Дай мне согреться

Ей даже стало стыдно, что она с таким удовольствием только что слушала его песни.

- Не без этого, - нервно хихикнул Алик, - но ты его просто не знаешь так хорошо, как я.

- Я знаю тебя еще меньше, чем его, и могу с уверенностью сказать, что с тобой общаться намного приятнее.

Девушка едва заметно фыркнула, окинув Алика внимательным взглядом с головы до ног. От её внимания он явно встрепенулся.

- А в каких отношениях ты был с Кариной? Вы дружили? - спросила она.

Алик рассмеялся, нисколько не смущаясь ее неуместного любопытства:

- Какие могут быть отношения если это девушка моего друга? Но да, мы ладили. Карина со всеми ладила. Такой она человек.

Вероника заметила легкий румянец на щеках у Алика, и ей пришло на ум, что его веселость и юмор в некоторых случаях могут быть всего лишь маской. Как у нее самой такой маской было равнодушие. Наверняка, такая «веселая» маска даже была надежнее, чем её "равнодушная".

- А ты со своей стороны наблюдал в Карине что-нибудь необычное в последнее время? - сразу перешла она к интересующей её теме.

- Этот вопрос и правда лучше задавать Максиму, так как он ее парень, и знает и замечает куда больше. Я не имел возможности особо наблюдать за ней, - отмахнулся Алик.

- Но ты знаешь, в чем была суть той ссоры, после которой она исчезла? – настаивала Вероника.

На этом моменте Алик заметно замялся. Волна стыда накатила на девушку. Конечно, она уже знала, что Алик имел представление о том, что произошло, но не хотел выдавать тайны Максима. И она ставила его в неловкое положение своим вопросом.

Алик внимательно посмотрел на нее, а затем сказал:

- Знаю. Это я.

- Они поссорились из-за тебя? - удивилась девушка.

Позади Алика раздался ледяной голос:

- Нет. Я сам виноват. Но это не имеет отношения к делу.

Не давая друзьям возможности соскользнуть с этой темы, Вероника тут же спросила:

- Алик сделал что-то плохое Карине, а ты его защитил?

Она специально задала провокационный вопрос, чтобы вне зависимости от ответа парней, получить хоть какую-то информацию. Если они будут пытаться сменить тему, то, видимо, она попала в точку. Или же им придется рассказать как все было на самом деле. Наконец Алик вздохнул, и, видимо, сдавшись, тяжело ответил:

- Это все-таки моя вина. Дело в том, что Карина, как мы уже говорили до этого, начала очень много рисовать...

Максим предупреждающе предостерег его:

- Алик...

- Да ладно тебе. Дело-то житейское. Что это скрывать, словно преступление какое-то. Вероника имеет права знать.

- К ней это не относится, - холодно отозвался Максим.

- Откуда тебе знать, что к ней относится, а что нет? Ребята, у меня к вам просьба, давайте уже доверять друг другу, что ли, раз уж все равно мы оказались здесь вместе, и нас сейчас объединяют общие вопросы. Я скажу честно, вы уже достали сраться как собаки, - внезапно усталым голосом сказал Алик.

Вероника перевела взгляд на него, удивленная тем, что даже неунывающего Алика можно пробить и довести до белого каления. Она даже не полагала, что их с Максимом небольшая словесная перепалка так воздействует на него.

- Хорошо. Расскажи ей, - наконец-то согласился Максим, и Алик продолжил:

- В тот период Карина рисовала как умалишенная и не подпускала к себе никого. Бедный Максим спал на диване, боясь ее потревожить. Он тяжело переживал этот период, поэтому я стал частенько навещать их, чтобы просто подбодрить его. В один из таких дней я... кхм... как бы сказать помягче... стал немного поднатачивать Максима посмотреть, что такое особенного в этих работах, которые Карина так остервенело рисовала.

Вероника заметила, что на этих словах Максим скривился, словно эти воспоминания доставляли ему огромную боль. Алик, тем временем, продолжал:

- Он не сразу согласился. Все говорил о том, что это нечестно, и что она сама покажет если захочет. Но какими-то силами мне удалось его убедить. Мы дождались пока она отойдет на минутку, и зашли к ней в комнату:

- И что там было на картине? - с замиранием сердца спросила девушка, чувствуя что вот-вот раскроется какая-то тайна.

