Не ждите нас к полуночи

— Тём, — сказал Серёжа, — ты с человеком знакомишься или в космонавты принимаешь?

— Я не хочу оказаться у незнакомого водителя посреди поля. Это разные вещи.

Серёжа одобрительно кивнул.

— Хорошо. Тогда спроси, курит ли он в машине и умеет ли проигрывать в домино.

Артём показал ему экран. Водитель отправил фотографию автомобиля, номер и короткое голосовое сообщение: ехал с пустым салоном, по дороге забирал ёлку для районного Дома культуры, затем возвращался на базу в Лесново.

— Он не едет к гостинице, — заметил Серёжа.

— Я знаю. Но в Лесново есть автобус. Мы пересаживаемся и идём дальше. Это не идеальный вариант, просто на данный момент лучший из доступных.

— А если поезд тронется через десять минут?

Артём на секунду задержал палец над экраном.

— Тогда наше решение окажется неправильным задним числом. Но мы не умеем смотреть в будущее.

— Это жалко, — сказал Серёжа. — Я бы ещё в прошлом году купил себе «Москвич» за три копейки, а сейчас продал как антиквариат.

— Так что решаем?

Серёжа посмотрел на окно. По платформе шёл работник станции с лопатой и аккуратно очищал путь к выходу. У него не было ни малейшего вида человека, собирающегося объявить долгожданное отправление.

— Решаем ехать, — ответил он. — Но условие моё: если будет сомнительно, мы не играем в бессмертных путешественников. Отдых не стоит сломанной шеи.

Артём кивнул и подтвердил поездку.

Артём закрыл ноутбук, начал складывать вещи, а Серёжа вышел в коридор попрощаться с Лидией Павловной.

Она сидела у окна в своём купе и чистила мандарин. На столе лежала небольшая коробка с подарками для внуков.

— Мы сходим, — сообщил Серёжа. — Поедем дальше на машине.

— Куда торопитесь?

— В гостиницу. Новый год встречать.

Лидия Павловна внимательно посмотрела на него.

— А поезд-то, может, через пять минут поедет.

— Может. Но нам обещают приехать раньше.

— «Обещают» — это кто?

— Мой друг. Он всё просчитал.

Женщина улыбнулась.

— Тогда передайте другу, что математические расчёты от отсутствия здравого смысла не защищают.

— Он преподавателей математики уважает. Передам обязательно.

— И не забудьте ничего. Взрослые мужчины чаще всего забывают самое простое.

Серёжа засмеялся.

— Мы уже всё собрали.

— Вот и хорошо. С наступающим вас, мальчики.

— И вас! Чтобы внуки порадовали.

Он вернулся в купе. Артём стоял с чемоданами, как человек, готовый к командировке, которую сам себе назначил.

— Пошли?

— Пошли.

У двери проводница уточнила, действительно ли они решили покинуть поезд.

— Да, — сказал Артём. — Мы продолжим путь другим транспортом.

— Имейте в виду: если состав отправится, ждать не будет.

— Понимаем.

Оксана пожелала счастливого пути. Они спустились на платформу. Морозный воздух ударил в лицо, приятно и бодро. Возле вокзала кто-то разгружал ящики с мандаринами, а из буфета пахло пирогами.

Серёжа остановился и оглянулся на поезд.

— Тём, смешно будет, если он сейчас поедет.

— Не знаю. Пока сроков даже не объявили.

— Я не спорю. Просто смешно будет.

Артём посмотрел на часы.

— Нам надо на парковку.

Они пошли к выходу с чемоданами.

У белого фургона возле привокзальной парковки мужчина в тёмной куртке поднял руку, заметив чемоданы. Рядом на прицепе под сеткой лежала высокая ель.

— Это к нам? — спросил Серёжа.

— Похоже, — ответил Артём.

— Миронов?

— Да.

— Григорий. Садитесь, ребята. Мне ещё ёлку к обеду привезти надо.

Серёжа посмотрел на дерево, лежавшее под сеткой.

— Живую?

— А какую ещё? У нас в Лесново праздник. Без ёлки никак.

Григорий помог поставить чемоданы в багажное отделение. Проверил стяжки на прицепе, сел за руль и включил отопление.

— Устроились? Тогда погнали. Только на склад по дороге заглянем за накладной. Пять минут.

Артём посмотрел на навигатор.

— Склад по пути?

— Почти.

Серёжа повернулся к другу.

— Тём, ты слышал? Почти.

— Серый, не начинай.

Фургон тронулся.

За их спинами маленький вокзал остался под снежной крышей. В одном из окон вагона появилась Лидия Павловна. Она помахала им рукой. Серёжа помахал в ответ, а Артём уже строил следующий маршрут.

Глава 5. Ёлка государственного значения

Через двадцать минут Серёжа понял, что слово «почти» на северных дорогах имеет куда более широкое значение, чем в Москве.

База Григория находилась за посёлком, в стороне от основной трассы, возле склада строительных материалов. Чтобы попасть туда, пришлось пересечь железнодорожный переезд, объехать склад с заброшенной техникой и остановиться перед воротами, где сидел сторож в овчинном тулупе.

