RainLine

Ощущение законченного дела и последнего тяжелого дня в цепочке недели, по определению расслабляло тело и сознание. Сегодня собрались не по делу, а по душевному порыву, всегда объединявшую небольшую группу разнохарактерных людей, столкнувшихся случайным образом «как-то раз», но по стечению тонких обстоятельств, оставшихся неразлучными на протяжении уже не одного года. Не было бы большой ошибкой сказать, что в каждый раз, собираясь на очередное рискованное дело, многие из группы в душе обещали, что это был его последний раз.

Марк легко поглаживал струны старенькой, испещренной царапинами гитары, утопив свое тело в мягкий диван. Из полу-открытых, чуть раскосых глаз он наблюдал за возней Стаса с разводным ключом и масляной тряпкой. Не смотря на, кажущееся внешнее умиротворение, Марка точил червячок досады, то и дело возникающий в сознании. Состояние легкой тревоги где-то в груди медленно тлело и не давало до конца забыться. Он сразу и не смог ответить в чем причина , сидевшего внутри беспокойства, пока в памяти Марка не возникла вспышка света из вчерашней ночи. «Девушка. Она все может испортить», - выстроилась четко написанная строка в его голове так явно, что Марк, будто вымещая злость на эту нелепую оплошность, сильно дернул струну, так что та издала резкий пронизывающий звон. Дизель поднял глаза из-под капота, и бросив гневный взгляд на Марка, снова принялся за дело.

Сидевший в ногах Арбенина светловолосый Дима Каспер, оторвавшись от ноутбука поморщился, вопросительно посмотрев на раздражителя и добавил:

-

Лучше координируй свои конечности, - он говорил спокойно, так как его мозг был полностью занят видеоигрой.

- Эта телка, произнес Марк,- Чего она там бродила в ночных сумерках?, - последнее он особенно выделил, придавая словам желчный оттенок.

- Паслась, раз она -телка , - глуповато хмыкнул Дизель, - да какая разница, че она там делала?- добавил он вытирая грязные руки измазанной ветошью.

- Она могла нас запомнить…- протянул в задумчивости Марк.

- В такой темноте? - отрешенно процедил Каспер.

Марк не смог ему парировать , так как в гараж, создавая много шума и суеты, будто свадебный генерал, влетел Никита Кучер:

-

На манеже все те же! – развел он руки с тяжелым звякнувшим тарой

пакетами, -Пивас, дорогие братья, не верная жена, ждать не будет. Чешское, налетай!

- Ты за ним в Чехию ездил?- съехидничал Каспер,- с утра тебя ждем.

Дизель оторвался от работы и довольно похлопав себя по выпирающему животу , потянулся за очередной прохладной бутылкой. Тут же легко ее открыл о край стола и жадно отпил.

- А я смотрю, вы тут не скучали, -ткнул Кучер ногой в гору пустых коробок из-под пиццы, - Чего на кислых щах? Где музыка и телочки?- Кучер подошел к открытому капоту и оценивающе заглянул туда.

- Была тут одна телочка,- подчеркнуто сказал Марк, все еще находясь в горизонтальной позе.

Кучер удивленно поднял брови.

-

Арбен говорит про вчерашнее дело,

-

пояснил Дизель, подавляя пивную отрыжку, - душнит , что она могла что-то запомнить.

-Ну так вальни ее,- громко хохотнув, сказал Кучер,- Бабы испугался.

Марку было не так смешно, как его сумасбродному другу, он резко нащупал на полу первый попавшийся предмет и запустил его в мгновенно ставшего в боевую стойку Кучера. Предметом оказался чей-то ботинок.

Увернувшись, Кучер все так же весело продолжил:

-Что она там могла рассмотреть? Темно было как в заднице! Ты сам многое запомнил?- он хлебнул из бутылки,- Только свет вырубился, я думал, что мы и колес не нащупаем. Чуть не ослеп, так вглядывался, -он выставил обе руки вперед, изображая себя в темноте,-Аж до сих пор звездит в глазах.

- Кстати, это косяк Каспера, - ткнул за спину большим пальцем Дизель. Тот, не шевелясь, метнул в сторону говорившего укоризненный взгляд.

- Мы же не знаем, как она нас нашла и сколько наблюдала за нами?- не унимался Марк.

