькнула тень одобрения и что-то такое отчего стало жутко не по себе, неловко, неудобно, стыдно.

- Ты здесь одна?

Ей нужно было выстрелить, не думать ни о чем и сделать это. Быть может смерть - это лучшее, что могло бы ждать их сегодня.

“Ты дура, Алекс! - подумала она. - Нельзя верить людям!”

Дура не дура, а чтобы она сделала?

- Надо было стрелять, - подтверждает он ее мысли с какой-то пугающей точностью. - Ты права.

Он наконец отступил, дав ей взглянуть на еще дергающееся тело Паоло.

- Кто еще здесь с тобой?

Ей лучше сказать, потянуть время. Пусть поищут Рафа. Пусть они встретятся у него на пути и он убьет их. Нет. Ей бы только добраться до магнума и она перестреляет их всех. Что с Паоло? Он жив? Без сознания?

- Крошка, не надо молчать. Чем больше ты упорствуешь, тем больнее тебе будет!

Алекс почувствовала, что уже ненавидит их всех. За то как они наступали. За то, что изображали из себя насмерть перепуганных, а на самом деле - они равнодушные.

- Еще двое. Мужчина и девочка.

- Твой парень? Муж? А с ним кто? Дочь или просто?

У Алекс получилось. У нее вышло ударить его лбом в переносицу, оттолкнуть, тут же схватить за волосы вместе с проклятой шапкой, и приложить лицом о коленку. В момент ее хищных раздумий Кейси опустил руку между их телами и попытался забраться пальцами между ее ног.

“Пиздец! - промелькнуло в голове Алекс и тело отреагировало незамедлительно.”

Отдача не заставила себя долго ждать. Мужчина с ни разу не поврежденным носом поднялся, точнее сказать, дернулся, выпрямляясь, и ударил ее в лицо.

В глазах потемнело, еще удар, теперь из них посыпались искры и наступила темнота.

***

Женщина с невероятно нежной кожей и самыми темными глазами из когда-либо виденных им рухнула на землю. Падение получилось страшным: потому как перед этим она ударилась головой о капот и кажется задела основание значка.

Но может дело в другом - ей хватило бы одного удара, вместо трех?

Может быть.

Кейси вздохнул не с показным сожалением. Жаль что испортил ей мордашку. Пару дней придется подождать, когда сойдут кровоподтеки и кожа приобретет прежний оттенок.

Все эти занятия с психологом о контроле гнева - деньги выброшенные на ветер.

“Хрень собачья! Как не реагировать, если она сама прыгнула мне в морду?!”

Кейси О.Генри присел возле тела женщины, рассматривая ее лицо. Часть его только наливалась красным, отображая контур его ладони и костяшки кулака, тогда как другая стремительно окрашивалась кровью из разбитой брови.

- Что с пацаном?

Ему не нравятся синяки на женских лицах. Они напоминают ему о Марго. Ему нравятся розовеющая кожа после шлепков и ударов, с яркими, но быстро проходящими красными рубцами.

Ребята обернулись на их потасовку, но сделать что-нибудь, как-то помочь девушке не попытались. Они знали, что лучше не вмешиваться. Иначе, будет хуже кому-нибудь из них.

- Без сознания, а может и издох. - Бен выпустил тонкое запястье, что безжизненно упало на асфальт. - Пульс не прощупывается.

Бен поднялся. Он подошел к ним, присаживаясь возле Алекс, после недолгого осмотра повернул ее лицо.

- Яхту отогнать в Хэд Оф, вещи разобрать и расставить по местам, - раздавал указания Кейси, наблюдая краем глаза за этой Алекс и за копошащимся возле нее Беном. - Грузовик вернуть к дому, проверьте и долейте бензин.

Кейси наконец перевел взгляд на Бена и тот замер, даже попятился, если так можно сказать, сидя на корточках.

- Какого хера ты творишь?

- Хочу убедиться в том, что она жива!

- Ты что же у нас врач?

Бен не был врачом уже как двадцать лет. Он лишился лицензии за подтасовку рецептов, за махинации с опиатами.

- Кейси ты чего? Я же не...

Раздался выстрел, Бен повалился на землю. Пуля угодила ему прямо в рот.

Крови стало больше.

Она стала подбираться к Алекс, потекла тонким ярко-алым ручейком к мальчишке. Кейси успел подхватить ее и, прежде чем унести к машине, бросил оставшимся:

- Зачистить и убрать. Пацана к нам!

- Кейси, а если он мертв? - раздалось откуда-то сбоку. Осторожное и тихое.

Если пацан жив, то они бесплатно развлекутся за его счет, даже палку эту с железкой ему отдадут; ну, а если дохлый он, пусть его ребята полакомятся свежатинкой. Твари они, и Кейси совсем не волнует их здоровье, удовольствие, самочувствии. Это тоже развлечение - посмотреть, как существа станут бороться за лишний кусок такого любимого ими мяса.