Алик уже хотел ответить, но Максим его опередил:

- Молодая девушка и парень.

- В них было что-то приметное?

Максим задумчиво посмотрел в окно:

- Не особо. Разве что красота. Что девушка, что паренек были очень красивыми. Девушка смотрела на парня, но он смотрел в другую сторону.

- Вроде звучит как обычная картина. А они там одеты были? - продолжала закидывать вопросами девушка.

- А наша Вероника-то - не промах. Задает правильные вопросы... - усмехнулся Алик.

Вероника почувствовала, как её зацепило слово "наша". Когда это они успели так сблизиться? Или она слишком себе накручивает и Алик не имеет в виду ничего особенного? Или имеет? А, может, это его обычный флирт?

Осознав, что в ней набирает свои обороты тревога, она усилием воли заставила свои разбушевавшиеся чувства успокоиться.

Максим поспешил внести ясность:

- Одеты, одеты. Но картина и правда была не особо примечательной. Я бы и забыл про этот случай, если бы в этот момент не пришла Карина... - хмуро сказал Максим.

Лукавая улыбка тут же исчезла с лица Алика при воспоминании о том событии. Максим казался и того мрачнее тучи.

- Увидев, что мы с Аликом смотрим на ее картину, она очень напугалась, и тут же закрыла картину собой. Начала кричать и требовать, чтобы мы тут же вышли. Затем она расплакалась.

- Ого, ничего себе! - воскликнула пораженная Вероника

Максим замолчал, но Алик продолжил за него:

- Я никогда до этого не видел, чтобы Карина плакала. Она умела только улыбаться как солнышко, а тут...

- А что случилось потом? - нетерпеливо спросила Вероника.

- Мы помирились. Она попросила прощения за свою реакцию. Я попросил прощения за вторжение. Мы помирились и проболтали с ней весь вечер, а утром она исчезла, - грустно сказал Максим.

Сгорая от любопытства, Вероника жадно спросила:

- Можно посмотреть на её последнюю работу?

- Нет. Она ее сожгла - хмуро ответил Максим.

- Что? Зачем? - озадаченно спросила девушка.

Максим пожал плечами, явно не настроенный развивать эту тему, но Вероника продолжала бомбардировать его вопросами:

- Зачем жечь если можно просто порвать и выкинуть?

- Не знаю, - пожал плечами Максим, явно усталый от ее непрекращающихся вопросов.

- Все-таки странно все это. Столько сил положить на то, чтобы нарисовать эту пару, а затем сжечь. Ради чего тогда старалась? Маргар...ита хранила даже свои черновики.

Вероника сама не замечала, как говорила все это. Максим напряженно молчал, погруженный в свои мысли, а вот Алик явно воодушевился от этой беседы:

- Я того же мнения. Как по мне, та работа была просто шедевром. Что девушка, что парень были нарисованы восхитительно. Если эта картина была не нужна Карине, то всегда было можно ее продать. Ей богу, я бы сам купил такую...

- Да, правда звучит нелогично. Может, у нее было какое-то психическое расстройс... - согласилась девушка, радостная от того, что ее поддерживают.

- ЗАМОЛКНИ!

Голос Максима внезапно стал подобно грому, и в нем звучала неприкрытая угроза. Обычно Вероника была достаточно разумна, чтобы не продолжать ссору. Тем более, в этот раз она действительно "перегнула палку". Но в этот раз что-то пошло "не по плану".

- Это еще почему?

Максим презрительно посмотрел на нее, его голубые глаза очень опасно заблестели:

- Еще одно плохое слово в сторону моей девушки, и ты вылетишь отсюда мигом. Молись, чтобы не в окно. ПОНЯЛА МЕНЯ?

Она спокойно посмотрела на него, и изогнув губы в ухмылке, выплюнула слова словно яд:

- Вот как? А мне и нет необходимости говорить ничего плохого про нее. Ее поступки это сделали за меня.