- На тебя красивого пришла посмотреть . Ну ты же вырядился, как клоун и фонарь притащил,- покривлялся Кучер, - как прожектор для штурма небоскребов. Знаешь , Димон, - хохотнув , обратился он к Касперу, - есть такие в кино , да еще и опоздал. Опездал !

- Я же сказал,- стал злиться Марк, - не моя вина!

- С чего ты взял, что она наблюдала? – вмешался Дизель, игнорируя их перебранку, Да еще в три часа ночи, в такой темноте,- Он решил немного успокоить Марка, понимая, что назревает шумная перепалка.

- Мутная какая-то тема, -Марк отложил гитару и взял бутылку пива,- что это за вспышка была?

- Фонарик?- пожал плечами Кучер.

- Это была фотовспышка,- с уверенностью сказал Каспер и вокруг наступила тишина. Все уставились в его сторону.

- Ответь,- протянул с вызовам Кучер, занервничав.

- Абсолютно уверен.

Дизеля очень раздосадовал факт, что Каспер вчера не смог достать необходимую ночную оптику, от чего им пришлось выкручиваться на ходу и ставить под угрозу все дело. Потому он без устали колол виновника.

-

Да. Ты же у нас “специалист по свету”. Не придерешься,- крякнул с презрением Дизель.

Никита Каспер и сам понимал, что немало облажался вчера, поэтому оборонялся слабо, ограничившись неприличным жестом в адрес раздражителя.

- Зачем ей это было надо?- от нарастающего в гараже напряжения все сосредоточились на беседе.

Марк уже ровно сидел на диване. Он нервно подергивая ногой, долго смотрел в невидимую окружающим точку, закинув руки за голову. После чего, с легким прищуром, возомнив себя сыщиком, разматывающему клубок запутанных событий сказал:

- Я заметил ее силуэт и она закричала от неожиданности. Еле не врезалась в меня, отчего испугалась. Думаю там она оказалась случайно.

- Ну ясен пень, она не спецагент ФСБ,- не унимался Кучер, - телка просто куда-то шла и напоролась на тебя Арбен, - нарочно выделил он последние слова, подчеркнуто показав на Марка пальцем - в твоей курткой, как у цыганского барона и прожектором как у Бетмена. Еще бы написал «Здесь был Арбен», - он в ответ на средний палец Марка показал свои два ,- И если до сих пор нас не повязали, значит не очкуй.

- Этот фонарь , почти все что у нас из света было,- почти огрызнулся Марк,- хоть дорогу нашли.

- Согласен,- включился Каспер, спасая свою репутацию,- Арбен сам подвязал нас на эти колеса, и теперь сеет панику.

Тот передернул плечами, отпивая пиво.

-

Ну вас на хрен.

Дизель поспешил всех успокоить.

-

Пацаны, Марк предложил это дело, но мы все сделали чисто, все выгорело, мы получили лавэ, угомоните кипиш.

Гадкое чувство обиды снова зашевелилось где-то внутри. Марк неохотно припомнил последнюю беседу с женщиной, которая так часто маячила в его жизни, будто назойливая верткая муха. Женщина, которая, казалось, поставила целью своей жизни выдворить его из университета под самый занавес учебы. Ей была недавно назначенная деканом факультета, на котором доучивался Марк, Кошкина Юлия Александровна. Она не упускала ни одной возможности, чтобы не выразить в адрес Марка своего нарочитого презрения. Делала она это , конечно же, весьма изящно и интеллектуально, умело подхватывая на лету дерзкие попытки Марка защитить свое мужское эго.

- Вы уделяете мне слишком много внимания, Юлия Александровна, - пытался он дать ей отпор на одной из лекций, получив очередное замечание, - я слишком примитивный и этого не стою, - язвил он.

- Впервые вы даете себе объективную оценку,- как камень резко бросила она слова и мгновенно переключилась на лекцию.

Кошкина Юлия Александровна была назначена деканом факультета международных отношений и получив новую должность , стала усердно чистить ряды своих подопечных, беспощадно искореняя «невежество, разгильдяйство и коррупцию». В черном списке в таких случаях оказываются самые беспечные категории студентов: так называемые мажоры, папенькины сынки и мертвые души. Марк также попал в группу риска, потому как негативная репутация бежала впереди него.