— Быстро, — сказал Григорий, спрыгивая на снег. — Сейчас бумаги возьму.

Артём посмотрел на часы.

— У нас уже двадцать минут ушло.

— Не страшно, — ответил Серёжа. — Главное — мы едем.

— Пока мы стоим.

— В движении к цели, Тём. Философски.

За окном из сторожки вышел Григорий с папкой. За ним следовал сторож, который говорил громко и размахивал руками. Они остановились возле прицепа, посмотрели на ёлку, обсудили что-то ещё и вдвоём начали проверять крепления.

— Что там? — спросил Серёжа.

Артём открыл окно.

— Всё нормально?

— Нормально! — отозвался Григорий. — Только подложить надо. Прицеп трясёт.

Он подложил под крепление деревянный брусок. Сторож посоветовал взять второй. Между ними завязался обстоятельный спор о том, какая древесина лучше переносит мороз, и ещё пять минут исчезли незаметно.

Артём не выдержал, вышел из машины и предложил закрепить ствол дополнительным ремнём. Он работал быстро и уверенно: затянул стяжку, проверил угол крепления, убедился, что ветки не закрывают габаритные огни.

— Во, — сказал Григорий. — Сразу видно, что голова есть. Инженер?

— Примерно.

— А друг ваш кем?

Серёжа стоял возле дверцы с бумажным стаканчиком кофе, который ему вынес сторож.

— Главный по кофе, — ответил он.

Григорий засмеялся.

— Ладно, поехали. Теперь хоть спокойно.

Дорога постепенно менялась. Между заснеженными полями тянулись невысокие еловые леса, в маленьких деревнях на воротах домов висели венки, а на некоторых остановках стояли украшенные ёлочки. На старой автозаправке возле трассы продавали горячие пирожки, и Григорий, не спрашивая разрешения, остановился купить пакет для своих работников.

Артём уже собирался возразить, но Серёжа опередил его:

— Тём, если человек везёт главную ёлку района, он имеет право на пирожок.

— Я ничего не сказал.

— У тебя лицо сказало.

Григорий вернулся с тремя пакетами.

— Держите. С капустой, с мясом, с картошкой.

— Спасибо, — удивился Артём.

— Чего спасибо? Отработаете. Поможете разгрузить, если надо будет.

— Нам вообще-то дальше ехать, — сказал он.

— Так разгрузка быстрая. Ребята на площади ждут. Вы только подержите, если что.

Серёжа откусил пирожок.

— Тём, не волнуйся. Мы просто подержим ёлку.

— Она метров семь.

— Значит, подержим хорошо.

К Лесново они подъехали около полудня. Посёлок оказался неожиданно нарядным: на центральной улице висели разноцветные лампочки, возле Дома культуры стояли снеговики из больших белых шаров, над площадью натянули флажки. Из громкоговорителей звучала новогодняя музыка. Взрослые в пуховиках устанавливали металлические ограждения, дети катались с невысокой снежной горки, кто-то продавал горячий чай из огромных термосов.

У въезда на площадь их встретила женщина с громкоговорителем. Она спросила, где ёлка, хотя ёлка находилась у неё перед глазами — в прицепе длиной больше половины грузовика.

— Вот же она, — ответил Григорий.

— Я вижу, что она есть. Я спрашиваю, почему вы не у сцены.

— Потому что я здесь, Люба. А сцена вон там.

Женщина на мгновение задумалась, затем передала громкоговоритель подростку и принялась руководить движением с таким видом, будто регулировала аэропорт. Все машины должны были объехать площадь против часовой стрелки. Две машины попытались повернуть навстречу друг другу, после чего Люба объявила «полную остановку движения». Григорий послушно выключил двигатель.

Артём изучил расположение ограждений.

— Здесь проезд есть справа. Если убрать два конуса, можно сразу к площадке.

— Молодой человек, — сказала Люба, — у нас согласованная схема.

— Она не учитывает длину прицепа. На повороте не впишемся.

— Это кто сказал?

— Геометрия.

Люба посмотрела на него так, будто геометрия должна была заранее позвонить и согласовать свои замечания.

— А вы откуда?

— Из Москвы.

— А-а, — протянула она. — Тогда понятно.

— Что понятно? — уточнил Артём.

— У нас все московские сначала хотят схему менять.

Серёжа вышел из фургона, подтянул шапку и предложил компромисс. Он поможет перенести конусы на десять минут, а потом вернёт их точно на места. Люба внимательно изучила его, подумала и разрешила. Артём показал рабочим, где должен пройти задний борт прицепа. Через три минуты фургон встал ровно у площадки.

— Вот, — сказала Люба с явным удовлетворением. — А я сразу говорила, справа надо.

— Конечно, — ответил Серёжа. — У вас отличная геометрия.