- Тоже к нам!

**Глава 7**

**Глава 7**

- Много вас там?

Роб помотал головой, но стало только хуже. В висках застучало, а перед глазами еще сильнее стали кружить невесть откуда взявшиеся блестки. Ему было страшно. Он вообще был не из трусливых и прежде мог пересчитать все свои страхи по пальцам одной руки.

- Не больше двадцати.

У него похолодело на душе и кажется что сердце замерло, когда Роб попал в свою первую бурю: видел, как огромные волны надвигались на судно и грозились погрести их маленький баркас на дно океана.

Он был в ужасе, когда на башни близнецы упали самолеты, ожидая, что вот-вот начнется третья мировая война. Во всем виноват его старик! Он ведь ему все уши прожужжал, когда Роб был совсем мелким.

Было страшно, когда Бекки слегла в больницу с каким-то смешным, детским заболеванием. Все потому что Салли когда-то решила, что они обойдутся без этой прививки.

Дура. Но он любил эту дуру, часами говорящую о тряпках.

Но было совсем не страшно, когда началась вспышка неизвестной ему болезни и привычный мир стал рушиться к чертям.

Было смешно и даже интересно, когда на улицах празднично украшенного города появились первые “зомби”.

Все решили что это флэшмоб, организованный учениками старших классов к Дню города.

Ему не было страшно тогда. Робу было весело. Он смеялся, размахивал бутылкой с пивом, показывая, как один из ряженых бросился к двум подружкам Салли и Линде, принявшись обниматься и грызть плечо первой попавшейся.

Салли так натурально завизжала тогда. Зомби старался и продолжал разыгрывать “представление”.

Потом уже пришла растерянность, шок, ярость. Когда кровь закапала на идеальную лужайку Нантакета. Крики раздались со всех сторон, люди бросились врассыпную, надеясь, что их не догонят.

Твари и не думали отставать, трясли своими головами и налетали на них почище догов Кейси.

О! Нет! Ему не забыть этого никогда! Он и сейчас просыпается по ночам, потому что они кричат, напоминают о себе из прошлого. Все смешалось: крики людей и существ - теперь он уже не различает, чей ор звучит ужаснее. В кошмарах все одно.

Но по-настоящему страшно Робу стало тогда, когда его Бекки, его маленький ангел, кинулась на него, разевая рот так, что трудно было поверить, что это не сон и перед ним на самом деле живой человек.

Бекка - его милая девочка, которой он подвесил качели во дворе и соорудил небольшой домик. Он держал ее на расстоянии вытянутой руки, не мог поверить что это она. Салли, появившаяся в дверях, развеяла все его сомнения.

Старая бита для лакросса, валяющаяся во дворе с незапамятных времен, оказалась весьма кстати. Роб разнес ею голову жены и дочери.

С тех пор он считал, что не боится никого и ничего. Он потерял всех кого любил и плевал на тех, кто остался в живых. Почему они были лучше его девочек? Почему наглые, хитрые, изворотливые, лживые твари были лучше его любимых?

- Поднимайся, покажешь дорогу.

Существо рядом отвернулось, с чувством выругавшись, кажется, оно говорило на немецком. Умеющая говорить зубастая тварь поднялась и сделала шаг в сторону и исчезла...

Роб потер глаза. Вокруг никого и ничего, ни звука, ни движения, что говорили бы, что он не один здесь. Яхта, которую он должен был отогнать в гавань, так и продолжает покачиваться на воде, освещая темную поверхность волн бортовыми огнями.

Неужели он просто вырубился?

Роб посмотрел на руку с зажатым в ней дробовиком.

Нет. Не показалось.

Неестественно вывернутая, с торчащими сквозь порванную куртку костями. Он еще не верил, что она принадлежит ему. Это что-то другое. Где кровь? Что за желтая дрянь течет из нее?

Ему совсем не больно, а так ведь быть не должно.

Тварь, что не была похожа ни на одно из видимых им существ, сделала это. После того, как Роб выпустил в нее всю обойму. Он метил в голову, сердце, ноги, но каждый раз промахивался.

Существо оказалось так близко, совсем как Кейси возле той бабы, затем раздался хруст, дробовик выстрелил в последний раз в землю. Монстр бросился на него, разинув зубастую пасть и ....

Лорэл закричала вместо него. До этого она просто сидела неподалеку, смотрела на них и выла свою непонятную песню.

Жена покойного главы городской управы и раньше была чудачкой, но на это закрывали глаза. После того, как превратившийся в чудовище мэр сожрал детей, обратил их в считанные секунды, она и вовсе потеряла разум.