Безусловно, он не отличался дисциплинированностью и тягой к знаниям, неделями мог не появляться в университете и не скрывал, что не гнушается при сдаче предметов пользоваться изобретениями научно-технического прогресса и хрустящими купюрами, бережно вложенными в зачетную книжку. С Кошкиной Марк , несомненно , вел себя как можно осторожнее, не прибегая к настолько отчаянным схемам сдачи ее предмета. Однако, Юлия Александровна с завидным усердием одержимого одиночки «косила» под основание всех нерадивых студентов. Марк попал в опалу, видимо потому что не желал исправляться, и самое неприятное для Кошкиной, как для лица, занимающего высокий пост, было его вальяжное, безнаказанное хамство. Он не пасовал и не лебезил перед ее авторитетным лицом,к ее огромному разочарованию, а в последне время даже на столько ахамел, что входил в ее кабинет и разваливался в кресле, будто его вызывали не для очередной воспитательной беседы , а для внесение поправок в их совместный бизнес-план.

- Марк Георгиевич,- говорила декан-Кошкина, стараясь сохранять профессиональное спокойствие на их последней беседе,- вы, надеюсь осведомлены о проблемах вашей успеваемости текущего семестра?

- И в текущем тоже? – бесцветно удивился он.

- Именно. Как и в предыдущих.

- Постоянство- признак мастерства,- сухо добавил он глядя куда-то в сторону.

-Это не то мастерство, уважаемый , к которому мы стремимся,- Юлия Александровна стала бессознательно вертеть ручку в руках. Самообладание медленно покидало ее,- Если у вас будет хотя бы один “неуд” в начале сессии, вы будете отчислены. И я лично это проконтролирую, уж не сомневайтесь.

- Если,- спокойно уколол Марк.

-Не обманывайте себя, Марк Георгиевич,- криво ухмыльнулась Кошкина и морщинки появились на ее аккуратном лице.

- Ну вы же обманываете меня, говоря «уважаемый», хотя для нас с вами не секрет, как вы ко мне относитесь,- Марк склонил голову, чтобы она не заметила набежавшую не его лицо улыбку и потеребил увесистый браслет из темного камня на своей руке.

Кошкина молчала, испытующе глядя на Марка. Она поняла, что время этой бессмысленной перепалки вышло. Выдержав достаточную паузу, чтобы обозначить, что его плоские упреки проходят мимо нее, и она не удостоит их ответом, Кошкина добавила:

- Я тщетно пытаюсь достучаться до вашей совести, Марк. Может вам не стоит мучать ни себя ни весь наш преподавательский состав? Подумайте еще раз, стоит ли вам, с вашими характеристиками занимать чье-то место здесь? На ошметках былого успеха далеко не уедешь.

Марк устало мочал. Его на сегодняшний день не особо волновала его репутация, однако перегибы Кошкиной, ее надменный тон, и подчеркнутое небреное отношение к нему, давно вили в его сознании тугую веревку, которую он, с радостью бы накинул на ее бледную тонкую шею.

-

Вы свободны,- ледяным тоном попрощалась Кошкина, - Искренне

надеюсь, что это была наша последняя подобная беседа.

-

Была бы моя воля, я бы здесь не появился,- медленно вставая

произнес Марк, - все эти беседы, подчеркнул он последние слова,- ваша инициатива.

-

Вы, уважаемый, - Кошкина выделила это слово именно по той

причине, что в данном контексте оно, как обозначил Марк, не имело своего изначального смысла, - приходите и будете и приходить сюда столько, сколько потребуется, пока вы являетесь студентом нашего университета, а я - его деканом.

Марку уже надоела бессмысленная игра, порой казавшаяся ему жестам отчаяния слабой женщины, ущепиввшейся за рычаги управлния, чтобы не у тонуть в реальной жизни.

-

Может у вас ко мне личные интересы?- с ядовитой ноткой уронил Марк, уже жалея, что поддался на эмоции и снизошел до подобных намеков.