Григорий тем временем обнаружил новую неприятность. Верхушка большой ёлки была закреплена нормально, но на коробке со звездой кто-то написал маркером «СЦЕНА». Рабочий сцены получил коробку с кабелями и утверждал, что никакой звезды не видел.

— Как же мы без звезды? — возмутилась Люба. — Через час конкурс!

— Может, она в фургоне? — предположил Серёжа.

Григорий покачал головой.

— Я грузил дерево, нижние лапы, крепления. Коробку не видел.

Артём присел возле набора коробок. На наклейках были номера получателей, и под одним из них мелкими буквами значилось «ДК — верхнее оформление». Он открыл крышку — внутри лежали серебряные снежинки, три пластиковых снегиря и маленькая картонка «Бережно: не мочить».

— Звезда где-то в Доме культуры, — сказал он. — Тут весь комплект разбит по местам назначения.

— У нас ничего нет, — заявила Люба.

Серёжа взглянул на неё.

— А можно посмотреть там, где ничего нет?

Через пять минут выяснилось, что звезда действительно находилась в Доме культуры, только стояла не на складе, а в кабинете директора. Директор просил не трогать её, потому что снимался рядом с ней для поздравительного видео. Он обещал закончить через двадцать минут.

Серёжа вошёл в кабинет в тот момент, когда директор произносил в камеру: «Пусть каждый из нас станет немного добрее к ближнему». Увидев трёх человек и огромную пустую коробку, директор остановился.

— Что случилось?

— Нам звезда нужна, — объяснил Серёжа.

— Какая?

— Новогодняя. Вон та, которая на стуле.

— Съёмка ещё идёт.

— Отлично. Вы её сейчас красиво возьмёте, отдадите детям, а мы вас снимем. Получится прямо по вашей речи — добрее к ближнему.

Директор посмотрел на экран камеры. Понял, что предложение не такое уж плохое, взял звезду обеими руками и торжественно передал Серёже.

— Держите. Только осторожно. Она дорогая.

— Мы сегодня вообще все осторожные. Даже времени немного боимся.

Артём наблюдал за происходящим из коридора и качал головой. Он пришёл сюда искать дорогу к междугороднему автобусу, а его друг уже успел выступить в ролике местного директора. Но звезду принесли вовремя, и рабочие снова взялись за дерево.

— Чего улыбаешься? — спросил Серёжа.

— Ты у него звезду забрал и ещё заставил это снять.

— Тём, человек поздравляет район. Надо поддержать.

— Мы сейчас тоже район поддерживаем.

— И заметь, совершенно бесплатно.

— Вот это меня беспокоит больше всего.

У Серёжи зазвонил телефон. Паша прислал фотографию гостиничного зала и подпись: «У нас уже ёлку нарядили. Как вы?» Серёжа сфотографировал только что доставленное дерево, не попавшие в кадр строительные леса и трудящихся рабочих.

«Тоже ёлку наряжаем», — ответил он.

«В смысле? Вы же в поезде?» — удивился Паша.

Серёжа задумался, потом убрал телефон. Объяснять было долго. Тем более рабочие уже поднимали дерево, а на площади собирались люди, ожидавшие первого праздничного представления.

На площади действительно ждали ёлку. Рабочие быстро отвязали сетку, подцепили ствол к погрузчику, подняли дерево и стали направлять его в заранее подготовленную конструкцию. Артём помог удержать оттяжку, Серёжа с Григорием подхватили ещё одну. Через десять минут ёлка стояла ровно, словно росла здесь всегда.

Люди захлопали. Маленький мальчик в красной шапке подпрыгнул и закричал:

— Ёлка приехала!

Серёжа улыбнулся.

— Вот теперь праздник.

Григорий хлопнул его по плечу.

— Спасибо, мужики. А вам куда дальше?

Артём назвал город, где рассчитывал пересесть на междугородний транспорт.

— А-а, — протянул Григорий. — Так автобус будет через час. Последний прямой на сегодня. Потом только с пересадками.

Артём посмотрел расписание. Приложение показывало два места и отправление в тринадцать десять.

— Есть, — произнёс он с облегчением. — Взяли.

— Ну вот и хорошо, — сказал Серёжа. — Сейчас погуляем пятнадцать минут и пойдём на остановку.

В отличие от Серёжи, Артём не считал приобретение двух автобусных билетов поводом немедленно расслабиться. Он нашёл на карте остановку, проверил, с какой стороны улицы она находится, и сообщил, что идти до неё одиннадцать минут. Серёжа посмотрел через площадь. Остановку было видно даже отсюда: жёлтый павильон за большой ёлкой и синий знак с автобусом.

— Тём, я её вижу.

— Это не аргумент против одиннадцати минут.

— А что аргумент?

— Если ты туда дойдёшь за десять, я признаю погрешность.

Серёжа хотел предложить пари, но на его пути возник человек с тремя рулонами серебряной бумаги под мышкой. Человек шёл быстро, задом, и громко командовал невидимым собеседникам. В следующую секунду он впечатался Серёже в плечо, рулоны расползлись по снегу, один покатился к ногам Артёма.