Женщина вскочила, побежала на них, но вовремя отпрыгнула в сторону и скрылась во мраке. Роб же почувствовал, что слабеет. Ноги стали ватными и он вновь рухнул на землю, на асфальт, с которого поднялся несколько минут тому назад.

Крики Лорэл слышны до сих пор.

Роб не верил, что это происходит с ним. На острове совсем не осталось существ, кроме тех что Кейси держит во внутреннем дворе вместо бойцовских собак.

Злобные твари - эти его доги! Они погибли первыми, сумев выполнить свою главную задачу - защитить своего хозяина от опасности.

Одних псов пожрали существа, а других пристрелил сам Кейси.

От смерти они его уберегли, но разве знали собаки, что твари, что теперь и не пахли как люди, их бывшая хозяйка, мать хозяина и сестра?

Роб поднялся, придерживая руку. На улице совсем стемнело.

- Кейси, сукин ты сын! - пробормотал он, не чувствуя ничего ниже плеча. - Даже не отправил никого за мной.

Роб ринулся прочь от пристани. Неважно сколько он пройдет так, но главное доберется до берлоги и расскажет остальным про нового монстра, что породила проклятая болезнь. Мужчина побежал, то и дело оглядываясь. Дорога была пуста, на лодке так никто и не появился.

Его пробежка была совсем недолгой. Роб не уверен что пробежал и двухсот метров.

Он закричал, услышал, прочувствовал всем телом, как затрещали мышцы и кости. Он попытался оттолкнуть от себя схватившего его мужика, что потащил его за собой, но тот в ответ рыкнул, кажется что всем телом. Роберт не уверен, что все было именно так, но тот завибрировал и вновь стал тем монстром, что с легкостью сломал ему руку.

- Живее! - рявкнуло на него чудовище, лязгнув при этом длинными зубами. - Иначе, я решу, что тебе не нужны и ноги.

***

Алекс пришла в себя, фыркнула и затрясла головой. Она сделала вдох полной грудью как раз тогда, когда ее окунули в соленую воду.

- Давай-давай! Приходи в себя!

Несколько секунд она просто вырывается из чьих-то сильных рук, держащих ее за шкирку, словно нашкодившего котенка. Она отталкивается от острых краев не то ванной, не то таза, упирается в его глубокое дно ладонями и мотает головой. Ни за что! Нет! Только не туда!

- Хватит! - Она кашляет, выплевывая горькую воду. - Хватит!

Ее встряхивают еще и еще раз, а потом оставляют в покое, бросив на мягкий пол.

“Мягкий?”

Алекс протирает глаза.

Она сидит ни на чем-нибудь, а на самом настоящем ковре с каким-то восточным узором или, правильнее будет сказать, орнаментом. Алекс проводит пальцем по черным, белым и красным линиям, тут же отдергивая руку, трясет ею. Здесь все в шерсти, что так и норовит пристать к мокрой коже, и пахнет мерзко - псиной, старьем и существами!

- Они убирают эту комнату каждый день, - раздается откуда-то позади, - а она опять появляется.

Она и не надеялась, что он ушел. Прошло всего-то пару секунд. Сначала он вырубил ее, а теперь вот приводит в чувство. Алекс при мысли об ударе тянется к лицу, ощупывая его. Болит вся левая часть, похоже будет очередной синяк. Но стоит ли беспокоиться об этом? Может ее ждет что-нибудь похуже?

- Ума не приложу откуда она берется.

Алекс плевать на порядок и мусор в этой комнате. Ее куда больше интересуют другие вещи: что с Паоло? Где Лиза и Раф?

- Кто они?

Она смотрит перед собой, потом поворачивается к сидящему в кресле мужчине, чье лицо скрыто тенью и ей только и приходится, что любоваться его мрачным контуром, да разглядывать темные джинсы и массивные носки рыжих ботинок.

- Раздевайся!

- Что?!

Алекс трясет головой, моля Бога, чтобы ей послышалось. Вот так сразу? Она вспомнила, как тот попытался ее облапать и к горлу тут же подкатил тошнотворный ком.

Господи, а чего она хотела? Если этот парень маньяк или просто озабоченный психопат, то глупо будет ожидать, что тот станет ухаживать и приглашать на свидания, ждать когда она привыкнет и сама соблаговолит прыгнуть к нему в постель.

- Кто они?

Надо сделать вид, что она не расслышала.

- Раздевайся! - повторил мужчина, в его голосе теперь отчетливо слышалось удовольствие.

Алекс покачала головой усиленнее, чем прежде.

- Нет.

Ей нужно потянуть время и...

“Что потом? Прибежит Раф и спасет меня? Сколько времени прошло? Его до сих пор нет!”

Тем не менее она должна попытаться отсрочить неизбежное и за это время придумать что-нибудь!