- ЗАТКНИСЬ СЕЙЧАС ЖЕ!

Максим почувствовал, как ему крышу срывает от ярости. Его гневный рык мог напугать любую, но в серых глазах Вероники заплясало что-то темное и неприятное. Вместо того, чтобы в страхе убежать, она медленно встала и подошла к нему, нагибаясь к самому его уху, словно желая его поцеловать. Он вздрогнул, но не сдвинулся с места, в то время как она почти ласково сказала:

- Послушай, Максим. Чтобы найти твою Карину, нужно иметь хотя бы приблизительное представление, чем она руководствовалась когда сбежала. Мне неприятно это говорить, но для того, чтобы её понять, необходимо быть открытым к мысли о том, что ты мало её знаешь. Посмотри правде в глаза. Ты даже не знал, что она говорила на иностранных языках все это время. Карина может оказаться совершенно не той девушкой, которую ты думал, что полюбил.

Её слова вошли в его сердце словно нож в масло, причиняя невыносимую боль. Максим в упор посмотрел на нее, и у девушки сложилось впечатление, что сейчас он на нее накинется.

- Какая же ты токсичная, Вероника. Меня тошнит от тебя.

Вероника холодно посмотрела ему прямо в глаза:

- Ты оскорбить меня хотел? Тебе бы попрактиковаться, а то слабовато получилось.

- Ну что ты. Всего лишь указать на твое место, а то ты забываешься.

- Вот как? Может, тебе напомнить, что мы здесь, чтобы найти связь между Кариной и мной. И то, что я сейчас спрашиваю о причинах вашей ссоры, вполне отвечает моей роли .

Несколько секунд Максим буравил ее взглядом, а затем отвернулся, и чуть понизив голос, спокойно сказал:

- Было ошибкой приводить тебя сюда .Ты бесполезна и нам больше не нужна, – наконец сказал он.

В этот момент между ними протиснулся Алик.

- Ребят, ребят! Хватит горячиться. Вы оба сейчас неправы. Максим, Вероника находится в непростой ситуации. Она напугана внезапным вмешательством другого человека в её жизнь, чьи намерения ей непонятны. На нее много свалилось. Ну, подумаешь, сказала что-то не очень лестное в сторону Карины. Не убила же...

Вероника почувствовала как у нее перехватывает дыхание и темнеет перед глазами. Алик продолжал что-то говорить, на этот раз обращаясь уже к ней, пытаясь вразумить её отнестись к Максиму помягче, но она совершенно его не слышала. Его последнее слово «убила», словно занавес, отгородило от нее все звуки и образы. Сердце стучало в висках, и температура поднималась с каждой секундой. На мгновение ей показалось, что она вот-вот потеряет сознание, но вскоре звуки начали возвращаться к ней, как и зрение. Она обнаружила, что сидит на полу и мужчины встревоженно смотрят на нее.

- Ты в порядке? – заботливо спросил Алик. Максим дипломатично молчал, поджав губы.

- Да, – сказала она внезапно охрипшим голосом.

- Вот и отлично, – сказал Максим, – а сейчас уходи!

Алик словно взорвался, прикрыв Веронику собой:

- Максим! Что ты на самом деле как обидчивый упрямый ребенок! Включи ты мозги!...

Но разойтись со своей пылкой речью он так и не смог, потому что девушка остановила весь этот поток движением руки.

- Не надо. Я сама хочу уйти. Так будет лучше.

С этими словами она взяла свою сумку, и, не оборачиваясь, прошла к входной двери. Засов открылся на удивление легко, словно только и ждал ее. Легкой тенью девушка выбежала на лестничную площадку.

Мерзкий голос в ее голове зашептал: «Думаешь, ты убежишь от себя? Убийца». В этот момент Вероника была готова разбить свою голову об бетон, так сильно ее захлестнуло отчаяние.

Глава 11

***

Штат Кентукки, Версейлс, прошлое

Солнце было в самом зените и нещадно палило, освещая серые стены старого пятиэтажного дома, стоявшего обособленно от остальных. Когда-то он был желтым, но сейчас жел