Кошкина будто между прочим встала. Внутри нее все клокотало. Однако она, скрестив руки на груди стала с холодной ненавистью чеканить слова:

-

Я повторюсь, если вы посмеете не сдать хотя бы один зачет в эту

сессию, вам не помогут ни ваши деньги, ни высокие покровители, в отличие от которых, я не интересуюсь глупыми студентами,- Кошкина перевела дух,- Не поможет тебе ни твоя «деловая юбка»,- она помедлила,- ни имя отца! - Юлия Александровна была вне себя. Она крепко обвила себя руками, понимая, что ее гнев выходит наружу. Ей не хотелось переходить на личность, нажимая на самое больное. Она резко указала на дверь, желая избавится от раздражителя в ее кабинете.

Марк, язвительно отвесил ей поклон, тряхнув непослушными темными волосами и направился, куда указывал повелительный перст декана. Упоминание отца, будто щелчок хлыста раздался около самого сердца, но Марк лишь зло ухмыльнулся.

-

Мал клоп да вонюч, - вдогонку прошипела Кошкина, теряя остатки

самообладания.

-

Видит око, да зуб не ймет- широко осклабился Марк и толкнул

дверь сильнее, чем ожидал и та с громким звуком захлопнулась.

Марка Арбенина, многие помнили, как звездного мальчика, ворвавшегося в студенческие ряды под возгласы восторга, тогда еще поклонников из гимназии, в которой он учился. Его бойсбенд, состоявший из трех человек, был ярким явлением в студенческой среде, суливший в их будущем только успех и славу. И даже самый отъявленный скептик в то время не смог бы и помыслить, о том. что все сложится настолько трагично.

Без малого пять лет может и не стерли, но скорее размыли подробности биографии Марка Арбенина, и все произошедшее когда-то, обрастало вымыслом, создавая вокруг него мрачный ореол. За долгих пять лет образ антигероя надежно прирос к личности Марка и давно не волновал его. «Хоть горшком назови…», а добрая женская половина из университета, да и возможно, всего города протоптала тропу к подножью его души, хотя бы за краткую встречу или снисходительный взгляд его темных глаз.

Юлия Александровна так же была в курсе всех скабрезных деталей жизни студента Арбенина и даже больше, чем ему казалось, и понимала, что вычеркнуть темного субъекта из списка студентов их университета, будет задачей «со звездочкой». Но ставить свою подпись на документе, подтверждающем высшее образование этого нерадивого типа, было ниже достоинства Юлии Александровны Кошкиной, даже невзирая на высокое покровительство оного.

Марк дистанцировался от многих прежних знакомых, которые, к слову, не прошли испытание в темные времена, и показали свою гнилую сущность. После трагических событий в его жизни, Марку пришлось многое пересмотреть и, будто научиться заново ходить по земле. Поэтому в тот темный чулан своего прошлого он без необходимости не заглядывал. Но и забывать подобное, в назидание себе не хотел. Браслет, который он носил на своей руке, был напоминаем о прошлом и назиданием себе в нынешнему.

После очередного малоприятного визита в деканат Марк прокручивал в голове брошенные в его адрес колкости. Обида и едкая ненависть копились в нем месяцами. Она раскачивала нервы и гнетуще нависла над его ущемленным мужским эго. Марк пытался понять , что злит его больше, назойливая пиявка Кошкина, или кромешный мрак творящийся в его жизни после злосчастной аварии. Решение было принято мгновенно, где-то в недрах его уязвленного сознания возникла мысль, сходу принявшая осязаемое состояние. Марку хотелось насолить ей, добавить немного перца в размеренный ход ее жизни, а потом смакуя момент, наблюдать как она растерянно будет бегать и искать виноватых, соответствуя образу созвучный фамилии «как драная кошка».

«Мы снимем колеса с ее тачки»,- самжавлльго показывая снимки, делился Марк со своим, друзьями, у которых на подобные дела всегда горели глаза и чесались руки. В начале их объединяла только темная ночная подработка, но общие лирические похождения укрепляли их тайное братство все прочнее.

Инициатива Марка по «экспроприации» имущества его декана, особо не порадовала всех его сподвижников. Никита Кучер был парнем не высокого образования, однако, далеко не глупым. В этом «бизнесе» он вращался долго, поэтому не раз мог прочувствовать на своей шкуре цену ошибки. Дело было решено перенести на осень, чтобы причастность Марка к нему была не слишком очевидной. В глубине души Кучер надеялся, что эта подростковая придурь Марка рассеется, и им не придется так рисковать, однако, этого не произошло. К общему числу снятого железа пришлось добавить и эти, наделавшие шума, колеса.

