Стая

Ответ пришёл сразу. Лео не успел вдохнуть. Тепло с юга вспыхнуло, как вспыхивает лампа, когда поворачиваешь выключатель, и накрыло кухню, и Арне в своём углу вздрогнул, хотя не мог ничего слышать, и Магда на скамье схватилась за край стола.

Тепло. Радость. Спокойная, глубокая, без единой искры злости. Такая, какая бывает у матери, которая услышала шаги сына на лестнице.

Дариус открыл глаза. Они были мокрые.

— Она сказала, — проговорил он хрипло. — Через четыре дня в Бергене. Причал Скольтегрунн. Траулер «Сёльвбьёрг». Спросить Тура.

Глава 7. Груз

Арне довёз их до Бергена за пятьдесят восемь часов.

Он шёл не вдоль берега, как в Тромсё, а мористее, за шхерами, по открытой воде, где «Тове» качало так, что Лео первые сутки не мог стоять. Арне сказал, что у берега в этом году много лишних глаз: Tal арендовал у рыбаков в Будё два старых патрульных катера и гонял их вдоль побережья, будто искал браконьеров. Браконьеров они не искали.

Дариус сутки пролежал в трюме среди сетей. Не от качки. Волков не укачивало. Он просто лежал с закрытыми глазами, с наушниками, в которых была тишина, и Лео чувствовал, как с каждой милей на юг тёплый свет внутри него становится ярче. Дариус не говорил об этом. Лео не спрашивал.

Нин и Каспар остались в Рейне ждать документы. Магда осталась с ними. Прощались на мостках, коротко. Нин сунула Лео в карман старый телефон без сим-карты и сказала, что на нём один номер и одна программа, и если он откроет что-нибудь ещё, она его найдёт и убьёт. Каспар пожал руку. Крепко, по-тальмаровски, двумя руками. Магда обняла Дариуса, долго, и сказала ему что-то на ухо по-польски, а он засмеялся. Первый раз за две недели.

* * *

Последнюю ночь в море Арне не спал. Стоял в рубке у штурвала. Лео поднялся к нему в три часа ночи. Солнце здесь, на юге, уже садилось, ненадолго, на пару часов, и небо было тёмно-синим, почти чёрным, со светлой полосой на севере.

Лео не видел темноты почти месяц. Он смотрел на неё, как смотрят на старого знакомого, который давно не заходил.

— Тур, — сказал Арне, не оборачиваясь.

— Что Тур?

— Я его знаю. Тур Хаугланд. Сорок лет ходил на треску в Баренцево. Хороший рыбак. Плохой человек. — Арне держал штурвал одной рукой. — В девятнадцатом году у него дочь обратилась. Шестнадцать лет. Tal её застрелил в Тромсё на улице. Прямо в центре. При людях. Говорят, она никого не тронула, просто стояла и не могла перестать. — Он помолчал. — С тех пор Тур делает для Стаи всё. Всё, парень. Я понятно говорю?