Древнеримские каникулы

Наши руки все еще были переплетены, когда мы немного отдышались и снова посмотрели друг на друга, но уже совершенно по-новому.

– Хочешь пить? – спросил он.

– Да, очень, – ответила я.

Тит встал и пошел к столику, на котором стояли вино, вода и фрукты. Он налил нам обоим вина, немного разбавленного водой, и вернулся в постель. Я с удовольствием почти залпом осушила бокал. Он сел рядом со мной, и задумчиво произнес:

– Теперь я понимаю, почему ты сбежала.

На мой немой вопрос Тит продолжил:

– Вероятно, твой отец тоже об этом узнал, раз воспользовался нашей с ним дружбой и сослал тебя сюда, чтобы выдать замуж. Ты уже не невинна.

Только я на секунду забыла о том, где и когда я находилась, как мне тут же дали снова об этом знать. Я решила, что это мой шанс и ухватилась за соломинку.

– Да, ты прав, – просто сказала я, – так уж вышло. Я не хотела замуж, но встретила человека, с которым захотела сблизиться и наплевала на правила.

– Я не удивлен. Похоже, ты вообще любишь это делать.

– Что именно?

– Плевать на правила, – усмехнулся он.

– Что ж, правила придумали для того, чтобы их нарушать, разве нет?

– Мне иногда кажется, что ты из другого мира, – сказал он, и я вздрогнула. Он не может знать.

– И что же с ним стало? С тем, с кем ты…была?

Я вспомнила Тревиса и горько усмехнулась.

– Он оказался совсем не тем, кем я его считала. В трудную минуту он предал меня. Поэтому все закончилось.

В его глазах я не видела ни капли осуждения, лишь участие и сочувствие.

– Мне жаль, – просто сказал он, но его слова почему-то попали в точку. Я смахнула слезу и сменила тему.

– Ничего, все уже в прошлом. Я просто хочу жить своей жизнью. Ну а ты? Что у тебя за история?

Он нахмурился, но ответил.

– Да почти такая же, что и у тебя. У меня была возлюбленная, но пока я в очередной раз уехал подавлять восстание, она предпочла мне другого. Вернувшись, я обнаружил ее в объятиях ее двоюродного брата.

Увидев шок на моем лице, он пожал плечами.

– Обычное дело, бывает. Я пережил предательство, и тоже решил жить своей жизнью.

– И больше не влюблялся? – спросила я.

Он пристально посмотрел на меня, наклонился, заправил мне за ухо непослушный локон волос.

– Очень просто обнажить тело, Тея. С душой сложнее. Мне странно в этом признаваться, но мне кажется, что сейчас произошло не только первое.

Я уткнулась щекой в его большую ладонь и кивнула.

– И что же теперь с этим делать? – спросила я с опаской.

– Ну, – со смехом сказал он, подмяв меня под себя, – если ты пообещаешь больше не убегать, и не заставлять нас с Тиберием тебя вызволять из лап разбойников, то мы что-нибудь придумаем.

Я не успела ничего пообещать, потому что его губы с привкусом вина накрыли мои, и мы снова занялись любовью. Мы были словно два путника, что целую вечность блуждали по бескрайней пустыне, и наконец добрались до оазиса с исцеляющей прохладной водой, которой мы никак не могли напиться вдоволь.

Мы не спали почти до рассвета, а когда проснулись, поняли, что уже перевалило за полдень.

– Мне надо на тренировку, – потягиваясь, сказал Тит, – а потом заняться бумагами.

– А мне надо к Плиниусу, – спохватилась я.

– Зачем? – нахмурился Тит, – вчера он сказал мне, что ты в порядке, более-менее.

– Он сказал показаться просто на всякий случай, – я пожала плечами, – увидимся вечером?

– Обязательно, – сказал он, притягивая меня к себе, – даже не думай сбежать.

– Обещаю, не убегу, – полушутя, полусерьезно ответила я и закрепила слова продолжительным поцелуем.