И сейчас разговор в гараже о случайной прохожей, посеявшей между ними зерна сомнения и паники, все больше горячил парней. Но внезапно для всех Кучер выдал разумную мысль:

- Куда эта цыпа перлась так поздно? Не догоняете? Скорее всего домой!- он выбросил пустую бутылку и обратился, к все так же погруженному в компьютер Касперу, - Кас, пробей все камеры в том спальном районе, - Сто пудов она где-то там живет.

-А жбан у тебя варит!- улыбнулся Дизель.

Марк в знак одобрения показал большой палец.

Разгадка этого воскресного ребуса не заставила себя долго ждать, Каспер задачи и посложнее раскусывал, за что и получил свое прозвище –Каспер, то есть Касперский, мастер по взлому любого компьютерного железа. И чем сложнее был сорт , тем принципиальнее был вызов для Каспера, брошенный ему внутренним стремлением быть лучшим в своем деле. Как он любил повторять: «Компы сделали люди. Я не дам компам «сделать» людей».

Минут через пятнадцать напряженного ожидания, под не менее напряженное, молчаливое ожидание ребят, Каспер торжественно улыбнулся и повернул ноутбук экраном к нетерпеливой публике:

-Бинго!- сверкнул самодовольной улыбкой он.

На экране было несколько скриншотов с камеры наблюдения, расположенной во дворе недалеко от места злосчастного события. На изображениях, красовался слегка размытый силуэт девушки, входящей в подъезд. Дата и время исключали возможность ошибки.

-

Это она, - подтвердил Каспер,- я помню эту кислотную кофточку, - он увеличил

следующее изображение сделанное днем ранее, и по телу Марка пробежал тревожный холодок.

-

Твою мать! Это дочка Кошкиной.

Глава 3

Только к вечеру улеглись эмоции в семье Кошкиных. Весть о взломанном гараже и снятых колесах разлетелась по соседям и знакомым молниеносно. Мамин телефон не умолкал, каждый норовил узнать подробности из первых уст и возможно оказаться полезным. Искренними или нет были эти порывы, однозначно нельзя было сказать, но Юлию Александровну это успокаивало.

История по своему содержанию была простой и лишенной надрыва, исключая слезы и гневные восклицания расстроенной матери, однако, она очень быстро ушла в народ, обрастая домыслами и свидетельствами очевидцев. Каждый называл предполагаемых преступников, кто-то даже утверждал что видел их, но собрать достоверную информацию, прибывшим служителям закона удалось частично. Дверь открыли аккуратно, камера заботливо укутана ветошью, следов и отпечатков не осталось.

Во дворе царила суета, событие с кражей колес внесло заметное оживление, в размеренно текущее утро воскресенья. Многие мужчины поспешили к гаражам проверить сохранность своего имущества, и надежность замков и заодно поглазеть на, ставший знаменитым гараж Кошкиных, высказав свое авторитетное мнение. Оказалось, что среди соседей и жителей двора каждый второй, если не специалист по расследованию краж, так человек который усердно бдит за сохранность своего имущества, и если бы здесь не порылись менты, давно бы по горячим следам изловили злодеев.

Следователю, как и некоторым дотошным жителям квартала, показалось подозрительным, что взломали лишь один гараж, но машин рассказ о вчерашнем возвращении домой, пролил свет на это обстоятельство. Весьма убедительным было утверждение того же сотрудника внутренних дел, о том, что случайное появление Маши, помешало злоумышленникам довести свое дельце до конца. Ей это, несомненно, придало оптимизма: запредельный для ее степенной, умеренной жизни уровень страха и адреналина потрясли нервную систему девушки не зря.

Во внезапно образовавшейся воскресной вакханалии, Маша не успевала осмысливать происходящее. Сначала все в немом потрясении сновали по комнатам, пытаясь успокоить маму. Более уравновешенная Евгения умело проанализировала степень ущерба, после чего начала понемногу внушать Юлии Александровне очевидные, на первый взгляд, вещи, которые в текущем ее состоянии абсолютно не воспринимались, но в итоге должны были ее успокоить.

-

Папа уже в курсе,- подавая стакан с очередной порцией успокоительно произнесла Вика, - считай, что новые колеса уже стоят на твоей машине.

-

Спасибо, милая моя,- мама заметно успокоилась, поглаживая руку,

держащую стакан, - я наберу ему позже.

Маша стояла у ее изголовья и старалась лишний раз не заявлять о себе. Она опасалась новой волны маминых тревог и стенаний, после того, как та услышала про вчерашнее вечернее приключение Маши. Бальзамом на душу было папино спокойствие, который чуть только узнал о случившемся, хладнокровно стал действовать, предварительно справившись о состоянии бывшей жены.

Павел знал о чрезмерной мнительности матери его детей и состоянии ее нервной системы, отчасти в этом была и его вина. Ведь время лечит душу, но оставляет рубцы на сердце. Однако он помнил, как благоприятно мог повлиять на нервную систему бывшей жены в стрессовой ситуации.

Павел никогда не исчезал из жизни своей первой семьи надолго, или насовсем. Порой, его краткие визиты создавали впечатление, будто не было разлада между родителями, и все как прежде. Но не смотря на развод, и наличие у отца ребенка в другой семье, Маша была благодарна за ту зыбкую гармонию и тепло, которое смогли сохранить самые дорогие люди в ее жизни. Потеряли любовь друг друга, но сохранили ее для своих детей.

***

Подобно тому, как счастливый финал и победа добра над злом вливает в тело поток новых сил и радостного настроя, практически стирая весь прежний негатив, мгновенно восстановленное мамино БМВ, уже на следующее утро мчало, в большей степени воспрявшую духом Юлию Александровну на рабочее место. Заботливо приставленную к ней, для пущей безопасности и спокойствия Марию, все еще беспокоили вчерашние события, но виду она старалась не подавать, дабы не увеличивать количество паникеров в ограниченном пространстве авто.

Борис, со склонной ему дотошностью, все еще строчил длинные сообщения, расспрашивая Машу о подробностях вчерашнего дня. Упрекнуть свою возлюбленную в отсутствии недоверия с ее стороны он тоже успел неоднократно. И Маша привычно начала сочинять ему успокаивающие байки, удивлять тому количеству терпения, которое находила в себе.

Машина въехала на университетскую парковку, примяв золотые медальоны осиновых листьев на мокром зеркальном асфальте. Юлия Александровна отстегнула ремень и перекинула через плечо сумку.

- Эта камера вроде работает, - заглушив мотор, с тревогой в голосе произнесла она.

По ее тону было сложно понять, шутит она, или в ней развивается паранойя. Теперь она опасалась за сохранность машины вдвойне, даже днем, даже не стоянке университета.

-

Мам, ну это ж не Детроит,- Маша лукаво улыбнулась и

вылезла из машины, плотнее запахнув светлый тренч.

Старшая Кошкина поспешила вперед, торопясь на утреннее совещание, жестом сообщив об этом дочери, которая сбавила скорость из-за нового смс сообщения.

Маша склонилась над телефоном, ее тонкий силуэт отражался в черном зеркале асфальта, на котором расплывались разноцветные пятна бензина, напоминающие перья фантастических птиц и брызгов салюта.

Мимо нее с потоком нового порыва ветра, в разительной близости кто-то проскользнул, торопливо шагая. Распахнутые полы ее плаща коснулись ноги прохожего, и Маша от неожиданности отшатнулась. Оторвавшись от виртуальной беседы, она в недоумении посмотрела вслед проходящему. Это был был отдаленно знакомый ей парень. Маша знала только, что зовут его Марк, и что его имя далеко не соответствует авторитету его тезки из библейского Евангелия, почему-то пришедшего ей на ум. Скорее, это был его антипод. Чересчур популярный, скандальный и самовлюбленный. Словом, сплошные редфлаги. Маша приготовилась поморщиться от накрывшего ее шлейфа запахов чужого человека, но этого не произошло. В лицо ударил влажный ветер.

Через пару минут войдя в здание университета, она снова встретила случайного утреннего знакомого. Марк стоял в вестибюле, расслаблено опершись о широкий подоконник. Куртка его была расстегнута, открыв светлую не по погоде одетую футболку. «Горячий»,- ехидно заметило машино сознание. И она поспешила отвести взгляд. Маше на мгновенье показалось, что он сегодня рисуется именно перед ней, привлекая внимание, но эта мысль была настолько абсурдной, что Маша мигом прогнала ее.